Kill Our Way to Heaven

Падение слишком быстрое, чтобы подготовиться к нему,

Спотыкаться в мире может быть опасно,

Все кружат вокруг, как стервятники,

Все надеются, что смогут стать избранными

Я был рождён, чтобы бежать, я был рождён для этого

Хлыст, хлыст

Гони меня, как скаковую лошадь

Тяни меня, словно верёвку

Сломай меня и почини

***

      Ки Хун вышел из ванной и замер на месте.       Из столовой шли двое солдат в масках. Он подумал, что они принесли еду. В этом не было ничего необычного.       Но когда один из солдат повернул голову в его сторону и продолжал смотреть, пока они проходили, Ки Хун почувствовал тревогу.       Ки Хун не мог разглядеть лицо под маской. Тем не менее, выглядело это устрашающе.       Не успев прийти в себя, он заметил, как Ин Хо выходит из кабинета, и, увидев его, тут же почувствовал облегчение.       — Ты уже проголодался? — Спросил он и слегка махнул рукой, призывая его подойти ближе.       — Думаю да, — коротко ответил Ки Хун и подошёл к нему.       Это короткое взаимодействие не оставляло его в покое. Ранее солдаты игнорировали его, будто он не существовал, за исключением моментов, когда сопровождали его в камеру. Может, это была Исеё? Но на маске был не квадрат, а треугольник.       Ин Хо наклонил голову вбок и настороженно посмотрел на Ки Хуна.       — Мы можем подождать, — сказал он. — Тебе не обязательно...       — Всё в порядке. На самом деле я голоден, правда. Я просто...       Когда их взгляды встретились, Ки Хун закрыл рот. Он не хотел перебивать, зная, что это невежливо. В большинстве случаев Ин Хо не обращал на это внимания, но иногда он не был так снисходителен.       Прежде чем он успел извиниться, Ин Хо одарил его лёгкой улыбкой.       — Тогда пойдём, — сказал он.       Они начали идти в унисон, что не было запланировано, по крайней мере, со стороны Ки Хуна. Это снова вызвало у него странное чувство. Несмотря на то, что в коридоре было достаточно места, их близость заставляла его нервничать; он понимал, что если будет недостаточно осторожен, то может случайно коснуться руки Ин Хо.       — Ты не хочешь принять душ? — Спросил он, пытаясь отвлечься от своих мыслей. Ин Хо бросил на него короткий взгляд.       — Нет. Я не принимаю душ каждый день.       — А, точно, — ответил Ки Хун, не зная, что ещё сказать. Пытаясь избавиться от тишины, он задал ещё вопрос. — Как спалось прошлой ночью?       Ин Хо не ответил, пока они не подошли к двери в столовую. Когда он остановился, Ки Хун почувствовал, как его охватило волнение, и начал теребить руки. Он знал, что говорит слишком много и задаёт банальные вопросы.       Они стояли в ожидании, пока Ки Хун не собрался с духом и не посмотрел на мужчину.       Взгляд Ин Хо вновь встретился с ним, как будто он искал что-то. Ин Хо выглядел подозрительно, но в то же время...       — Я прекрасно выспался, — сказал он, открывая перед ним дверь. — Не беспокойся.       Ки Хун подавил вздох и первым вошёл в столовую.       Заводить разговоры или поддерживать их в нужном русле никогда не было его сильной стороной. Он хотел получить от Ин Хо больше информации для своего расследования, но не знал, как это сделать. Повседневная болтовня тоже не помогла бы.       Увидев на столе Дальгона-кофе, он ожидал отвращения, но, к его удивлению, почувствовал благодарность, осознав, что Ин Хо учёл его просьбу.       Невольно помассировав грудь одной рукой, Ки Хун плюхнулся на стул и, не раздумывая, схватил ложку.       На столе находилось не только то, что осталось от ужина, и Ки Хун это знал наверняка. Ближе всего к его тарелке лежали яичные рулетики и миёккук, и ему захотелось поднять взгляд, чтобы посмотреть, следит ли за ним Ин Хо и хочет ли увидеть его реакцию.       Но Ки Хун этого не сделал.       Он налил себе суп, внимательно прислушиваясь к тому, что скажет мужчина, чтобы начать трапезу.       Ин Хо заставил его ждать.       Когда тишина затянулась и стала невыносимой, Ки Хун понял, что ему не остается ничего другого, как поднять взгляд и встретиться с Ин Хо.       Тот с любопытством смотрел на него, как будто хотел понять, что происходит в его голове и узнать все его секреты.       Из-за неловкости Ки Хун потянулся к коже под своим... Он медленно опустил руку, когда осознал, что на него не надет ошейник. Он и не заметил, что его нет, хотя ощущал это отсутствие.       — Чего ты ждёшь? — Спросил Ин Хо с удивлением.       — Твоего разрешения, — честно ответил Ки Хун, прежде чем успел передумать и придумать что-то более умное.       Это заставило Ин Хо нахмуриться.       — Если ты хочешь есть, просто начинай.       Ки Хун уставился на него в ответ.       Фыркнув, он окунул ложку в суп.       В итоге они ели медленно в тишине. Ки Хун старался сосредоточиться на еде, чтобы собрать мысли и вернуть себе спокойствие, потому что оно ускользало от него. Он гадал, почему Ин Хо ничего не говорит, почему он сам не может задать вопрос, почему тот солдат так на него посмотрел и почему...       — Что ты думаешь о прошлой ночи? Как ты себя чувствовал?       Внезапный вопрос заставил его поперхнуться, и он чуть не подавился.       Ки Хун тут же поднял голову, и его щёки снова покраснели, когда он взглянул на мужчину.       Вот он снова, этот блеск в глазах.       Ин Хо наклонил голову.       — Лудо. Что ты думаешь?       В комнате стало так тихо, будто выкачали воздух.       Потому что на мгновение... Ки Хун действительно подумал, что Ин Хо имел в виду что-то другое.       Конечно, это не так.       Вместо того чтобы обозвать себя идиотом, он попытался взять себя в руки и немного поразмыслить.       Воспоминания об игре были подобны холодным рукам, хватающим его за совесть, как будто все те люди, которые погибли, хотели разорвать его на части, наказать за то, что он смотрел.       Ки Хун понимал, что рано или поздно он столкнётся с этими чувствами и будет испытывать именно это.       Он закрыл глаза и глубоко вздохнул.       Он напомнил себе, что лучше страдать от своей привязанности, от своих человеческих эмоций, чем вообще ничего не чувствовать. Поскольку ему не избежать этой ситуации, он решил, что нужно действовать.       Однако следи за своим тоном, — тихо напомнил ему голос.       Ки Хун проигнорировал это замечание.       — Это было... Интересно, наверное, — выдал он неубедительный ответ и бросил взгляд на Ин Хо, чтобы оценить его реакцию.       Мужчина, казалось, не впечатлён и лишь приподнял бровь, выражая скепсис с оттенком высокомерия.       Ки Хун хотел ответить на это, подчиниться и дать более содержательный ответ. Его шокировало то, что такой незначительный жест может с ним сделать.       Он сдержался и взял палочки для еды, не отрывая взгляда от Ин Хо.       Затем он отвернулся, чтобы положить на свою тарелку два яичных рулета и немного шпината. Пахло очень аппетитно – кунжутным маслом и уксусом.       Если он хочет, чтобы его усилия привели к чему-то, если он действительно хочет добиться прогресса, ему нужно не поддаваться малейшему намёку на доминирование. Ему нужно как-то подавить это желание подчиняться и сосредоточиться на своей задаче.       И это сработало.       Потому что вместо привычного неловкого молчания Ин Хо первым задал вопрос.       — Интересно? И это всё, что ты можешь сказать?       Его голос звучал недоверчиво и раздражённо.       Это вызвало у него странное ощущение удовлетворения. Он старался не выдать своих эмоций и сделал вид, что задумался. Возможно, он не очень хорошо играл, и это могло быть слишком заметно, но нужно с чего-то начинать.       — Нет, — ответил он и немного поел кимчи, прежде чем продолжить. — Я по-прежнему считаю, что игра была сложной и заняла много времени. Возможно, это была самая долгая игра.       Когда он поднял взгляд, то увидел, что Ин Хо внимательно за ним наблюдает.       — Что ещё? — Коротко спросил Ин Хо.       В его голосе чувствовалось, что он ожидает от Ки Хуна конкретного ответа, и это само по себе было странным.       — Игровое поле было довольно большим, и это меня удивило. И осталось всего шестнадцать игроков. Какое... совпадение, — медленно произнёс Ки Хун.       Хотя он старался держаться в руках, его охватило внезапное чувство беспомощности.       Мимолётное ощущение контроля, возможности повлиять на этот разговор внезапно исчезло. Потому что он вспомнил игрока 144... И первую смерть. Это не шло ни в какое сравнение с ужасом, которым закончилась игра, но почему-то ранило сильнее.       Ки Хун вспомнил её широко распахнутые от страха глаза, чувство вины и смертельный страх, который читался на её лице. Он понимал, что, вероятно, она ненавидела себя за то, что оказалась в той ситуации, не имея возможности повлиять на ход событий. Она просто делала то, что должна была, и это не было её виной.       Она, должно быть, чувствовала себя ужасно. Ки Хун слишком хорошо знал, какие чувства терзали её в тот момент.       Он всё ещё ощущал это внутри.       Хотя это было невозможно, он попытался подавить эти эмоции.       — Это было отвратительно, — процедил он сквозь зубы, больше не сдерживаясь. — Это семейная игра! И превращать людей… Превращать людей в ничто, в кубики, которыми можно играть, — это так отвратительно.       Ин Хо посмотрел на него без особого интереса и взял немного скумбрии.       Это сбило Ки Хуна с толку, ведь он вдруг вспомнил, что Ин Хо ел это блюдо и в прошлый раз. Ему стало интересно, не является ли это блюдо одним из его любимых.       Сосредоточься, — напомнил голос.       — Что ещё? — Снова спросил Ин Хо.       К этому моменту он, казалось, был словно сытым по горло.       Ки Хун снова ощутил, как кровь закипает.       Несмотря на то, что напиток был слишком сладким для перерыва между приёмами пищи, он взял Дальгона-кофе, чтобы отвлечься, и стал помешивать, стараясь успокоиться.       Он не понимал, чего именно хочет от него Ин Хо.       Он смотрел на молоко, как оно меняло цвет, когда он опускал в него ложку, и как карамельная паста постепенно растворялась.       Ин Хо вздохнул и снова нарушил молчание.       — Только не говори мне, что ты уже забыл о своей лошади. Что ты чувствовал, когда она двигалась вперёд? Давай обсудим это.       Ки Хун сердито взглянул на Ин Хо, едва тот снова осмелился произнести слово, которое вызывало в нём столько ненависти. Он осознал, что, вероятно, теперь ему придётся притворяться.       Со вчерашнего дня Ин Хо казался другим.       Но сейчас перед ним снова сидел дьявол, который, улыбаясь, встретил взгляд Ки Хуна.       — Если тебе нужно время, чтобы подумать, просто дай знать, — пренебрежительно сказал Ин Хо, подвигая к себе редис. — Не волнуйся, Ки Хун. Я буду терпеливо ждать.       Ки Хун чувствовал, что Ин Хо снова пытается его сломить, словно с нетерпением ожидая, когда он запутается в своих моральных сомнениях и поддастся чуждым ему мыслям.       И, возможно, всё это должно стать очередным предательством, глубоко ранящим. Но Ки Хун знал, что не стоит привязываться к тому, что было раньше. Возможно, Ин Хо снова разыгрывает фарс, чтобы ввести его в заблуждение и затем сильнее ударить реальностью.       Или, возможно, это по-настоящему.       Прямо сейчас не было никакой возможности узнать наверняка.       Странно, но он почувствовал спокойствие: он предчувствовал, что начинается игра, в которой он должен победить любой ценой.       Пришло ещё одно осознание.       Омерзительное.       Потому что в этот самый момент Ки Хун понял, что ничто не изменит его чувств.       Когда он видел перед собой Ин Хо, он снова ощутил знакомое чувство. Эти эмоции и страсть никуда не делись; они просто притихли, но не угасли.       Ин Хо по-прежнему внимательно наблюдал за ним. Ки Хун хотел стиснуть зубы, сжать кулаки и подойти к нему, чтобы стереть самодовольную улыбку с его лица. Но вместо этого он глубоко вздохнул и собрался с ответом.       — Мне было жалко её, — признался он.       Ин Хо удивился.       — Почему?       Ки Хун вздохнул.       — Ну, ты же тоже это видел, верно? Ты видел то же, что и я. Она была... Ею всё время пренебрегали. Её мужу было всё равно.       Пауза затянулась, и он заставил себя продолжать есть, хотя разговор испортил ему аппетит.       Ин Хо задумчиво хмыкнул.       — Значит, вот какой ты её увидел?       Прежде чем Ки Хун успел спросить, что он имеет в виду, Ин Хо продолжил:       — Ты говорил, что предпочёл бы, чтобы выиграла синяя команда. Что ты почувствовал, когда победила красная и твоя лошадь?       Ки Хуну хотелось усмехнуться и спросить, что это, по его мнению, должно значить. Непрошеный сеанс терапии? Но по какой-то неведомой ему причине смог сдержаться.       На долю секунды ему захотелось снова коснуться своей шеи, просунуть пальцы под ошейник.       Но его всё равно не было, и он должен это понимать. Это вынудило его столкнуться с проблемой, полагаться только на себя, и он этого боялся.       Ин Хо всё ещё смотрел на него.       Когда их взгляды встретились, в его глазах, казалось, можно было заметить огонёк терпения. Создавалось впечатление, что он не сомневался в том, что Ки Хун сможет это сделать, что он сможет дать ему ответ и быть честным.       В этот момент дьявол, казалось, немного отступил.       Ки Хун почувствовал себя увереннее, увидев это, хотя и понимал, что на самом деле не должен был так чувствовать.       — Я не знаю, что я испытывал, — наконец произнёс он и начал катать рис в тарелке. — Если бы у меня была возможность что-то сделать, я бы хотел, чтобы все выжили. Я сочувствую ей. Но... Я также сочувствую...       Ему стало неуютно называть человека номером, и желудок снова скрутило от неприятного ощущения.       — Игрок 144, я тоже переживал за неё. И за их лидера. Это было несправедливо, когда синюю команду уничтожили.       Ки Хун не сказал, что их убили намеренно. Это было не просто убийство, а серьёзная утрата. Это были человеческие жизни, которые отняли. Ни больше, ни меньше.       Воцарилось молчание. Мысли заполнили пространство между ними, будто песок, медленно оседающий на дно моря.       — Здесь нет ничего несправедливого, — наконец произнёс Ин Хо. — В отличие от реальной жизни, игры предоставляют равенство при любых условиях. Игроки могут конкурировать без ограничений, накладываемых обществом. Им просто нужно играть и добиваться успеха.       Ки Хун несколько раз моргнул.       В этом рассуждении была своя логика. Но она действовала лишь в том случае, если сильно прищуриться, так, что вся картина расплывётся и будут видны только пиксели.       Ведущий ничего не понимал. Он смотрел на всё сверху со своего трона и даже чувствовал гордость, считая, что эти игры — это не что иное, как...       — Это не благотворительность, — вымолвил Ки Хун, вспомнив. — Я уже говорил тебе об этом. Можешь называть это благотворительностью, сколько угодно. Ты находишь извращённую гордость в том, что притворяешься, будто делаешь добро всему миру. Но это всего лишь сказки, которые ты рассказываешь себе и своим толстосумам.       Ин Хо уставился на него.       Затем он ухмыльнулся и немного откинулся на спинку стула. Ки Хун заметил, что он медленно раздвигает ноги под столом, и ему не хотелось слишком на этом сосредотачиваться.       — Я помню, как ты мне это говорил, — произнёс Ин Хо, внимательно глядя на него. — Значит, ты хочешь сказать, что ничего не изменилось? После всего, что мы пережили вместе?       Ки Хун прикусил внутреннюю сторону щеки.       — Да, ничего не изменилось, — солгал он.       В этот раз Ин Хо, казалось, мгновенно понял. Он наклонил голову и стал играть одной палочкой для еды на столе, медленно и нарочито вращая её между пальцами. Он посмотрел на Ки Хуна так, словно хотел снова разорвать его на части, словно хотел лишить его гордости и заставить взглянуть правде в глаза.       Поэтому Ки Хун ожидал, что последует ещё один вопрос, который ранит его ещё больше, медленно, но верно разрушит.       Ин Хо щёлкнул языком.       — Тогда ладно.       И на этом разговор закончился.       Он продолжил есть, и, по всей видимости, тема была закрыта. Ки Хун подождал ещё минуту, ожидая, что Ин Хо снова задаст вопрос.       Но ничего не последовало.       Раздраженный, Ки Хун не мог продолжать есть. Он продолжал смотреть на Ин Хо, пытаясь понять его мысли. Но это оказалось бесполезным — он не мог разобраться, почему их разговор подошёл к концу.       Он смотрел на Ин Хо, который взял свой Дальгона-кофе и начал размешивать его, поднося к губам.       Но прежде чем мужчина сделал первый глоток, он поднял взгляд и посмотрел прямо на него.       Сердце Ки Хуна снова забилось быстрее, и он упрекнул себя за это.       Ин Хо отпил немного кофе, не прерывая зрительного контакта.       И это вновь заставило Ки Хуна чувствовать себя неловко.       — Как тебе на этот раз? — Равнодушно спросил Ин Хо, ставя стакан на стол. — Есть изменения?       Ки Хун с трудом сглотнул и отвёл взгляд на свой стакан. Это было неожиданно, мягко говоря, и первым его порывом было отрицание. Нет, кофе не отличался от предыдущего.       Но Ин Хо продолжал смотреть на него с ожиданием, и Ки Хун решил попробовать ещё раз.       Не зная точно, как это объяснить, он сказал:       — Наверное, он немного другой на вкус.       Ин Хо улыбнулся.       — Верно. Тебе нравится?       Ки Хун открыл рот, но тут же закрыл. Он был готов к этой провокации, зная, что Ин Хо снова попытается его подловить. Возможно, не за завтраком, но позже, когда они будут смотреть игру. Это было неизбежно.       Тем не менее, сейчас всё чувствовалось по-другому.       Казалось, что Ки Хуна отталкивают назад и снова тянут вперёд. И это вовсе не случайно, нет. Ин Хо делает это намеренно.       Как будто он намеренно подводит его к краю пропасти, где бушует ярость и клокочет ненависть, чтобы в последнюю секунду крепче сжать его руку и оттащить назад.       Казалось, что Ин Хо преследовал его, хорошо зная, в каком направлении он будет двигаться, и даже внезапные повороты, которые он попытается сделать.       Это раздражало, но так оно и есть...       Ки Хун вздохнул.       — Да, думаю, мне нравится, когда кофе менее сладкий.       Ин Хо улыбнулся, удовлетворённый, но больше не произнёс ни слова.       После этого они молча закончили завтрак, и Ки Хун старался не думать ни о чём. Он не хотел, чтобы его выбило из колеи, этого он допустить не мог.       Когда он встал и подошёл к Ин Хо у выхода, тот снова посмотрел на него с тем мягким взглядом и придержал дверь.       На этот раз Ки Хун не поблагодарил его.       — Мне ещё нужно кое-что сделать, — сказал Ин Хо, когда они вошли в гостиную.       Тем не менее, он направил его к дивану и взял книгу, лежавшую на столе.       — Пока расслабься и продолжи чтение. Мне было бы интересно узнать твоё мнение.       Ки Хун нахмурился, растерянный.       — Но ты же знаешь, что...       Он не успел закончить, как дверь внезапно открылась, и вошёл солдат.       На этот раз Ки Хун сразу узнал её — возможно, по фигуре или поведению. Квадрат на маске. Книга в руках стала последним намёком: "Стая".       — Исеё, — поприветствовал её Ин Хо и повернулся, слегка улыбаясь ей.       Она поклонилась и не удостоила Ки Хуна ни единым взглядом. Проходя мимо, она передала книгу Ведущему.       Ки Хун, немного растерянный, смотрел ей вслед, затем резко повернулся к Ин Хо.       — Это не займёт много времени, — заверил его Ин Хо, протянув книгу. — Оставайся здесь и почитай немного.       Похоже, он вдруг о чём-то вспомнил и добавил:       — На этот раз не отвлекайся. Если есть ещё какой-то важный вопрос, он может подождать.       Ки Хун взял книгу, не сказав больше ни слова, и слегка кивнул.       Ин Хо некоторое время смотрел на него, а потом ушёл.       Хотя Ки Хун не хотел, он взглянул вслед и заметил, как Исеё сняла маску и балаклаву. Прямо перед тем как Ин Хо закрыл дверь, он увидел, как она встряхнула волосами, волнами гладких каштановых волос.       Когда дверь захлопнулась, Ки Хун вздрогнул.       Он крепче сжал книгу и направился к дивану, но потом передумал и сел в кресло.       Посмотрев на книгу в своих руках, он задумался.       Меня не интересуют мужчины.       Ки Хун покачал головой и вздохнул.       То, что Ин Хо встречается с Исеё, не означает, что у них роман. И даже если бы это было так, это не должно иметь никакого значения. Нет, он знал, что это не так. Это не имеет значения.       Если, конечно, они не встретились сейчас, чтобы...       Ки Хун стиснул зубы и попытался не думать об этом. Ин Хо не стал бы делать что-то подобное, находясь рядом с ним. Да, он говорил о каких-то делах. Что бы это ни было, скорее всего, это связано с солдатами. У Исеё маска с квадратом. Она одна из главных солдат, значит, это точно работа, а не что-то личное.       Он узнаёт её только по голосу, — напомнил ему голос.       Чтобы отвлечься, он открыл книгу на первой странице, решив почитать. Пока ему больше нечем заняться. Затем он сказал себе, что тоже всё равно узнал бы Исеё, так что это не имело значения.       В ней что-то есть, — размышлял голос.       Ки Хун действительно старался не обращать внимания.       Но потом он вспомнил, что именно Ин Хо отправил к нему Исеё принести одежду и сказать, который час, чтобы он смог ещё немного поспать.       Это означало, что он либо разбудил её слишком рано, либо они уже были вместе, когда...       Ещё один вздох вырвался у него из груди.       Почему он вообще об этом думает? Это совершенно не имеет значения. Ему просто следует позже спросить Ин Хо об этом. В худшем случае он не получит ответа, и Ин Хо заподозрит его в любопытстве.       Возникла ещё одна мысль, и она была менее раздражающей.       Поскольку он уже знал её имя и мог её узнать, возможно, это пригодится ему в будущем. Может быть, она тоже не хочет здесь находиться и попала сюда по обстоятельствам. Тогда она могла бы стать его союзницей для поиска выхода или разработки плана.       Если только она не встречается с ним, тогда она не поможет, — хихикнул голос.       Ки Хун закатил глаза и сосредоточился на книге.       Чтение не вызвало у него особого интереса, но это хотя бы отвлекало и позволяло скоротать время. Не успел он опомниться, как Исеё вышла из кабинета и направилась к выходу.       Ки Хун поднял взгляд, заметив её краем глаза.       На этот раз она лишь слегка поклонилась ему и ушла.       Ин Хо всё ещё оставался в кабинете.       Он оглянулся через плечо, удостоверившись, что дверь закрыта, и вновь сосредоточился на книге. Честно говоря, сюжет показался ему не особо интересным. Возможно, стоит прочитать несколько глав, чтобы оценить развитие истории, или, может быть, просто продолжить чтение, и тогда всё изменится. В конце концов, Ин Хо сказал, что это может найти отклик в нём... Потому что человечество не заслуживает существования.       Если бы Ки Хун смог закончить чтение, он мог бы обсудить её с Ин Хо и доказать, что тот неправ. Поэтому он продолжал, стараясь не отвлекаться на посторонние мысли.       — Ты ещё не дошёл до той страницы, где загнул уголок, Ки Хун, — вдруг прошептал кто-то ему в ухо.       Ки Хун вздрогнул, его щёки покрылись румянцем.       Он резко обернулся.       Звук его голоса, низкий и с нотками веселья, ощущение тёплого дыхания на шее всё ещё оставались, и мурашки, пробежавшие по коже, никак не хотели исчезать.       Ин Хо стоял прямо за его спиной. Он облокотился на кресло обеими руками, явно развлекаясь, и в его глазах появился любопытный огонёк, когда он посмотрел на Ки Хуна.       Это заставило его пульс участиться.       — Да... Э-э, нет... Мне просто нужно было кое-что проверить, и я решил... Перечитать несколько страниц, чтобы освежить память, — заикнулся он, замечая, что ухмылка Ин Хо стала шире.       — Неужели?       Он хотел подтвердить слова, усилить ложь и открыл рот, чтобы сделать это. Но когда Ин Хо наклонился ниже, чтобы лучше рассмотреть страницу, когда он внезапно оказался так близко...       Он просто не смог.       Он встретился взглядом с Ин Хо, и они продолжали смотреть друг на друга, пока он не почувствовал, как его тело охватывает жар. Это было невыносимо, но он не хотел, чтобы это прекращалось.       Наконец, Ин Хо сжалился над ним и отступил.       Ки Хун глубоко вздохнул, пытаясь успокоить колотящееся сердце.       — Я обычно перечитываю последние несколько страниц перед тем, как продолжить, — небрежно сказал Ин Хо и сел на диван. — Особенно если прошло какое-то время. Это подготавливает к тому, что на каждой странице будет что-то новое.       Ки Хун несколько раз моргнул, приказывая себе взять себя в руки.       — Верно, — это всё, что он смог выдавить в ответ, к своему собственному разочарованию.       Ин Хо откинулся назад и закинул ногу на ногу.       Он не произнёс ни слова, просто продолжал смотреть.       Ки Хун откашлялся и спросил:       — Чем вы были заняты?       Ин Хо нахмурился.       — Работа, — коротко ответил он, склонив голову набок.       Ки Хун вспомнил, что это знакомое зрелище. Каждый раз, когда Ин Хо был чем-то заинтригован, он всегда так делал. И это вызывало у Ки Хуна определённые чувства, как будто его изучают.       — Ты думал о том, чем мы занимаемся? — Спросил Ин Хо.       Это явно звучало как насмешка.       Ки Хун постарался не показывать интереса и только пожал плечами.       — Я читал. Просто спросил, тебе не обязательно отвечать, — сказал он, надеясь, что это прозвучит безразлично.       Ин Хо некоторое время смотрел на него.       — Просто работа. Мы часто видимся, потому что она одна из лучших.       Ки Хун снова взглянул на Ин Хо, в его глазах читалось веселье. Возможно, он всё-таки не казался таким уж равнодушным, и Ин Хо это нравилось.       — Как скажешь, — съязвил он и захлопнул книгу. — Какие у нас планы на сегодня? Разве мы не собираемся посмотреть ещё одну игру?       И в тот же миг веселье, которое он заметил ранее, исчезло.       Ки Хун сразу же пожалел о своих словах.       Ин Хо задумчиво хмыкнул.       — Я не уверен насчёт следующей игры, потому что она последняя.       Когда он не стал вдаваться в подробности, Ки Хун набрался смелости и спросил:       — Почему? Это должно быть грандиозно.       Логично было бы предположить, что Ин Хо захочет показать ему игру, похвастаться её дизайном и обсудить, безвкусен ли он или гениален.       Но Ин Хо просто смотрел на него, выглядя напряжённым.       Надежда на подробности быстро угасла, и Ки Хун почувствовал, как в его груди закралось беспокойство.       — Это "Игра в кальмара", — сказал Ин Хо.       Сердце Ки Хуна замерло.       И как только первоначальный шок прошёл, он почувствовал, как в нём разгорается ярость, словно огонь, в который плеснули целый галлон бензина. Потому что это... Это, должно быть, очередная жестокая шутка…       — И нет, я не... Издеваюсь над тобой, — Ин Хо прервал его эмоциональный поток и строго посмотрел на него. — Я просто предупреждаю тебя заранее.       Ки Хун сжал кулаки и попытался сохранить спокойствие.       — Почему? — Спросил он сквозь стиснутые зубы.       Ин Хо не моргнул, когда ответил:       — Почему что?       Ки Хуну захотелось ударить его. Рано или поздно он бы так и сделал, особенно если бы это продолжалось. Пытаясь подавить гнев, он сделал глубокий вдох.       — Почему именно "Игра в кальмара"? Почему... В этом нет смысла.       Ин Хо спокойно посмотрел на него. Сначала казалось, что он хочет ответить, но потом, видимо, передумал.       — О чём ты думаешь? — Был его единственный ответ.       Ки Хун раздражённо фыркнул. Ему казалось, что его снова толкают и тянут в разные стороны. Он прекрасно понимал, что их злая игра будет непростой, но на самом деле справляться с ней гораздо сложнее, чем представлять, чем всё закончится.       Нет, он не мог позволить сбить себя с толку.       Он должен не сбиться с пути, он должен сделать всё, что потребуется. Независимо от того, какие игры он смотрит, и насколько утомительны их разговоры.       Но прежде чем он успел принять чёткое решение, хочет ли ответить честно или солгать, правда вновь вырвалась наружу.       — В большинстве игр мне приходилось играть одному, — сказал он. — Неужели у тебя не хватает ума придумать что-то новое, и ты лишь повторяешь старое?       Ин Хо молчал, внимательно смотря на него, как будто ожидая, что он продолжит.       И он продолжил:       — Такое чувство, что ты намеренно тычешь меня носом в это! Это даже не мои игры, я не знаю никого из участников, и всё равно они проходят через то же самое. Это просто... Это не...       В конце концов, ярость захлестнула его.       Ки Хун закрыл глаза и попытался успокоиться.       Он не хотел видеть это. Не хотел наблюдать, как трое игроков — супружеская пара и один мужчина — разрывают друг друга на части. Сначала они будут делать вид, что играют, а потом начнут сражаться и использовать оружие.       Это напомнило бы ему о Сан Ву.       Воспоминания определённо захватят его, поглотят, сделают беспомощным.       Это было бы больно.       Ин Хо долго молчал, прежде чем заговорить. Если бы Ки Хун не знал его лучше, можно было бы подумать, что он хочет дать время для размышлений и успокоиться. Но Ки Хун понимал, что это не так.       — Это была ещё одна просьба VIP-персон, — сухо объяснил Ин Хо, хотя в его голосе звучала странная нотка. — Я только что сказал, что мы не будем смотреть игру сегодня, но я передумал. Мы будем смотреть.       Это было худшее, что он мог сказать.       Ки Хун подумал, что если бы не стал так настойчиво просить о последней игре, Ин Хо, возможно, вообще не показал бы её. По какой-то причине он мог бы выбрать другую игру, из другого года.       — Мы могли бы посмотреть другие игры, — предложил Ки Хун, как только у него возникла эта мысль.       Ин Хо посмотрел на него с непроницаемым выражением лица, и, когда тот не ответил, Ки Хун забеспокоился.       — Игры начинались почти десять лет назад, верно? Может, даже больше. Мы можем просто начать с самого начала. Это будет более захватывающе и разнообразно, верно? Кажется, с 2015 года...       — Нет.       Тело Ки Хуна напряглось при звуке голоса Ин Хо, но на этот раз он не был приятным. Напротив, откровенно ужасным. Он не смел посмотреть на Ин Хо, потому что предчувствовал, что его ждёт.       Когда он всё же повернулся, его страх оправдался.       Ин Хо смотрел на него с пугающим безразличием.       Нет, это преуменьшение. Его глаза были похожи на вакуум, пытавшийся засосать его и оторвать от тела одну конечность за другой, начиная с пальцев, пока от него не осталось бы ничего, кроме маленьких кровавых кусков.       Ки Хуна охватила холодная дрожь.       — Хорошо, — пробормотал он и отвёл взгляд. — Это просто... Глупая идея. Мы сделаем так, как ты хочешь. Давай посмотрим... Давай посмотрим "Игру в кальмара".       Ки Хун вздрогнул, когда Ин Хо резко встал и, проходя мимо, направился в кабинет, оставляя за собой зловещую ауру.       Тем не менее, Ки Хун осмелился посмотреть ему вслед.       Спустя некоторое время Ин Хо вернулся с несколькими книгами под мышкой и бутылкой пива в руке.       Ки Хун хотел заметить, что они только что поели и что слишком рано пить, но он знал, что Ин Хо не примет это с благодарностью. Раньше он тоже часто выпивал, это его успокаивало, особенно перед ставками.       Поэтому Ки Хун решил промолчать и наблюдать, как Ин Хо расставляет принесённые вещи на столе, а потом садится на диван.       Когда их взгляды встретились, от прежних эмоций не осталось и следа. Ин Хо теперь выглядел совершенно спокойно.       — Мы посмотрим финал сегодня, — сказал он ровным, почти успокаивающим тоном, как будто хотел загладить недавнюю напряжённость. — Но не сейчас. Сначала нам нужно обсудить это.       При этих словах, температура в комнате, казалось, понизилась на несколько градусов, и Ки Хун почувствовал холод. Он не хотел даже осознавать, что имел в виду Ин Хо, не хотел углубляться в его слова.       — Прежде чем мы начнём просмотр, давай обсудим твою игру с Сан Ву.       У Ки Хуна скрутило желудок.       Ему казалось, что его вот-вот стошнит.       В глубине души он ожидал, что Ин Хо насладится этим зрелищем, что последует ещё один насмешливый комментарий, что в его глазах появится садистский блеск, что он будет безмерно наслаждаться его отчаянием и болью.       Но, к его удивлению, Ин Хо выглядел серьезным и сохранял нейтральное выражение лица.       Не было никаких сомнений в том, что он намеревался воплотить это. И, похоже, ему это совсем не нравилось, а наоборот.       Мужчина был напряжён, но всё равно выглядел как само воплощение самообладания.       И Ки Хун увидел в нём то, что видел ранее, — скалу среди бурных вод. Скалу, за которую он не только хотел ухватиться, но и действительно мог это сделать. Может быть, это просто очередной фарс, но в этот момент он действительно чувствовал, что может это сделать. Пусть Ин Хо поможет ему пройти через это, поговорить и удержать.       Несмотря на то, что он чувствовал, он покачал головой.       Ин Хо некоторое время молчал, наблюдая за ним. Наконец, он спросил:       — Когда ты в последний раз говорил об этом?       И Ки Хун почувствовал себя так, словно его ударили под дых, словно чья-то рука схватила его внутренности и вытащила наружу.       Он не хотел отвечать, не хотел даже думать об этом.       В глазах Ин Хо вдруг снова появился мягкий блеск, но он остался решительным. Ки Хун ощутил, как его охватывает желание сдаться, хотя внутренняя борьба всё ещё продолжалась.       — Никогда, — прошептал он, и это было горькой правдой.       Ин Хо не проявил ни шока, ни жалости, ни насмешки. Он выглядел настолько собранным, что Ки Хун почувствовал, как спокойствие Ин Хо переходит к нему. Он не мог отвести взгляда — просто хотел смотреть на него и позволить этому чувству поглотить себя.       — Понятно, — медленно произнёс Ин Хо, беря одеяло. — Давай обсудим это сейчас. Ты не против остаться на месте, пока мы говорим?       ДА.       Нет.       Ки Хун не знал, что сказать, и внезапно ему захотелось вернуть ошейник. Он хотел больше не думать, не чувствовать, он не хотел сталкиваться с этим, не хотел говорить об этом, он хотел...       Но затем они посмотрели друг на друга, и в решимости Ин Хо ничего не изменилось. Она присутствовала, непоколебимая, как скала.       Не говоря ни слова, Ки Хун встал и сел рядом. Ин Хо аккуратно протянул ему одеяло, Ки Хун ухватился за него и заставил себя сосредоточиться.       — Не торопись, — сказал Ин Хо, в его голосе слышалось терпение. — Мы можем начать с самого начала или с того места, которое ты выберешь.       Вдруг Ки Хун понял, что не хочет больше тянуть время.       — С начала, — быстро ответил он, его голос звучал странно. Он пытался убедить себя, что ему просто нужно высказаться, позволить словам выйти наружу.       Он поклялся себе, что сделает всё возможное, чтобы достичь своей цели. И, судя по всему, это было частью плана. Ин Хо хотел, чтобы он рассказал об этом, прежде чем они продолжат просмотр игр, и большая, но молчаливая часть Ки Хуна тоже хотела обсудить это.       Ин Хо ждал, когда он продолжит, но Ки Хун не мог найти слов. Затем, вздохнув и не глядя на Ин Хо, он сказал:       — Ты сказал, что наблюдал за этим. Значит, ты видел, что произошло.       Ответа не последовало.       Мужчина немного сдвинулся, и Ки Хун почувствовал его пристальный взгляд, но он не мог поднять голову, чтобы встретиться с ним глазами.       — Верно. Но давай не будем об этом. Лучше обсудим Сан Ву.       Ки Хун закрыл глаза.       Часть его не хотела этого разговора; ему казалось, что его тело сопротивляется и делает всё, чтобы избежать этого.       — В детстве мы часто играли в эту игру, — неожиданно произнёс он.       Ин Хо молчал, позволяя ему продолжать.       — Мы... Росли вместе. Поэтому он был для меня как младший брат. Когда мы играли, у нас был... Был Инспектор Роял.       Наступила пауза.       Ки Хун знал, что за ним всё ещё наблюдают, потому что чувствовал. И на этот раз он решил набраться смелости и посмотреть на мужчину.       Лицо Ин Хо оставалось невозмутимым, без признаков скуки, злости или недовольства, хотя, возможно, ему следовало бы так реагировать, так как всё это могло показаться ему бессмысленным.       — Что это значит? — Единственный вопрос, который он задал.       Ки Хун отвернулся и вздохнул.       — Если нападающий прорывался через защиту "кальмара", то это... Мы называли его Инспектор Роял. И не спрашивай меня почему, я понятия не имею.       Ин Хо задумчиво промычал.       Это было странно.       Ки Хун чувствовал, как в его теле нарастает паника, готовая застать врасплох. Она словно кипела внутри него, и поначалу это могло казаться небольшим горячим источником, но если он будет игнорировать это, то через долю секунды тот может превратиться в ещё один вулкан, который только и ждёт, чтобы сжечь его заживо.       Он прерывисто вдохнул и подавил желание закрыть глаза.       Он ощутил панику. В то же время он чувствовал, что Ин Хо сидит рядом с ним, и тепло, исходящее от его тела, притягивает его, как магнит.       Они не соприкасались, но это почему-то успокаивало Ки Хуна.       Внезапно Ин Хо спросил:       — В таком случае ты был нападающим. Играл за Инспектора Рояла?       Это прозвучало так, как будто он уже знал ответ.       Однако у Ки Хуна не было времени думать об этом, потому что его сердце бешено заколотилось, и он почувствовал, что вот-вот его охватит паника.       — Верно, — только и смог он произнести в ответ.       Ин Хо слегка сдвинулся, и это заставило Ки Хуна взглянуть на него ещё раз. К его удивлению, мужчина выглядел терпеливым и сосредоточенным. Ничего не изменилось.       — Так каково это — играть в эту игру с другом, учитывая все ваши детские воспоминания?       Хотя вопрос мог показаться насмешливым, в голосе Ин Хо не звучало ни капли эмоций.       Тем не менее, вопрос был настолько наивным, что паника Ки Хуна, как по часам, сменилась яростью. Он так сильно сжал кулаки, что ногти впились в ладони, причиняя боль.       — Каково это? — Прошипел он, теряя контроль. — Ах да, это было ужасно весело! Я так благодарен, что такому никчёмному, как я, позволили развлекать такого человека, как ты, за деньги!       Ин Хо никак не отреагировал.       — Нас было так много, а остались только двое! Я и он. Это было в том же месте, где... Где погибли остальные!       Руки Ки Хуна сильно дрожали, несмотря на то что он сжимал их изо всех сил; костяшки пальцев побелели, а ладони болели.       Его тело действовало само по себе, и он усмехнулся — это прозвучало злобно.       — О, чуть не забыл, для тебя это, должно быть, было ещё интереснее! Мне так жаль, что в конце мне пришлось прервать твоё веселье, просто потому что мне пришлось убить...       Воспоминания нахлынули, и он не смог продолжить.       Ки Хун почувствовал головокружение.       Сан Ву снова терзал его разум, впиваясь холодными мёртвыми пальцами в его душу. Этот ангел смерти хотел утащить его за собой, мучить вечно, прежде чем он сам перейдёт порог смерти.       Ки Хун закрыл глаза и постарался выровнять дыхание.       Некоторое время было тихо, а затем Ин Хо заговорил.       — Ты не убивал его, Ки Хун. Ты остановился. Сан Ву покончил с собой.       Эти слова стали ещё одним ударом под дых. Он, конечно, знал это, он помнил, но чувствовал совсем по-другому. Он участвовал в этом. Он должен был умереть. Слышать это от другого человека было просто...       — Ты хотел закончить игру. Но это случилось слишком быстро, Ки Хун. Вот почему это не твоя вина, ты ничего не мог сделать.       Это не твоя вина.       Ки Хун поперхнулся и ещё сильнее зажмурил глаза. Если бы это было возможно, он бы свернулся калачиком и расплакался, словно ребёнок на руках у матери.       Но его мать тоже умерла.       Из-за него.       Человек, которого он любил, умер из-за...       Км Хун вздрогнул, когда Ин Хо мягко коснулся его затылка. Он не погладил его, не провёл пальцами по волосам. Его рука просто застыла на месте.       Это вернуло его в реальность.       Успокоило.       Прежде чем Ки Хун успел остановить себя, он прижался затылком к руке Ин Хо ещё сильнее.       — Ты хорошо справился. — тихо сказал Ин Хо. — Теперь просто дыши. Мы закончили.       Ки Хун послушался.       Его всё ещё трясло, поэтому он крепко зажмурился и сосредоточился на руке Ин Хо, которая была рядом, твёрдой и... Надёжной.       Прошло некоторое время.       Когда он снова открыл глаза, они выглядели опухшими, но слёз не было, и он был благодарен за это.       Ин Хо убрал руку и откашлялся.       — Тебе лучше прилечь, — сказал он.       Ки Хун хотел взглянуть на него, но не осмелился.       — Я не устал.       Его голос прозвучал хрипло.       — Я знаю. Тебе не обязательно спать. Просто ляг и расслабься. Кроме того, я хочу дочитать книгу. Просто полежи, пока я читаю, — сообщил ему Ин Хо.       Он почувствовал облегчение.       Ки Хун подчинился. Он отодвинулся в сторону, подальше от мужчины, и лёг, накрывшись одеялом.       Краем глаза он видел, как Ин Хо потянулся за одной из книг со стола, откинулся назад, закинув одну ногу на другую и открыл книгу.       Ки Хун закрыл глаза.       И снова действовал инстинктивно.       Он вытянул одну ногу, пока его ступня не коснулась ноги Ин Хо, осторожно.       Нерешительно.       И следующее, что он почувствовал, было прикосновение Ин Хо. Он обхватил Ки Хуна за лодыжку и, не говоря ни слова, осторожно сжал.       Ки Хун сделал глубокий вдох. Его тело всё ещё дрожало от пережитого стресса, и он чувствовал себя совершенно измотанным. Но в то же время он испытывал облегчение, как будто тяжёлый груз наконец свалился с его плеч. Несмотря на продолжающуюся боль, с ней пришло тёплое ощущение, наполняющее каждую клеточку его тела.       Ки Хун стал сосредотачиваться на ритме своего сердца, которое постепенно начало успокаиваться, и на свежем воздухе, наполняющем его лёгкие. Вдох, выдох.       На звуке переворачиваемых Ин Хо страниц.       Это было похоже на вечность, райскую.       Когда Ки Хун вновь собирался открыть глаза, он понял, что всё вокруг наконец успокоилось, словно песок медленно оседал на дно океана, наполняя его душу покоем.       Ки Хун слегка повернул голову, чтобы взглянуть на Ин Хо.       Он сидел с привычным сосредоточенным выражением. Даже если он заметил, что Ки Хун повернулся и посмотрел в его сторону, он не поднял головы.       Мужчина просто продолжал читать.       Всё ещё держась одной рукой за его лодыжку.       Ки Хун не решался пошевелиться, не желая, чтобы этот момент закончился. Его взгляд упал на стол рядом с ними, где лежал ошейник, про который он совсем забыл. Также его внимание привлекла бутылка с пивом — она оставалась закрытой и нетронутой.