Метод постоянных раздражителей

— О, проснулся, красавчик! — Джон приветствует Лололошку, вознося вверх кружку со свежим кофе. — Хотя-я… Нет, я с утра выгляжу получше твоего. Ло, растирая ладонью отёкшее лицо, что-то промычал в ответ и, ведомый мышечной памятью, занялся заваркой чая и ленивыми бутербродами. Макая чайный пакетик в кипяток, студент лбом опирался на дверцу кухонного шкафа и выжимал из себя оставшиеся крупицы сна. Ощущая на себе пристальный взгляд, Лололошка несколько секунд медлит, а потом оборачивается на Харриса и выгибает бровь в немом вопросе. Как-то неловко. — Может, ты хочешь что-то на завтрак? — Лошка проявляет гостеприимство, параллельно заглядывая в холодильник и подумывая, что бы приличного можно было приготовить. — Ну, раз ты смог себе позволить жить в отдельной квартире, может и продукты у тебя будут не мусором по уровню пищевой ценности. Давай. Хмыкнув, молодой человек у холодильника вынимает оттуда творог и яйца, чтобы приготовить сырники.

***

Запихивая за щеку творожные оладьи, Ло щурился от солнечного света и все еще боролся с желанием всхрапнуть часок-другой. В попытках окончательно разлепить тяжелеющие веки, молодой человек зацепился взглядом за своего клона: он словно в зеркало смотрел. Наблюдал, как солнечные лучи тонут в его небрежных каштановых локонах и густых ресницах, из-за освещения отдающих медным оттенком. Харрис, видимо, замечал как его разглядывают, но предпочитал наслаждаться своим завтраком и читать что-то с экрана телефона. — Красотка, я понимаю, что с самого утра хочется наслаждаться чем-то хорошим, но ты можешь сходить себя в зеркало поразглядывать и считать, что это я. — Намекнул Джон, желая избавиться от таких пристальных разглядываний. Лололошка тихо извиняется, и переводит взгляд в окно.

***

Ло вообще всегда считал, что жить вместе с кем-то — это достаточно весело. Ему порой не хватало кого-то, с кем можно непринуждённо поболтать, избегая скуки. Но Джон нарочно делал занятый вид, дабы избежать лишних разговоров. Что-ж, тогда можно попробовать развеяться на прогулке. По дороге молодой человек заскочил в магазин, и решил навестить друзей, которых вчера покинул раньше предполагаемого. Холодное зимнее солнце, даже будучи в зените, совершенно не давало ощущения тепла, зато поддувающий ветер так и норовил покусать прохожих за красные лица. Спасаясь от него, Лололошка зарылся носом в свой шарф. Дверь ему открыл помятый, видимо, только проснувшийся Дилан. Без всяких обмолвок он дождался, пока Ло разуется и избавится от верхней одежды, а потом прошёл вместе с ним в гостиную, где увидел прекрасную картину: «Утро в китайской деревне». На диване всё ещё сладко спал Шангрин, а на полу рядом, обнимая его за свешенную ногу, опочивал Марк. Студент поставил на стол, полный бутылок и оставшихся закусок, магазинный пакет. — Как голова? Я вам Цитрамон и минералки взял. Не успел он договорить, как Марк, словно по команде, сквозь свой коматоз потянулся к столу, в поисках живительного напитка. Дилан, мотая головой, оттянул несчастного за лоб, чтобы тот уселся, и сам сунул ему в руки бутылку минеральной воды. — У меня всё нормально, это вон, этим двум… — Дилан, кивая на Шангрина и Марка, фразу не закончил, и без продолжения всё было понятно. Вздыхая, Лололошка улыбнулся и понимающе закивал. — Так что вчера там было? Чего Харрис хотел? — Да странно как-то… — Ло помнил, что Джон просил держать язык за зубами, но Дилану он доверял, тот никогда бы не стал распространять слухи, а остальные два товарища сейчас и два слова на слух не свяжут. — Он попросил у меня остаться на пару дней. Ничего не объяснил. Студент пожал плечами, встречаясь с недоуменным взглядом Дилана, который олицетворял сейчас знаменитую фразу «Чего, блять?». — Н-да, каждый раз когда я начинаю думать, что ты вообще в любых абсурдных обстоятельствах побывал, ты подкидываешь мне ещё больше поводов усомниться в твоём реальном существовании. Усмехнулся молодой человек, пихая друга в плечо, мол, пойдём на кухню, чтобы этих двух не тормошить.

***

Дверь закрылась с характерным хлопком, и Джон заметно расслабился. Молодой человек валялся на диване, закинув ноги на спинку, а голову свесив к полу, и разглядывал натяжной потолок, словно выглядывал там ответы на интересующие вопросы. Насколько вообще странно он себя повёл, попросившись ночевать у человека, с которым они целый год не общались никаким образом? Ну, а куда ему ещё тогда деваться было? Повезло вообще, что Ло ему в должники записался. Справляясь с тяготой в груди, Харрис делал продолжительные вдохи и выдохи. Раз-два-три, пауза, раз-два-три. Перебесятся и начнут названивать, чтобы вернулся. Ничего нового, никто от него не отказался, они просто психуют и не хотят, чтобы он далеко от них отходил. Вот уж обойдутся. Пролистнув очередное объявление о сдаче квартиры на съем, Джон шипит, кидает телефон на ковёр и мнёт лицо в ладонях.

За-е-ба-ло

По слогам повторяя одно и то же, Харрис ещё с минуту ворочается и считает вдохи-выдохи. Нужно проживать стресс правильно и не срываться. Восстановление нервных клеток требует много ресурсов, это невыгодно. Дейви расслабил шею, закидывая голову назад, и встретился со взглядом своего отражения в выключенном телевизоре. Во рту вспомнился вкус утренних сырников. Ло-ло-лошка… И как его менее идеальной версии так сильно в этой жизни везёт? Компенсация скудного ума? Мысли наслаивались одна за другой, а Джон каждую старался оценить, отсортировать. Успокаивал себя выученной фразой: «гением быть трудно». И кто ему скажет, что это не так? В какой-то момент Харрису показалось, что он слишком много времени тратит на бессмысленные размышления, которые ему никакой погоды не делают. Лучше, пока есть время, написать давно обещанные доклады ленивым студентам, которые предпочитали платить, а не работать головой. Может так накопит себе на какую-никакую финансовую подушку…