Великая Цель

Немецкие войска, как обычно, не дремлют. Они стараются из-за всех сил убивать евреев, цыган, русских, корейцев – всех. Кто им попался, то те, во всяком случае, умирали. Концлагеря строились, разных военнопленных и обычных гражданских лиц «приглашали» их с распростёртыми объятиями. Бо́льшую часть людей попросту сжигали в газовых камерах. Многие люди лишились своих близких друзей, родственников, родителей. Их разделила несправедливая судьба. Увы, но здесь ничего не попишешь. Тем временем Красная Армия старается откинуть врага подальше от захватанных территорий, но именно к Ленинграду ещё подойти было сложно. Они верили, что удастся несколько парочку людей увезти на Большую Землю, где они будут в некой безопасности. Там, где их накормят, напоят. Народ, который не был оккупирован вражеским захватчиком, пытается помочь фронту: выполняют норму за друга на фабриках, заводах, собирают помощь в виде денег, сигарет, еды и одежды. Помощь, как говорится, всегда пригодится. Русский народ старается, готовится к самому лучшему и верит в скорую победу, которая, как им казалось, уже не за горами. Нужно поддерживать такой же темп, как и был. Делать больше и лучше. Тогда Советский Союз победит! Анселл, как подобает немцу, сидел в лагере и отдыхал после выполненной работы в Ленинграде. Всё-таки пропажа Вальтера дала о себе хорошо знать. Многие главнокомандующие даже и не поверили, что такой умный, образованный и верный своему делу человек смог умереть. К сожалению, то тело, которое они нашли около взорвавшегося моста, никто не смог опознать. Проверить и распознать личность пока возможности не было. Оставалось только поверить или же надеяться, что Нойманн через несколько дней вернётся самостоятельно. Рихтер же давным-давно начал подозревать что-то нехорошее со стороны черноволосого усатика, который постоянно находился один и был погружён в русское чтиво. Не удивительно, что это было сделано для того, чтобы лучше понимать русский язык и влиться в общество для переговоров с вражеской стороной, быть на постоянном контакте с русским народом и выдавать себя за своего, но Вальтер интересовался русским ещё до начала войны. Анселл старательно искал в нескольких улочках Ленинграда знакомую фигуру – Вальтера. Его чутьё говорило, что этот предатель ещё жив и бегает где-то. Да-да, именно предатель. Он неоднократно слышал из уст разведчика, что русские – не такие и плохие. Хорошо, что этого не слышала главнокомандующая часть. Вооружившись сумкой белоснежного цвета и ещё несколькими вещами, Рихтер отправился вновь на территорию оккупированного города с той же надеждой найти гадёныша Нойманна. Ему же нужны доказательства виновности со стороны немецкого разведчика, так? Так офицеры их и получат. Сейчас день. Два часа с лишним. Олег, Сергей, Алексей и их уже старенький путник и друг Вальтер сидели в их убежище. Немец был убеждён, что, будучи партизанами, они будут что-то постоянно делать, бегать, но, как оказалось, не совсем. Как оказалось, на территории Ленинграда есть ещё несколько партизанских отрядов со своими главнокомандующими, которым так же дают задания, которые нужно обязательно выполнить, иначе их найдут и прикончат, а о них даже никто не вспомнит. Их отряд из четырёх человек придерживается замечательно. Правда, двое из них чувствуют себя до сих пор неважно: один с пулевым ранением откидывает и постоянно сопит в обе ноздри, что иногда до храпения доходит, а Олег... А что про него говорить? Постоянное плохое самочувствие, сопровождающиеся тошнотой, головной болью и дискомфортом в животе. Раз такое начиналось, то можно было сделать вывод, что желудок уже отчасти не справляется со своей работой. Оно и понятно. Постоянно хомячить какие-то опилки и засохший клей к такому и приводит, да и их всех сейчас волнует, как прокормить друг друга. Сергей сегодня молчал почти с самого утра. Сегодня он немногословен. Видимо, тоже начал понимать серьёзность ситуации. Все медикаменты, которые были привезены с Большой Земли, абсолютно полезны. Как раз таки Горелов и пьёт таблетки от боли в животе для какого-то облегчения ситуации, чтобы поспать нормально было можно. Вальтер перечитал все книги, которые были спасены от броска в костёр. Нойманн решил, что одного раза прочтения ему точно не хватит и нужно перечитать заново все произведения, все стихи поэтов в сборнике. Такому энтузиазму удивлялся даже Валевский. Правда, он находил этому объяснение: черноволосый же, в конце концов, является немцем, так? А для него полезно познавать что-то новое или перечитывать рассказы по несколько раз. Его акцент уже потихоньку пропадал и становился более понятным и разговорным, складным. Как-никак попал в круг русскоговорящих, а на практике учиться немного легче, чем репетировать с самим собой. Вальтер признался Олегу в любви, но ответа так и не поступило, к сожалению. Он понимал, что это достаточно внезапно. Нужно дать время подумать человеку и стараться особо не затрагивать эту тему, а то накричит ещё. Ну, это уже навряд ли. Кричать у них может только Лёша и на крайняк Сергей. Нойманн подходит к Горелову, который медленно черпал суп с тарелки. Покушать что-то тёпленькое не всегда получается. Для его желудка полезно питаться вкусно и самое главное – питательно. Немец подходит аккуратно, дабы не казаться слишком резким. В ту же секунду брюнет поднимает глаза на нынешнего союзника, друга: — Олег, может выйдем на несколько минут? — Да, конечно... – Горелов как раз доедал рыбный суп. Он особо его и не любил, но что поделать, если здесь все на равных, а питаться для того, чтобы выжить – нужно. Нойманн помогает русскому встать и выбраться из их убежища, ибо с проблемами в организме всё равно неудобно передвигаться. Они все надеялись на хороший исход событий, но постоянная рвота и головокружение уже нехороший знак. Голубки уселись чуть подальше от укрытия. Всяко безопаснее. Мало ли другие немцы разузнают о их местонахождении? При них всегда было огнестрельное оружие дальнего поражения и нож для ближнего боя. Оба сели на брёвнышко, посидели несколько минут молча... : — Ты хотел о чём-то поговорить? – начал Олег. Вальтер понимательно кивает, начиная разговор: — Да, хотел... – маленькая пауза, – Олег, слушай... Мало ли что может случиться. Я бы хотел, чтобы ты кое-что знал. Я – единица. В плане, я всегда был добрым, не воинственным человеком. Я просто был умным, сообразительным, любил русский язык до всей это заварушки с территориями и цели уничтожить ваш народ. У меня нет такой ненависти к вам, нет осознания, что раса немцев должна быть одна и больше никого. Мне вас всех очень жаль. — И что ты этим хочешь сказать, Вальтер? Чтобы я не доверял немцам? Знаешь, так и было, пока ты меня не спас. Никогда не думал, что немец захочет помочь своему врагу. — Я всегда был таким, Олег. А теперь и вправду ближе к делу... В общем, не доверяй никому. Никогда не говори своего настоящего имени и не говори, что знаешь меня. Так будет намного лучше. — Хочешь сказать, что есть тот, кто может передать сведения о тебе? — да, Олег. Есть у меня один знакомый... Его зовут Анселл. Вот он настоящий немец и убийца. Сыкло ещё то, но раззадорить этого засранца проще простого. Если дело касается пыток или какого-либо расследования, то он тут как тут. Он высокий, волосы каштанового цвета. По ихидному выражению лица ты обязательно поймёшь, что это Анселл. У него нету нескольких пальцев на правой руке. Если увидишь такого человека, то беги. Беги и закрывай лицо, чтобы тебя не смогли распознать. Натяни шарф, капюшон, что угодно. Нельзя дать ему увидеть тебя, меня, Серёжу и Лёшу. — Почему ты думаешь, что он ищет тебя? — Он уже давно подозревал меня в предательстве. Повода не было, да и доказательств его правоты тоже не было. Теперь всё обернулось против нас. Чувствую, что он ищет нас... В этот самый момент Анселл находился рядом с готовым арсеналом доказательств на то, что Вальтер жив и вступил в отряд партизан. Тот тихо посмеялся и уже собирался уходить, но сзади его стояли Сергей и Алексей. Видимо тоже почувствовали что-то не то и решили проследить за друзьями во общее благо, а тут ещё наткнулись на немца, который фоткал с фотоаппарата Вальтера с Олегом. Приставив к затылку дуло заряженного пистолета, Алексей грозно молвит: — Далеко собрался?