Kill Our Way to Heaven

Ты смотришь в мои глаза, и я лишаюсь своей гордости.

И моя душа капитулирует,

А ты ставишь моё сердце на колени.

***

      Ки Хун шёл по тёмному больничному коридору. Свет то включался, то выключался, мешая ему нормально видеть и ослепляя постоянными вспышками.       Слева и справа от него были небольшие таблички. Он прищурился, чтобы разглядеть, что на них написано, но не смог разобрать слов.       Его охватило неприятное чувство.       Затем он услышал приглушённые звуки, доносившиеся из-за двери в самом конце коридора.       Крики и вопли.       Он с трудом сглотнул, переставляя одну ногу за другой, и заставил себя идти дальше. Он не знал почему, но его тянуло туда. Он просто знал, что ему нужно туда.       Когда он добрался до неё, его рука замерла на дверной ручке.       Он глубоко вдохнул, чтобы собраться с духом, и потянул дверь на себя.       Весь шум исчез в одно мгновение.       Внезапная тишина была резкой.       Ки Хун задержал дыхание и вошёл в темноту. Его бешено колотящееся сердце хотело, чтобы он остановился, развернулся и ушёл. Но он не мог перестать двигаться вперёд.       Он с удивлением понял, что дверь привела его в общежитие. Но ошибиться было невозможно. Он бы узнал эти двухъярусные кровати и огромную копилку, свисающую с потолка, где угодно.       Включился яркий свет и осветил копилку во всём её великолепии.       Она была до краёв набита денежными купюрами.       Ки Хун обнаружил, что придвигается ближе.       Пока булькающий звук не остановил его на полпути.       Свет переместился, и он проследил за его движением, обнаружив...       От этого зрелища по его спине пробежала ледяная дрожь, оставив после себя мурашки.       Перед ним лежали тела. Он узнал в них игроков, потому что все они были одеты в спортивные костюмы. Не в силах остановиться, он подошёл ближе.       Пока какое-то движение не заставило его замереть.       Ин Хо вонзил нож поглубже в грудь мужчины. Металл столкнулся с костью. Раздался треск, который эхом отозвался в ушах Ки Хуна.       Ин Хо толкнул игрока, на груду трупов.       Он тяжело дышал, всё ещё крепко сжимая рукоятку ножа. Он тряхнул головой, чтобы убрать волосы, упавшие на лицо. Затем с силой выдернул нож.       Раздался хлюпающий звук. И хлынуло ещё больше крови.       Ин Хо откинул голову назад, посмотрел в потолок, закрыл глаза и вздохнул.       Ки Хун был загипнотизирован.       Нет, он был в ужасе.       Именно в этот момент Ин Хо заметил его.       На его лице промелькнуло узнавание, и, когда Ки Хун сделал шаг назад, он поднялся на ноги.       Ин Хо подошёл к нему и выпустил нож. Тот выскользнул из его руки и с громким стуком упал на пол. Его спортивный костюм был пропитан кровью, а номер 001 почти не было видно.       — Не бойся меня.       Тело Ки Хуна задрожало при звуке его голоса.       Он хотел отступить назад, развернуться и убежать. Но по-прежнему не мог двигаться, застыв на месте и во времени.       Когда Ин Хо подошёл к нему, он ожидал боли.       Но последовали крепкие объятия.       Мужчина притянул их тела друг к другу и обнял Ки Хуна за плечи.       Пульс Ки Хуна участился.       — Не бойся меня, — снова сказал Ин Хо и немного отстранился, чтобы посмотреть на него.       Затем он поднял руку, обхватывая Ки Хуна за шею, притянул его ещё ближе и соприкоснулся лбом. Их кожа соприкоснулась. Он был тёплым.       Ки Хун не осмеливался закрыть глаза.       Но это сделал Ин Хо.       — Я не причиню тебе вреда, — сорвалось с его губ мрачное обещание.       Когда их взгляды снова встретились, Ки Хун почувствовал, что падает.       Эти чёрные как смоль глаза притягивали его, и всякое сопротивление покинуло его тело.       — Если только... — Внезапно прошипел Ин Хо и оттолкнул его.       Ки Хун был застигнут врасплох, когда Ин Хо повязал ему на шею верёвку и затянул её, душа его.       Он попятился назад, пока не упёрся спиной в стену.       Ин Хо прижался к нему всем телом.       Ки Хун закрыл глаза.       Он чувствовал его всюду.       — Если только ты сам этого не хочешь.       Ки Хун тяжело дышал. Он осмелился открыть глаза.       Ин Хо ухмыльнулся, затем приподнялся, чтобы прошептать что-то на ухо, и горячее дыхание защекотало его шею.       — Будь честен, Ки Хун.       От этого глубокого голоса у него волосы встали дыбом, и он вздрогнул.       — Скажи мне, что ты хочешь меня, хочешь, чтобы я причинил тебе боль.       Губы касались кожи.       Верёвка затягивалась всё туже и туже. Ки Хун не чувствовал ничего, кроме собственного учащённого сердцебиения и тела Ин Хо, прижимавшего его к стене.       Это привело его в восторг.       — Да, — наконец простонал он. — Да. Пожалуйста...       Ки Хун резко проснулся в своей постели.       Он чувствовал жар во всём теле.       — Какого чёрта, — пробормотал он себе под нос и закрыл лицо руками. — Что это было, чёрт возьми?       Это был всего лишь сон.       Кошмар.       Ки Хун попытался стряхнуть с себя это воспоминание. Оно всё ещё терзало его кожу. Когда по всему его телу побежали мурашки, он почувствовал удовольствие.       Нет. Нехорошо. Совсем нехорошо.       В смятении он поднял руку, чтобы коснуться шеи, почесать чувствительную кожу под ошейником... И почувствовал внезапный приступ паники.       Ошейник.       Он исчез.       Ки Хун в недоумении провёл обеими руками по шее, тщетно пытаясь его нащупать. Он не просто чувствовал сонливость после сна или был потрясён тем, что это был за сон... Кошмар.       Ошейник исчез.       — Почему? — Прошептал Ки Хун, подняв взгляд на камеру. Она всё ещё мигала.       Его трясло.       Откинув в сторону одеяло, он был удивлён во-второй раз.       На нём больше не было костюма. Он был одет в новую одежду. Удобные чёрные брюки и тёмно-синюю рубашку.       Сказать, что он сбит с толку, было бы преуменьшением.       Что произошло прошлой ночью?       Он нахмурился и изо всех сил постарался вспомнить.       Но ему ничего не приходило в голову.       Последнее, что он помнил, — это как стоял на коленях у ног Ин Хо, а звуки музыки успокаивали его и погружали в бесконечное тёплое ничто.       Пальцы Ин Хо успокоили его, расслабили и помогли войти в ритм.       В ощущение того, что ты таешь на глазах.       Больше ничего.       Ки Хун покачал головой и потёр лицо.       Нет, должно быть что-то ещё. Что-то случилось. Иначе... Почему на нём нет ошейника?       Ужасный страх овладел им.       Может быть, он что-то сделал, что-то сказал. Он всё испортил, и Ведущему он окончательно надоел.       Тогда это означало, что их сделка расторгнута.       Он вернётся к играм.       Его друзья умрут.       Если они уже не мертвы, — пригрозил голос.       Ки Хун несколько раз ударил себя по голове.       Вспомни! Ты должен вспомнить!       Но это было бесполезно. Как бы он ни старался, он ничего не мог вспомнить.       Когда Ки Хун встал, он заметил, что больше не прикован к дыре в полу. Хотя тяжёлая цепь всё ещё была на его лодыжке, он мог свободно передвигаться.       — Почему? — Растерянно прошептал он. — Что, чёрт возьми, происходит?       Он бросил последний взгляд на камеру и пошёл в туалет.       Даже после того, как он пару раз плеснул себе в лицо холодной водой, ему не стало лучше. Он ничего не помнил. Он понятия не имел, что пошло не так.       Мне нужно знать, — подумал он, — мне нужно выяснить, что произошло.       Тебе нужно его увидеть, — указал голос.       ДА.       Прежде чем Ки Хун успел подумать, он шагнул к двери и несколько раз ударил кулаками по прочному материалу.       — Эй! Ты там! — Крикнул он. — Я знаю, что ты там! Открой дверь!       Тишина была единственным ответом.       Он явно представил, как солдаты в масках схватили Гым Джу и Ён Сика за волосы и повалили на пол. У них даже не было возможности закричать, прежде чем их тела пронзили пули.       Ки Хун в отчаянии закричал и снова начал изо всех сил колотить в дверь.       — Ответь, придурок! Открой дверь! Ты должен отвести меня к нему прямо сейчас, слышишь меня? Открой!       Он запаниковал, когда ответа по-прежнему не последовало.       Затем он представил Хён Джу, которая пыталась отбиться от солдат. Дэ Хо прятался за её спиной, не в силах ничем помочь. В конце концов она сдалась, получив сильный удар по голове, и упала без сознания.       Солдаты заняли позицию и застрелили их обоих.       Лёгкие Ки Хуна подвели его.       Он не мог дышать.       Сосредоточься, — прозвучал голос в его голове, — приди в себя, сосредоточься!       Адреналин струился по его венам подобно огню.       Он был в ярости, все чувства покинули тело. Он ударился головой о дверь раз, другой, снова и снова, и принял боль, которая разливалась по лбу и рукам.       Это заставляло его продолжать.       — Ты должен отвести меня к нему, — снова закричал он. — Я знаю, ты не понимаешь. Мне всё равно! Но я сказал тебе...       Наконец дверь открылась.       Ки Хун наткнулся на поднятое оружие.       — Игрок 456, — произнёс солдат. — Судя по голосу, это женщина. На её маске был квадрат. — Немедленно прекрати шуметь.       Ки Хун поднял руки в умиротворяющем жесте.       — Отведи меня к нему, — вот и всё, что он сумел выдавить из себя.       — Он ещё не спрашивал о тебе. Ты ни при каких обстоятельствах не должен покидать эту комнату.       Ответ был дан по факту.       Ки Хуну было всё равно.       — Я что, похож на того, кому есть до этого дело? — Прорычал он и подошёл на шаг ближе. Дуло пистолета прижалось к его груди. — Я должен его увидеть. Прямо сейчас.       Он чувствовал, как солдат заколебался.       Возможность представилась сама собой, и он нанёс удар.       — Я ничего не буду пытаться сделать. Это не станет проблемой, клянусь. Мне просто нужно встретиться с ним.       Когда минута молчания затянулась, и он был готов сорваться...       Солдат приставила своё оружие к его голове.       — Хорошо, — сказала она. — Но одно неверное движение — и ты труп, слышишь меня?       Она не выстрелит в тебя, — насмешливо прошептал голос, — она не может этого сделать.       Ки Хун хотел спросить, почему. Но на самом деле ему не нужно было. В глубине души он знал почему. Ин Хо никогда бы не позволил кому-то другому причинить ему боль или убить. По мнению этого человека, это должно быть его привилегией и только его привилегией, потому что Ки Хун был... Потому что Ки Хун особенный.       — Понял, — наконец раздражённо ответил он. — Я ничего не буду делать. Просто идём.       Солдат заставила его сделать ещё несколько шагов назад, в комнату, а затем обошла вокруг.       — Иди вперёд. И чтобы ты знал, я держу палец на спусковом крючке и готова выстрелить. Одно неверное движение...       — И я труп, да, я знаю, — повторил Ки Хун, прежде чем успел себя остановить. Сейчас ему было всё равно.       Единственное, что удерживало его, — это необходимость немедленно увидеть Ин Хо.       Он должен знать.       Узнать, не облажался ли он, и мертвы ли его оставшиеся друзья.       Мертвы из-за него. Снова.       Когда они остановились перед дверью, ведущей в комнату Ин Хо, сердце Ки Хуна чуть не выпрыгнуло из груди.       Его захлестнула паника.       Образы вспыхивали в его сознании.       Ин Хо сидел бы с пустым выражением лица. Чжун Хи стояла бы перед ним на коленях, плакала и умоляла. Она была бы последней. Последней, кого он убил бы на глазах у всех. Он поднял бы пистолет к её голове и сказал:       Посмотри, что ты наделал, Ки Хун. Ты не оставляешь мне другого выбора.       Это на твоей совести.       Дверь открылась.       Ки Хун, спотыкаясь, вошёл внутрь.       Его взгляд метался по гостиной в поисках самого страшного.       Но не было видно ничего необычного.       Ин Хо нигде не было видно.       Ки Хуна охватила дрожь.       — Двигайся! — Проворчала солдат и толкнула его прикладом в спину. — Ложись на пол.       Ки Хун не сразу подчинился. Он был слишком ошеломлён.       — Я сказала "ложись"! — Воскликнула женщина.       Ки Хун только-только опустился на колени, когда дверь в ванную внезапно открылась, и из неё вышел Ин Хо, окутанный клубами пара.       Одетый лишь в халат, он всё ещё вытирал волосы одной рукой, когда увидел представшую перед ним картину.       Он замер.       — В чём дело? — Спросил он. Его низкий голос стал ещё ниже — явный признак того, что он представляет опасность. В его глазах читалось выражение, которое Ки Хун уже слишком хорошо знал.       Но Ин Хо смотрел не на него.       Он смотрел на солдата.       — Господин, — поспешила она объяснить. — Простите, что... Что вмешиваюсь, господин, но игрок 456 устроил бунт в своей камере.       Взгляд Ин Хо на мгновение остановился на Ки Хуне. Это заставило его тут же напрячься.       — Почему?       — Я не уверена, господин. Он потребовал встречи с вами.       — Неужели?       Тело Ин Хо заметно расслабилось после объяснения.       Он снова начал двигаться и направился к ним.       Ки Хун не мог отвести от него взгляд.       Он выглядел таким другим. Ещё горячий после душа, с румянцем на щеках, с прямыми волосами, мягкий и послушный...       Бред, — предупредил его голос, — этот человек совсем не мягкий и послушный.       Ки Хун отогнал странные мысли. Неужели он слишком сильно ударился головой?       — Полагаю, тебе не терпелось меня увидеть? — Спросил Ин Хо, глядя прямо на него.       Ки Хун встретил его взгляд. В глазах мужчины мелькнуло любопытство.       Ему пришлось с трудом сглотнуть, во рту у него пересохло.       Когда Ки Хун не смог ничего сказать, они просто уставились друг на друга.       Пока Ин Хо не нарушил молчание первым.       — Поговорим об этом позже, — Обратился он к солдату с серьёзным выражением лица.       Краем глаза Ки Хун заметил, как она опустила оружие и быстро отошла от него.       Я же тебе говорил, — хихикнул голос.       — Простите, господин. Я... Неважно. Пожалуйста, извините меня.       В её голосе послышались нотки разочарования. Тем не менее она поклонилась Ведущему и собралась уходить.       — Исеё.       Ки Хун удивился, когда солдат остановилась и оглянулась через плечо.       На лице Ин Хо появилась лёгкая улыбка, когда он сказал:       — Хорошая работа. На сегодня ты свободна.       Она снова поклонилась и, не сказав больше ни слова, ушла.       Исеё?       Ки Хун был удивлён.       Ведущий узнал её только по голосу?       У него сложилось впечатление, что все они должны скрывать свою личность. Но он знал её имя и даже улыбался ей? Эта женщина, кто она такая, чтобы...       Прежде чем он успел задуматься об этом, движение Ведущего отвлекло его от размышлений.       Ин Хо повесил полотенце ему на шею и присел рядом с ним на корточки.       Сосна и кедр.       Ки Хуну пришлось закрыть глаза, когда знакомый запах ударил ему в нос, и он не стал сопротивляться, когда Ин Хо осторожно взял его руку в свою, чтобы осмотреть.       На костяшках его пальцев были синяки и несколько небольших порезов.       — Что случилось? — Строго спросил его Ин Хо.       Ки Хун открыл рот, чтобы ответить, но у него не нашлось слов.       Как он вообще должен это объяснять?       Хаос, который царил в его голове, заставлял его тело двигаться и действовать так, как никогда раньше.       Для этого не было объяснений.       Ин Хо вздохнул.       — Ладно, слушай. Мне ещё нужно одеться, так что подожди здесь. Понял?       Ки Хун слабо кивнул, всё ещё не открывая глаз.       Ин Хо схватил его за подбородок и заставил открыть их.       — Ты должен ответить, Ки Хун.       — Понял, — прохрипел он. — Я останусь... Я подожду здесь.       Ин Хо отпустил его и поднялся на ноги.       — Я сейчас вернусь.       Когда его шаги затихли, Ки Хун окончательно обмяк.       Он почувствовал облегчение.       Он был сбит с толку.       Ничто из того, чего он боялся, не сбылось. Хотя он по-прежнему не помнил, что произошло прошлой ночью, это означало, что бы ни случилось, это было не настолько плохо, чтобы сорвать сделку.       Но должно же что-то быть!       Ин Хо ни за что не позволил бы ему спать без ошейника, даже не прикованным, просто из прихоти.       Ки Хун закрыл лицо руками и потёр его.       Теперь ему нужно было успокоиться и приготовиться к тому, что должно произойти.       Возвращение Ин Хо заняло больше времени, чем он ожидал.       Когда он вернулся, то был полностью одет. Это была не повседневная одежда, но всё равно выглядела дорого. Последние две пуговицы на его рубашке были расстёгнуты, открывая часть волосатой груди.       Ки Хун мысленно ударил себя по голове.       Почему он сосредоточился на чём-то подобном?       Ин Хо остановился в нескольких шагах от него и настороженно посмотрел.       — Тебе следует встать.       Ки Хун сделал, как ему сказали.       Он нервно теребил руки и опустил взгляд.       — Давай присядем, — сказал Ин Хо, и Ки Хун тихо последовал за ним к дивану.       Когда он присел на диван, то всё ещё чувствовал себя немного не в своей тарелке. Он несколько раз моргнул и подавил вздох, который рвался наружу.       Ин Хо сел рядом с ним и протянул руку, чтобы взять его за руку и осмотреть её.       — Не трогай меня! — Прошипел Ки Хун, прежде чем успел себя остановить.       Он снова запаниковал.       Он резко вскинул голову и посмотрел на мужчину. С облегчением он заметил, что тот не выглядит разгневанным.       Ин Хо на секунду растерялся. Затем он откашлялся и сложил руки на коленях.       — Расскажи мне, что произошло.       Ки Хун открыл рот, чтобы ответить, но слова не шли.       — Просто начни с самого начала и продолжай, — предложил Ин Хо.       Что и сделал Ки Хун.       — Я проснулся, — ответил он, и его голос показался ему странным. — Я проснулся и... Ну... Я растерялся.       Ин Хо ничего не сказал. Он просто посмотрел на него и стал ждать продолжения.       Ки Хун судорожно вдохнул. Он коснулся своей шеи.       — Он исчез. Поэтому я подумал... Я имею в виду, я не знаю почему, и поэтому я подумал, ну, я подумал...       Его голос дрогнул, и ему пришлось снова отвести взгляд.       Ин Хо нахмурился.       — Что ты имеешь в виду?       В отчаянии он сжал кулаки.       — Ошейник! — Воскликнул он.       Ин Хо несколько раз моргнул, недовольный его тоном, но пока решил не обращать на это внимания.       — И? — Спросил он.       — Ты забрал его! Я проснулся без него! И что я должен был подумать? Конечно, я боялся, что... Я боялся, что что-то случилось. Что... Что сделка сорвалась.       Когда эти слова сорвались с его губ, Ки Хун замер. Он почувствовал, как начинают гореть щёки.       На мгновение воцарилась тишина.       — Ты ничего не помнишь.       Это было всё, что сказал Ин Хо, уставившись на него.       Ки Хун вскинул голову, чтобы посмотреть ему в лицо в поисках ответа, любого намёка, который он мог бы найти. Но ничего.       На лице Ин Хо снова появилось непроницаемое выражение.       — Нет, не помню, — процедил Ки Хун.       Когда мужчина не стал вдаваться в подробности, ему захотелось накричать на него, встряхнуть, чтобы он просто рассказал всё. Рассказал бы, что случилось и почему он решил, что это хорошая идея — так поступить с ним.       Может быть, именно этого он и хочет, — размышлял голос, — посмотреть на твою реакцию.       Ки Хун сделал ещё один глубокий вдох.       — Я не помню, — повторил он уже более спокойно. — Так ты просто... Просто расскажи мне, что случилось?       Ин Хо снова нахмурился, явно раздражённый.       — Ты попросил меня снять его.       — И ты так просто послушался? — Недоверчиво переспросил Ки Хун.       Нет, это не может быть правдой. Это тот самый человек, который заставляет его ползать по полу и прислуживать ему, смотреть на жестокие игры, потому что это развлекает его.       Зачем вообще кому-то такому больному, презренному и извращённому, как он...       Мягкое прикосновение пальцев Ин Хо к его шее заставило его замереть.       Воздух застрял в горле, и он поперхнулся.       Ин Хо слегка провёл кончиками пальцев слева направо по кадыку и по задней части шеи.       Ки Хун мог только смотреть на него, словно олень в свете фар.       Наконец, он опустил руку.       — Ты попросил меня снять его, и я это сделал, — подтвердил Ин Хо, и мрачный взгляд его глаз предупреждал, чтобы тот не перебивал. Ки Хун сглотнул. — Возможно, эта информация поможет тебе поверить. Это потому, что ты вежливо попросил, Ки Хун.       Ин Хо с удовлетворением наблюдал, как краска отлила от лица мужчины.       Затем он добавил:       — В конце концов, он был слишком туго затянут. Ты должен был сказать мне, когда я тебя спрашивал. Даже сейчас остались красные пятна.       — Я не помню, — прошептал Ки Хун.       — Тебе и не нужно помнить, это уже случилось. И, честно говоря, мне всё равно. Результат всё равно остался бы прежним. Я не виню тебя за этот... Трюк, который ты провернул.       После короткой паузы Ин Хо, казалось, дал себе встряску.       Он развёл руки в стороны и разгладил ткань своих брюк. Взгляд Ки Хуна проследил за его движениями и задержался на его бёдрах.       Осторожнее, — прошептал голос.       Он тут же пришёл в себя.       И едва не выругался себе под нос. Будь проклят тот кошмар.       — Это моя вина, — наконец сказал Ин Хо. Ему, похоже, было не слишком приятно это признавать. — Я должен был подумать о том, что ты можешь ничего не помнить. В конце концов, это не так уж невероятно.       Ки Хун недоверчиво посмотрел на него.       Он не знал, можно ли доверять тому, что он говорит прямо сейчас. Это было неожиданно и совсем не похоже на Ин Хо.       Не тот Ведущий, которого ты знаешь, — прокомментировал голос.       Заткнись, — мысленно ответил Ки Хун.       И вдруг у него возникла догадка.       — Так вот в чём дело? — Спросил он, внимательно наблюдая за мужчиной. — Я попросил тебя снять его. Ты заметил, что он слишком туго надет, и...       — И потому что ты так мило попросил, — перебил его Ин Хо с лёгкой ухмылкой.       Вот это было больше похоже на него. В его глазах читалось мрачное выражение, словно он хотел разорвать Ки Хуна на части.       Он не позволил этому сбить себя с толку.       — Ну, да, и это... Хорошо. Но это всё? Что-нибудь ещё?       Ин Хо посмотрел на него.       — Нет, — наконец сказал он.       Ки Хун знал, что его пауза затянулась.       Это ложь, — прошептал голос, — он никогда тебе не расскажет.       У Ки Хуна на языке вертелись оскорбления, но он подавил их. Он решил действовать более сдержанно.       — Точно?       Их взгляды встретились.       Затем Ин Хо отвёл взгляд в сторону.       — Ничего, о чём стоило бы упоминать, — был его краткий и окончательный ответ.       Ки Хун хотел продолжить расспросы, но знал, что ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому оставил всё как есть.       — Надо обработать твои раны, — внезапно сказал Ин Хо, взглянув на руки.       Ки Хун снова почувствовал раздражение.       — Не нужно, — процедил он сквозь зубы.       — Ки Хун...       — Это ничего не значит! — Воскликнул он.       Потрясённый собственным поведением, он откинулся на спинку дивана и отвёл взгляд, пытаясь успокоить Ин Хо этим покорным жестом.       — Это ничего не значит. Я в порядке, — повторил он с наигранным спокойствием в голосе. — Я взрослый мужчина, и я участвовал в драках, это ничего не значит.       Последовала короткая пауза.       — Ладно, — уступил Ин Хо. — Как хочешь.       Ки Хун чувствовал на себе его пристальный взгляд.       Это заставило его заёрзать, и он отказывался поднимать взгляд, пока не услышал тихий стук.       Ин Хо похлопал себя по бедру.       — Подними ногу и поставь её сюда, — приказал он.       Ки Хун не знал почему, но чувствовал, что должен отказаться.       — Зачем? — Спросил он.       Он хотел, чтобы его голос звучал неохотно, но вместо этого у него перехватило дыхание. Он прикусил щёку изнутри.       Глаза Ин Хо потемнели.       — Сделай это, сейчас же.       Ки Хун поднял ногу и положил её на диван. Он нервничал, даже когда сделал это, но не мог отказать.       Время замерло.       Ин Хо приподнял бровь, глядя на него.       Болезненной хваткой он взял его за лодыжку и притянул ближе.       Из-за этого Ки Хун чуть не упал с дивана. Он едва удержался, размахивая руками, схватился за спинку и крепко вцепился в неё.       И тут он почувствовал это.       Пальцы Ин Хо скользнули ему под штаны и коснулись ноги.       Ки Хун инстинктивно отстранился.       Каждое место, по которому он проводил рукой, оставляло после себя ощущение жжения, и это было слишком...       — Не двигайся, — предупредил Ин Хо и крепче сжал его.       Это было больно.       Затем он достал из кармана ключи и начал отпирать кандалы.       Ки Хун вздохнул с облегчением.       — Чем бы ещё заняться? — Пробормотал Ин Хо себе под нос.       Ки Хун даже не обратил внимание на это. Он с замиранием сердца наблюдал, как Ин Хо открыл кандалы и осторожно снял их с его лодыжки.       Как он небрежно бросил их рядом с собой на диван, не отрывая взгляда от его ноги.       — Есть несколько царапин, но всё не так плохо, — сообщил он и погладил напряжённую кожу ладонью.       Ки Хун едва смог подавить вздох.       Момент был пропущен.       — И не пойми меня неправильно, Ки Хун. Я исполнил твоё желание, потому что был в хорошем настроении. Но позже ты снова наденешь ошейник.       Позже.       Ки Хун вздрогнул.       На этот раз это было не только неприятно.       Ин Хо наклонил голову и посмотрел на него с подозрением.       — Ты вспотел, Ки Хун.       — Я... Ну, да, — невнятно ответил он и потрогал свой лоб, чтобы убедиться.       Это было несерьёзно, но это правда.       Придурок.       — Ночью я не очень хорошо выспался.       Это вырвалось прежде, чем он осознал, что говорит.       — И почему же? — Спросил Ин Хо.       Он облажался.       В следующий раз лучше прикуси язык, — насмешливо произнёс голос.       — Просто, — сухо ответил Ки Хун и сосредоточился на столе.       Это был действительно красивый стол. Мрамор выглядел очень качественным, а дизайн необычным. Он задумался, не был ли его автором какой-нибудь художник. Этот предмет не выглядел как что-то, что можно купить в обычном...       — Как скажешь.       Ведущий смягчился, но по-прежнему приковывал его к себе своим мрачным взглядом.       Это было ясно как день. Он хотел вскрыть ему голову и заглянуть внутрь.       Или задушить тебя и заставить признаться.       Ки Хун вздрогнул.       — Я лучше... Можно мне умыться, пожалуйста?       Ин Хо ещё недолго наблюдал за ним, а затем кивнул.       — Хорошо.       Ки Хун вскочил как можно быстрее и направился в ванную.       Воздух внутри был ещё немного влажным после душа, который принял Ин Хо.       Он протёр зеркало, чтобы посмотреть на себя, а затем подставил запястья под воду. Он удерживал их, пока руки не закололо от холода.       Он покачал головой, а затем плеснул немного воды себе в лицо.       — Возьми себя в руки! — Упрекнул он себя. — Соберись!       У него перехватило дыхание, когда он увидел отметины.       Вокруг его горла были красные полосы. Выглядело не слишком плохо, но и не слишком красиво. На шее сбоку виднелся синяк.       Неужели было так туго? — Спросил он себя, вытирая руки и лицо.       По правде говоря, он не знал, потому что не обращал на это особого внимания.       В конце концов, вчера у него на уме были другие, более неотложные дела.       В глубине души он жалел, что не подождал терпеливо в своей комнате. Тогда у него была бы возможность хотя бы начать обдумывать всё, что произошло вчера, пока Ведущий принимал душ и занимался бог знает чем, пока не позвал его снова.       Ки Хун постарался не думать об этом и вышел из ванной.       Когда он открыл дверь, Ин Хо стоял рядом, скрестив руки на груди, и уже ждал его.       Он что, подслушивал?       Ки Хун стиснул зубы. Прежде чем он успел что-то сказать, заговорил мужчина.       — Иди за мной. Я хочу тебе кое-что показать.       Он развернулся и пошёл вперёд, оставив Ки Хуна.       К его удивлению, они направились прямо в кабинет. По крайней мере, Ки Хун так предположил.       Ин Хо бросил на него взгляд через плечо, отпер дверь и вошёл.       Комната оказалась даже больше, чем ожидал Ки Хун. Он узнал стол и книжную полку, которые видел прошлой ночью. На поверхности были аккуратно разложены какие-то документы, и он с любопытством пробежался взглядом по книгам. Но ни одна из них не показалась знакомой.       Помимо мебели, с которой он уже был знаком, присутствовала большая двуспальная кровать и большой шкаф с зеркалами. Разумеется, окон не было.       Ки Хун без стеснения огляделся, запоминая всё.       Он попытался использовать это как возможность узнать больше о Ведущем, может быть, он найдёт его слабое место или что-то похожее на оружие, которое он мог бы тайно взять. Что-то настолько маленькое, что не привлечёт внимания, но достаточно большое, чтобы оказаться полезным.       Ки Хун остановился, чтобы понаблюдать за происходящим, пока Ин Хо шёл к столу.       Странная мысль пришла ему в голову.       Несмотря на роскошный интерьер, дорогую одежду и, несомненно, дорогую мебель, всё равно было душно.       Как в тюрьме.       Кого я обманываю? — Подумал Ки Хун и фыркнул.       Этот человек дёргал за ниточки и следил за всем. Он был тем, кто следил за тем, чтобы всё шло гладко... Управлял адом, словно дьявол.       — Ты здесь живёшь? — Спросил он.       Ин Хо почти никак не отреагировал на этот вопрос.       — По большей части, да.       Он ещё раз осмотрел всё.       Затем Ин Хо снова заговорил.       — Иди сюда. Я хочу тебе кое-что показать.       Ки Хун подошёл к нему и сел по другую сторону стола.       Он мог бы поклясться, что лицо Ин Хо озарила лёгкая улыбка, но он не был в этом уверен, поскольку улыбка длилась всего долю секунды.       — Что ты хочешь мне показать?       — Вот, взгляни на это, — сказал Ин Хо и протянул чёрную папку. — Вчера вечером ты заставил меня задуматься, и я понял, что могу подготовиться лучше.       Ки Хун взял папку.       И открыв её, он практически почувствовал на себе взгляд Ин Хо.       Крупные буквы 2023, казалось, смеялись ему в лицо.       — Что это? — Потребовал он ответа, хотя в глубине души уже знал.       — Переверни страницу, и увидишь.       В голосе Ин Хо звучало веселье.       Это должен был быть ещё один предупреждающий знак.       Ки Хун прикусил щёку и сделал, как ему сказали.       Он перевернул страницу и почувствовал, как кровь застыла у него в жилах.       В верхней части было написано "Красный свет - Зелёный свет". Все игроки, выжившие в игре, были перечислены с фотографиями и номерами под ними.       Ки Хун пролистал пару страниц.       — Сколько? — Спросил он напряжённым голосом.       — Что ж, в прошлом году только 187 человек оказались достаточно хороши, чтобы пройти первую игру. Если ты перевернёшь ещё несколько страниц... — Ин Хо жестом попросил его перевернуть и остановился, когда они дошли до нужной. — Ага, вот. Это игроки, которые вчера вечером успешно прошли вторую игру. 134. Неплохо, да?       Ки Хун почувствовал, как у него скрутило живот.       Как ни странно, на этот раз всё было не так плохо.       Он прикусил щёку ещё сильнее, надеясь, что пойдёт кровь.       Он окинул взглядом все их лица. Они всё ещё выглядели такими весёлыми, счастливыми от возможности выиграть немного денег и изменить свою жизнь. Никто из них и представить себе не мог, что эти многообещающие игры потенциально — нет, скорее всего — убьют их.       Ки Хун попытался сохранить самообладание.       — Зачем ты мне это показываешь? — Спросил он сквозь стиснутые зубы.       Ин Хо просиял, глядя на него.       — Я приготовил это специально для тебя прошлой ночью. Представь, что это каталог, знаешь ли, это то же самое, что искать нужных лошадей, когда играешь в азартные игры.       — Я уже говорил тебе, что это не лошади.       На этот раз он едва смог скрыть поднимающийся гнев.       Ин Хо облизнул губы и даже позволил себе слегка закатить глаза. Очевидно, он не хотел, чтобы это было заметно, потому что в следующую секунду он замер и пристально посмотрел на Ки Хуна.       Интересно, — задумчиво произнёс голос, — трещины на фасаде.       Бред, — огрызнулся Ки Хун, снова уставившись на папку и стараясь не смотреть на собеседника.       Это бессмыслица.       — Мы ведь говорили об этом, не так ли? — Прозвучал нависший вопрос.       — Так и есть, — быстро согласился он и приготовился снова сказать немыслимое. — Спасибо тебе за это, — выдавил он и помахал папкой.       — Не за что, — сказал Ин Хо.       Но теперь его голос звучал холодно, всё его прежнее возбуждение угасло.       Ки Хун поймал себя на мысли, что так ему и надо.       — Это была тяжёлая работа, — подчеркнул Ин Хо и положил руки на стол. — Вот почему я почти не спал прошлой ночью.       Он наклонился ближе к Ки Хуну и добавил:       — Но я думаю, что причины, по которым ты плохо спал, были совсем... Другими.       Сердце Ки Хуна замерло, а затем быстро забилось в груди.       Он сказал это так, как будто знал.       Нет, невозможно.       Он обвёл взглядом комнату в жалкой попытке не обращать внимания на комментарий, чувствуя, как краснеет всё сильнее и сильнее.       — Я уже говорил тебе. Я просто плохо спал. Не знаю почему. Когда я проснулся, то почувствовал себя разбитым.       На губах Ин Хо заиграла усмешка.       — Как скажешь.       Он определённо издевался над ним.       И Ки Хун, несмотря на здравый смысл, заглотил наживку.       — Да, я так говорю! Потому что это правда! — Он заставил себя встретиться взглядом с Ин Хо и попытался не утонуть в глубине. — И это не удивительно, не так ли? После всего, что случилось вчера.       Губы Ин Хо дёрнулись.       — О чём ты? — Спросил он.       Ки Хун недоверчиво уставился на него. На этот раз это был не насмешливый вопрос, а искреннее недоумение. Он чуть не рассмеялся.       — Серьёзно? Подумай! Ты заманил меня сюда и заставляешь смотреть эти ужасные, отвратительные игры, как будто это Олимпийские, хотя люди постоянно умирают самыми жуткими способами, — Ки Хуну пришлось сделать глубокий вдох, но его уже было не остановить, — и после этого ты хочешь, чтобы я спокойно спал? Чтобы мне было всё равно, на что ты заставляешь меня смотреть?       Когда он закончил, то не был уверен, что Ин Хо вообще его слушал. Его лицо было совершенно непроницаемым, а в глазах не было никаких эмоций. От блеска, который был раньше, не осталось и следа.       Он просто смотрел... Безэмоционально.       Он как акула, готовая наброситься на тебя и разорвать на куски, — прошептал голос.       Ки Хун не согласился.       Нет, прямо сейчас... Прямо сейчас это не так.       Ин Хо прищёлкнул языком и отвернулся. Когда он оглянулся, в его глазах была жадность.       — Послушай, Ки Хун. Я скажу в последний раз.       Когда он начал двигаться, угроза нависла над ним, словно тень.       Прежде чем Ки Хун успел передумать, он попятился, крепко прижимая папку к груди.       — Возможно, мы не придём к согласию. И видит Бог, у меня уши вянут, когда я слушаю твою раздражительную, беспорядочную, плаксивую чепуху. Но есть место, — он обошёл вокруг стола, — и время...       Ки Хун отшатнулся назад.       — И, конечно же, это не подходящий тон, когда ты так со мной разговариваешь.       Ки Хун ударился спиной о дверь.       Он вспомнил свой кошмар, и его глаза расширились.       Нет, нет, нет.       Ин Хо приковал его к месту своими тёмными глазами.       Его зрачки расширились.       Нет, нет, нет.       Щёки Ки Хуна горели, он отвернулся и закрыл глаза. Он зажмурился и молча молился, чтобы Ин Хо не подходил ближе, чтобы он просто держался подальше.       — Прости, — быстро выпалил он. — Я устал, я раздражён... Это не оправдание, но я прошу прощения. Я буду... Я буду следить за своим тоном.       — Ты уже говорил это ранее, — тихо возразил Ин Хо.       Он не перестал приближаться.       Ки Хун запаниковал.       В отчаянии он протянул ему папку, надеясь, что это хотя бы удержит его на расстоянии.       — Ладно, ты прав, — раздражённо сказал он. — Тогда позволь мне доказать тебе это. Сегодня. Я поговорю с тобой, поделюсь своими мыслями и всем остальным без... Ну, не...       — Не ведя себя как ребёнок?       Гнев захлестнул Ки Хуна, но он прикусил язык.       — Если ты так это называешь, то да.       — Пообещай мне ещё раз.       Ки Хун нахмурился и наконец сумел поднять взгляд.       Лучше бы он этого не делал.       Ин Хо стоял и смотрел на него, как кошка смотрит на загнанную в угол мышь.       Он не знал, как ему это удалось, несмотря на унижение, но он это сделал.       — С этого момента я буду... Обсуждать с тобой и делиться своими мыслями, не... Не ведя себя как ребёнок.       — И ты будешь честен, — выдохнул Ин Хо.       Ки Хун посмотрел на него.       — Да, клянусь. Я буду честен и откровенен с тобой.       Ин Хо в последний раз окинул его взглядом с головы до ног, прежде чем вернуть ему папку.       — Оставь себе. В конце концов, это твоё. Считай это подарком.       В его глазах появился едкий блеск.       Ки Хун с раздражением понял, что предпочитает это пустым, безжизненным глазам, которые он видел всего мгновение назад.       Прежде чем кто-либо из них успел сказать что-то ещё, у Ки Хуна громко заурчало в животе.       На лице Ин Хо промелькнуло удивление, сменившееся широкой улыбкой.       — Чуть не забыл, — сказал он и слегка взмахнул рукой, приглашая его следовать за собой. — Завтрак уже должен быть готов. Вчера вечером тебя стошнило, ты, должно быть, голоден.       Ин Хо придержал для него дверь.       Ки Хун прошёл мимо, стараясь не обращать внимания на приятный запах, исходящий от мужчины.       Он определённо слишком сильно ударился головой ранее.       Ин Хо догнал его, и они пошли в столовую бок о бок.       — Давай поедим, — закончил он свою фразу и, похоже, был очень доволен собой. — И раз уж мы заговорили об этом, давай продолжим наш вчерашний разговор.       Ки Хун посмотрел на него, стараясь как можно лучше скрыть свои эмоции.       — О чём именно ты хочешь поговорить? — Заставил он себя спросить.       — У меня есть несколько важных вопросов о второй игре, особенно о игроке 46.       Когда Ин Хо встретился с ним взглядом, он напомнил ему змею.       Единственной неудачей Ки Хуна была небольшая заминка в шаге.       Хотя у него снова закружилась голова, он сжал кулаки и просто сказал:       — Конечно. Давай.       Ухмылка Ин Хо стала шире.       — Не могу дождаться.