Девушка с портрета

Лиру приволокли к Зульфии. Главная калфа была в ярости. Её тёмное лицо потемнело ещё больше, глаза метали молнии. Она даже не дала Лире подняться на ноги. — Дерзкая девчонка! — прорычала Зульфия, надвигаясь на Лиру, — Ты посмела ослушаться меня! Посмела бежать! Лира лежала на холодном каменном полу, вздрагивая от страха. Она не смела поднять глаз на разъярённую калфу. — Простите… — прошептала Лира едва слышно, — Я… я не хотела… Я просто… хочу домой… — Домой?! — загремела Зульфия, голос раздался по комнате, словно удар грома, — Твой дом здесь! Во дворце королевы Алии! Ты принадлежишь ей целиком и полностью! Ты — её рабыня! И не имеешь права ослушаться ее приказов, или приказов тех, кто действует от её имени! Зульфия жестом приказала страницам схватить Лиру. Сильные руки взяли девушку, подняли ее и привязали верёвками к толстой деревянной балке, торчащей из стены. Лира вскрикнула от испуга и боли, когда верёвки врезались в нежные запястья. — Нет! Пожалуйста! — взмолилась Лира, — Не надо! Отпустите меня! Я не хочу быть наложницей! Я не хочу оставаться здесь! Зульфия усмехнулась жестоко и подошла к Лире вплотную, смотря ей прямо в лицо. — Ты не имеешь права чего-то хотеть, девка, — прошипела Зульфия, — Твои желания больше ничего не значат. Теперь ты — собственность королевы. И ты будешь делать то, что тебе прикажут. Иначе… — Зульфия указала на толстую кожаную плеть, висящую у неё на поясе… — …иначе я заставлю тебя запомнить этот урок на всю жизнь. Зульфия схватила плеть и резко сорвала с Лиры лёгкое шелковое платье, оставляя ее полуобнажённой. — Нет! Не надо! — закричала Лира, захлёбываясь слезами, — Пожалуйста, не надо! Я больше не буду! Я обещаю! Отпустите меня! Зульфия не слушала её мольбы. Её лицо было каменным, непроницаемым. Она подняла плеть высоко над головой и обрушила её на спину Лиры. Резкий свист рассёк воздух, и плеть с силой ударила по нежной коже. Лира закричала от боли. Крик вырвался из груди против воли, полный ужаса и отчаяния. Боль была невыносимой, как раскалённое железо прожгло её спину. Зульфия не остановилась. Удар следовал за ударом, плеть безжалостно терзала тело девушки. Каждый удар отдавался в сердце Лиры новой волной боли и унижения. Она кричала, плакала, молила о пощаде, но Зульфия была глуха к её мольбам. Наказание должно было быть суровым, чтобы навсегда отбить у Лиры мысль о побеге и неповиновении. Крики Лиры донеслись до Фатимы. Она немедленно бросилась к комнатам Зульфии, понимая, что происходит что-то ужасное. Ворвавшись в комнату, Фатима замерла, поражённая увиденным. Зульфия, разъярённая, безжалостно порола плетью полуобнаженную Лиру, привязанную к балке. Крики девушки разрывали сердце, боль и жестокость витали в воздухе. — Зульфия! Хватит! — воскликнула Фатима властно, голос прозвучал повелительно, прерывая кошмар. Зульфия остановилась, опустив плеть. Она повернулась к Фатиме, ее лицо выражало злобу и недоумение. — Что ты делаешь, Фатима? — спросила Зульфия резко, — Она должна быть наказана за дерзость! — Достаточно! — повторила Фатима твердо, — Королева не желала такой жестокости. Развяжите ее. Зульфия недовольно поджала губы, но не посмела ослушаться советницу королевы. Она кивнула стражницам, и те поспешно развязали Лиру. Фатима подхватила её. — Пусть лекарь позаботится о ней. Она взяла Лиру на руки и вынесла из комнаты Зульфии. Девушка была почти без сознания, тело била дрожь, спина горела от боли. Фатима отнесла Лиру к лекарю Мириам. Она осмотрела раны Лиры, покачала головой и принялась за лечение. Мириам осторожно промыла раны девушки целебными отварами, смазала их успокаивающей мазью, перевязала мягкими тканями. Лира лежала на кушетке, глотая слезы, тело содрогалось от рыданий. — Почему… почему вы не отпустите меня? — прошептала Лира Мириам сквозь слезы, — Я не хочу быть здесь… Я хочу домой… Мириам мягко погладила её по голове, стараясь успокоить. — Тише, дитя, — сказала Мириам ласково, — Все будет хорошо. Королева добра к тем, кто ей верен. Расскажи мне, что заставило тебя бежать? Лира рассказала Мириам и Фатиме о страшных россказнях гаремных девушек, о королеве-колдунье, пьющей кровь девственниц. Мириам и Фатима переглянулись и засмеялись. — Глупые сказки! — сказала Фатима с улыбкой, — Не верь им, Лира. Королева Алия совсем другая. Ты скоро увидишь сама. Мириам закончила перевязку ран Лиры, помогла ей одеться в чистую одежду. Боль немного утихла, но сердце девушки оставалось тяжёлым и безнадёжным. Фатима отвела Лиру обратно в общую спальню гарема. Девушки, увидев её избитую и униженную, засмеялись и начали насмехаться над ней. Лира не отвечала им, не обращала внимания на их злобные насмешки, молча легла на свою койку, отвернувшись к стене, и заплакала тихо. В эту ночь сон не приходил к ней. В темноте ее преследовали образы жестокой Зульфии, насмешливые лица гаремных девушек, и пугающая неизвестность будущего. Лира чувствовала себя окончательно сломленной, униженной, осмеянной, потерявшей последнюю надежду на спасение.