Самая ранняя звезда

Стоя за спиной Линь Бао, Сяо Лэй думал, какую прическу сделать ему сегодня. Вчера был высокий хвост и голубая ленточка, а сегодня ему хотелось заплести косу, которая теперь получалось это так хорошо, что парень не мог собой не гордиться. — Сяомао, какую ленточку ты хочешь сегодня? — спросил Сяо Лэй, начиная разделять волосы на три пряди. — Ммм... Желтый! Как солнышко! — Хо-ро-шо, — пропел юноша. — Ребенок номер три, можешь подать мне ее? Хэ Янсин снова посмотрел на огромное количество цветных ленточек, что Сяо Лэй достал ранее. У него рябило в глазах, но нужная нашлась сразу же, и он быстро вытащил ее из клубка и встал, чтобы передать. Косичка выходила объемной, Сяо Лэй не затягивал волосы, а просто легко переплетал их, потому их кудрявость была заметна и иногда просилась на волю. Немного небрежно, но в целом смотрелось красиво и гармонично. В какой-то момент ему пришлось присесть, чтобы продолжить. Когда пряди переплелись в последний раз, Сяо Лэй протянул руку в его сторону, и Хэ Янсин вложил в нее ленточку. Юноша завязал милый бантик и намотал на палец оставшийся кончик. Маленькое движение сквозило обыденностью, словно так заканчивалась каждая прическа. Своеобразный ритуал, который Сяо Лэй теперь соблюдал неосознанно. — Готово. Сегодня ты как всегда лапочка, Сяомао. Сяо Лэй небольно ущипнул мальчика за щечку и стал собирать пустые тарелки. Линь Бао улыбнулся и провел рукой по косичке, тактильно запоминая результат. — Спасибо, сегодня как всегда красиво, гэгэ, — попугайчиком ответил мальчик. Сяо Лэй рассмеялся и попрощался с детьми, спеша на свои занятия. Линь Бао спрыгнул со стула и повернулся туда, где, как он помнил, был выход. — Идем, нам нужно многое сделать, — решительно сказал он и сделал шаг, чуть не врезавшись в Хэ Янсина. Мальчик подхватил своего духа под руку и повел в нужном направлении. — Здесь осторожнее, — подсказывал он. — Откуда ты узнал, что косичка получилась красивой, если не видел ее? — задал Хэ Янсин интересующий вопрос. — Просто потрогал, — ответил Линь Бао и добавил. — А еще я думаю, что у гэгэ все получается красиво. И сам он красивый. — Ты его видел? — мальчик непонимающе нахмурился, следя за дорогой. — Нет, но он мне рассказал. А еще я слышал, как люди говорили, какой он красивый. Хэ Янсин хмыкнул, немного раздосадованный тем, что Линь Бао не спрашивает, как выглядит он. — Ой... — потерянно выдохнул Линь Бао, привлекая внимание Хэ Янсина. — Что случилось? — Мой шест, я его забыл. Как мне теперь ходить? Они остановились. Сыхэюань была не далеко и не близко, но возвращаться не хотелось. Хэ Янсин посмотрел на растерянного Линь Бао, а потом опустил голову вниз. Сейчас он держал его под локоть, но хватка ослабла, и рука проскользила до ладони. — Все в порядке, я просто не буду тебя отпускать, — пообещал мальчик. Линь Бао хватило одной мяо, чтобы снова стать веселым. Он улыбнулся и кивнул, сжав руку Хэ Янсина в ответ. — Хорошо! Тогда и я не буду тебя отпускать, шисюн! Возобновивший движение Хэ Янсин на этих словах чуть не споткнулся, но быстро поймал равновесие и вспомнил, что хотел что-то решить с обращением. — Кто тебе сказал называть меня так? — Сюин-цзе. Что-то не так? Ну конечно, эта выскочка снова портит ему жизнь. Хэ Янсин уже принял маленького духа в свою семью, поэтому такое формальное и безликое обращение было недопустимо. Но говорить об этом ему неловко, а потому нужна другая правдоподобная причина. — Ты же еще не совсем адепт Юэбайхэ, а значит, я не могу быть твоим братом по обучению. — О... — поник Линь Бао. — Тогда как мне к тебе обращаться? — Гэгэ, — твердо ответил Хэ Янсин. — Но у меня уже есть гэгэ, мы же запутаемся. Мальчик тихо цыкнул, недовольный тем, что Сяо Лэй и тут его опередил, хотя наверняка даже не считал Линь Бао братом. От таких мыслей Хэ Янсин рассердился на старшего еще больше. — Тогда... На некоторое время воцарилась тишина. — Ян... Нет, Син-гэ. — Син-гэ? — позвал Линь Бао, перекатывая слова на языке. Ему понравилось, как это звучит, поэтому он повторил. — Син-гэ. «Син-гэ» прерывисто вдохнул, чувствуя воодушевление и счастье, расплывающиеся в груди щекочущим теплом. Уголки его губ поползли вверх. — Тогда твоя сестра будет... Лин-цзе? — Не знаю, это надо у нее спрашивать. Линь Бао кивнул, и теперь ему стало интересно, как Хэ Янсин будет звать его, поэтому, недолго думая, об этом и спросил. — А как тебе нравится? — ответил вопросом на вопрос. — Мне нравится, как Сюин-цзе зовет меня Подсолнушком, а гэгэ — Сяомао, но это особенные прозвища, наверное, они не захотят ими делиться, — размышлял Линь Бао. — Еще мне нравится мое имя. Ты можешь звать меня как захочешь! Легче от этого не стало, если честно, но Хэ Янсин принял ответ к сведению. Ему тоже хотелось называть Линь Бао по-особенному, чтобы прозвище ассоциировалось только с ним, Хэ Янсином. Но в голову ничего путного не приходило, поэтому на данный момент он ограничился простым и милым: — Тогда я буду звать тебя А-Бао и... и диди, хорошо? — неуверенно спросил мальчик, чувствуя, что спешит с этим. Но все его сомнения улетучились, когда Линь Бао лучезарно улыбнулся и кивнул. К этому моменту они уже могли слышать других учеников, и Линь Бао немного занервничал. Ему было страшно встречаться со столькими новыми людьми прямо сейчас, и Хэ Янсин повел его на кухню, чтобы потянуть время. Тетушка Чжу нашла их первой, еще до того, как они открыли дверь. Женщина вытирала руки о тряпку и ворчала на человека рядом, и как только она их заметила, сразу окликнула. — Ученик и не-ученик, почему вы снова здесь? Линь Бао повернулся к ней лицом и поднял голову на уровень, откуда шел голос. Его руки немного взмокли и похолодели от волнения, но одна вцепилась в его длинный рукав, а другую сжал крепче Хэ Янсин, что придало уверенности. — С-спасибо за булочки, они были очень в-вкусными, — немного заикнувшись, начал мальчик. — Ты же тот самый дух! — подал голос человек рядом с кухаркой. — Какой еще дух? — поинтересовалась женщина. — Вы не слышали? Около месяца назад поползли слухи о маленьком духе. Его видели рядом с озером, где всегда отражается дневная луна, поэтому так и прозвали — дух отражения луны. Но я не знал, что он будет настолько... маленьким. — Я н-не дух, — Линь Бао понял, что настал тот самый момент, когда он может разрешить недоразумение. — Меня зовут Линь Бао, я человек. Парень, наверное, тоже работник кухни, рассмеялся. — Вот как? Хорошо, буду знать. — Иди уже работать, бездельник, — прогнала его женщина, и он скрылся за дверью. — Мы тоже пойдем... До свидания, тетушка Чжу, — сказал Линь Бао, и Хэ Янсин повел его обратно. — Постойте. Откуда ты знаешь, как меня зовут? Линь Бао опять обернулся. — Мне гэгэ сказал. — А как зовут твоего гэгэ? — Сяо Лэй, он очень хороший! Тетушка Чжу помычала, помолчала, и когда Хэ Янсин хотел продолжить путь, снова заговорила. — Хорошо. Ты же Линь Бао? — мальчик кивнул. — Можешь приходить сюда, когда проголодаешься. Линь Бао склонил голову к плечу и неуверенно кивнул еще раз. Он не думал, что захочет выходить за пределы сыхэюань в ближайшее время, но был рад и благодарен доброй тетушке, поэтому на этот раз попрощался с яркой улыбкой. — Ой... — Что такое? — Я забыл спросить, кто сделал булочки. — Теперь ты можешь приходить туда, когда пожелаешь, поэтому сможешь еще спросить, — приободрил Хэ Янсин. — Мхм! А куда мы идем сейчас? А мы сможем зайти к Сюин-цзе? — Тут ступеньки, осторожно. Мы почти пришли в библиотеку, скорее всего, она с моей сестрой там. — Что такое библиотека? — Там хранится много книг, и всегда должна царить тишина, чтобы не мешать никому учиться. — Значит, в библиотеке нельзя разговаривать? — Линь Бао это немного взволновало, ведь в таком случае он даже не будет знать, где его друзья и что они делают. — Можно, но только шепотом, — успокоил его Хэ Янсин, при этом понимая, что никакой тишины рядом с Ань Сюин и быть не может. К тому же... Дверь бесшумно открылась, когда Хэ Янсин толкнул ее, и все ученики оторвались от своих занятий и повернули головы, чтобы узнать, кто пришел. Мальчик повел Линь Бао к своему излюбленному месту так быстро и аккуратно, как только мог, огибая стеллажи и учеников, которые уже с искрами в глазах начали шептаться о духе рядом с ним. Хэ Янсин уверен, что к ним еще никто не приблизился только благодаря ему и его не самой лучшей репутации. Они могли только смотреть и переговариваться между собой, переходя от простого шепота к громкому, чтобы собеседник точно услышал сквозь гам такого же шепота. — Тишина! — крикнула женщина, следящая за порядком. Разговоры затухли на время, как огонь, но угли тлели и были готовы вспыхнуть вновь в любой момент. Этим моментом стал крик Ань Сюин. — Подсолнушек! Что ты здесь делаешь?! Девочка очень обрадовалась, и даже персональное замечание от той же женщины не смогло поумерить ее пыл. Она вскочила и кинулась обнимать друга, и окружающие взорвались вновь. — Эта троица знакома с духом?! — Ох, он даже меньше и милее, чем я представляла! — Это действительно он? — Конечно! Разве ты не видишь, что он полностью совпадает с описанием? — Смотрите, какие красивые цветы у него в волосах! — Я знаю их, это Небесные люлики. Они разбиваются от человеческих прикосновений, этот малыш действительно дух! — Я видела, как ты читал о них. Можно я посмотрю? — К-конечно, шимэй, вот. Я еще много цветов знаю... — Ух ты! Я люблю цветы, давай будем дружить? — Хэ Янсин спокоен с ним, смотрите. — Действительно. — Теперь я убежден, что это точно не человек. Линь Бао слышал обрывки разговоров, отчего краснело его лицо, уши и даже шея. Или дело в том, что Сюин-цзе все еще сжимала его в объятиях, и было сложно дышать и шевелиться. — Отцепись уже, пиявка, ты его задушишь, — схватив свободной рукой за ворот ханьфу девочки, Хэ Янсин оттащил ее от задыхающегося Линь Бао. — Прости меня, Подсолнушек! Я просто очень-очень рада тебя видеть! — Мхм, я тоже рад тебя... найти, — неловко закончил мальчик. — Но почему ты здесь? И где Пушинка, Мурчалка и Молчалка? И ты без шеста! Как тогда... Ань Сюин опустила взгляд и увидела сцепленные руки ее лучшего друга и главного врага. Девочка впала в ступор и не реагировала, даже когда Линь Бао усаживали за стол к окошку, и он попутно рассказал, что его животные друзья пошли искать себе еду сами, а шест он забыл. — Поэтому Син-гэ пообещал держать меня за руку и не отпускать. — Син-гэ?! — очнулась Ань Сюин. — Мхм. — Кажется, одна я осталась обычной шицзе для тебя, м? — нарочито грустным тоном спросила Хэ Янлин с хитрецой в глазах. Она смотрела на брата и его руку, которая все еще держала руку Линь Бао, хотя сейчас в этом нет необходимости. — Тогда... Лин-цзе? — Мне нравится, словно второй братик появился. Так и продолжим, А-Бао. Хэ Янсин чувствовал жар в груди и довольство. Его сестра тоже приняла Линь Бао в семью, и в этом плюс близнецов — зачастую им не нужны слова, чтобы понимать друг друга. — Так и все же, что вас сподвигло выйти в свет? — поинтересовалась Хэ Янлин, наконец усаживая стоящую Ань Сюин рядом с собой. — А! Син-гэ повел меня на кухню, и тетушка Чжу угостила нас вкусными маньтоу. — Это тебя угостили, — поправил его Хэ Янсин. — Я хотел сказать ей, какие они вкусные, а еще рассказать всем, что я не дух. О, точно, вы знали об этих... этих слухах? — на мяо забыв слово, Линь Бао тут же его вспомнил и поинтересовался у друзей. Хэ Янлин ничего не ответила, она взглянула в окно с отрешенностью в глазах. Ань Сюин еще не пришла в себя, поэтому Хэ Янсин вздохнул и признался. — Мы знали. Просто к слову не пришлось. Линь Бао понятливо промычал. — Тогда и другие знают, что я человек? — Нет, другим мы о тебе не рассказывали. На этот раз Линь Бао склонил голову к плечу и собирался было еще что-то спросить, но к ним подошла какая-то девочка. — Привет, Сяо Шэнь, — сказала она, и Линь Бао вздрогнул. — П-привет, — снова заволновался он, и Хэ Янсин чуть крепче сжал его руку, что принесло некоторое успокоение. — Меня зовут Линь Бао, я совсем не дух. — Правда? Но ты выглядишь необычно, не как мы. Линь Бао пожал плечами и неловко улыбнулся, не зная, что на это ответить. У него уже немного затекла шея, но говорить с человеком отвернувшись — невежливо, поэтому он терпел. — А зачем тебе повязка, ты слепой? — А зачем тебе мозги, ты умеешь думать? — огрызнулся Хэ Янсин в такой же невинной манере. Даже улыбнулся, — показал оскал, — и похлопал глазками. Девочка вздрогнула и посмотрела на еще одну знаменитость в их кругах. Она непроизвольно сделала пару шагов назад, потом извинилась и убежала. Какое-то время в помещении царила звенящая тишина, а теперь все стали обсуждать слова не-духа.