Ó Lua, o que há entre nós?

      На следующее утро снежная буря стихла. Лишь падали редкие снежинки, столь нежно и спокойно. На тëмных простынях раскинулись пряди блондинистых волос, а их обладатель мирно спал, тихо вздыхая. Ну что за картина! Блондин выглядел так по-домашнему, что на первый взгляд и не скажешь, что это мудрейший из Древних. Первые лучи солнца приятно щекотали лицо, отчего Чистейший медленно просыпался. Когда он открыл свои глаза, они устремились на тëмный потолок. Дарк Какао всегда настаивал на самых роскошных покоях для своего друга, что у него были, а тот, спустя тонну уговоров, выбирал лишь скромную комнатушку. А большего ему и не нужно было.       Пьюр Ванилла сладко зевнул и потянулся на кровати, окончательно проснувшись. У него так происходило почти каждое утро (когда кошмары и недосып не проявляли себя) — спокойно и умиротворëнно, под лучами солнца и пением птиц. Он присел на кровать, вслушиваясь в любимую тишину. Так хорошо и спокойно! Чистейший оглянул комнату, и...       И тут пришло осознание.       ...       Честно?       Захотелось выругаться.       Прокрутив в голове вчерашний день, Пьюр Ванилла с жалобным стоном повалился в кровать. Глаза снова уставились в потолок. Думать об сегодняшнем дне совсем не хотелось. Да что уж там, думать вообще не хотелось! Единственным желанием,которое сейчас было, это с головой завернуться в одеяло, спрятаться ото всех и забыть о сегодняшнем дне как о страшном кошмаре. А Ванилла продолжал смотреть в потолок.       Сегодня Пьюр Ванилла, Вайт Лили и Дарк Какао должны были отправиться на Бист Ист в поисках Шадоу Милка.       Шадоу Милк.       О нет, только одно упоминание этого имени напрочь усугубило ситуацию!       А Ванилла продолжал смотреть в потолок, будто в отключке. Древние договорились встретиться после первых лучей солнца возле ворот замка королевства Дарк Какао , где их ожидала упряжка. Она должна была вывезти древних из королевства, а затем они бы добрались до порта своим ходом. В порту — на корабль, с корабля — на Бист Ист. Затем, они бы остановились в небольшой деревушке и направились прямиком в Шпиль Знаний. План надëжный, как швейцарские часы. Что бы делали древние, если бы Зверя не оказалось там? Чистейший не знал. Но что-то ему подсказывало, что пара любопытных глаз уже ждëт его в своей обители.       А Ванилла... Нет, он удосужился подняться с кровати. Вместо потолка, он смотрел на одеяло и размышлял над произошедшим. Отменять поход было уже поздно, иначе бы он подвëл своих дорогих друзей, что сами вызвались помочь ему. Да и это было не в духе Чистейшего — отменять что-либо. Он предпочитал просто смириться.       Пьюр Ванилла поднялся с кровати, ещë раз оглянул свою скромную комнату и начал собираться. Умывшись, он долго расчëсывал свои длинные локоны, что так часто путались. После пробуждения это стало утренним «ритуалом». Затем тот принялся за одежду : тëплые подштанники (в королевстве Дарк Какао без них никуда!), тëмная водолазка, а сверху утеплëнное, чистое и светлое одеяние, которое словно боготворило его. В таком виде Ваниллу пару раз спутали со священником. Начали просить «отца» выслушать их и дать «совет божий», от чего было неловко. А Пьюр Ванилла выслушал до конца и дал совет. Он так увлëкся наставлением, что на время и сам поверил в то, что является церковнослужителем. Ситуация была чересчур нелепой, но до чего приятной сердцу.       Собрав немного вещей, Чистейший положил их в сумку и закинул еë на плечо. Покидал несколько предметов и свитков в огромные рукава своей мантии, что всегда хранили множество сюрпризов : от старых булочек вплоть до книг чьего-то прадеда. Бережно взяв посох в руки, он подошëл к зеркалу и снова оглянул себя насквозь. Ладонь крепко сжала платье. Старый посох бы, увидев эту картинку, прожигал бы Ваниллу взглядом, мол, «серьëзно?» Сейчас же он просто светился. Разве что не так ярко.       Пьюр тяжело вздохнул, отводя взгляд. Ему было сложно смотреть на самого себя — какой к чëрту Шадоу? В голове было пусто. Думать совсем не хотелось. Или хотелось? Или не хотелось? Или... Ох. Здравых мыслей особо не было. Да, Чистейший переживал о том, получится ли у него поговорить с Шадоу. Получится ли показать ему искренность и доброжелательность своих намерений. Боже, будет ли вообще Шадоу в Шпиле Знаний? Но это волновало не так сильно. Если у Ваниллы не получится, он попробует ещë раз. Через бессонные ночи, через сотни побегов и тысячи разговоров. Он всем силами постарается помочь Шадоу. Волновало другое — не сделает ли он хуже?       Но нужно было идти. Ещë раз проведя пальцами по длинным локонам, он откинул их назад и тяжело вдохнул. Надел свой «колпак» на голову, и, ещë раз оглянув комнату и своë отражение, покинул покои.       Бродя по длинным коридорам тëмного замка, наконец, Чистейший увидел до улыбки знакомую фигуру. Она снова стояла возле столика со скромными цветами, как и она сама.       — Доброе утро, Вайт Лили!       Услышав голос дорогого друга, Лилия отвлеклась от цветов и повернулась к нему, откликаясь:       — Доброе утро, Ванилла! Надеюсь, тебе хорошо спалось?       — Неплохо. Даже лучше, чем обычно.       Они улыбнулись друг другу.       — Кстати говоря, — с этими словами Лилия достала из-за своего плаща небольшой старенький свиток и протянула его Пьюру, — Я нашла рецепт того снотворного. Для него понадобятся сонные ягоды. Думаю, что на Бист Ист найдëтся несколько.       Чистейший взял свиток из рук подруги и развернул его, бегло пробегая глазами. Этот рецепт они разработали ещë тогда, когда учились в академии. У Пьюр Ваниллы был просто ужасный сон, что тот не мог спать ночами. Вместе они и придумали рецепт этого снотворного. Рубит так, что мама не горюй. Отключить может на целые сутки. К слову, Пьюр этим снотворным больше не пользовался.       — Ты думаешь, что оно понадобится? — Он неуверенно взглянул на подругу.       — Честно, не знаю... Я никогда не сомневалась в твоих способностях переговоров, но боюсь, что Шадоу Милк изначально может быть настроен агрессивно. А зная Дарк Какао, он в любом случае посадит того за решëтку...       Чистейший вздохнул.       — Я бы не назвал это переговорами... — Он отдал свиток обратно Лилии. — Тем не менее, Дарк Какао не отступит. Главное, чтобы они в драку не лезли. Тогда надежда на спокойный разговор пиши пропала.       Вайт Лили грустно улыбнулась и убрала свиток. Они ещë недолго постояли, а затем направились вдоль по коридору к выходу из замка.       У ворот их уже ждали упряжка, несколько подчинëнных и сам Дарк Какао. Рядом с ним стояла Карамель и вела диалог, активно жестикулируя. Но как только она заметила двух Древних, то сразу прервалась и ушла помогать с упряжкой. Какао же повернулся к друзьям и поприветствовал их:       — Доброе утро, друзья.       — Доброе утро, Дарк Какао!       Холодный воздух приятно бодрил. Снег совсем прекратился, оставив после себя сугробы. Редкие деревья и кусты тоже покрылись ещë более толстым слоем снега, чем днëм ранее. Пьюр Ванилла оглянул недалеко стоящую упряжку, которая на вид была набитой припасами.       — Я надеюсь, вы не много набрали? Нам на этой упряжке ехать всего ничего.       — А, тебе так кажется. Я попросил взять несколько пледов, чтобы вы не замëрзли. На деле она полупустая.       Вайт Лили подала голос:       — Спасибо большое! Но не нужно было так утруждаться... Не такие уж мы и мерзляки...       Дарк Какао хмыкнул:       — Знаю я вас. Спустя час вы бы дрожали, как два осиновых листика. Или что у вас там растëт...       Чистейший рассмеялся:       — Дарк Какао, ты в своих горах скоро совсем под снег заляжешь!       Вот тут и Лилию пробило на смех. А за ней и Ваниллу — смеялись, как не в себя. Дарк Какао же смотрел то на одного, то на вторую своим хмурым взглядом, отчего становилось ещë смешней. И так хорошо. Так тепло стало на душе, что уже и никакие пледы, солнце и осиновые листья были не нужны.       — Ваше Величество, всë готово! Можете выдвигаться!       Их смех остановил голос одного из подчинëнных. Дарк Какао оглянулся, кивнул, а затем обратился к Древним:       — Хорош уже... Пора в путь.       — Да, пора.       Оба Древних ещë немного похихикали, а затем направились к упряжке вслед за Дарк Какао. Снег приятно хрустел, а нос краснел от мороза. Вежливо попрощавшись с Карамелью и другими служащими, Пьюр Ванилла сначала помог забраться в сани Лилии, а затем и залез сам. Рядом с ними действительно было несколько тëплых пледов, которые они поделили между собой. Дарк Какао попрощался с подчинëнными, залез в сани, и после его приказа упряжка тронулась. Они помчали по снегу, сквозь шум саней и лай собак.       Укутавшись в плед, Пьюр Ванилла наблюдал за пейзажем. Деревья и сугробы сменяли друг друга, ничем не отличаясь. И даже если у него на душе было множество сомнений и переживаний, вокруг было спокойно. Вокруг него были его дорогие друзья, которые выглядели максимально расслаблено. Вайт Лили пыталась не сомкнуть глаз, а Дарк Какао следил за дорогой. И было так хорошо! Так по-родному тепло и правильно, что все переживания остались на втором плане. Главное, что сейчас всë хорошо. Он справится. Если не получится — то попробует снова. А сейчас Ванилла склонит голову набок и уснëт, ни о чëм не думая.

***

      Дорога заняла порядка нескольких дней. Упряжка вывезла Древних из королевства Дарк Какао, а затем они на своих двоих добрались до порта. Сначала морская стихия была благосклонна к Древним — сильных волн не было, и корабль спокойно плыл по бескрайнему океану. А потом, когда они приблизились к Бист Исту, начался шторм. Как в тот раз. Волны с силой бились об судно, гремел гром, и лил проливной дождь. Настоящее стихийное бедствие. Только когда Древних выбросило на берег континента, они с облегчением выдохнули.       Сейчас они ехали на повозке в деревню,которая была возле Шпиля Знаний. Некий добрый старичок согласился довезти их, даже не подозревая, кого он везëт. Дарк Какао уснул со своим мечом в обнимку, Вайт Лили читала какую-то древнюю энциклопедию, а Чистейший, устроившись на мягком сене, с посохом в руках, наблюдал за дорогой. Конечно, без посоха он бы мало чего увидел. Но всю дорогу его не покидало беспокойство. Не только по поводу встречи с Шадоу. Как только они пересекли Бист Ист, Ванилла сразу почувствовал на себе взгляд. Нет, два взгляда. Две пары любопытных глаз уже долго следили за ним.       Погода, на удивление, была доброжелательной. Ярко светило солнце, плавно плыли белые, словно вата, облака. Вайт Лили заговорила:       — Как только начался шторм, у меня появилось недоброе предчувствие. А сейчас... Всë как-то слишком спокойно.       — И из-за этого тебе неспокойно? — На вопрос Чистейшего Лилия кивнула. — Хах, а ты думала, что на нас с порога нападут?       — Конечно нет! Просто... Чувствую себя неважно. Будто что-то мешает.       Пьюр Ванилла мягко взглянул на подругу и улыбнулся.       — Всë будет хорошо. Я обещаю.       Глупое, однако, обещание. Сам Ванилла верил в него с трудом. Но нужно было, чтобы хоть кто-нибудь верил в это обещание. Верил в Пьюр Ваниллу. Так было бы спокойней.       — Надеюсь...       Тем временем повозка подъезжала к концу деревни. Она состояла из множества маленьких избушек, заборчиков и высоких деревьев. «Никак не изменилась...» — думал про себя Пьюр. Жителей было немного, все занимались своими делами: пастухи пасли овец, несколько женщин развешивали бельë, старики занимались огородом, а некоторые жители прогуливались вдоль деревни, поглядывая на Древних. Когда они проехали последние дома, старик остановил лошадей и подал голос:       — Ну, молодые люди, дальше я не поеду. Вас же здесь нужно было высадить?       — Да, большое вам спасибо!       Чистейший поблагодарил старика, а затем ткнул Дарк Какао в лоб, чтоб тот проснулся. Вздохнув от этой детской шалости, он принялся вылезать из повозки. Двое Древних тоже ступили на землю. Попрощавшись, старик развернулся и поехал обратно в деревню, оставляя Древних втроëм.       Они переглянулись. Впереди них начинался густой лес из деревьев с толстой кроной, что еле как пропускала лучи солнца. Длинная тропа скрывалась в тени и вела будто в никуда.       — Сейчас мы направимся прямо в логово зверя... — Заговорил Дарк Какао, разминая поясницу после долгого сна. — Не струсишь?       Он обращался к Пьюру. Тот посмеялся, чуть сжав своë платье.       — Ни за что. Теперь только вперëд.

***

      Древние долго пробирались по тропе через дремучий лес. Ветви деревьев иногда лезли прямо в лицо, отчего приходилось быть более внимательными и отодвигать их. Лучей солнца не было — все они скрывались за толстой кроной высоких деревьев. Вне тропы лес заполонили страшные разросшиеся кусты и высокая трава. Древние шли молча. Но всю дорогу Чистейшего не покидало ощущение взгляда на своей шкуре. Они не смотрели в упор ничего не стесняясь, нет. Они скрывались. Старались всë делать осторожно и проворно, как две хитрые лисы.       Наконец, тропа закончилась. Древние вышли из леса, облегчëнно выдохнув. Но ненадолго. Перед ними находился он.       — Шпиль Знаний...       Перед их лицами возвышалась высоченная вышка с цитаделью у основания и множеством башен как и на самой вышке, так и в воздухе. Почти все строения были окрашены в белые и синие оттенки с золотыми украшениями. Всë сооружение так и сияло величием и могуществом. Дух захватывало. «Здесь тоже ничего не изменилось...» — думал про себя Пьюр Ванилла. Глядя на Шпиль Знаний, Вайт Лили напряглась, а Дарк Какао даже потерял дар речи.       — Думаешь, он там? — Лилия заговорила первой.       — Насчëт Шадоу не знаю, но его прислужники определëнно. Они следили за нами с самого прибытия на Бист Ист. — Отвечал Чистейший серьëзным тоном.       После сказанного взгляд на его спину сразу же пропал. Хах, они были пойманы с поличным. Дарк Какао, переставший рассматривать строение перед собой, даже бровью не повëл, пока Вайт Лили выглядела удивлëнной:       — Надо же! А я то думала, почему так неважно себя чувствую...       — А я и не удивлëн. Этот Зверь точно бы послал шпионаж за нами.       — Необязательно он. Они могли следить за нами по своей воле.       Дарк Какао хмыкнул, но спорить не стал. Древние ещë раз оглянули Шпиль Знаний и, наконец, решились зайти внутрь.       Поначалу всë шло гладко: на входе они встретили странные и вычурные картины, иногда красивые и со смыслом, а иногда совсем нелепые своим видом. Древние продвигались по длинным коридорам и ступеням, то поднимаясь выше, то спускаясь. Белая Лилия и Дарк Какао выглядели напряжëнными и оставались начеку. Лили часто засматривалась на фрески на стенах или на диковинные растения, иногда поддавалась соблазну заглянуть в очередной полупустой книжный шкаф. Дарк Какао тоже мог засматриваться на пейзажи здания, но держал меч наготове. Шпиль Знаний являлся тем ещë лабиринтом. Даже Пьюр Ванилла, бывавший здесь прежде, не знал, куда именно направляться. Они просто шли вперëд, особо не разговаривая. Неизвестно, сколько времени прошло.       Но на очередном повороте Чистейший осознал, что взгляд на его шкуру то появлялся, то исчезал. Древние плутали по лабиринту безуспешно — намëком на то, что Шадоу Милк находится в Шпиле Знаний, служила только слежка от его приспешников. И больше ничего. Ни одного синего глаза, смешка или вздоха. Тишина. Если бы так продолжилось, то Древние бы ничего не нашли и попросту заблудились. Когда они остановились в очередном коридоре, чтобы передохнуть, Пьюр Ванилла заговорил:       — Друзья... Я думаю, что нам нужно разделиться.       Двое Древних в непонимании уставились на него. Дарк Какао выгнул одну бровь, мол, «сбрендил?», а Вайт Лили обеспокоенно глядела то на одного, то на другого.       — По твоим рассказам, в тот раз это окончилось тем, что твой разум помутился...       — Ты уверен?       Чистейший кивнул:       — Да. Таким путëм мы ничего не найдëм. Может, если я буду один, мне удастся поговорить с ним.       Сначала Древние молчали, задумавшись. Лилия поглаживала свой посох, а Дарк Какао смотрел на свой меч. Наконец, он сказал:       — Разумно. Сомневаюсь, что этот голубой шут захочет любезничать с нами. — Он взглянул на Пьюра, — Но и ты не забывайся. Постарайся не попасть в ловушку.       — Обязательно.       Слова друга успокаивали. Вайт Лили же немного замешкалась. Взвесив все «за» и «против», она ответила:       — Как скажешь. Только... Пожалуйста, береги себя.       — И вы берегите себя. Если придëтся защищаться, то постарайтесь не применять полную силу. Я сделаю всë возможное, чтобы этого не случилось.       Древние улыбнулись друг другу. После нескольких фраз и короткого отдыха, Вайт Лили и Дарк Какао попрощались с Ваниллой и развернулись в противоположную часть коридора, помахав Чистейшему. Лилия ненадолго остановилась, взглянув на него, но всë же тоже ушла.       И вот, Пьюр Ванилла остался в полной тишине наедине со своими мыслями и опасениями. На удивление, взгляд любопытных глаз на его спину пропал насовсем. Видимо, приспешники Шадоу решили следить за остальными двумя Древними. На мгновение появилось чувство, что появился другой взгляд. Его. Но он тут же исчез. Ванилла не знал, показалось ему или нет. Может, он уже сходил с ума в жажде получить хотя бы взгляд, язвительный смешок, хотя бы намëк на присутствие Шадоу?       «Что ж... Придëтся сыграть в прятки... Была не была. » — подумал про себя Пьюр и двинулся вперëд по коридору.       Он долго бродил по множеству помещений в полной тишине. Она поглотила всë пространство, будто что-то вязкое и томное, неприятное, слишком давила и напрягала. Была слишком душной. Еë разбавлял только стук посоха об пол, который позволял не сойти с ума, и частые вздохи Чистейшего. И всë. Больше ничего. Ни намëка.       Наконец, Ванилла вышел в какой-то зал, увешанный картинами. Ну, как сказать, зал... Одна из его стен почти полностью обрушилась, открывая вид на улицу. Он подошëл и, чуть не оступившись перед обрывом, взглянул вниз. Земли почти не было видно, что с помощью посоха, что без. «Надо же, мы так высоко поднялись. Или это я настолько отдалился от Лилии и Дарк Какао?» — думал про себя Чистейший. Он немного обошëл зал и встал прямо посередине под большой люстрой, которая так и норовила упасть. Небезопасно, знаете ли. Послышался какой-то звук. Пьюр обернулся — и снова ничего. Тяжëлый вздох. Усмешка. Сходил ли он с ума? Хороший вопрос.       Ещë один тяжëлый вздох. Чистейший, уже не в силах себя сдерживать, спросил, будто в пустоту:       — Шадоу Милк Куки, ты здесь?       ...       Вопрос эхом раздался по всему помещению. Отскакивал от потолка к полу, от стены к стене, звучал в каждом углу. Вибрировал, как головная боль. Сжимал всë внутри и заставлял почувствовать настоящую боль. Нет, не физическую. Хуже. И вот, когда голос затих...       Тишина. Снова. Ни вздоха, ни смешка, ни ответа. Ни-че-го.       Пустота.       Чистейший тяжело вздохнул и прикрыл уставшие веки. Что ж... Похоже, что Шадоу Милка здесь действительно нет. Но тогда зачем его приспешники так внимательно следили за Древними? Если они пытались раздобыть информацию, то зачем оставили Пьюра одного? Вопросов было куда больше, чем ответов. Ванилла печально взглянул на выход из зала и направился к нему.       Он сделал шаг. Второй. Что-то остановило его. Заставило обернуться.       И тут...       Раздался смех.       Громкий. Насмешливый. Издевательский. Словно по всему Шпилю Знаний. Он был везде — раздавался с улицы, из каждого угла, из каждой трещины в стене. Забирался в уши и оседал в голове. Вибрировал. Стучал. Кричал.       Сумасшествие.       У Пьюр Ваниллы заболела голова. Он схватился за неë одной рукой и закрыл глаза. Люстра над ним опасно зашаталась в разные стороны. Один за другим начали появляться синие глаза, то открывавшиеся, то закрывавшиеся, заливаясь смехом.       Наконец, закончив представление, виновник торжества подал голос:       — О, кого я вижу! Сам Пьюр Ванилла явился по мою душу!       Ужасающий смех затих, а головная боль и вибрации начали уходить. Чистейший устало опëрся о посох, в попытке восстановить дыхание. Единственно, что он смог выдавить из себя, это:       — И тебе здравствуй...       Спустя пару минут, окончательно успокоившись, он выпрямился и поднял веки. Перед Ваниллой красовались десятки синих глаз, которые смотрели прямо на него. Чистейший пару раз поморгал и...       До него наконец дошло.       Шадоу Милк действительно находился в Шпиле Знаний. Прямо сейчас. Шадоу Милк, которому Пьюр Ванилла боялся смотреть в глаза. Шадоу Милк, с которым Пьюр Ванилла так боялся заговорить. Шадоу Милк, которому Пьюр Ванилла боялся сделать хуже. Он был прямо перед ним. Ну, не совсем. Самого Биста перед ним не было, лишь глаза. Но этого было достаточно. Шадоу прекрасно его слышал. Это была отличная возможность, чтобы поговорить «с глазу на глаз». И Ванилла должен был ухватиться за эту возможность обеими руками, преодолев страх и сомнения, воспользоваться ею и вытащить Шадоу из пучины самообмана.       — Ну и? Зачем его глупое Величество решил проведать меня? — Шут, как и всегда, звучал расслабленно и насмешливо. Правда, не так сильно, как раньше. Было в его голосе и напряжение, которое Чистейший научился распознавать.       Голос Зверя вывел Пьюра из его мыслей. Одной рукой он сжал своë платье, другой крепче ухватился за посох и ответил:       — Я пришëл поговорить.       — Ммм... — «Понимающе» промычал Шадоу, пока синие глаза дружно отвели взгляд, — Твои друзья пришли с такой же целью?       Упс! Вопрос попал прямо в яблочко. Стало неприятно. Отвечать нужно было аккуратно, но при этом говорить чистую правду.       — Отчасти... Это ты послал Кэнди Эпл и Блэк Сапфира следить за нами?       — Надо же, ты заметил! Нилли, я польщëн!       Чистейший нервно усмехнулся. Повисла вязкая, тягучая словно мëд, неловкая тишина. Синие глаза от скуки смотрели куда-то в сторону, а шут притих. Немного поразмыслив, Ванилла решил не ходить вокруг да около и сказать правду сразу:       — Древние хотят поставить Бистов перед правосудием.       Синие глаза тут же с интересом уставились на Пьюра.       — Недавно Дарк Какао провëл собрание, после которого решено было отправиться за тобой.       — Ха, намекаешь мне добровольно сесть за решëтку?       Чистейший тяжело вздохнул.       — Шадоу, я не хочу сажать тебя в темницу. Но через суд тебе придëтся пройти. Ты погубил слишком много печенья. — Он остановился, обдумывая сказанное. Ещë раз вздохнул и взглянул прямо на один из синих глаз. — У тебя ещë есть шанс всë исправить! Я бы мог... Поручиться за тебя. Вместе мы бы выиграли суд, и ты бы обрëл свободу. Ты бы мог вернуться в Шпиль Знаний... Или остаться в моëм королевстве... Шадоу, ты мог бы зажить нормальной жизнью. Без хаоса, гибели и грязной лжи. — После этого Ванилла повысил свой голос, взявшись рукой за соулджем у себя на груди, — Я бы показал тебе жизнь, полную света и любви! Я бы мог стать...       Не успел Пьюр Ванилла договорить, как по залу снова раздался громкий издевательский смех. Глаза заливались этим грязным смехом, то надолго закрываясь, то смотря прямо на Ваниллу. Шадоу насмехался то ли над ним, то ли над его речью. Хотя, что уж тут, Чистейшему казалось, что сразу над всем миром. Внутри разливалось что-то неприятное, густое и печальное. Как со стенкой говорить! О нет, Ванилла так просто не отступит. Он не будет ломать стену, которую Шадоу строил так долго — он найдëт дверь. Наконец, синие глаза устремили свой взор на Пьюра, продолжая хихикать. Шут подал голос:       — Ваше Наиглупейшее Величество, какая душераздирающая речь! Вы заслужили аплодисменты! — Он на мгновение замолчал, создавая нелепую тишину. — Ох, похоже, публика со мной не согласна... Ну и ладно! Нилли, ты действительно ожидаешь, что после твоих слов я бы «побежал всë исправлять»? Какая глупость! Нилли, ты говоришь это Бисту, Зверю, превосходному лжецу и, по вашим меркам, одному из самых страшных и подлых печений со всего хлебоземья!       Чистейший молчал, внимательно слушая Шадоу. Он говорил громко и насмешливо, изредка хихикая. Несколько синих глаз поморгали, и шут продолжил:       — Ох, Ванилла, ты мне затирал про нормальную жизнь без хаоса, гибели и грязной лжи... Это же скука смертная! Ради чего, вы, Древние, живëте? У-у-у, ради любимой семьи, ради друзей и близких, ради своих подданных? Ха! Как же скучно! Понимаешь, Нилли, это как сказать Спайсу перестать драться и разрушать — он бы сначала поржал, а затем бы вдарил, как ненормальный. Мда уж... Да он сдохнет со скуки, если перестанет буянить! Так и я, Нилли. Мне будет гораздо веселей бегать от вас, Древних, вместо того, чтобы сдаться ради «нормальной» жизни. Жизнь без обмана — не жизнь вовсе! Какой же ты глупышка, Нилли, даже не хочешь взглянуть правде в глаза!       — Это ты боишься смотреть правде в глаза!       ...       В зале повисла тишина. Шадоу замолк, а синие глаза в удивлении уставились на Пьюр Ваниллу.       — А?       Голос шута уже не звучал ярко и насмешливо. Он затих. Ого. Шадоу действительно растерялся. Перестал глумиться, смеяться. Он замолчал. Ванилла сразу понял — прямо в яблочко. Попал именно туда, куда целился так долго.       — Шадоу, я вижу тебя насквозь. Все твои громкие речи про скуку — всего лишь отговорки. Ты боишься признать, что тебе одиноко. Ты боишься признать, что тебе хочется внимания. Тебе скучно не из-за разговоров о счастливой жизни, а из-за одиночества. Ты вечно прячешься за маской лжи и веселья, не показывая свои настоящие чувства миру. Что уж тут, ты не показываешь свои настоящие чувства самому себе. Ты избегаешь их. Ты погряз с головой в своей лжи, Шадоу. — Чистейший говорил спокойно и ласково, чтобы не спугнуть его. Он продолжал молчать. Синие глаза смотрели, не моргая. — Как давно ты гулял с Кэнди Эпл и Сапфиром? Как давно вы разговаривали без своих масок? Уверен, им тоже скучно. Конечно, они с радостью следуют за тобой. Но весело ли следовать за мастером, который сам не знает, что у него творится в голове? Точнее, не хочет знать.       После этих слов Пьюр затих. Он примерно представлял мысли и лицо Шадоу в этот момент — полные удивления и отрицания. Ванилла осмотрел все десятки синих глаз вокруг себя и подошëл к одному из них. Сначала тот смотрел на Ваниллу в ступоре, затем моргнул пару раз, но продолжил молчать, ничего не говоря и не увеличивая дистанцию между ними. Пьюр Ванилла вновь заговорил:       — Шадоу... Я как никто другой могу понять тебя, ведь у нас один джем души. Ты всë ещë можешь попытаться разобраться в себе и всë исправить. Зажить не просто нормальной, а счастливой жизнью, где твоя улыбка будет не фальшивой, а настоящей. Я могу помочь тебе. Могу помочь справиться с одиночеством, могу выслушать все твои проблемы и переживания, могу показать тебе искреннюю радость, тепло и любовь. Как я говорил ранее, после суда ты мог бы поселиться в моëм королевстве, прихватить с собой Кэнди Эпл и Сапфира, они бы нашли себе друзей. Я бы выделил тебе комнату... Да, может и не такую роскошную, как в твоей обители, зато всегда тëплую. Я бы показал тебе каждую книгу из своей библиотеки, рассказал бы про каждый цветок в моëм саду. Тебе больше не будет скучно, Шадоу, ведь тебе не будет одиноко. Всë в твоих руках. Просто... Пожалуйста, позволь мне помочь тебе.       Сказав всë, что было на душе, Ванилла протянул руку к этому синему глазу, так наивно, но так искренне. Он не смог сдержать нежную улыбку на своëм лице. Продолжал смотреть будто не на синий глаз перед ним, а прямо в сердце тому, в чью душу смог заглянуть. Они пробыли в таком положении, по ощущениям, очень долго. Будто весь мир замедлился. Все глаза дружно моргнули несколько раз, а затем неуверенно отвели взгляд. Послышался тихий, словно шепчущий голос:       — Какой же ты глупый...       Эта фраза заставила Чистейшего усмехнуться и убрать руку.       — Какой же ты упрямый. — Проговорил он с улыбкой, прикрыв веки.       Тишина больше не напрягала, а согревала. Наконец-то у них получилось нормально поговорить. Ну, конечно, это был не самый лучший диалог в жизни Пьюра, но он словно послужил толчком их дальнейшим взаимоотношениям. Может, ему просто казалось. Это уже было неважно. Думать о плохом совсем не хотелось. Синие глаза устремили взгляд в пол.       — Нилли... — Шадоу шептал, будто боялся, что его кто-то услышит. Он звучал неуверенно, без прежней насмешки в голосе. Без маски. — Я...       Но, к сожалению, он не успел договорить.       А было бы куда проще...                    Пол под ногами резко начал содрогаться, будто весь Шпиль Знаний затрясся. Люстра опасно зашаталась из стороны в сторону, а с потолка сыпался песок.       Чистейший сразу понял, из-за чего это случилось — навсегда запомнил, кто может заставить землю дрожать. Он хмуро взглянул на один из синих глаз, крепко сжав свой посох.       — Аргх, да какого хера?! Почему так не вовремя?! — Шадоу громко и раздражëнно крикнул, и все синие глаза в миг исчезли. Взгляда больше не было.       Послышался рëв драконов, почувствовался запах лилий.       Ванилла понял только то, что нужно немедленно броситься на поиски Древних и виновника торжества. Ноги сами вели его по множеству коридоров и лестниц. Он ни разу не ошибся — будто знал, куда стоило бежать. Будто кто-то вëл его.       Ещë одна ступень, ещë одно помещение, ещë один коридор. Картина, колонна, шкаф. Коридор. Огромная дверь. Пол затрясся с новой силой, в нос забился сильный запах лилий. Дверь отворилась сама. Он вбежал в зал, как никогда раньше. Сердце бешено билось. Послышались обеспокоенные голоса. О нет, он ничего не слышал. Прыжок. Посох. Удар меча. Вспышка.       Яркий свет.       ...       Всë вмиг затихло. Время будто снова остановилось. Шпиль Знаний перестал дрожать, запах лилий стал лëгким и приятным. Яркий, божественный свет не ослеплял глаза. Нет. Он бережно обволакивал всë пространство, ласково светил. Этот свет блестел и сиял, так прекрасно и благоговейно. Будто звучал, как церковный мотив. Древние открыли глаза. К ним спустилось само солнце.       Свет неторопливо потухал. Время снова вернулось на круги своя. В руки что-то медленно упало. Он опустился на землю. Божественный свет потух, сияние исчезло. Все постепенно пришли в себя.       Спустя несколько секунд Чистейший облегчëнно выдохнул и поднял свои веки. Оглянул зал перед собой. Одна колонна почти полностью обвалилась, в другой было несколько трещин. В полу тоже. Стены, к счастью, особо не пострадали. Он вздохнул вновь — на этот раз тяжело. Опустил взгляд и обратил внимание на то, что находилось у него на руках. Точнее, на того, кто находился у него на руках.       Ванилла вновь улыбнулся.       — Нашëлся... — Проговорил он почти шëпотом.       На его руках в отключке лежал сам Шадоу Милк. На руках самого Пьюр Ваниллы. Сразу вспомнился разговор с Лилией. Хах, а она дело говорила. Бист спокойной лежал в его руках, сложив руки поперëк, и умиротворëнно посапывая. Голова уместилась у ключиц Пьюра. «Ну что за картина...» — думал он. Он держал шута достаточно крепко и осторожно, хотя его спина могла в любой момент согнуться пополам и больше разогнуться. Конечно, было тяжело. Но ради такого можно и потерпеть.       Посмотрев вправо, Чистейший увидел недалеко от них приспешников Милка. Кэнди Эпл пыталась вырваться из хватки Блэк Сапфира и напасть, пока тот крепко держал еë и что-то говорил. Он недовольно взглянул на Ваниллу, а затем затащил Кэнди в фиолетовый портал и скрылся вместе с ней.       Очередной вздох. Улыбка исчезла. Он обернулся и взглянул на двоих Древних, что всë это время стояли позади него. Вайт Лили напряжëнно поглаживала свой посох, смотря куда-то в пол, а Дарк Какао смотрел то на Пьюра, то на Шадоу у него на руках. Встретившись с его взглядом, он сразу всë понял и объяснился:       — Когда мы зашли в зал, на нас тут же выпрыгнула кукла этого Зверя. Недалеко от неë находились его приспешники. Решились устроить засаду, видимо... Когда я призвал своих драконов, он вылез не пойми откуда. Я его и вырубил...       Ванилла не знал, смеяться ему или плакать. Нелепо, да до чего неприятно. Устроил это нападение Шадоу или его приспешники, он выяснит позже.       — Как прошëл ваш разговор?.. — Робко спросила Лилия.       — Хорошо. Если бы не это внезапное нападение, может, я бы смог договориться с ним... По крайней мере, у меня почти получилось.       Вайт Лили наконец-то успокоилась.       Он снова взглянул на мирно сопящего Шадоу Милка. Двое Древних тоже взглянули на него. Это заставило Пьюра усмехнуться. Он посмотрел на друзей и сказал:       — Хватит на сегодня приключений. Пора возвращаться домой.       Древние кивнули друг другу и, попрощавшись с Шпилем Знаний, направились к выходу.

***

      Что ж... Вот мы и пришли к тому, с чего всë началось. Древние вновь ехали на той самой повозке с тем самым старичком. Увидев их компанию в составе печенья в отключке, которое нëс на спине Дарк Какао (с очень недовольным лицом), тот порядком удивился и напрягся, но расспрашивать не стал и согласился вывезти их из деревни. На улице уже садилось солнце, окрасившее небо в розовый и оранжевый. До чего же красивый закат.       Пьюр Ванилла сидел на мягком сене и читал какую-то книжку, которую по чистой случайности нашëл в рукаве своей мантии. Правда, двое других Древних не выглядели так расслабленно. Белая Лилия обеспокоенно сидела, поджав колени под себя и обняв их руками, а Дарк Какао серьёзно смотрел на шута, что так удобно и невинно спал на плече Пьюра.       — Мне кажется, что мы занимаемся чем-то незаконным... — Сказала Вайт Лили, выпрямившись. Старичок, согласившийся подвезти их, невольно покосился на неë.       Чистейший удивлëнно взглянул на подругу, а Дарк Какао же продолжал пристально смотреть на Милка.       — Почему?       — Ну сами посудите! Дарк Какао буквально вырубил печенье, а мы, напоив его снотворным, перевозим его чуть ли не без сознания!       Ванилла пару раз моргнул. Дарк даже бровью не повёл. Да, вернувшись в деревню, Древние решили устроить привал. Во время него Лилия и Пьюр сварили снотворное по тому самому рецепту из сонных ягод, что насобирали по дороге. Напоили им Шадоу, заключили в зачарованные кандалы — спит, как миленький! Выглядело это, конечно, криминально... После слов Лилии старик ещë больше напрягся.       — Я бы удивился, если бы вы его вдруг похищать собрались. Мы его по делу везём — значит, беспокоиться не о чем.       Вайт Лили лишь вздохнула — слова Дарк Какао никак не успокоили еë. Она снова села, обняв свои колени, и прикрыла глаза.       Чистейший взглянул то на одного Древнего, то на второго, ухмыльнулся и погрузился в книгу. Вот только полностью погрузиться не получалось. Взгляд вечно соскальзывал со страницы на макушку на его плече. Зачастую даже задерживался. Поняв, что он уже откровенно пялится, Пьюр поднял голову и взглянул на розовые облака, что так плавно плыли по небу. Улыбнулся. Ох... Да, последующие дни определённо обещают быть тяжëлыми, ведь следующий их с Шадоу разговор будет уже в темнице. Не очень приятное место, мягко говоря. Не испортит ли он всë вновь? Не испортит ли всë Шадоу? Думать совершенно не хотелось. Откинув тревожные мысли, он закрыл книгу, положил еë куда-то в рукав своей мантии. Ещë раз взглянув на макушку на своëм плече, он осторожно положил на неë свою голову и погрузился в сон.

***

«И в новостях

Покажут лишь обломки чувств

Что раньше связывали нас

А чëрный ящик мою грусть

Передаст в обрывках песенных фраз

В новостях

Покажут лишь обломки чувств

Что раньше связывали нас

А чëрный ящик мою грусть

Передаст в обрывках песенных фраз...»