Самая ранняя звезда

От помощи в купании Линь Бао отказался. Сяо Лэй сказал, где что стоит, и что можно не торопиться. Он и не торопился. Размотал бинты на руках, скинул с себя вещи и залез в воду. Она была горячей, но не обжигала, а приятно грела. Уровень воды доставал до его плеч, но когда Линь Бао ссутулился, сложил руки на согнутые колени, и поставил на них голову, подбородок тоже оказался в воде. Было тихо. Линь Бао дернул рукой, потревожив спокойную гладь. Всплеск породил волны, и мальчик поднял руку над водой, едва касаясь ее, словно успокаивая. Вода и успокоилась, вновь становясь тихой и бесстрастной. Снимать бинты с глаз волнительно, но не страшно. Сяо Лэй не казался плохим. Его искренность слышна в каждом слове и действии. Он не сердился на Линь Бао, не обвинял его, не давил. Позволил ему остаться, не назвал чудовищем и не соврал, что в комнате будет темно. Бинты мятой кучей лежали у бочки, прямо на одежде. Линь Бао не видел ничего. Это был даже не черный, а просто пустота. Без цвета. Зажмурившись и зажав нос, он с головой погрузился под воду. Тут еще тише. Вода щекотно выпускала пузырьки воздуха из волос, затекала в уши, согревала щеки. Линь Бао пробыл под водой так долго, как только смог. Вынырнув с громким «пха!», он стал жадно глотать воздух. Линь Бао посидел еще некоторое время, затем встал и нашарил рукой мыльный корень. Ополоснув и намылив его, он принялся распределять пену по всей голове. Вымыть это запутанное безобразие сложно, но не невозможно. Линь Бао пришлось повторять это снова и снова, пока он не перестал чувствовать под пальцами засохшую грязь. Волосы вернули прежний цвет, и теперь настал черед остального. Отмыв всю пыль и грязь, он ощутил себя так, будто заново родился. Кожа скрипела от чистоты и вновь дышала, Линь Бао только сейчас ощутил разницу. Да, чистым быть намного приятнее. Он больше никогда не хочет ощущать на себе грязевую корку. Собираясь уже вылезать, Линь Бао услышал шаги и стук в дверь. — Ребенок, это я. Могу зайти? — Я еще не оделся, — выкрикнул мальчик, вылезая быстрее. — И не надо, я принес чистую одежду. А... Справедливости ради, купаться, чтобы одеться обратно в грязное, и правда нет смысла. — Я приоткрою дверь, положу одежду и бинты, хорошо? Я ничего не увижу, не бойся. — Л-ладно. Линь Бао и не боялся. Просто было бы неловко предстать нагишом перед едва знакомым человеком. Ну и что, что они оба мальчики, все равно неловко. Поэтому он забежал за бочку, решив переждать здесь. Дверь приоткрылась с мягким, едва слышным скрипом, и почти сразу закрылась обратно. Линь Бао вышел из своего укрытия, осторожно подбираясь к вещам. Первой их нашла правая нога. Подобрав аккуратно сложенную стопку, Линь Бао быстро все на себя нацепил. Одежда оказалась простой и очень приятной. Она даже не ощущалась на теле, словно была соткана из тумана. Бинты нашлись рядом и тоже были использованы по назначению. Линь Бао шлепал босиком по деревянному полу в сторону звуков. В руках он нес свои грязные вещи. Он не знал, что с ними делать. Может, Сяо Лэй скажет? — Ого, у тебя, оказывается, такие красивые волосы, — раздалось впереди. — Спасибо, — сколько бы ему не говорили это, Линь Бао каждый раз стеснялся. Вот и сейчас он замялся, и щеки его порозовели. — Я хотел спросить, где можно постирать вещи? — Эти что ли? — спросил парень, и получил в ответ утвердительный кивок. — Им место в костре. Ну или можно использовать как половую тряпку. Серьезно, ребенок, они никуда не годятся. — Но как же... В чем мне тогда ходить потом? — растерянно спросил Линь Бао. — Новое купим. — У меня нет денег. Сяо Лэй вздохнул. Не раздраженно и не устало, а даже как-то снисходительно. — У тебя и не должно их быть, глупый. Я заплачу. Но это позже, а сейчас отдай мне, что держишь. — Только не прикасайся к коже, — прошептал мальчик. Сяо Лэй внял словам и аккуратно забрал грязные вещи вместе с бинтами. Им место в мусорке. — Вот и славно. Примерно в четырех шагах справа от тебя стул. Садись на него, я сейчас вернусь. Последовав инструкциям Сяо Лэя, Линь Бао и правда нашел стул в четырех шагах от себя. С одной стороны что-то булькало, с другой шелестела листва и пели птицы. Одна из них влетела в открытое окно и радостно заголосила. Линь Бао узнал в ней свою подругу. — Ты тут. Малютка тронула палец Линь Бао своей лапкой, и мальчик в ужасе отдернул руку. Птичка тоже испугалась и коротко чирикнула, отпрыгнув подальше. — Могу я задать вопрос? — неожиданно раздался голос заклинателя. — Ты можешь не отвечать, если не хочешь. Дождавшись положительного кивка, Сяо Лэй набрал в легкие побольше воздуха. — Почему ты боишься прикосновений? Ребенок, сидящий к нему спиной, сжался, низко опустив голову. Сяо Лэй на миг пожалел о заданном вопросе, но ему нужно знать, чтобы понять, как себя вести и каких действий лучше избегать. — Можешь не отвечать, если не хочешь, — напомнил он. — Просто заметил, что ты даже от своей птицы шарахаешься, вот и... — Потому что всегда происходило что-то плохое. А еще было больно. Но не со всеми. С мамой не было больно, с дядей тоже. И с Сюин-цзе. Еще с ее мамой и собакой Киу. Но они все умерли. И теперь снова больно, но по-другому. — Ребенок... Рано или поздно боль утихнет, но не пройдет полностью. Иногда она будет напоминать о себе. Но ты справишься. И я постараюсь тебе помогать, сейчас и в дальнейшем. Заметив, как Линь Бао подрагивает, с трудом сдерживая слезы, Сяо Лэй добавил: — Не старайся казаться сильным. Плачь, если хочется плакать. — Не хочу снова, — выдавил мальчик. — Глаза болят. И нечем больше. Сяо Лэй фыркнул и вернулся к готовке. Тишина была комфортной, и никто не спешил ее прерывать. Линь Бао вдыхал запах горячего супа, чувствовал теплый ветер в мокрых волосах, и думал. О том, кто такой Сяо Лэй, почему он тут, а не в своем ордене, и как его нашел. Линь Бао не отличался смелостью, он был скорее стеснительным ребенком. Но иногда, когда его что-то интересовало, эти сковывающие черты куда-то пропадали. Недолго думая, Линь Бао вывалил вопросы на Сяо Лэя. Тот отвечал сразу, пока ребенок не додумался задать еще больше. — Как ты уже знаешь, я заклинатель, зовут Сяо Лэй. Если тебя интересуют значения иероглифов в моем имени, то Сяо — рассвет, а Лэй — гром. А твое имя означает «лес» и «сверток»? — Нет. Это "лес" и "сокровище". — Так и думал. Тебе очень подходит. Нашелся-то ты в лесу. Лежал среди деревьев, словно ты их сокровище. — Откуда ты знаешь? — М? Я ведь нашел тебя посреди леса, — объяснил Сяо Лэй, обернувшись. Линь Бао сидел лицом к нему, держась за спинку стула. — А-а... — А ты о чем? — Мама с дядей рассказывали, что меня нашли в лесу и принесли к ним. Я не помню, что было до этого. И как я попал в лес, тоже не помню. — Как тебя потеряли-то? Мама не рассказывала? — Нет, она же не знала меня до этого. Но рассказывали слуги. Они говорили, что в том лесу поселился демон. Он съел всех животных и птиц, так люди о нем и узнали. Наверное, он и меня хотел слопать, а я так испугался, что волосы поменяли цвет. Я не помню точное слово... — Это называется поседеть. Но я думаю, что ты родился с таким цветом. — Откуда ты знаешь? — воскликнул удивленный мальчишка. — Просто предположение. Ответь-ка, какого цвета у тебя ресницы? — Белые. — Они не могут поседеть. Вот и доказательство, что ты таким родился. Линь Бао нахмурился и смолк на некоторое время. — А почему? — спросил он наконец. — Что почему? — Почему они не могут поседеть? — Просто они... жесткие. — Понятно... А почему я такой один? — Наверняка есть и другие люди с белыми волосами, просто их очень, очень мало. — Хм, — понятливо хмыкнул Линь Бао, внимая новой информации. — А почему ты не в ордене? — Ах, это. Я сбежал. — Сбежал? — лицо Линь Бао вытянулось. — Ага-а, — протянул Сяо Лэй, словно в этом нет ничего необычного. — А почему? — Родители пытались заставить заниматься тем, чем я не хотел заниматься. — А чем ты не хотел заниматься? — Вести уроки. — Но ты ведь вернешься? — Конечно. Я никогда не убегал надолго. — А я? — тихо спросил Линь Бао. — Ох... Я как-то решил за тебя, что ты согласишься пойти со мной, словно это само собой разумеется... — Я хочу! Но вдруг... — Ничего плохого не случится. А хотя, знаешь... Завтра мы сходим к одной гадалке. Она скажет, проклят ли ты. Я уверен, что нет, но если вдруг, она сможет снять с тебя проклятие. — ...точно? — Точно-преточно. Между ними повисла маленькая пауза. Позади Линь Бао стукнула тарелка с горячим супом, поставленная Сяо Лэем на стол. — Суп не сильно горячий. Покажи руки. Линь Бао вытянул руки ладонями вверх. Заклинатель довольно хмыкнул. — Уже зажило. Значит, можешь есть сам. — Мхм. А почему недавно ты не дал мне есть самому? — Я нервничал и не подумал посмотреть на ранки, хе-хе, — неловко рассмеялся Сяо Лэй. Линь Бао улыбнулся в тарелку. Это признание вышло чуточку глупым и милым. Они говорили еще долго. Линь Бао было спокойно рядом с Сяо Лэем. Сяо Лэй говорил много, терпеливо отвечал на все вопросы и спрашивал сам. Старательно обходил больные темы. За разговорами Линь Бао не вспоминал о произошедшем. Иногда он даже смеялся, чего не делал уже вечность, как ему казалось. — Уже поздно, пора ложиться спать, — в какой-то момент произнес Сяо Лэй, увидев, как Линь Бао зевает. Мальчик понял, что в самом деле устал. Но ему так сильно хотелось поговорить еще, что заупрямился и запыхтел ежиком. — Не хочу, — протест был прерван широким зевком. — Ты уже третий раз зеваешь, — отбил заклинатель. — Завтра новый день, я никуда не денусь. Понуро кивнув, Линь Бао слез со стула. — А где мне спать? — На кровати, конечно же. — А тебе где спать? — А я собирался помедитировать, для этого не нужна кровать. — А что это такое? — Это такая тренировка. Нужна тишина и сосредоточенность. — А зачем эта тренировка? — Чтобы стать духовно сильнее. Впитывая природную ци, заклинатель укрепляет свое золотое ядро и становится крепче. Линь Бао понятливо промычал. Он знал кое-что, Сюин-цзе рассказывала ему. Она читала заклинательские книжки, а он слушал. Они не всегда понимали написанное, поэтому спрашивали взрослых. Взрослые зачастую тоже не знали, поэтому друзья пропускали непонятную часть. Хотя читать Ань Сюин не слишком любила, ей больше нравились книжки с картинками. Где-то были изображены великие бои, где-то показывали, как держать меч. Может, если он все-таки не проклят, то Сюин-цзе жива и ждет его в ордене? Как же он там назывался... Уже лежа в постели, закутавшись в одеяло по самый нос, Линь Бао пытался вспомнить название ордена. У него не получалось. От этого хотелось плакать, но в груди еще теплилась надежда, что если услышит название, он сможет узнать его. Еще было интересно узнать о том ордене, куда его повезет Сяо Лэй. Примут ли его?..