Академия трёх

      Утро началось с уёновского будильника, который тот, будучи ответственным и крайне вредным соседом, притащил с собой в общую палату.       Сонхун сел на кровати, сонно моргая. Он осмотрелся, встречаясь взглядом с такими же сонными приятелями.       А зачем вообще сам Сонхун встал, если по расписанию ему только к третьему уроку? Осознав этот факт, юноша плюхнулся обратно в кровать, накрывая голову подушкой. Но тут же почувствовал копошение сзади себя.       Точно, они же уснули с Джейком на одной кровати. Думать было категорически лень.       Послышалось хитрое уёновское «о-о-о», а затем Пак младший услышал приближающиеся шаги.       — Сонхун, что это значит? — строго спросил Чонсон. — А-ну, вставай!       — Я сплю, — ответил полукровка, натягивая на себя ещё и одеяло до носа.       — Я сказал: вставай! — одеяло начали активно тянуть вниз, но Сонхун держался уверено.       — Слушай, да отстань ты от них. Пусть спят вместе, что тебе, жалко, что ли? — послышался хриплый ото сна, но с узнаваемой интонацией голос Уёна.       — Зачем это им спать вместе? Сонхуну на занятия надо!       В Чонсона прилетела подушка.       — Мне к третьей. Заткнитесь все и валите уже! — грубо сказал Сонхун, снова завернувшийся в одеяло и за неимением своей подушки пристроившийся на подушку к оборотню.       Уён расцвёл в шиперской улыбке.       — Ой, ну такие милашки, я не могу, — сказал он, мечтательно сложив руки на груди.       Глаза Чонсона отлили красным, и он со злостью откинул подушку в стену. Постояв ещё пару секунд с лицом, отражающим великую ненависть, он сжал руки в кулаки и молча вышел из палаты.       Уён пожал плечами и посмотрел на Сана.       — Псих? — предположил фамильяр.       — Или собственник, — ответил своим предположением колдун. — Любовный треугольник, — Уён поиграл бровями       — Если не замолчите, я кину уже не подушку, — пригрозил из-под одеяла Сонхун.       Улыбочка Уёна стала только шире.

* * *

      Во второй раз Сонхун проснулся от раздражающего чувства, будто на него кто-то пристально смотрит. Полукровка открыл один глаз и встретился с весёлым взглядом, как было видно, недавно проснувшегося оборотня. От этих искорок в чужом взгляде с утра пораньше появилось невероятное раздражение.       — Чё пялишься? Дай поспать, — Хун показательно повернулся на бок.       — Уже двенадцать часов.       Пак никак не отреагировал, пока до него не дошёл смысл фразы.       — ЧТО?! — он вскочил на кровати.       Оборотень заливисто рассмеялся, а Сонхун судорожно повернулся и посмотрел на будильник Уёна. Тот показывал лишь девять утра.       — Ты совсем идиот?! — Хун зло зыркнул на оборотня, продолжающего хохотать, валяясь на кровати.       — Прости, прости. Я пошутил. Не думал, что ты так резко отреагируешь.       — Сону верно заметил, что думать — не твоё, — зло буркнул сонный Сонхун и встал с кровати.       Сна как не бывало, поэтому, раз уж всё так сложилось, нужно было хотя бы привести себя в порядок. Пак, стоя спиной к оборотню, снова ощутил на себе его взгляд и, вздохнув, развернулся.       — Ну что?       — Ничего, — ответил Джейк, загадочно улыбаясь. — А если я сегодня вечером снова испугаюсь, будешь спать вместе со мной?       Сонхун закатил глаза.       — Нет. Это разовая акция. А всё потому, что мне тебя, калеку, жаль.       — А если я ногу сломаю? — не унимался Джейк, в интересе ёрзая на кровати и улыбаясь шире. — Будешь со мной весь день сидеть?       Сонхун усмехнулся и покачал головой.       — Какой же ты всё-таки неисправимый дурак. Если ты себя калечить будешь, я подумаю, что ты шизик, и обращусь за помощью к психиатру.       Джейк изобразил вселенскую скорбь.       — Ну чего сразу к психиатру? Я ж понарошку хотел…       — Ах, понарошку. Ну, тогда попробуй. Испытай судьбу. Может, я потом помогу твоё понарошку в реальность превратить.       — И чего ты всё время мне расправой угрожаешь? Ещё пара раз, и я подумаю, что ты настоящий абьюзер.       Хун цокнул.       — Еще пара раз, и я неожиданно для самого себя стану маньяком. Не беси меня, — с этими словами Пак ушёл в ванную, желая, наконец, умыться и отвлечься от бессмысленных пререканий.       И вот чего только этот оборотень ему на голову свалился? Только то и делает, что раздражает.       Но, обратив внимание на своё отражение в зеркале, Сонхун обомлел. Он выглядел точно мартовский кот, если не хуже. Румяные щёки, глупая улыбка и сверкающие от необъяснимой радости глаза. Юноша потряс головой, похлопав себя по щекам, и постарался привести сознание в порядок.       Нет, этот Джейк — просто искусный манипулятор, играющий в романтика. Его должно раздражать подобное поведение. И не должны у Сонхуна появляться бабочки в животе от чужого лукавого взгляда.       Джеюн — просто прилипала, мешающий ему спокойно существовать в академии. Такой же, как и Чонсон. Вот он Сонхуну точно не нравится. А может?..       Он уже и сам запутался.       Хун умылся максимально холодной водой в надежде смыть с себя позор сегодняшнего утра. А может, Джейк ничего и не заметил?       Да кого он обманывает? Если бы не заметил, не улыбался бы так.       Захотелось сунуть голову под кран и попытаться захлебнуться. Сонхун как раз прикидывал технику осуществления задуманного, маниакально поглядывая на смеситель, когда в дверь ванной постучали.       — Эй, Хун-а, ты там утопился, что ли? Ну не злись на меня. Я же просто дурачусь.       Пак распахнул дверь, чуть не врезав стоящему за ней оборотню по носу.       — Ну и зачем?       Джейк выглядел удивленным.       — Ответить честно или так, чтобы тебе понравилось?       — Да уж как-нибудь соизволь. Желательно без практики в романтических цитатах.       — Не, ну тогда оба варианта не подходят, — Джеюн улыбнулся и пожал плечами. — Там везде это подразумевалось.       Сонхун снова почувствовал дурацких бабочек и лишь сильнее захотел заняться тем, о чем думал пару секунд назад.       — Тогда лучше совсем молчи. Джейк, мне не весело, когда ты так шутишь надо мной.       Выражение лица оборотня изменилось, но Хун не смог распознать эту эмоцию.       — А разве я говорил, что хочу, чтобы тебе было весело от этого? — Шим сделал пару шагов вперед, заставляя Сонхуна попятиться.       — Тогда чего ты хочешь? Чего добиваешься?       Джейк подошёл ещё ближе, а Сонхуну уже было некуда деваться из-за преградившей его отступление кафельной стены.       — Ну…. Хочу я много всего, — сказал Джейк, в глазах которого плясали огоньки, но уже совершенно другой природы, нежели до этого. — А если я чего-то хочу, то обязательно получаю, — его голос стал на пару тонов ниже.       — И что это значит? — спросил Сонхун, старавшийся сохранять в лице прежнюю холодность, и хмурясь.       Они находились так близко, что Сонхун мог буквально почувствовать чужое дыхание. А ещё запах. Оборотень пах как-то по-особенному. Сонхун и раньше замечал, но сейчас этот запах словно усилился. Асфальт после дождя, смешанный с цветочным ароматом. Словно… сирень? Да, точно, сирень.       — Ты такой красивый без очков. Хотя и в них очень милый.       Джеюн ухмыльнулся и положил руку чуть выше груди Сонхуна слева. Он продолжал смотреть прямо в широко раскрытые шоколадные глаза. Полукровка коротко кинул взгляд на губы оборотня, снова возвращая зрительный контакт. Он заметил весёлую зелёную искринку в глазах Шима. Тут же пришёл в себя и оттолкнул от себя одноклассника.       — Не трогай! Полапать больше некого?       — Прости, — оборотень всё так же странно улыбался.       Он склонил голову вниз, будто обдумывая что-то серьёзное в своей голове.       — Никогда не делай так больше!       Шим посмотрел на Сонхуна с холодной решимостью и насмешкой во взгляде.       — Две недели.       — Что?       — Через две недели обещаю, что прекращу так делать, если ты снова попросишь.       — Нет, я прошу сейчас. Что за глупые отсрочки?       — Через две недели я уже точно буду уверен.       — Уверен в чём?       — Ну… В некоторых своих предположениях. В некоторых своих действиях. Много в чём.       Сонхун раздумывал пару секунд, но затем кивнул, соглашаясь.       — Тогда ты прямо сейчас от меня не отстанешь, верно?       Джейк в ответ кивнул и в своей манере подмигнул.       — Так ты уже закончил умываться или нет? — он ловко перевёл тему.       — Нет. Зубы ещё не чистил. А ты тоже хочешь в ванную? — глупо спросил Хун, ощутивший после этого странного диалога сплошную кашу в голове вместо мозгов.       — Думаю, что не помешало бы. — с усмешкой ответил Джейк.       — Тогда я недолго. Подождешь? — продолжил парад тупых вопросов Сонхун.       — Подожду.       Джейк вышел из ванной, оставляя после себя в комнате какое-то странное ощущение.       Сонхун всё не мог понять, что же он сейчас чувствует.       Предвкушение?       Может быть.       Но есть что-то ещё.       В другой ситуации он бы точно сказал, что чувствует разочарование. Но с чего бы сейчас?       А, ну хотя да, он ведь думал, что Джейк сейчас….       Нет!       Ни о чем таком он вообще не думал! Это все дурное влияние его соседа по комнате! Нужно срочно ограничить общение с Уёном и Саном!       И вообще, Джейк ниже! Это огромный минус! Не забывай, Сонхун! Огромный-преогромный минус!       По крайней мере, должен быть им.       О! А ещё Шиму по голове знатно прилетело! Вот и оправдание его действий! Во всём замешано сотрясение! И Сонхун тут ни при чём! Не нужно себе ничего надумывать.       Пак вышел из ванной комнаты, заставая в палате помимо Джейка ещё и доктора Кима, который принёс больному компрессы. Врач не слишком приветливо, но всё же поздоровался. Сонхун кивнул ему в ответ и чуть сглотнул. Вчера общаться с доктором Кимом было легко, так как рядом сидел Уён. Но сейчас, когда тузов в рукаве не было, становилось жутковато. Джейк тоже как-то притих. Похоже, врач пугал не только Хуна.       Будильник Уёна показывал без двадцати пяти минут десять. Хотел поспать подольше? Фиг тебе, Пак Сонхун. Ну ладно, в нынешних обстоятельствах у него есть ещё около двух часов, чтобы сходить в столовую и принести им с Джейком завтрак. Заодно сбежит от этого изучающе-профессионального взгляда доктора Кима.