Incanto

      После того, как Том дал ему разрешение на то, чтобы он мог распространяться об их сделке с близким кругом своих друзей, Гарри начал чувствовать себя чуточку свободнее. Будто дышать после разговора стало легче, а причины для тревоги уменьшились ровно на одну. Теперь в его голове не было навязчивых мыслей о скрытности, к которой он прибегал, разговаривая с Роном и Гермионой, опасаясь проговориться и сказать что-то лишнее. Поэтому сегодняшняя встреча с ними была очень долгожданной — Поттеру хотелось в красках поделиться авантюрой, в которую он ввязался. В последнее время Гарри довольно часто жаловался им, что ему не хватает впечатлений, и что после выпуска из Хогвартса его жизнь перестала быть насыщенной на события. Теперь же те потихоньку возвращались, пусть и были связаны всего лишь с одним человеком. Хотя, учитывая положение этой персоны в обществе, частица «всего лишь» здесь не подходила. Поттер представлял выражения лиц своих друзей, расскажи он им, что теперь периодически ест пирожные в компании заместителя Министра магии, который целует его руки и стремится подольше подержать рядом с собой, чтобы изобразить на холсте. Естественно, каким бы простым Гарри ни был, это льстило и доставляло удовольствие. Не из-за того, что у Реддла была высокая должность, а по той простой причине, что раньше Поттер не сталкивался с такой благосклонностью без корыстного умысла. Том просто хотел рисовать его и показать свое творчество миру — он озвучил это без обиняков и сразу. Никаких других целей тот не преследовал, поэтому все его действия по отношению к Гарри воспринимались как нечто чистое и не наигранное. По крайней мере, парню так казалось и менять вектор своих мыслей ему не хотелось. Даже если стоило.       Нора встретила его привычным запахом домашней еды и специй. На кухне что-то шипело и бурлило — видимо, Молли как раз занималась готовкой обеда, когда он пришел. Услышав скрип входной двери, которую давно следовало бы смазать, да только руки никак не доходили, женщина выглянула из-за небольшой перегородки, уставленной рассадой и различными безделушками для огорода: выглядывали рабочие перчатки в цветочек, совки разных размеров и пачки из-под семян.       — Гарри, дорогой! — она вытерла влажные руки о свой фартук грязно-фиолетового цвета и направилась к гостю, чтобы поздороваться. — Ты вовремя, как раз успел на горячее.       — Здравствуйте, миссис Уизли, — Гарри дружелюбно улыбнулся женщине и чуть наклонился, чтобы приобнять ее и мягко похлопать по спине. — Дайте-ка угадаю — ваши фирменные отбивные с сыром и помидорами?       — Совершенно верно, — Молли кивнула головой, возвращаясь к духовке, в которой томилось блюдо. Она гордилась своими навыками в готовке, и в частности тем, что почти не использовала магию в процессе. Женщина считала, что любое блюдо получится гораздо более вкусным, если его полностью сделать при помощи своих усилий, а не волшебной палочки. — Сегодня вся семья в сборе, нужно же вас чем-то порадовать.       Гарри довольно улыбнулся. Ему казался очень милым и трогательным тот факт, что миссис Уизли давным-давно принимала его, словно своего собственного ребенка. Это было его утешением, когда в голову приходили навязчивые мысли об одиночестве. Конечно, не всегда воспоминания о дружелюбном семействе спасали его, но это был действенный способ сделать настроение чуточку лучше. Трепетное отношение, к которому Гарри успел привыкнуть за время обучения в школе, никак не поменялось даже после того, как они с Джинни расстались. На его шестом курсе они начали отношения, но не прошло и года, как бывшие друзья решили ими и остаться — вспыхнувшее влечение, которое больше было похоже на всплеск гормонов, чем на любовь, ничем не напоминало глубокие романтические чувства, и угасло довольно скоро. Женщина с утратой его в качестве зятя смирилась довольно быстро и безболезненно.       — А Рон с Гермионой наверху? — поинтересовался он, вдыхая вкусный горячий аромат.       — Да. Поднимайся пока к ним, позову вас, когда все будет готово.       Друзья нашлись в комнате Рона. Перед тем, как войти, Гарри постучал в дверь и какое-то время подождал. Он прекрасно понимал, чем могла заниматься молодая пара, оставшись в одиночестве, поэтому избегал возможности поставить их в неловкое положение. Слава Мерлину, те были одеты и ничем не смущены, когда он вошел внутрь, так что Гарри расслабился, разворачивая стул и садясь на него так, чтобы устроить руки на спинке перед собой. Знакомые плакаты с Пушками Педдл, коллекция карточек из шоколадных лягушек и старые учебники вызывали чувство уюта, и совсем немного ностальгии.       — Ну что, как дела? — спросил он демонстративно непринужденным тоном.       — Все хорошо, — с подозрением в голосе сказала Гермиона. — Ты что, снова где-то набедокурил? — поинтересовалась она после.       — Видимо, ограбил кого-нибудь. Или угостил магловских соседей блевательными батончиками, — голос Рона не содержал в себе и капли переживаний, зато был щедро сдобрен иронией.       — Второе, — поспешно отозвался Гарри, издав короткий смешок, когда Гермиона удивленно раскрыла глаза. — Шучу, конечно. Ни над кем издеваться не планировал.       — Так что у тебя случилось? Выглядишь так, будто взорвешься, если не поделишься прямо сейчас, — Рон приосанился: он всегда так делал, когда готовился к получению интересующих его новостей.       — С чего же начать… — Гарри призадумался для вида, но его напускная серьезность пропала, как только Грейнджер запустила в него подушкой. Надо признаться, бросила та ее весьма успешно, попав четко в голову друга. — Слушай, надо было вовремя идти к нам охотницей. Чего теперь нападать? Дамочка с упущенным квиддичным потенциалом, — сделав вид, что обижен, Гарри потер щеку ладонью.       — Не тяни! Сам ведь хочешь все разболтать — по глазам вижу, — оправдалась Гермиона.       — Ладно, — Гарри сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Помните, Реддл на встрече Слизней сказал, что считает меня притягательным?       — Такое забудешь, — Рон фыркнул, поправляя загнувшийся край одеяла на кровати.       — Так вот, — Поттер продолжил. — Мы с ним договорились кое о чем. И теперь я его модель.       — Модель? — переспросила Гермиона: ее глаза снова выглядели смешно выпученными. — Подожди, но ведь Реддл никогда не рисовал людей. Кроме своей мамы, конечно.       — Ну, я стал первым, кого ему захотелось изобразить, — в голосе Гарри можно было уловить наивную ноту самодовольства. — Мы три раза уже встречались. Один в ресторане, где обо всем договорились, а остальные два — у него дома.       — Ты хочешь сказать… — опасно начала Гермиона. — Ты хочешь сказать, что уже не единожды виделся с заместителем Министра магии, чтобы тот мог нарисовать тебя, а ты говоришь нам об этом только сейчас?       — Получается, что так, — притаился Гарри, опустив подбородок на сложенные перед собой руки.       — Гарри Джеймс Поттер! — Гермиона вскочила с кровати, на которой сидела до этого и уперла руки в бока, обтянутые тонкой розовой кофтой. — Как тебе не стыдно? Ходил и трындел, что занимаешься учебой!       — Еще и жаловался, что устал от книжек, — поддержал бунт девушки Рон, заинтригованный рассказом Гарри. — Попутал совсем.       — Я и правда занимался! — оправдался Гарри. — Ну, на самом деле, я просто не знал, можно ли будет говорить. Спросил вчера у Тома, он разрешил, — парень сделал жалобное выражение лица, смотря на подругу исподлобья.       — Гляди, уже Том! — заметил Рон, будто подначивая.       — Еще лучше, — Гермиона немного смягчилась, увидев растерянный взгляд Гарри. — Ладно, я понимаю, почему ты не сказал с самого начала. Но это все довольно подозрительно.       — Почему подозрительно?       — Сам знаешь, какие слухи о нем ходят, — щеки Гермионы покраснели, будто она стыдилась того, что верит неподтвержденным фактам.       — Он и правда не такой грозный, каким его выставляет пресса. Даже пирожными меня кормит, — в оправдание Реддла сказал Гарри, будто они были давними друзьями, и все плохое, что говорили про мужчину, было камнем и в его огород тоже.       — Пирожными? — переспросил Рон. — Друг, мы точно про Реддла говорим? Он недавно отчехвостил дамочку из Министерства за магловский плеер. При всех. Папа рассказывал.       — Это сложно, — Гарри смутила новость, рассказанная другом. О ней он не слышал. — Он неоднозначный. Например, когда узнал, что я рос с маглами, ничего не сказал, даже не кривился.       — Я думаю, что его «просветление», как в случае с тобой — это скорее исключение, чем правило, — Гермиона вернулась на кровать, закидывая ногу на ногу. — Так что будь осторожен.       — Никогда не узнаешь, что может взбрендить в голову таким как он, — согласился Рон. — Да и его хорошее отношение к тебе не может говорить о том, что он сам по себе неплох.       — Рон прав. — девушка кивнула, пока Гарри внимательно слушал мнение друзей — для него оно было ценным. — Может, это как раз связано с тем, что ты его вдохновляешь.       — Может быть, — Поттер не стал делиться слишком личными подробностями их взаимодействия, пусть до этого и размышлял о возможной реакции друзей на них. — Он называет меня своей музой.       — И часто мистер Реддл планирует видеться с тобой? — Гермиона наклонила голову, теребя пуговицы на своей кофточке.       — Ну, каждый раз, когда у него выдается свободное время. Сказал, что когда меня зачислят на курсы, то составим график по точнее.       — И что, он каждый раз внезапно будет срывать тебя? Это как-то эгоистично.       — Он перед этим спрашивает, свободен ли я.       — Что-то мне подсказывает, что даже если бы у тебя были дела, ты бы их отменил.       — Мы с Томом Реддлом еще не настолько близки, чтобы я отменял свои планы ради него, — поиграл бровями Гарри, заработав грозный взгляд подруги.       — Гарри, это не шутки! Я же беспокоюсь о тебе.       — А где он живет? — вопрос Рона прервал возмущенный голос Гермионы.       — Зеленые Холмы, — Гарри провел пальцем по спинке стула, на котором сидел. — Я раньше об этом районе не слышал. Он чуть южнее Кенсингтона.       — Мы с родителями были там. Ходили в Альберт-холл на концерт живой музыки, — вспомнила Гермиона. — Там еще Музей естествознания.       — Это тот, в котором динозавры? — в голосе Рона был слышен заметный восторг.       — Да, — в один голос отозвались Гарри и Гермиона: многих маглов в начальной школе водили туда на школьную экскурсию. Даже Гарри со своим шатким положением в классе успел побывать там.       — Прикиньте прийти туда и оживить скелет чарами, — мечтательно вздохнул Уизли.       — Ага, — Гермиона закатила глаза. — Тоже хочешь устроить себе встречу с Реддлом? Гарри хоть музой стал, а ты пойдешь как нарушитель Статута о секретности.       — Ну и что, — Рон пожал плечами. — Нужно знать врага в лицо!       — Он тебе не враг, — прокомментировал намек на героизм Гарри.       — Это пока что, — Рон важно поднял указательный палец. — А что, если вы поругаетесь? У нас так половина Слизерина стала персонами нон-гранта.       — Как мило, что ты готов защищать честь лучшего друга, — голос Гермионы звучал иронично.       — До самого конца! — важно отметил он.       

***

      Со временем Гарри привык к своей новой рутине и даже построил себе некое подобие графика. Какое-то время в неделю он уделял строго учебе — изучал пыльные фолианты, которые находил в библиотеке дома на Гриммо, делал конспекты и тренировался в варке лечебных снадобий. В конце концов, каждый волшебник должен был иметь при себе какой-то минимум необходимых зелий в аптечке: бодроперцовое, например. Конечно, для многих его сверстников более приоритетным было антипохмельное, но его Гарри варить самостоятельно как-то не осмеливался, да и необходимости не было. Зато экстракт бадьяна у него получился достойный. Он даже не выкинул его, а убрал в ящик стола — на всякий случай. С его шилом в заднице, как выразилась Гермиона, тот никогда не будет лишним.       В свободное от подготовки время Гарри виделся с друзьями. Когда те были заняты — списывался с Невиллом. Ему стало немного стыдно за то, что он ни разу не контактировал с однокурсником после выпуска, так что он спешил исправить эту оплошность. Радовало то, что Лонгботтом шел на контакт легко, даже проявлял инициативу. То же самое было и с Луной Лавгуд — Гарри вел с ней непринужденную переписку о буднях и каких-то незначительных вещах. В последний раз та даже прислала ему свежий выпуск Придиры и предложила встретиться, чтобы она зачаровала для Поттера отпугивающее мозгошмыгов ожерелье из редиса. Гарри вежливо отказался, сославшись на то, что сейчас очень загружен, но пообещал, что соорудит себе небольшой оберег из редьки.       Самой долгожданной частью недели, конечно, были встречи с Томом Реддлом. Там Гарри мог совместить полезное дело, приятный разговор и получение новых знаний. Мужчина часто рассказывал ему о магловских произведениях искусства и их истории. Объяснял, почему какие-то работы стали культовыми шедеврами, а другие остались в тени. Часто спрашивал мнение Поттера о каких-то сюжетах, и одобрительно кивал, когда оно совпадало с его собственным.       Сейчас же они молчали — Том вновь сосредоточенно водил кистью по холсту, то и дело поглядывая на лицо Гарри. Один раз даже поднялся, подошел поближе, обхватил щеки руками и покрутил голову.       — Прости. Я бы хотел передать каждую твою черту настолько реалистично, насколько это вообще возможно, — сказал он, щелкнув растерянного парня по носу кончиком кисти.       После этого Гарри следовал другой просьбе мужчины — сохранял статичную позу, которую принял еще в первый день. Держал руку на щиколотке, которую закинул на колено в расслабленном жесте. Иногда постукивал пальцами, уставая от отсутствия движения — Том не ругал его, но называл очень непоседливым. Злости в голосе мужчины не было, но Поттер после этого старался вернуть себя в прежнее неподвижное положение. Даже взгляд лишний раз не отводил, смотря перед собой и раз за разом пересчитывая лепестки ромашек в клумбе. Временами переключался на петунии, которые росли немного левее.       — Гарри, — позвал его Том, ненадолго оторвавшись от картины. Парня к ней он все еще не подпускал. — На какую дату тебе назначили тестирование в Мунго?       — Двадцать пятое августа, — отчитался Гарри, не отрывая взгляд от цветочной грядки. — В два часа дня.       — Через два дня, — задумчиво протянул Том. — Документы ты им уже принес?       — Да, чтобы не затягивать с проверкой своей кандидатуры. Волнуюсь, если честно. Очень.       — Ты справишься, — голос Реддла звучал твердо и уверенно. — Если хочешь, я могу сходить с тобой. Подожду тебя, потом сходим поесть или прогуляемся.       — Правда? — Гарри растерянно моргнул, немного смутившись. Не хотелось показаться несамостоятельным, но предложение такой поддержки приятно грело душу.       — Конечно, — Том привычно потянулся к платку, чтобы вытереть краску с пальцев. — Я буду занят примерно до полудня. В обед Скримджер планировал встретиться со спонсорами нового проекта по популяризации спорта в Хогвартсе, но с ним будет его секретарь. Могут справиться без меня.       — Это очень мило с твоей стороны, — Гарри и правда был тронут подобной заботой. — Но мне как-то стыдно занимать твое время чем-то таким…не очень важным.       — Моя муза планирует стать специалистом. Это важно, — не согласился Том, пристально смотря на Гарри. На самом деле, мужчина очень часто спрашивал его о том, чем он занимался, пока они не виделись и что планировал делать после. Казалось, что Реддл хотел быть везде и сразу. — И мне не сложно. Будет даже приятно поддержать тебя в такой важный день.       — У тебя разве не было мыслей об отдыхе? Посидеть дома, например. Выпить кофе, — стал размышлять Гарри.       — Не было. Будь я свободен — связался бы с тобой и позвал к себе.       — А если бы я был занят, чем бы ты занимался?       — Скучал бы.       Гарри почувствовал, как кончики ушей горят от смущения. Его немного волновало то, насколько часто Том думал о нем. Он размышлял, было ли это нормой для художника, нашедшего внезапный источник вдохновения, или им обоим стоило задуматься о степени нормальности подобных вещей. Высказываться об этом вслух, конечно, Гарри не стал. Том был старше него и опытнее, так что вполне мог самостоятельно решить, на кого и как именно ему тратить свое личное время. Даже если Гарри его решения покажутся странными — каждый имел свой темперамент и склад характера, определяющий эти самые границы нормы.       — Не смущайся, Гарри, — попросил Том, не отрывая взгляд от его шеи. — Пусть мне и нравится, как ты выглядишь в эти моменты, я не хочу доставлять тебе дискомфорт. Извини.       — Все в порядке, — Гарри повел плечом. — Ты не сделал ничего плохого, чтобы извиняться. Для меня просто непривычно такое внимание от других людей. Привык делать все сам.       Реддл перевел взгляд с воротника его рубашки на лицо. Задумчиво поджал губы, покрутив между пальцев кисть и убрав ее на подставку.       — К моему вниманию тебе стоит привыкнуть, — голос Тома отчего-то стал напряженным. — А с другими и не придется. Полагаю, я способен обеспечить тебе достаточное количество поддержки. Чужие здесь ни к чему, — по всей видимости, мужчина себя давно относил к «своим».       Гарри проморгался. На мгновение ему показалось, что в голосе Тома ему послышалась смесь ревности и раздражения, но мужчина уже скрылся за мольбертом, выбрав кисть побольше. Теперь его мазки стали шире и резче — он сосредоточенно склонялся то в одну сторону, то в другую.       Покачав головой, парень мысленно отвесил себе оплеуху. О какой ревности вообще могла идти речь? И привидится же. Том просто захотел поддержать его, а он уже придумал что-то сомнительное в своей голове. Стало даже стыдно перед мужчиной — видимо, его размышления все-таки в какой-то степени были подвержены обилию слухов, которые пускали про Тома в обществе. Поежившись от легкого ветерка и моментально ощутив на себе мягкое прикосновение чужой магии, согревшее его, он улыбнулся, пообещав себе больше не выставлять Реддла в негативном свете в своем воображении.

***

      Том посмотрел на наручные часы, которые показывали половину второго часа дня. Перевел взгляд на свое отражение, поправляя рукава темно-синей рубашки под официальной мантией. После работы переодеться не успевал, но не считал это проблемой — он все же собирался находиться в обществе волшебников. Те, во-первых, уже привыкли к его виду в подобной одежде, а во-вторых, это буквально была базовая одежда для приличного мага вроде него. Возможно, только Гарри будет непривычно видеть его в выглаженной мантии, а не помятой рубашке, которая иногда могла быть испачкана краской.       Гарри. Его мысли в последнее время чаще всего были заняты именно им, его маленькой одержимостью. Где бы Том ни был: на собрании, за рабочим столом, на ужине в ресторане или дома. Его муза будто сопровождала его. Фантомное ощущение, конечно, невозможно было сравнить с настоящим: когда Поттер действительно находился в непосредственной близости, ему казалось, что воздуха вокруг становится больше. Тот казался более свежим. Хотелось дышать полной грудью, но загвоздка заключалась в том, что надышаться никак не получалось. Том ловил себя на мысли, что ему мало. Мало того времени, что Гарри мог уделить ему. Иногда его голову посещала эгоистичная мысль о том, как бы он мог облегчить жизнь Поттера, чтобы тот имел больше свободных дней, но вовремя себя осекал: лишать молодого парня амбиций ради его творчества было слишком даже для него. Амбиции Реддл уважал. Да и сомневался, что сможет восхищаться видом Поттера точно так же, когда тот погаснет. А тот, несомненно, медленно завял бы, как кремовая роза из его сада без ухода, забери Реддл у него цель, к выполнению которой он так стремился.       Поведя плечом, Том оторвал взгляд от своего отражения и аппарировал в небольшой проулок возле Мунго, чтобы не сбить никого с ног. Возле здания его уже ждал Гарри — они договорились встретиться немного раньше, чтобы тот успел собраться с мыслями и увидел Тома как доказательство того, что в него верят и ждут. Прямо в этом же месте. Инициатива исходила со стороны Реддла, но Гарри, несмотря на свое смущение, принял ее — им всем нужна была поддержка, даже если они хотели казаться сильными и независимыми.       — Привет, Гарри, — голос Тома звучал мягко. Парень обернулся на него с явным облегчением на лице и подошел ближе, отходя от небольшого здания рядом с Мунго, которое представляло собой прилегающий к больнице образовательный центр.       Вместо привычного поцелуя в руку, Реддл обхватил его за плечи и притянул к себе, чтобы обнять. Он не прижимал его чересчур сильно, но хватка была крепкой, как обычно. Гарри растерянно стоял рядом с мужчиной, чувствуя пряный аромат перца и свежие цитрусовые ноты его парфюма. Решив, что стоять столбом — не самая лучшая идея, которая могла прийти ему в голову, он приобнял Тома в ответ, бормоча тихое «привет».       — Ты прямо с работы? — спросил Поттер, как только мужчина отпустил его и отошел на шаг назад.       — Да, немного задержался, так что домой попасть не вышло, — поделился Том, будто это не имело значения.       — Если ты устал, то можешь вернуться домой и отдохнуть. Мне будет достаточно того, что ты был здесь перед началом, — искренне сказал Гарри, все же чувствуя себя неловко. Даже друзья не предлагали составить ему компанию — они, конечно, пожелали парню удачи и попросили держать в курсе, но идти с ним не вызывались.       — Нет, — отрезал Реддл. Гарри заметил, как тот слегка нахмурил брови от негодования. — Во-первых, я не устал. Во-вторых, раз уж мы договорились, я останусь здесь.       — Ладно, — Поттер тихо вздохнул. Кажется, ему стоило привыкнуть к тяге Тома проводить с ним как можно больше времени. Он по прежнему не разбирался в том, как ведут себя художники, нашедшие музу. Гарри склонялся к тому, что это все же не было чем-то удивительным и ему стоило прекратить обращать на это такое пристальное внимание.       — Отлично, — брови Тома вернулись в обычное положение, его лицо расслабилось. — Переживаешь?       — Очень, — не стал увиливать Гарри. — Но я готовился. Долго готовился.       — Ты большой молодец, — похвалил его мужчина, прежде чем взглянуть на часы. — Уверен, что ты зря волнуешься. А теперь, наверное, тебе стоит зайти и узнать нужную аудиторию. Справишься?       — Конечно! — Гарри почувствовал мурашки, пробежавшиеся по спине от мысли о том, что Реддл мог пойти вместе с ним. Будто нянька.       — Ну хорошо, — на сей раз Том не стал так яро возражать. — Ни пуха, ни пера, Гарри.       — К черту.

***

      Комплексный подход к проверке навыков Гарри показался ему в меру сложным, но не невозможным. Он делился на две основные части: тестирование и собеседование. Сначала ему было необходимо письменно ответить на теоретические вопросы об истории развития целительского дела, анатомии и физиологии волшебников, а также основных заклинаниях и зельях, которые применялись при распространенных травмах и ранениях. Тестирование включало в себя не только проверку устоявшихся знаний, но и способность размышлять на месте: для Гарри была выбрана ситуационная задача, суть которой была в принятии морально-этического решения в сложной ситуации. Вопросы, поднимаемые в этом задании, очевидно, оценивали его готовность помогать другим, уровень сочувствия и ответственности. С демонстрацией магических способностей в качестве практического задания Гарри справился лучше всего. Ему всего лишь требовалось исцелить небольшие порезы и ожоги, тем самым подтверждая те знания, которые он использовал во время ответа на письменные вопросы о чарах. Вот только диагностировать магическое заболевание с помощью заклинания у Поттера вышло не сразу. Благо комиссия не выбирала чересчур сложные болезни: он ведь только планировал учиться и показывал определенный порог знаний, необходимый для эффективной работы, а не становления полноценным сотрудником больницы.       Собеседование показалось Гарри довольно скучным и предсказуемым, но от того и лучше — нервозности стало меньше, так что он мог отвечать четко и быстро. Его спрашивали о причинах, побудивших выбрать именно целительство в качестве будущей работы, оценивали стремление к самосовершенствованию и помощи другим, а также интересовались тем, как именно их кандидат представлял свою будущую карьеру. Последний вопрос стал небольшим затруднением для Гарри, поскольку он еще не отдал предпочтение конкретному направлению. Однако, его не посчитали глупым, даже наоборот, сказали, что такой ответ был логичнее, чем замотивированная речь, которая была от и до пропитана исключительно мечтаниями, ведь на личном опыте никто еще не проверил работу в разных отделах больницы.       Гарри не хотелось много на себя брать, но по завершению всех мероприятий, которые приемная комиссия проводила на протяжении практически двух часов, ему показалось, что его кандидатура их устроила. Даже без учета одобрения со стороны Гелберта Сплина — он не преминул возможностью упомянуть мужчину, но не акцентировал на этом слишком большое внимание, чтобы не показаться невежественным. В конце концов, он не просто так готовился к предстоящим вопросам, сгибаясь в немыслимые позы над пыльными книгами. Уж точно не для того, чтобы разглагольствовать о поддержке члена профессорского состава.       Гарри остался доволен. Результаты проведенных испытаний пообещали огласить через два дня — за это время, наверное, парень с ума сойдет от ожидания, но самое сложное все равно осталось позади. Теперь можно было выдохнуть. Ему даже Блейз Забини не мешал — тот проходил собеседование в соседней аудитории, так что шансов поцапаться бывшие однокурсники не получили. На самом деле, Поттер не особо и хотел — спешил к Тому.       

***

      Том расположился в просторном холле, залитом мягким рассеянным светом, льющимся из высоких арочных окон. Образовательный центр, нужно отдать должное, выглядел весьма солидно. Несмотря на то, что мужчина занимал должность заместителя Министра магии, здесь он никогда раньше не появлялся — не было повода. Нынешняя же причина, его небольшое наваждение, сейчас находилась на этаж выше. В этом же помещении Реддл находился практически один — компанию ему составила пожилая волшебница, которая листала Ежедневный пророк и не обращала и капли внимания на представителя Министерства. Она, как понял Том, выполняла функции координатора: помогала новоприбывшим сориентироваться и подсказывала, с кем и на какое время у тех назначена встреча.       Вокруг Том видел удобные кресла и диваны для посетителей, обитые мягким бархатом синего цвета. Бежевые стены создавали ощущение стерильности. Рядом с лестницей располагался ряд небольших стеллажей, занятых книгами, толстыми справочниками и специальными журналами с двигающимися обложками. Он отметил, что на большей части из них изображались иллюстрации с участием целителей и их пациентов. По всей видимости, учащиеся могли использовать их как дополнительный материал — в противоположной стороне холла располагалось несколько широких круглых столов, рассчитанных на несколько человек. Условия и правда были неплохими. За чистотой в помещении тщательно следили: полы блестели, на окнах не было разводов и пыли. Стеллажи под книгами тоже исправно протирались, судя по тому, что на них не проглядывалось осевшей грязи.       Ждать Гарри было трудно. Не из-за скуки, вовсе нет. Просто Тому было сложно смириться с осознанием того, что Гарри был рядом, но при этом абсолютно недоступен. В голове этот факт вызывал небольшой диссонанс, словно произошла какая-то ошибка, но мужчина смиренно сидел на одном из кресел. Пару раз он поднимался и просматривал страницы журналов для будущих целителей, но не находил для себя ничего интересного, возвращаясь на прежнее место ожидания и периодически поглядывая на часы.       — Я закончил! — радостный голос Гарри оторвал его от разглядывания медленно идущей секундной стрелки.       Тот шел к нему навстречу с веселой улыбкой на губах. Казалось, еще чуть-чуть и парень начнет припрыгивать от переизбытка положительных эмоций. Тому было приятно видеть его в таком состоянии: казалось, тот прямо-таки светился, что в глубине души вызывало облегчение. Раз юноша так фонтанировал положительными эмоциями, значит все прошло хорошо.       — Полагаю, все прошло замечательно? — Том издал глухой смешок, видя нетерпеливый вид Гарри.       — Без эксцессов, — повторил его фразу тот, согласно кивая головой.       — Какой важный, — протянул мужчина. Его глаза блеснули весельем. — И когда тебе пообещали сказать результаты?       — Через два дня, — Гарри направился к выходу из здания. — Подышим воздухом? Аудитория была душной до ужаса.       — С удовольствием, — Том прошел вперед и приоткрыл дверь перед Гарри: тот, на мгновение стушевавшись, вышел за порог, вдыхая свежий воздух.       — Спасибо, что подождал. Надоело наверное столько сидеть.       — Я бы подождал еще, будь такая необходимость. Не волнуйся, — Том огляделся. — Перекусим? Ты наверняка проголодался за это время.       — Думаю, было бы неплохо.       Их мысли сошлись на «Incanto» — хотелось чего-то свежего и просторного. Само собой, вкусного тоже. Размышляя над тем, стоило ли отдать дань исконно скандинавской кухне или остановиться на чем-то более привычном для их английской культуры, они направились вперед, проходя мимо магазинчиков Косого Переулка широким шагом — Гарри показалось забавным предпринять попытку обогнать Тома.       Он не возражал. Даже если волшебники, видящие их вместе, о чем-то шептались. Сейчас это было не очень-то и важно.