ОтМетки

      Авантюрин удобно устроился на диванчике в отеле Грёз, ожидая сообщения от Дока. Картёжник маялся без дела, ему было слишком скучно. В Мир Грёз не хотелось возвращаться, но он знал, что где-то там, среди множества ярких красок бродит маленький крылатый преступник.       Получить его номер телефона не составило труда, — госпожа Джейн обо всём позаботилась. Авантюрину нужно было лишь попросить. Не долго думав, представитель Корпорации решает написать своему другу с Пенаконии. Авантюрин. Господин Воскресенье, доброго времени суток. Не желаете ли вы встретиться где-нибудь в Мире Грёз.       Картёжник принялся ожидать ответа. Да, Авантюрин был очень удачлив, но сейчас он вёл диалог с самим Воскресенье! С самим хозяином Мира Грёз. Но что удивительно, Авантюрин получил ответ на своё сообщение. Он, словно маленький ребёнок, с восторгом открывал это сообщение, смотря, что же ему ответил Сандей.

Воскресенье

Не думал, что кто-то из КММ решит со мной связаться.

Что же вы задумали, дорогой Картёжник и с какой целью хотите увидеться?

      Какавача улыбался во все зубы. Авантюрин. Я и ожидать не мог, что такая важная персона, как вы ответит мне так скоро. Но отвечая на ваш вопрос, скажу, что мне очень одиноко, так не хватает кого-то, с кем можно просто пообщаться.

Воскресенье.

...

      Три точки от Воскресенья заставили Авантюрина удивиться, вдруг он сказал что-то не то. Но Какавача не стал задумываться об это, не сейчас, чуть позже он поразмышлаяет на эту тему.

Воскресенье.

Не знал, что людям из Корпорации бывает одиноко. Но пусть будет так.

Раз уж вам так одиноко, то я попробую облегчить ваши страдания.

Давайте мы с вами встретимся на границе Грёз, там уже обо всём и поговорим.

Авантюрин. С радостью отправлюсь к вам. И давайте отбросим все формальности, у нас ведь не деловая встреча.       Сандей прочитал сообщение, но ничего больше не ответил. Отложив телефон, Какавача опустился в чащу грёз. Всё как в первый раз. Закрытые глаза, расслабленное тело и погружение в сон.       Открыв глаза, Авантюрин почувствовал лёгкое головокружение. Впрочем, это нормальное явление при попадание в Мир Грёз. Поняв, что Авантюрин сидит на скамейке, он принялся оглядываться вокруг и столкнулся взглядами с Воскресенье. И каким-то Пепеши. — Воскресенька, а, Воскресенька, кто же этот молодой человек? — Ванвик проговорил это, параллельно сдерживая смех. Подперев подбородок пальцами, он начал внимательно осматривать Авантюрина, который занимался тем же. Их взгляды на мгновение встретились, но картёжник перевёл взгляд на стоящего рядом Сандея. — Какие-то проблемы, господин Пепеши? — Авантюрин словно почувствовал, что не понравился Ванвику. — Нет, что вы, — подняв маленькие ручки, Ванвик отошёл на приличное расстояние от представителя КММ.       К этому моменту Авантюрин перестал думать — Ты смотришь на меня так, словно сейчас съешь, — Воскресенье слегка улыбнулся, но лишь на мгновение, и снова принял свой покер фейс.       Ванвик, смотрел то на Сандея, то на Авантюрина, вскинув брови, но не решаясь что-либо сказать. Он посчитал такие взаимоотношения слишком странными, и в них лучше не влезать, если жизнь дорога. — Пойду я, пожалуй. — Воскресенька? — Спрашивает Какавача, слегка приподняв бровь. Его очень сильно позабавило новое прозвище Сандей, но он не стал смеяться вслух чисто из вежливости. — Не обращай внимания, — произносит Воскресенье, но как-то не по доброму улыбается, смотря ну удаляющегося Ванкика. — Так что же случилось, что тебе стало так одиноко, Господи Авантюрин.       Какавача помедлил с ответом. Да, ему было грустно и одиноко. Рацио развлекается вместе со Склюромом, что-то создавая, совсем забыв про своего лучшего друга. — С тобой было весело. Что тогда, что сейчас, Воскресенье, — Авантюрин сжал чужую руку, заглядывая в янтарные глаза напротив. — Воскресенье, не исчезай больше.       Сандей застыл без возможности сказать хоть что-то. Его поразили слова картёжник. Воскресенье тоже понравилась игра Авантюрина в прошлом, но ни сейчас, ни потом они не смогу устроить что-то такое же масштабное. — Какавача..? — теперь настала очень Авантюрина зависать и не понимать, что происходит. Откуда бывший глава клана дубов знает это имя? Мало кто в Корпорации знает настоящие имя её работников, так откуда узнал птенчик? Может ему кто-то подсказал..? — Какавача, ты чего вдруг начал говорить о таком?       Многое изменилось с их последней встречи. Сейчас их чувства совершенно иные. Авантюрин пока блуждал по Небытию успел много осознать. И одной из таких вещей было то, что он как глупый маленький ребёнок влюбился в холодного и недоступного принца Воскресенье.       Глупо, но что поделать. Немного поразмыслив, Авантюрин решается спросить; — Позволишь?       Воскресенью не нужны слова, он хорошо понимает чувства людей, поэтому первый заключает Какаваяу в объятия. Авантюрин замирает уже во второй раз. Он удивлённо смотрит перед собой, пытаясь понять, что происходит. Теперь счёт по ступору составляет два — один, в пользу Воскресенья.       Немного посидев так, Авантюрин обнимает в ответ, аккуратно укладывая голову на чужое плечо. Сандей слегка гладит чужие волосы, переливающийся ярким золотом в лучах закатного солнца, запуская в них пальцы.       Никто не знает, сколько они так просидели. Вот он, один из минусов Мира Грёз.       Время они проводят хорошо, много разговаривая. До того момента, пока Авантюрину не написал Док, говоря о том, что он освободился. Это, конечно, расстроило картёжника, но что поделать, нужно идти на встречу. Но перед этим..       Авантюрин приобнимает Воскресенье и нежно касается своими губами его губ. И уходит. Воскресенье же смотрел на его удаляющуюся фигуру и улыбался. Больше они не увиделись.

◇◇◇

Авантюрин. Господин Воскресенье, как ваши дела на Звёздном Экспрессе? Ответ не заставляет себя долго ждать, что очень радует Авантюрина.

Воскресенье.

Что тебе интересно узнать?

Авантюрин. Расскажи мне всё! Я готов слушать тебя часами!       И здесь он не соврал. Он любил слушать нежный, успокаивающий голос Сандея. Любил вникать в каждую сказанную бывшим главой клано Дубов вещь. Да и всего Сандея тн очень сильно любил.       Так проходили многие часы. Они общались, общались и общались. Воскресенье задал вопрос про тот поцелуй, но не получив внятный ответ, сам стал разбираться.       Проведя некоторое время за размышлениями, он пришёл к выводу, что чувствует тоже самое, что и Господин картёжник. Сандею нравилось проводить время с Какавачей. Он хотел обнимать того. Хотел целовать. Быть всегда рядом только с ним, не позволю никому приближаться к Авантюрину. Он полюбил картёжника.       И вот однажды Авантюрин написал такие слова, которые Сандей запомнил навсегда: Авантюрин. Воскресенье, мы с тобой ещё встретимся. Вот увидишь.

Воскресенье.

Обязательно.

      И так им хочется верить в эти слова.