Девушка с портрета

Сколько дней или ночей прошло с момента нападения, Лира не знала. Время утратило всякий смысл, слившись в бесконечную череду боли, унижения и страха. Дни и ночи в трюме были неотличимы друг от друга, погруженные в вечную тьму, нарушаемую лишь редкими лучами света, проникающими сквозь щели в палубе, и грубым открытием двери, возвещающим о новом витке кошмара. Еда, грубая похлебка, подавалась редко и нерегулярно, по прихоти тюремщиков. Насилие стало обыденностью, частью существования. Пиратки спускались в трюм, как на охоту, утоляя свою жестокость и похоть на беззащитной пленнице. Иногда били, чаще просто насиловали, превращая тело в истерзанную куклу. Мора тоже наведывалась в трюм, неоднократно. Каждый её визит становился новым актом унижения. Капитанша осматривала Лиру с циничным интересом, точно редкий трофей. Она не переставала поражаться красоте девушки, удивляясь её стойкости, не угасающей даже под гнетом страданий. — Смотри-ка, — прорычала однажды Мора, грубо поднимая лицо Лиры за подбородок. — И после всего ты все еще прекрасна. Непостижимо. Ты будешь моим талисманом, королевская птичка. Скоро мы прибудем в мою деревню. Там ты будешь жить в моем доме, как украшение. Доказательство моих побед и могущества. Эти слова звучали как приговор, лишая последней искры надежды. Деревня Моры… новый плен, еще более изощренный и безысходный. Лира молчала, не отвечая, взгляд оставался пустым и отрешенным. Вскоре похолодало. Морской ветер стал ледяным, проникая в трюм сквозь щели и заставляя дрожать от холода даже пиратов на палубе. Лира, все это время остававшаяся обнаженной, начала кашлять. Кашель разрывал грудь, отдаваясь болью в истерзанном теле. Мора, заметив недомогание пленницы, испугалась. Боялась потерять свой ценный трофей по дороге в деревню. С недовольством буркнув что-то себе под нос, она кинула Лире в трюм грубое платье из мешковины. Ткань царапала кожу, но даже это грубое одеяние казалось спасением от леденящего холода.

***

Погода испортилась окончательно. Начался шторм. Ветер свистел в снастях, волны били о борт корабля, молоты великанов. Судно бросало из стороны в сторону, щепка в бурном потоке. Пираты, забыв о пленнице, были заняты борьбой за выживание, пытаясь удержать судно на плаву в бушующей стихии. Шторм стал неожиданным спасением для Лиры. В хаосе и суматохе о ней забыли. Трюм остался в покое, погруженный в полумрак и качку. Впервые за долгое время Лира осталась одна, без угроз, без насилия, без злобных взглядов. Лишь вой ветра и плеск волн нарушали тишину ее тюрьмы. В этом временном затишье, среди бушующей стихии, Лира смогла собраться с силами, хоть ненадолго забыть о боли и унижении, и погрузиться в воспоминания о прошлой жизни, о Алии, о утраченной любви и надежде.