Самая ранняя звезда

Пожалуй, самое лучшее, по мнению Линь Бао, что ему регулярно позволено было делать на правах сына старейшины Фэнмиюнь — это работать в его личном кабинете. Просто огромное помещение, в котором находились уже готовые лекарства, заготовки или отдельные ингредиенты, из которых можно было делать что угодно. Главное — вести учет, что именно делаешь и в каком количестве используешь ту или иную траву, чтобы не спохватиться потом, когда она нужна, а ее нет. Много необходимого росло на самих холмах, далеко ходить не надо. То, что находилось далеко, но смогло прижиться тут, росло на грядках в подходящих условиях, за которыми тщательно следили, а что не смогло прижиться — приходилось покупать. Руки работали сами собой, Линь Бао даже не задумывался о том, что делает. Ему было поручено приготовить сто восстанавливающих пилюль, которые нужно принимать после отклонения ци. Они должны быть не слишком слабыми, достаточно эффективными, но не слишком мощными, чтобы не повредить хрупкий покой совершенствования на грани уничтожения. В голове крутились идеи, как сделать эти самые пилюли менее гадкими на вкус. Даже конфеты или сухофрукты, которые давали после мерзких лекарств, не всегда помогали. А если добавить мяту или мед прямо в пилюлю... В дверь постучали. Линь Бао вынырнул из своих мыслей и только сейчас понял, что сбился со счета. — Да, входите, — не оборачиваясь, крикнул юноша. — Шисюн Линь! Этому ученику нужна помощь, но он отказывается и требует выдать бинты и заживляющую мазь, или чтобы его вылечил именно ты. Я объяснил, что ты занят, но... — Шиди, о каком ученике речь? — повернувшись, Линь Бао не заметил рядом с младшим соучеником второго силуэта. Судя по тому, как заволновалась его «тень», мальчик оглядывался. Он выбежал за пределы комнаты и больше не вернулся. Вместо этого в кабинет вошел Гао Ву с потерянным пациентом. Линь Бао не обращал на это внимания, вновь погрузившись в себя. Нет, мяту нельзя, она плохо взаимодействует со смеющимся маком, тогда мед. Мед подойдет, но пробовать на этих пилюлях нельзя, они слишком дорогие для экспериментов. Может, что-то другое, но что... И почему об этом раньше не подумали, интересно. Надо будет спросить в библиотеке, и если нужная литература найдется, попросить Гао шиди прочитать ему вслух. Спустя столько лет все еще неудобно просить его о таком, но парень настаивал, что все в порядке и ему только в радость помогать шисюну и узнавать вместе с ним что-то новое. — Шисюн, снова в облаках витаешь? — вдруг спросили у самого уха. Линь Бао подпрыгнул, склянки подпрыгнули вместе с ним, звонко ударяясь друг о друга, и Небесные люлики — неизменная часть Линь Бао — тихо звякнули тоже. Гао Ву захохотал, уклоняясь от карающей руки. — Ты! Быстро пересчитал, сколько я сделал пилюль, а потом пулей в библиотеку, искать исследования вкусов лекарств, — прикрывая обиженное ухо, которое все еще щекотало, рассерженным котом прошипел Линь Бао. — Понял! Пробурчав себе под нос что-то вроде «несносный мальчишка», Линь Бао обратил внимание на постороннего. Тот стоял в противоположном углу, совсем рядом с выходом. Будто хотел убежать снова, но передумал и остался на месте. — Этот ученик приветствует... — Это я, — раздался глубокий, низкий голос. Он был тихим и приятным на слух, с очаровательной хрипотцой и несущий в себе множество противоречивых эмоций. Смятение, радость, нотка недовольства. Голос чуть отличался от того, каким его помнил Линь Бао, но узнать его было нетрудно. — Син-гэ, — прошептал Линь Бао, расплываясь в улыбке. Хэ Янсин год назад был повышен до главного ученика Чуань. Ань Сюин это отнюдь не радовало, она бросала вызовы своему шиди и проигрывала. Но не сдавалась и пыталась одержать победу из раза в раз, поэтому постоянно оказывалась на Фэнмиюнь, зализывала тут раны, жаловалась Линь Бао, что даже коснуться его не может, убегала к себе и накидывалась на младшего Хэ вновь. К сожалению, старшие ученики были более занятыми, чем остальные: чаще выезжали на миссии, подолгу задерживаясь; присутствовали на собраниях старейшин; занимались непосредственно с шицзунем, что требовало гораздо больше энергии. Все это не давало увидеться с Хэ Янсином довольно долгое время, а последние шесть месяцев он и вовсе отсутствовал в ордене, набираясь опыта в большом мире. Прошло не так много, всего полгода, но сейчас это казалось настолько большим промежутком, что становилось неловко. Будто они только-только познакомились и не знали, как себя вести друг с другом. — С возвращением, мы все очень скучали, — уже обнаружив проблему своим «чудо-зрением», Линь Бао взял из ящиков все необходимое. — Спасибо, — кивнул Хэ Янсин, наблюдая за юным лекарем. Белоснежные волосы были заплетены в толстую, свободную косу, которая заканчивалась ниже бедер, а на кончике висела заколка с люликами, что мягко звенела при каждом движении. Передние пряди были выпущены воздушными волнами, красиво обрамляя и смягчая юношеское лицо. Глаза скрывала неизменная белая повязка, частично спрятанная под волосами, но на затылке все равно был заметен аккуратный узелок, с которого почти до пояса плавными линиями свисали концы ленты. Движения юноши были элегантными и плавными, он словно парил по кабинету, с изумительной точностью находя все то, что ему нужно. Бело-зеленые одежды добавляли его образу живой свежести, а широкие рукава спешили за тонкими руками, напоминая взмахи крыльев благородной птицы. — Тридцать четыре, шисюн! — огласил громкий голос, выдергивая очарованного Хэ Янсина из своего наблюдения. — Хорошо, спасибо, Гао шиди, — с теплотой в голосе поблагодарил Линь Бао. — Шисюну нужно что-то еще? — Нет-нет, спасибо за помощь. — Может, шисюн поручит мне позаботиться о пациенте? — все продолжал настаивать на дополнительной работе Гао Ву. — Ну, если только... — Нет, — перебив Линь Бао, отрезал Хэ Янсин. Если не сам, то только тот, кому доверяешь. — Видимо, тебе все же придется наведаться в библиотеку сейчас, — посмеялся Линь Бао, отлично понимая нежелание шиди туда идти. — Сегодня как раз... А, ладно. Этот шиди постарается найти нужную книгу как можно скорее, — формально поклонившись своему шисюну, Гао Ву ускакал выполнять поручение. Не сумев сдержать улыбку, Линь Бао прикусил губу, пытаясь утаить смешинку. — Что страшного в библиотеке? — проницательно спросил Хэ Янсин, садясь на предоставленный стул. — Ничего, просто у Гао шиди есть там обожательница, — посмеялся Линь Бао, и Хэ Янсин припомнил одну девочку. — Давай, раздевайся до пояса, я чую, что что-то не так с плечом, и какую-то большую рану в боку. Постой, — Линь Бао прикоснулся к искривленному плечу, которое оказалось вывихнуто, осторожно ощупывая его. — Будет больно, но я быстро. Давай, раз, два, три! На «три» Линь Бао вправил плечо, не услышав от пострадавшего даже выдоха. Будто не его рука только что была в болезненном положении, а потом ее так же болезненно вернули на место. — Я удивлен, что ты даже не кряхтишь. Думал, хоть выдохнешь, а тебе хоть бы хны, — перебирая мази и порошки на столе. — Ты только прибыл? Не встречался с Лин-цзе? — Еще нет. С ней все в порядке? Линь Бао захихикал, что одновременно понравилось и не понравилось Хэ Янсину. — О, еще бы. Лин-цзе очень ждала тебя. Хэ Янсин хмыкнул, осведомляя, что услышал его. Пока Линь Бао отточенными движениями обрабатывал его раны, Хэ Янсин наблюдал за ним и прислушивался к себе. Тонкие бледные пальцы, на запястьях узор из голубых вен. Кожа будто прозрачная, нежная, без шрамов. Он посмотрел на свои руки. Изящные, но явно более крупные и грубые, с тонкими полосками шрамов, но не уродующих, а украшающих. И ему было... спокойно. От призрачных касаний Линь Бао веяло заботой, когда пальцы едва касались кожи, и сразу, будто обжигаясь, отдергивались назад. Это были только его ассоциации, на самом деле руки Линь Бао просто быстро порхали над царапинами и синяками, не надавливая, чтобы не причинить боли, и сразу убегали к другой травме. Не то чтобы Хэ Янсину было больно, но подобная внимательность к его комфорту была приятной. — Готово. Возьми это с собой, дважды в день наноси на мелкие ушибы, а вот с этим, — он указал бинтом на продырявленный бок, который был уже обработан и замотан. — Ничего сам не делай, завтра приходи сюда же, я помогу. И не напрягайся, чтобы снова не закровило. И тем более никаких драк с Сюин-цзе. Передай ей, что я так сказал. И еще! Твое тело не должно разучиться исцеляться само, так что не злоупотребляй духовной энергией. Расставляя все баночки на места, наставлял Линь Бао. Тридцать четыре, значит. Еще хотя бы шестнадцать, остальное можно завтра, как вторую партию. Хотелось бы побыстрее, конечно, чтобы заняться своими делами, но торопиться нельзя. Оставалось набраться терпения и повторять одно и то же раз за разом. — Не пойдешь со мной? — уже в дверях обернулся Хэ Янсин. — Увы. Мне нужно хотя бы частично закончить с поручением. Не хочу откладывать на потом. К тому же, ему не хочется присутствовать при разборках, которые там обязательно будут. Хлопнула дверь, послышались удаляющиеся шаги. Линь Бао продолжил прерванное дело. Гао шиди, прибежавший чуть позже, сказал, что ничего не нашел. Это было ожидаемо, поэтому Линь Бао ничуть не расстроился. Кажется, люди думали, что чем хуже лекарство на вкус, тем лучше. Линь Бао не был с этим согласен, ему хотелось и лечиться, и не бояться умереть от горечи. Под конец дня адепт Фэнмиюнь даже перевыполнил свою цель, вновь забывшись и приготовив на десяток пилюль больше. Следующим утром Линь Бао нашли ухаживающим за грядками. Одна из недавно поступивших адепток прибежала к нему на всех парах и, задыхаясь, пыталась что-то сказать. — Тише, шимэй, отдышись. Я никуда не убегу и выслушаю тебя, когда ты сможешь говорить. Она представила, как неловко сейчас выглядит со стороны, и розовые щеки вспыхнули алым. Девочке хотелось выглядеть прилично рядом с этим шисюном, ведь он всегда был безупречным и элегантным. И даже если его руки сейчас были в грязи, а полы халата немного помялись, он все равно был безупречным. — Шисюн Линь! Эта ученица искала вас, чтобы передать сообщение от Гао шисюна. Он сказал, что пришел вчерашний человек и снова не дает себя лечить, так еще и молчит. Гао шисюн просил подойти к кабинету шицзуня, — спешно доложила девочка, как только отдышалась. — Этот шисюн благодарит шимэй. Ты можешь быть свободна. Сложив перед собой ладошки чашечкой, девочка поклонилась и ускакала прочь, довольная, что именно она нашла Линь шисюна, а не остальные, которых послали в другие места, где он мог быть. Линь Бао же отправился в указанное место не сразу. Сперва он предупредил свою шицзе, что ненадолго отлучится, помыл руки и только тогда пошел к Хэ Янсину. В комнате ощущалось две живых энергетики, только молчание между ними было гнетущим. — Что произошло? — с порога спросил Линь Бао. — Шисюн! Он не дается в руки и пугает всех своим молчанием и выражением лица! — пожаловался первым Гао Ву. — Я тебе не зверек, чтобы в руки даваться, — прошипел Хэ Янсин, испепеляя парня взглядом. — Ну, меня не напугать этим, — намекнув на слепоту, хмыкнул Линь Бао. — А насчет нежелания лечиться... — Пусть этот уйдет, — дернул Хэ Янсин головой в сторону Гао Ву. — Почему ты игнорируешь мое имя?! Хэ Янсин промолчал, более не смотря на парня. Линь Бао прошел в комнату, и взгляд Хэ Янсина сам собой прилип к нему. Вновь наблюдая, как тот порхает по кабинету, юноша не слушал, о чем говорили. — Спасибо, что уведомил меня, шиди. Ты можешь вернуться к своим обязанностям. — Понял. Удачи, шисюн. Не поняв, к чему ему удача в этом деле, но благодарно кивнув, Линь Бао подвинул стул к Хэ Янсину и сел напротив. — У тебя поразительная способность собирать возле себя всяких животных. Птицы, коты, собаки... — Но тут нет собак, — недоуменно склонил голову Линь Бао. — Правда? Тогда не обращай на мои слова внимания. Помедлив, Линь Бао все же кивнул, так и не поняв смысла сказанного. — Ну и в чем дело, Син-гэ? — жестом попросив раздеться, выдохнул юный лекарь. — В чем дело? — переспросил Хэ Янсин, снимая верхние мантии. Пальцы почему-то подрагивали. — Почему не дал своим братьям и сестрам помочь тебе? Это их обязанность — лечить больных. — Хотел у тебя спросить кое-что. Разматывая почти чистые бинты, Линь Бао вопросительно промычал. — Почему ты мне сразу не сказал, что моя сестра и эта... — Ань Сюин, это ее имя, — подсказал Линь Бао, пока Хэ Янсин придумывал самое ужасное ругательство в ее сторону. — ...встречаются? — выдавил из себя юноша с явным отвращением. — Это не то, что стоит узнавать от третьего лица. А ты против того, чтобы Лин-цзе была с девушкой? — нахмурился Линь Бао, случайно дергая прилипший бинт с большей силой, чем нужно. Хэ Янсин и бровью не повел, но подросток все равно извинительно подул на ранку, как делал это с ушибами маленьких детей. На этот раз Хэ Янсин дернулся и уставился на него. — Я не против, что моя сестра с девушкой, я против того, чтобы этой девушкой была мерзавка Ань. — Они счастливы вместе. Даже не видя их, я чувствую, как они кидают друг на друга влюбленные взгляды. На самом деле, думаю, я начал их ощущать лет пять назад, — задумчиво пробормотал Линь Бао, оценивая состояние раны. Хэ Янсин зло выдохнул, вспоминая все странные случаи, которые теперь казались очевидными. Как он не замечал этого?! Теплые взгляды, мягкие улыбки, более долгие касания. Эта девчонка терпеливо заманивала в свои сети его сестру, а та, невинная душа, ничего не подозревала и поддалась. А теперь они ухаживали друг за другом, и что бы Хэ Янсин ни говорил и ни чувствовал, он ясно видел блеск в глазах обеих. Ладно. Пусть будет так. Но если она обидит его сестру-! — Больно? Прости, сейчас я... — Не больно, — быстро поняв, в чем причина такого заблуждения, Хэ Янсин расслабился. — Просто задумался. — Хорошо. Говори, когда тебе больно, не молчи. Хэ Янсин сглотнул вязкую слюну, смачивая пересохшее горло. Линь Бао просто продолжил свое дело. Угукнув, юноша отвернул голову в другую сторону, принявшись разглядывать пустую стену. — Все, можешь одеваться. Твое совершенствование хорошо справляется с лечением, скоро и шрама не останется. — Завтра снова нужно будет прийти? — натягивая все слои халатов, спросил Хэ Янсин. — Да, завтра и посмотрим, нужно ли продолжать тебя перевязывать, или твое культивирование и тело справятся сами. — Ладно, я понял, — немного пошумев, чтобы создать видимость занятости и остаться тут подольше, протянул Хэ Янсин. — Кстати, кто тебя так? — указав на бок, поинтересовался подросток. — И за что? Выглядит как удар мечом. — Да так, застали врасплох просто. Обычная потасовка на почве недопонимания. Понятливо кивнув, Линь Бао стал убирать все на место. Хэ Янсин же, вспомнив того несчастного, что нашел его, мрачно усмехнулся. Стоило быть осторожнее в своем путешествии, чтобы не наткнуться на старых знакомых. В любом случае, все, кто его видел, устранены, им с сестрой нечего бояться. Тут их не достанут. — Тогда я пойду, у меня остались незаконченные дела. Пока, Син-гэ. Небесные люлики звякнули на конце косы, и с легким шлейфом лекарств Линь Бао покинул кабинет. Хэ Янсин подождал, пока он отойдет чуть дальше, и отправился следом. Он знал, что Линь Бао ощущал его чуть позади, и, может, ему только показалось, но его плечи чуть опустились, словно расслабились спустя долгое время.