Невинность за любовь

— Хан-и, отстань уже от него — Чонин тыкает старшего в бок, отчего тот взвизгивает и показывает Яну язык — не будь таким приставучим. — Но я хочу знать все… — обиженно тянет Джисон, смотря на уставшее лицо Феликса — он говорил во что будет одет? А вы пешком пойдете или на такси? О, или он будет на машине? Интересно, он подарит тебе цветы… Ёнбок тихо стонет и роняет голову на сложенные на столе ладони. Хан прожужжал ему все уши за последние двадцать минут перерыва, а впереди ждало ещё столько же. Старший всё не мог успокоиться, расспрашивал подробно обо всем, что произошло, а потом ещё и ещё раз, будто желая, чтобы мозг Ли превратился в желе. — Детка, угомонись — Минхо, уже по привычке, ставит поднос с едой перед Феликсом, на что тот лишь благодарно смотрит в ответ — ты правда умотал его. Иногда это слишком, милый. — Но я же… — Джисон хочет завести очередную тираду, но моментально сдувается, когда Минхо, проходя мимо, целует его в макушку и садится рядом, обнимая одной рукой за талию — прости, Ликс. Ёнбок лишь тихо фыркает и начинает есть. Он правда считает забавным то, что Джисону интересно все это. До мельчайших деталей. Хан хоть и полный экстраверт, да и ленится иногда, но в нём есть та искра, которая постоянно тянет на что-то новое. Ему многое интересно, он любит по долгу обсуждать разные вещи, и то, как сосредоточенно он выглядит каждый раз, когда пытается доказать свою правоту в том или ином вопросе, кажется очаровательным. А ещё Ли считает очаровательным то, настолько сильно стихают пыл и громкость Хана, когда рядом появляется Минхо. — Так вы встречаетесь возле универа, да? — интересуется Минхо, чуть ближе притягивая младшего к себе. — Ага. — Ладно, хорошо. Ликс, мне все ещё не нравится эта идея, в первую очередь из-за того, что я не уверен в твоей безопасности. Поэтому если что-то случится, что угодно, понял? Ты звонишь мне. — Хён, я не маленький ребенок — закатывает глаза Ли, но внутренне становится очень тепло от такой заботы — я занимался тхэквондо двенадцать лет. Справлюсь если что. В голове вдруг всплывает мысль о том, что в прошлый раз его навыки не помогли. — Я знаю, просто не хочу потом опознавать твой труп. — Ну что ты несёшь, а? — Чонин чуть раздраженно смотрит на старшего, а потом лишь тихо цыкает. — Просто предполагаю варианты — в ответ закатывает глаза Минхо. К концу пар живот скручивает от волнения. Феликс смотрит на часы каждые десять минут, не понимая, почему время идёт так медленно. Руки становятся холодными из-за нервов, хотя на парне довольно теплая толстовка, а сидящий рядом Чонин уже третий раз несильно бьёт по ладоням, когда Феликс начинает ковырять заусенцы. За пятнадцать минут до конца последнего занятия, преподаватель внезапно дает небольшую работу, но Ли почти ничего не может решить, будучи мыслями совсем не здесь. В итоге ему приходиться задержаться на десять минут, лишь чувствуя, как в кармане вибрирует телефон. Феликс несётся сквозь толпу студентов, задевая кого-то плечом, но даже не оборачивается, чтобы извиниться. Он вылетает из универа на улицу, и лицо тут же обдувает прохладный ветер, заставляя поежиться. Уже темнеет, фонари на территории загораются, а во дворе толпа шумных людей ещё больше, и они все спешат к воротам. Парень натягивает куртку уже на ходу, замечая недалеко от лестницы знакомую фигуру. — Прости, что опоздал — Ли чуть не спотыкается о бордюр, но успевает удержать равновесие и позорно не растянуться по асфальту — препод обрадовал самостоятельной работой под самый конец пары. — Все в порядке — лишь мягко усмехается Хван, проходясь взглядом по лицу парня — я сам немного задержался. Феликс улыбается в ответ, и вдруг оглядывает Хёнджина с ног до головы, замирая на несколько секунд. Хван красивый. Очень красивый. Светло-бежевое пальто прикрывает молочного цвета свитер, с какой-то особой элегантностью заправленный в черные брюки, подпоясанные ремнем. На шее несколько цепочек, в ушах вновь много серёжек, на плече небольшая сумка. — Ты очень красивый — не особо задумываясь озвучивает свои мысли Феликс, прикусывая щеку изнутри. На фоне Хёнджина Ли вдруг чувствует себя блекло. Простая черная кофта, куртка и джинсы, сумка через плечо, в которой лежат тетради и другая мелочь. Ёнбок поджимает губы, в очередной раз думая о том, что ему не место рядом с таким, как Хван. — Ты тоже, Феликс — улыбается Хёнджин, по привычке проводя ладонью по волосам — идём? А то опоздаем, уже почти семь. Ли лишь кивает, даже не успевая осознать, что Хёнджин назвал его красивым, и вклинивается за парнем в толпу студентов. Хван вдруг берёт младшего за руку, чтобы не потерять, и Феликс краснеет кончиками ушей, в ответ слегка сжимая чужую большую ладонь. Когда старший достает из кармана ключи и открывает машину, Ёнбок вновь думает о том, что его место не может быть здесь. Потому что машина Хвана выглядит дорого, но сдержанно из-за классического черного цвета. Феликс не особо разбирается в марках и моделях, но машина выглядит новой. Хёнджин открывает ему дверь переднего пассажирского места, и младший может только сдавленно поблагодарить, прежде, чем прошмыгнуть внутрь. — Все в порядке? — чуть выгнув бровь спрашивает старший, когда захлопывает водительскую дверь и заводит машину — ты нервничаешь? — Немного, если честно… — тихо отзывается Ёнбок, теребя пальцами ремень. — Эй — Хван чуть наклоняется к парню, невесомо касаясь пальцами волос — я не причиню тебе вреда, обещаю. — С этой фразы начинаются все ужастики и криминальные расследования — Ли чуть дёргается от прикосновения, но не отстраняется, позволяя чужим пальцам осторожно заправить прядь волос за ухо. Хёнджин смеётся. Тепло, заразительно. Он невесомо проводит большим пальцем по щеке парня, оглаживая веснушки, и отстраняется, устраивая руки на руле. Ёнбок благодарен за то, что они договорились встретиться вечером. Потому что в свете фонарей и фар машин не заметно, насколько красными стали его щеки и уши. Парень несколько минут не может прийти в себя после чужих прикосновений, а потом просто залипает в окно, думая о своем. — Почему ты так разозлился, когда я назвал тебя Ёнбоком? — вдруг подаёт голос старший, не отвлекаясь от дороги. — Мне не особо нравится мое корейское имя — просто отвечает Ли, переводя взгляд на профиль парня — здесь только друзья его знают и так зовут меня. — О, я не знал… — Конечно, ведь ты узнавал обо мне только от Чана — хмыкает младший, почему-то наблюдая за руками Хвана на руле. Эстетично. — Прости, это правда было глупо. — Почему ты просто не подошёл ко мне познакомиться? — Не знаю… — Хёнджин останавливается на светофоре и переводит взгляд на младшего, решая вдруг говорить как есть — ты казался таким… необыкновенным. Все эти веснушки и в целом ты… красивый, Феликс. Уникальный. Я все не мог собраться и познакомиться с тобой. Что? Хёнджин только что назвал его красивым? Необыкновенным? Хёнджин сказал, что не мог собраться и подойти к нему? Такой потрясающий Хван Хёнджин, за которым бегает пол универа, не смог подойти к нему? Феликсу кажется, что он спит. — Не тебе говорить такое… — тихо отзывается Ёнбок, не выдерживая чужой взгляд и смущённо опуская глаза — ты себя в зеркало видел вообще? Да за тобой столько девчонок бегают. Парней, кстати, тоже. А я обычный. Даже немного не такой. — Именно. — М? — Ты «не такой». Мне нравится это. Хван лишь тихо усмехается, видя, как младший вновь отворачивается к окну и теребит верёвочки на собственной кофте, и его взгляд возвращается к дороге. Феликс видит огни двухэтажного ресторана и ощущает себя слишком неловко в своей одежде. А ведь они даже не зашли. Он почему-то утром совсем не подумал о том, чтобы надеть что-то более подходящее для такого места. Теперь становится ещё более неуютно. — Все в порядке — Хёнджин будто из воздуха появляется рядом, вновь беря чужую ладонь а свою — идём. От чужого прикосновения становится чуть спокойнее. Вокруг много света. В зале играет приятная тихая музыка, официанты с бабочками на шеях порхают меж столиков, недалеко от входа стоит большой аквариум с рыбками. За столиками сидят люди, многие в вечерних платьях и костюмах, но есть и те, кто одет попроще. Ёнбок чувствует себя белой вороной. Хёнджин говорит свое имя, и милая девушка провожает их до столика почти в самом углу, вручая меню и говоря позвать, когда будут готовы. Ёнбок боится открыть его и увидеть цены. — Уже выбрал что-нибудь? — через пару минут интересуется Хёнджин, листая свое меню. — Нет, я… — Феликс смотрит на цены и понимает, что одно блюдо стоит почти так же, как три его приема пищи. От этого становится стыдно — ещё нет. — Подсказать? — старший откладывает свое меню, чуть выгибая бровь. — Можешь выбрать сам? Я просто не совсем понимаю… — О, конечно. У тебя есть на что-нибудь аллергии? — Нет, вроде. — Отлично. Через пару минут Хван подзывает официанта и заказывает несколько блюд. Феликс думает о том, что каждое из них стоит слишком дорого для него. Что он никогда бы не пришел сюда сам, ведь ощущение, что его впустили только потому, что рядом с ним был Хёнджин. Собственное положение бьёт ещё сильнее. — Могу я порекомендовать вам вино или шампанское? — спрашивает девушка, записывая все, что говорит старший. — Нет, спасибо — Хёнджин открывает страницу с напитками — нам просто два стакана сока. Яблочный и… — Апельсиновый, пожалуйста. — Хорошо. Девушка дублирует заказ, и уходит, пожелав хорошего вечера. Ёнбок закусывает губу и нервно теребит кольцо на пальце, осматривая зал. — Феликс, что с тобой? — тихо спрашивает Хёнджин, вдруг накрывая ладонь парня своей — успокойся. Ты слишком взвинчен. — Просто… Чувствую себя не к месту. — Что ты имеешь ввиду? — Все эти люди… — Ли чуть вздрагивает и обводит зал свободной рукой, вновь закусывая губу — они так хорошо одеты и у них наверняка достаточно денег, чтобы оплатить все то, что они заказали. И ты тоже… Ты красивый, и богатый и тебе совсем не важно что именно ты захочешь заказать здесь или где-то ещё… Ты смотришь не на цены, а на блюда. А я слишком не подхожу под общую картинку. Здесь все так красиво и дорого, а я слишком выделяюсь и не могу позволить себе оплатить даже то, что ты заказал для меня… Ли затихает, вывалив все беспокойство, и сверлит взглядом белую скатерть на столе. Хван лишь тихо вздыхает, чуть сильнее сжимая ладонь парня своей. — Феликс, посмотри на них — просит старший, мягко поглаживая тыльную сторону чужой ладони — все эти люди пришли сюда, чтобы насладиться вечером и хорошей компанией. Им абсолютно все равно, кто сидит за соседними столиками. Я пригласил тебя сюда, в первую очередь, для того, чтобы смог попробовать что-то новое для себя. Мне нравится это место, нравятся блюда, которые тут готовят, и я действительно очень хотел поделиться этим с тобой. Ты прав, я смотрю на блюда, а не на цены. Но это потому что я могу себе позволить пригласить тебя сюда и заплатить. Не думай о том, что не вписываешься, ведь даже в этой толстовке ты выглядишь отлично. Постарайся слишком много не думать и просто наслаждайся вечером, ладно? Ёнбок может только кивнуть, улыбнувшись уголком губ. Когда приносят блюда, то Феликс умирает в первый раз. Потому что то, что лежит у него на тарелке настолько красиво выглядит, что парень не может сдержать себя, и чуть смутившись, фотографирует. Еда пахнет настолько ароматно, что во рту собирается слюна и хочется быстрее попробовать. — Спасибо за еду — тихо говорит Ли, заставляя старшего усмехнуться. — Приятного, Феликс. Младший умирает во второй раз, когда пробует. Это очень вкусно. Просто божественно. Хван заказал для него какое-то мясо, вроде бы кролика, и это настолько хорошо, что Феликс не может заставить себя проглотить кусочек, все продолжая пережёвывать его. Это ощущается как безумие. Парень думает о том, что не помнит, когда ел настолько вкусную еду в последний раз. До этого в его личном списке самой божественной еды на первом месте было мясо, которые когда-то, ещё в Австралии, готовил его отец. Но сейчас оно отошло на второе место — первое занял этот кролик. Хёнджин мельком наблюдает. Видит, как лицо младшего каждый раз выражает его эмоции. Это мило и забавно. То, насколько Феликс похож на открытую книгу. Ли довольно жмурит глаза, чуть двигает плечами и совсем тихо мычит, когда жуёт очередной кусочек, и его кадык красиво ходит вверх-вниз при глотании. Старший правда находит все это удивительным. Когда Хван ловит заинтересованный взгляд Ёнбока на своей тарелке, то просто предает ему попробовать это. Ли тут же смущается, но не может противостоять, когда старший подносит к нему вилку, призывая открыть рот. Феликс чувствует, что потихоньку расслабляется. Его все меньше волнуют окружающие люди и свой внешний вид. Ему сейчас безумно вкусно. Ему комфортно говорить о чем-то отвлеченном. Приятно находиться рядом с Хёнджином. Неловкость, немного давившая ранее, прошла и сейчас лишь немного смущающе от того, что старший иногда подолгу засматривается на его губы при разговоре. Что мельком прикасается к ладони. Ёнбок правда чувствовует себя хорошо. — Тебе все понравилось? — спрашивает Хёнджин, когда младший кладет приборы на пустую тарелку — хочешь десерт? — Если я съем десерт, то лопну — тихо смеётся Феликс, чувствуя себя действительно сытым и счастливым — было безумно вкусно. Спасибо. — Без проблем, малыш. Ли чуть дёргается и снова краснеет от такого обращения. Хван только усмехается, продолжая медленно тянуть свой сок. — Так на счёт нашего соглашения… — вдруг говорит Хёнджин, и Феликс только сейчас вспоминает основную цель похода сюда — ты хотел обсудить что-то. — Да, точно… — настроение вдруг резко падает, и Ёнбок сам не понимает причины для этого — я… хотел бы установить условия. — Конечно, все, что считаешь нужным, Феликс — старший садиться ровно, чтобы слышать лучше. Ли некоторое время молчит, а Хёнджин не торопит. Лишь молча ждёт, невесомо поглаживая чужую ладонь. Феликс медленно думает о том, чего именно он хочет и не хочет. — Это мой первый раз, так что, наверное, будет лучше, если я буду снизу — начинает парень, встречаясь с чужим сосредоточенным взглядом — я не совсем знаю, что делать, поэтому было бы здорово, если бы ты меня направлял. — Да, конечно. Без проблем. — И… Никаких игр. — Игр? — чуть выгибает бровь Хван, лукаво улыбаясь. — Ролевых, в смысле — краснеет Ёнбок, несильно ударяя парня по ладони — эй, ты же все понял! — Понял, но ты так мило краснеешь… — Ну хватит… Хёнджин лишь смеётся громче, сильнее сжимая чужую ладонь. — Я понял, хорошо. Никаких игр и всего подобного — старший смотрит на обиженное лицо напротив, тепло улыбаясь — что-то ещё? — Было бы здорово, если бы все случилось у тебя дома… — вдруг говорит младший — если ты не против, конечно. — Это не проблема, но почему? Разве тебе не будет комфортнее у себя дома? — Я просто… Просто хочу так. Это мое условие. — Ладно, ладно. Не злись. Феликс тщательно обдумывает, но больше в голову ничего не приходит. — Это все, наверное… — Хорошо, малыш. Я все исполню. — Ах, ещё… — Ли опускает взгляд, сверля им свою пустую тарелку — будь со мной нежнее… Знаю, в первый раз всегда больно, но… — Я буду осторожен, обещаю. Я ни за что не причиню тебе вреда. Феликс, почему-то, ему верит. Они сидят ещё немного, болтают о чем-то, а потом Хван просит счёт. Он оплачивает наличными, оставляя щедрые чаевые официантке, что очень удивляет и одновременно восхищает Феликса. Когда парни выходят из ресторана, на улице уже совсем темно. На чистом небе виднеется яркая луна, в окружении звезд, и Ёнбок глубоко вдыхает слегка морозный воздух, так приятно ощущающийся в лёгких после помещения. — О, я кажется, оставил там кошелёк… — вдруг говорит Хван, хлопая по карманам пальто — подожди меня тут, ладно? Я заберу его, а потом отвезу тебя домой. — К себе?.. — тихо спрашивает Ли, и внутри вдруг все начинает дрожать. — Эм… Если ты действительно этого хочешь — с запинкой отвечает Хван, рассматривая потерянное лицо напротив — Феликс, я не собираюсь ни к чему принуждать тебя. Я с удовольствием свожу тебя ещё на одно или несколько свиданий. Мы сделаем это только тогда, когда ты будешь полностью готов и уверен, ладно? — Ладно… Хёнджин уходит, оставляя Ёнбока наедине со своими мыслями. Ли думает о том, что и правда не готов прямо сейчас лечь с парнем в постель. Что ему было очень хорошо и комфортно рядом с Хваном, но… Он просто пока не готов. Возможно, большую роль в этом играет то, что младший просто все ещё не видит себя рядом с Хёнджином. Что дурацкие мысли о том, что старший все равно делает это из жалости, не дают ему покоя. Но сегодня он не хочет оставаться один. Не хочет, чтобы сказка разрушалась. Ведь если он вернётся в свою квартиру, то придется столкнуться с реальностью. С пустым холодильником, мигающим светом и скрипучей кроватью. Он хочет ощущать рядом чужое тело, отдающее надёжностью и теплом, а не тонуть в водовороте собственных бесполезных, но таких ранящих мыслей. Он хочет, чтобы хоть один вечер он провел не один в холодной постели. Парень понимает, что после этой ночи, на утро, Хёнджин, скорее всего, просто отдаст ему заслуженные деньги и они разойдутся. Возможно, будут здороваться при встрече в коридоре, а может, как и раньше — не замечать. Ведь Хвану не нужен такой как он: бедный нахлебник, которого придется обеспечивать. Но сейчас Феликс лучше переступит через себя, переборит свою неуверенность и страх, чем позволит такому чудесному вечеру закончиться в одиночестве и слезах. — Хэй, я тут — улыбается Хван, на ходу застегивая пуговицы пальто — готов? — Поехали к тебе — в ответ выдает Феликс, заставляя парня замереть рядом и нахмурить брови. — Феликс, ты уверен? Я ведь не тороплю… — Я уверен.