ПРЕДНАЧЕРТАННЫЙ

Мягкие гладкие пальчики уверенно обхватили твердеющий член Альфы, несильно сжимая, что заставило стадо мурашек стремительно пробежать по коже. Ноппанат напрягся всем телом, непроизвольно задерживая дыхание. Внутри полыхал пожар от внезапно нахлынувшего возбуждения. Сколько бы он не противился этой мысли, но то, какое сильное влияние оказывал на него Прем, отрицать было бессмысленно. Всего лишь его присутствие рядом успокаивало и расплавляло Нопанната, словно мягкое масло под палящим солнцем. Прикосновения же заставляли гореть огнём изнутри, отчего Бун еле сдерживал животные инстинкты и собственные порывы, так неистово рвущиеся наружу. Пальцы Омеги медленно поднялись вверх, накрывая увеличившуюся головку, а затем снова съехали вниз, размазывая обильно сочащуюся смазку по всей длине. Теперь рука приятно скользила по стволу, добавляя нужной стимуляции. Несмотря на опасность быть замеченным, Ноппанату не хотелось, чтобы прикосновения его Омеги заканчивались, наоборот, он безумно жаждал более ощутимых манипуляций. Казалось, Прем понимал, что именно требовалось, и действовал так, как хотелось сейчас доктору. Бун зажмурил глаза, пытаясь удержать рвущиеся наружу стоны. Омега ловко двигал рукой, опускаясь еще ниже, настойчиво сжимал мягкую мошонку и перебирал пальцами яички. Ноппанат был готов взорваться от переполнявшего его возбуждения. Чертовски хотелось сейчас опрокинуть сидящего перед ним Према на кровать, приподнять его ноги, положить себе на плечи и одним рывком войти в горячее влажное нутро Омеги. Воображение, как назло, подкидывало ему одну картинку за другой, сводя с ума затуманенный возбуждением разум. Прем немного ослабил хватку, смотря на лицо Ноппаната, пытающегося держать себя в руках, и внезапно засомневался, делает ли он всё правильно, поэтому немного приостановился. Неожиданно рука доктора схватила его за запястье. — Мне прекратить? — неуверенно прошептал Прем. — Нет. Чёрт! Продолжай. Не останавливайся. Только не сейчас. — Голос Буна хрипел от перевозбуждения. Омега улыбнулся, снова обхватывая твёрдый ствол влажными пальцами, и уверенно продолжил незамысловатые движения вверх-вниз. Сам же приблизился вплотную, нетерпеливо ища долгожданного поцелуя. Доктор схватил парня за шею, впечатываясь страстным поцелуем, заставляя Према издать скулящий звук прямо в рот. Рука ускорила темп и принялась жёстко надрачивать теперь уже железно стоящий член Альфы, чтобы поскорее достичь разрядки. Но, кажется, этой стимуляции было до сих пор недостаточно, а времени у них совсем не было. В любую минуту в дверь могли постучаться и попросить доктора покинуть комнату, ведь точного времени посещения никем определено не было. Это усложняло положение обоих мужчин, добавляло адреналина и страха быть застуканными, но удивительным образом возбуждало ещё сильнее. Прем оторвался от поцелуя и решительно двинулся вниз, опускаясь на колени между раздвинутых ног Альфы. Без лишних слов отодвинул край ширинки на брюках Буна и, прильнув к ярко-красной набухшей головке ртом, принялся облизывать её круговыми движениями, умело работая языком. Ноппанат рвано выдохнул, запуская пальцы в шелковистые волосы Омеги. Прем заглотил член доктора, расслабляя челюсть, и пропустил его глубоко в горло. Ощущая, как Бун непроизвольно двинул бёдрами навстречу, он улыбнулся про себя, чувствуя, как пальцы Ноппаната сжались и немного потянули за волосы. Омега воспринял этот жест как своего рода одобрение, поэтому принялся стараться изо всех сил, теперь всасывая более уверенно. Слюна и смазка то и дело скатывались с краешек губ небольшими каплями, пока Прем жёстко насаживался на крепко стоящий ствол, не забывая двигать языком внутри. Через несколько секунд он наконец-то почувствовал, как бедра Буна напряглись. В ту же секунду семя Альфы выплеснулось в горячий рот Омеге. Однако тот не отстранился, а лишь замедлился, торопливо проглатывая всю белесую жидкость, которая попадала на язык теперь довольно обильным потоком. Когда Прем закончил и приподнялся, вид у него был ошалелый: ярко-красные губы припухли и были влажными от постоянного облизывания, волосы растрепались, а в томных глазах читалось какое-то блаженство. Большое мокрое пятно на брюках в районе ширинки сразу же дало понять произошедшее. Будучи на взводе, Омега и сам достиг оргазма, практически не притронувшись к себе, пока самозабвенно доставлял удовольствие своему Альфе. Теперь же, утыкаясь лбом в плечо Ноппаната, Прем слегка смущённо прикрывал испачканные брюки руками. Но Бун нежно приобнял его, поглаживая по щеке. — Прем, ты невероятный. Я безумно люблю тебя, — прошептал он в ухо Омеге. — Спасибо! — За что ты благодаришь меня? Я ведь твой... — За то, что всё ещё доверяешь мне. За то, что не оттолкнул. За то, что всё ещё мой. — Бун приподнял голову Према за подбородок и нежно прикоснулся губами ко лбу. После чего снова поцеловал манящие пухлые розовые губы, вкладывая в этот поцелуй всю нежность и любовь, которую только мог. Омега лишь прикрыл веки, наслаждаясь лаской и похвалой любимого Альфы. — Я должен сейчас оставить тебя, но знай, что я рядом. Я останусь в особняке до тех пор, пока не вытащу нас отсюда. А ты переоденься и ложись спать. Увидимся завтра. — Бун? — Что? — Это всё Ом. Он ненавидит меня. Это он привёл мистера Као в наше секретное место. Я видел его в гостиной, когда охранники вытащили меня из комнаты. Я знаю, ты можешь мне не поверить. Он твой близкий друг, а я всего лишь... — Встревожено произнёс Прем, понимая, что его слова, вероятнее всего, звучат абсурдно, но озвучить их было необходимо. — Ты мой Омега, и этого достаточно, — прервал его Бун. — А насчёт Ома я уже всё понял. Его мотивы мне теперь более чем ясны. Но не волнуйся, я разберусь с ним сам. Не переживай, я почти нашёл выход из этой сложной ситуации, но тебе надо набраться сил и терпения. — Я доверяю тебе, Бун. Сделаю так, как ты скажешь. — Вот и отлично, — мягко улыбнулся Ноппанат. — А теперь отдыхай. С этими словами он встал с кровати и неторопливо направился на выход. Как и всегда, тихо постучав по деревянной поверхности, тут же послышался щелчок замка, и доктор исчез в приоткрывшуюся дверь. Охранники почти проводили Буна до апартаментов, в которых ему предстояло остаться на неопределённое время, когда его мобильник внезапно зажужжал, напоминая о себе вибрацией. Доктор специально поставил его на беззвучный режим, не хотел, чтобы ему кто-либо помешал, пока он изъяснялся с Премом. Вытянув телефон из кармана брюк, он украдкой посмотрел на экран. Этого звонка доктор ожидал с нетерпением всё это время. Подождав, пока охранники развернутся, чтобы уйти и наконец-то оставят его одного, Бун толкнул дверь в комнату, одновременно нажимая на зелёную кнопку «Ответить» и прикладывая мобильник к уху. Только когда она захлопнулась за ним, решительно заговорил. — Я слушаю тебя, Наронг. Некоторое время Ноппанат молчал, всё ещё стоя возле выхода, и лишь вслушивался в то, что говорил на том конце звонка мужской голос. Иногда его лицо становилось хмурым, и он просто мычал в ответ, подтверждая, что всё расслышал и понял правильно. — Хорошо, — в конце концов произнёс доктор. — Я так и предполагал. Ты лишь подтвердил это документально. Спасибо тебе за проделанную работу, Наронг! Можешь взять дополнительный выходной за счёт клиники. Пока! Ноппанат завершил разговор, медленно опуская телефон вниз. Внезапно знакомый голос заставил его вздрогнуть. — Что ты предполагал, Бун? Может, расскажешь и мне? Я ведь твой партнёр. Ноппанат резко обернулся, обескуражено глядя в сторону большой двуспальной кровати, на которой сейчас вальяжно развалился Ом, подложив руки под голову, и самодовольно улыбался. Бун злился на себя, да и определённо на друга. Был расстроен тем, что просчитался и не перепроверил всё с самого начала, усложняя обстоятельства ещё больше. Но в данную минуту стоило сбавить обороты и сделать вид, что всё было хорошо. Поэтому он постарался сделать лицо как можно проще. — Ом, позволь спросить, что ты тут делаешь? — как можно спокойнее спросил Бун. — Лежу на кровати и ожидаю своего парня. День был утомительным. Стоит уже лечь спать, не думаешь? — Тогда ты перепутал комнаты, Ом. Здесь только одна кровать, и она для меня, — невозмутимо продолжил доктор. — Мистер Као так не думает. Когда я сказал ему, что приехал, потому что не смогу быть долго без своего любимого, он любезно согласился, чтобы я остался здесь с тобой, и мы ночевали вместе, — мечтательно произнёс Ом. — Я ведь чётко дал тебе понять, что между нами ничего не может быть. Если ты не прекратишь всё это, мне придётся рассказать мистеру Као правду. — Правду? Что ты обманул всех и украл его драгоценного Омегу, а потом сделал своим, планируя навсегда сбежать? Эту правду? Думаю, эта информация его очень позабавит. Ко всему прочему, я могу подтвердить твои слова, тогда тебе точно конец. — Ом, когда ты стал таким? Ты всегда был мне как брат. Мы... — Замолчи! — резко оборвал его Альфа, мгновенно оскаливаясь. — Ты никогда не был мне братом. Я всегда видел в тебе только возлюбленного. Ждал ответных чувств долго и терпеливо. Я не давил на тебя, пока ты не встретил этого чёртового Омегу. Он встал между нами, хотя принадлежит другому. — Я ухожу, — внезапно произнёс Бун и, не желая больше спорить, развернулся к двери. — Постой! Этой ночью ты останешься здесь со мной. Иначе Омеге не избежать того, от чего ты его так бережёшь. Мистер Као только и ждёт, когда наконец-то сможет спариться с ним. А я, между прочим, такой же квалифицированный врач, как и ты. Мне он доверяет не меньше. — Ладно, — сквозь зубы проговорил Ноппанат. — Сегодня я останусь здесь. — Вот и отлично, — победоносно улыбнулся Ом. — Но с одним условием: Между нами ничего не будет. — Как скажешь. Прошло какое-то время, прежде чем Бун вышел из душа, готовый лечь в кровать. На нём была шёлковая пижама, совсем не привычная для сна, ведь Ноппанат предпочитал спать в одних боксёрах. Но сейчас рядом с ним был Ом, которого теперь он больше не мог считать просто близким другом, осознавая его чувства. Поэтому любое необдуманное действие могло спровоцировать того, чего доктор определённо не желал. Сразу же заползая под одеяло, Бун протянул руку и выключил настольную лампу, собираясь как можно скорее заснуть. Через пару секунд в полной темноте он вдруг почувствовал, как на него навалилось крупное тело, а чужая рука обвила шею, нежно поглаживая. Ноппанат занервничал. — Ом, я же предупредил тебя, — грозно прошептал доктор. — Я ничего и не собирался делать. Всего лишь дружеские объятья на ночь, — смешинку в голосе Ома невозможно было скрыть. — Не волнуйся, я не собираюсь принуждать тебя. Скоро ты сам попросишь меня быть с тобой, а я очень терпелив. С этими словами Альфа поцеловал Ноппаната в шею, быстро отворачиваясь на свою сторону кровати. Бун не успел сообразить, что произошло, приоткрыв рот, чтобы возмутиться, но Ом уже отстранился, поэтому доктор лишь нервно выдохнул. В ту ночь поспать удалось лишь совсем немного. Находиться рядом с близким другом теперь было по меньше мере странновато, а после того, что Бун узнал перед этим, ещё и достаточно опасно. Одно утешало: здравый смысл пока ещё присутствовал, что не могло не радовать. На следующее утро все трое Альф собрались за одним столом на завтраке. Мистер Као восседал во главе стола, заставленного всевозможными закусками и едой. Бун сидел напротив Ома с невозмутимым лицом. Некоторое время они спокойно завтракали, перекинувшись всего лишь парой слов. В помещении ощущалась тревожная атмосфера. По крайней мере, это именно то, что чувствовал Ноппанат. Остальные же вели себя непринуждённо. Ом периодически поглядывал на Буна, улыбка то и дело проскальзывала на его лице, на что мистер Као хитро заметил: — Чувствую, совместное пребывание пошло вам обоим на пользу. Рад за вас, доктор. Но меня интересует всё тот же вопрос. — Вчера я навестил Омегу, — поднял на него глаза Бун. — Пока что всё по-прежнему. В нашей практике такое состояние называется стабильным. — Стабильность — это всегда хорошо. Но в данном случае не для меня. Когда обычно наступает улучшение? — Для этого я и остался здесь, Кхун Као. Чтобы время от времени проверять. Их разговор нарушил вошедший охранник, который медленно подошёл к столу, держа в руках крупный и достаточно плотный конверт тёмно-жёлтого цвета, какие обычно приходят по почте или доставляются с курьером. Все трое взглянули на него в полной тишине. — В чём дело? — спросил босс. — Доставка для доктора Ноппаната. — Что там? — Какие-то врачебные документы, босс. Я не разбираюсь в этом, — проговорил охранник, протягивая конверт мистеру Као. — Вы вскрыли мою почту? — удивлённо спросил Бун. — Не кажется ли вам, что это уже слишком? Это личное. — Может быть, мне стоит прочесть их самому? — теперь мистер Као вертел конверт в руках, наблюдая за реакцией доктора. — Это всего лишь личное дело пациента и врачебные документы из клиники, которые прислали мне на подпись. Без моего ведома в моей клинике ничего не происходит, а так как я вынужден оставаться здесь, я попросил персонал выслать документы сюда. Но если вас это так беспокоит, можете лично прочитать всё. Правда, думаю, вам вряд ли будет интересно копаться в болезнях других. — Если вам нечего скрывать, чего вы так переживаете? — Врачебная этика, мистер Као. Я всегда придерживаюсь принципов, — уверенно ответил Ноппанат, безразлично беря стакан воды в руки. Мистер Као оценивающе посмотрел на Ноппаната, затем перевёл взгляд на конверт. Покрутил его ещё пару секунд в руках, а потом небрежно протянул доктору. — Мне действительно не интересно знать о болезнях других Омег. Меня интересует только один. Поэтому поторопитесь и сообщите мне сегодня вечером наконец-то что-то хорошее, доктор. Ноппанат тотчас же забрал конверт, наблюдая, как Альфа приподнялся из-за стола, теперь покидая комнату. Затем перевёл взгляд на Ома, спокойно доедавшего свой завтрак, и тихо прошептал себе под нос: — Обязательно сообщу, уж будьте уверены.