Часть 50 All My Life
11 декабря 2025 г., 23:07
Атхит POV
Со временем казалось, что Дао всё больше привыкает к нашей новой комнате. Лично мне с переездами никогда не было трудно, но самое заметное было другое, я по-настоящему привык к тому, что в моей повседневной жизни появился ещё один человек. Просыпаюсь, на столе завтрак на двоих. На вкус он становился всё лучше с каждым днём. Дао даже стал собирать мне ланч в контейнер, прежде чем мы расходились по своим парам. Вечером мы снова вместе, ужинаем, принимаем душ и ложимся спать в одной постели. Ну и, само собой, сюда входила и наша интимная жизнь. Тело Дао потихоньку привыкало, ему уже, похоже, было не больно. Но вот усталость никуда не девалась. Поэтому я старался и пореже, и покороче, чтобы он не чувствовал себя выжатым лимоном и мог нормально ходить на занятия. Думаю, ты и так понимаешь, насколько я по нему съехал с катушек. Мне достаточно увидеть его в чуть более открытой одежде или просто почувствовать его прикосновение, и всё, меня уже заводит. И это чувство не ослабевало. Наоборот, с каждым днём становилось сильнее. После того, как первая песня зашла на ура, я начал писать новую. Там уже были живые инструменты. Ударные играл я, а гитару Дао. Композиция была ещё не до конца отполирована, но процесс шёл хорошо. Арт-уголок Дао, который я так тщательно ему обустраивал, немного изменился за это время. Стена теперь была увешана рисунками, которые мы делали вместе. Мои, конечно, мягко говоря, были не шедевр, но я просто хотел участвовать. Дао говорил, что ему нравится, и утверждал, что смотрится всё это хорошо. Мы жили вместе почти месяц. Стало привычно видеть этого маленького человечка, который всё время движется по комнате, прибирает, готовит, стирает, рисует в своём уголке или иногда работает на балконе или на диване. Иногда мы смотрели фильмы, иногда вместе делали музыку. Заодно совместная жизнь подсветила и странные привычки Дао. Например, когда его накрывал творческий ступор, он мог подолгу сидеть в ванне или просто смотреть на вид из окна. Бывали дни, когда он выносил гитару на балкон и просто сидел там, молча, несколько часов. А одна особенность вообще была странной, он любил сидеть… в шкафу. В один из дней я пришёл домой и не нашёл его нигде. Обошёл всю квартиру и уже решил, что его утащил какой-нибудь призрак. В итоге оказалось, что он сидит в шкафу с ноутбуком и что-то печатает. Дао объяснил, что ему нравится сидеть в шкафу, потому что там легче сконцентрироваться. Как будто он оказывается в своём маленьком отдельном мире, куда ничего лишнего не лезет. Дверцу он оставлял приоткрытой, чтобы было чем дышать, и даже поставил туда маленький вентилятор. Очень по Дао. Честно, я этого не понимал, мне бы там просто стало душно. Но, наверное, ему было комфортно, он мелкий, а шкаф у нас большой. Я вспомнил про воображаемую подругу Дао, Эмму, тёзку моей мамы. Дао рассказывал, что в какой-то момент Эмма исчезла. Он говорил, что немного грустил, но в целом так даже лучше. Всё-таки Эмма родилась из его одиночества. Теперь, когда я мог стать для него всем, что ему нужно, Эмма постепенно растворилась. Воображаемый друг больше не был нужен, потому что рядом был я. Дао ненавидел беспорядок, а я был его воплощением. Но он ни разу не жаловался. Просто тихо убирался за мной. Со временем он распознал все мои ужасные привычки, повесить одежду на спинку стула, раскидать вещи по всей комнате, оставить обувь как попало. Самое милое в этом, то, что Дао всё это за мной подбирал. Когда он спросил, собираюсь ли я это менять это, я честно ответил, что нет. Потому что он сказал, что ему не трудно. Сегодня мне снова нужно было идти в стационар. Я встал рано, как обычно, и обнаружил, что Дао ещё спит. Обычно он просыпался раньше меня и готовил завтрак. Видимо, накануне засиделся допоздна и пересмотрел конспектов. В итоге на сегодня был только завтрак, без контейнера на обед. — Я пошёл, — сказал я. — Мм… — пробурчал он. Я наклонился, поцеловал его в лоб и только потом ушёл к машине. В обед пришлось идти в столовку, обедом из дома меня сегодня не снабдили. Джо, который был со мной на одном отделении, составил компанию. Мы пошли в наше обычное место. Когда я говорю «обычное», это не значит, что там вкусно. Наоборот, там настолько невкусно, что я хожу туда постоянно. — Попробуй моё, — я подтолкнул ему тарелку. Джо откусил и всё равно покачал головой. — Слушай, мне правда кажется, что стало вкуснее, — не сдавался я. — Ты просто привык к плохой еде? — Ты сейчас намекаешь, что мой муж готовит невкусно? — Это ты сам говорил, что невкусно. — А, точно, — кивнул я. Если невкусно, мы это признаём. У Дао такой же подход. — Чёрт, похоже, мой язык превратился в крокодилью кожу, ем кактусы и не чувствую боли. — Ну, значит, тебе теперь всё кажется вкусным, — философски ответил Джо. — Мужик, если я могу есть еду из этого места и считать её нормальной, это достижение. Надо сказать спасибо моему мужу. Теперь, наверное, любая еда будет казаться вкусной. — Ты раздражаешь. — Чего? Когда ты про своего начинаешь, я раздражаюсь не меньше. — Эх, скучаю по-старому тебе, который всех клевал языком, — вздохнул он. — Так это я просто раньше не понимал. А теперь прозрел, — пожал я плечами и продолжил жевать. Ничто, конечно, не сравнится с едой Дао. Пока я думал о нём, телефон завибрировал от уведомления. Дао прислал скрин своего банковского счета, свежий перевод на двести тысяч бат. Написал, что это Дирек отправил. Я озадаченно приподнял бровь. — Это ещё что? — пробормотал я. — Что? — спросил Джо. — Мой батя перевёл Дао двести тысяч. — Зачем? — Без понятия. Сейчас спрошу. Я набрал Дирека, он взял почти сразу. — Эй, ты зачем деньги моему мужу перевёл? — Это твоя зарплата. — Чего? — Ну, обычные деньги, которые я тебе каждый месяц даю. — А почему не мне? — Потому что ты полный ноль в деньгах. Пусть Дао теперь распоряжается и следит за расходами. — Дирек, ты серьёзно или прикалываешься? — Серьёзно. Теперь, если тебе что-то нужно, проси у мужа. — Диреееек! Ты с ума сошёл? Какой ещё «просить у мужа»?! — Не жадничаю. Подкалываю. — Да что за фигня, а! — выругался я вслух. Это уже ни в какие рамки. Кто вообще додумался до того, чтобы сын ходил за карманными деньгами к собственному мужу? Я ещё хотел что-то возразить, но он просто повесил трубку. Я раздражённо провёл рукой по волосам. — Что батя сказал? — спросил Джо. — Сказал, что теперь мою зарплату будет получать Дао и вести наши расходы. — Потому что ты транжира, да? — Ага, именно. — Я вздохнул и вполголоса выругался. Джо расхохотался. — По-моему, это даже полезно. — Что тут полезного? Теперь, если захочу что-то купить, мне надо идти к Дао и просить. Как мне устраивать королевские жесты, если у меня кошелёк не в руках? Это отстой! — проворчал я. — Знаешь, как обычно говорят: «после того как влюбился, сердце тебе уже не принадлежит»? Так вот, у меня теперь ещё и деньги не мои. — У тебя есть деньги, которые я для тебя кручу, — напомнил Джо. — О, точно. Сколько там сейчас? — Точную сумму не скажу, но там уже несколько миллионов. Хочешь, переведу тебе миллион, чтобы были карманные? — Вот это давай. Скинь, — я вздохнул уже более примирённо. Не то чтобы я возражал против того, что Дао распоряжается моими деньгами, просто это выглядело не очень круто. Ладно, пусть. Считаем, что теперь это наша общая зарплата, а я буду жить на прибыль, которую мне гоняет Джо. Позже, за ужином, Дао сам поднял эту тему. Мы ели у себя в комнате. — Ты точно хочешь, чтобы я эти деньги держал? — спросил он. — Да. — Все двести тысяч? То есть ты правда каждый месяц столько получаешь? — Угу. — И когда ты говоришь, что ты на мели, это значит, что этих двухсот тысяч тебе не хватает? — Именно. Сейчас кому хватает? — Может, стоит спросить, почему не хватает? Я в месяц трачу всего пару тысяч, — спокойно заметил Дао. — Ты у меня экономный. Хорошо, что теперь ты за всё отвечаешь. — Ладно. Если захочешь что-то купить, просто скажи, я переведу, — кивнул он. — Окей. Я легко согласился, потому что вообще не собирался трогать эти деньги. После ужина я помог ему помыть посуду, потом мы вместе пошли в душ. На это ушло минут тридцать. Оставшиеся полчаса были традиционно посвящены тому, чем мы занимались каждый вечер, один раз в ванной и ещё раз в кровати. В этот раз я уже особенно себя не сдерживал, завтра выходной, мы собирались ночевать у него дома. — Повернись к камере, — весело сказал я утром, снимая, как Дао готовит завтрак. Он остановился с лопаткой в руке и посмотрел на меня с лёгким недоумением. — Ты что снимаешь? — Видео. — Видео? — Ага. Видео на память, чтобы потом пересматривать. — А… — Что сегодня готовишь? — Обжаренные овощи. — Уже пробовал? Нормально? — Вполне. Хочешь? — Ага, накорми меня, — попросил я. Дао зачерпнул немного из сковородки и поднёс ко мне. Я попробовал и утвердительно кивнул. — Вкусно! — Правда? — Ты стал лучше готовить, — похвалил я и потянулся потрепать его по голове. Конечно, этот момент тоже попал в кадр. — Или ты просто привык к невкусной еде? — поддел он. — С чего ты взял? — Сам же рассказывал. — А, ну да. Но какая разница? Сейчас мне вкусно и этого достаточно. — Логично, — согласился Дао, переложил овощи в миску и подал их с рисом. Я, продолжая изображать оператора, не пропустил ни единого его движения. Даже самые мелкие жесты казались мне адски милыми. Он был настолько хорош, что хотелось смонтировать ролик, наклеить субтитры и выложить в сеть, чтобы всем продемонстрировать неоспоримый шарм, который принадлежит только мне. Я отложил камеру, чтобы хоть немного поесть. — Ну что, что твоя семья сказала? — Сказали, хотят с тобой познакомиться. — Ого, сразу в лоб, — хмыкнул я. — Это не вызов. Они просто хотят увидеть моего парня. — Я понял. И что мне делать, когда я приеду? Есть какие-то правила поведения? С этим у меня, мягко говоря, туго. — Ничего особенного. Все добрые. Особенно папа. Он очень хочет с тобой познакомиться. — И как мне одеться? — Обычно. — Можно в одних боксерах? — усмехнулся я. — Можно, но папа, возможно, врежет тебе за то, что ты полуголым ходишь по дому. — Серьёзно? И что ты сделаешь, если он меня реально ударит? — Посмотрю. — Даже переживать за меня не будешь? — А что переживать? — Ну твой же отец всё-таки. — Ты тоже не маленький. — Я не такой уж большой, — притворно возмутился я. Дао взглянул на меня с выражением «ты вообще себя слышишь?» и вернулся к еде. Я собрал вещи, чтобы переночевать у него дома. Когда всё было готово, мы вышли и спустились в машину. Я настоял, что за рулём буду я, хотел сам отвезти его домой и заодно вместе посмотреть на дорогу. — Если устанешь, можем поменяться, — предложил Дао, когда я заводил двигатель. Я посмотрел на фигурку, которая сидела у него на коленях, и в очередной раз ощутил приступ ревности. Я ревновал ко всему, что оказывалось слишком близко к нему, даже к пластмассовой игрушке. Так и до того дойду, что закажу фигурку себя, лишь бы Дао меня тоже «коллекционировал». — Всё нормально. Ты просто сиди и кайфуй, — сказал я. Машина медленно вывезла нас из парковки. — Слушай, а как твой папа и отец вообще познакомились? — спросил я то, что уже когда-то спрашивал, но успел забыть. — Для папы это была любовь с первого взгляда. Они встретились в кофейне, — ответил Дао. — А у нас не было любви с первого взгляда, да? Тебе вечность понадобилась, чтобы хоть немного меня полюбить. Если бы ты не переехал в квартиру рядом, что бы тогда было? — Всё равно встретились бы. — Почему? Дао повернулся ко мне. — Я же тебе ещё не говорил, да? — О чём? — Помнишь, когда я тебе гадал? — Ты сказал, что у меня график любви растёт, но что-то ещё не договорил. — Ну… Там было написано, что мы с тобой, родственные души. От этих слов я отвёл взгляд от дороги и уставился на него. — Серьёзно? — Серьёзно. — Блин, я покраснел, — признался я, чувствуя, как уши вспыхнули. Родственные души. Чёрт, вот это уровень. — Покраснел? — Ага. То есть, получается, что бы ни случилось, ты всё равно останешься со мной вот так? — Угу. — И это ты из моей судьбы прочитал? — Нет. Из сердца. — …Офигеть. Можно я отпущу руль и поцелую тебя прямо сейчас? — Ты совсем с ума сошёл? Смотри на дорогу. — Дорога вообще не конкуренция тому, что сидит на пассажирском? — Езжай нормально, — строго сказал Дао. Я засмеялся. Я, конечно, шутил. Рисковать и влетать в кювет, тем более с Дао в машине, не стоило. За окном менялись виды, в машине играла музыка. Мы болтали и шутили, пока не доехали. Я припарковался у его дома и с интересом осмотрелся вокруг. Всё-таки это дом, где вырос Дао. Через пару мгновений к нам вышел мужчина чуть выше Дао с тёплой улыбкой, его папа, Пай. Я видел его на фотографиях, так что узнал сразу. Он сразу обнял Дао. Я стоял чуть в стороне и наблюдал. «Э, спокойно, Тхит. Папу ревновать это уже перебор», — строго сказал я себе. Пока я боролся с идиотскими мыслями, появился ещё один высокий мужчина, это был Гэвин, отец Дао. Мы уже однажды пересекались, так что запомнить было легко. Пай подошёл ко мне, протянул руку. Я пожал её и по привычке представился на английском, сам не понимая, зачем. — Папа говорит по-тайски, — тут же вмешался Дао. — Точно! Я забыл. Потом ко мне подошёл Гэвин, мы обменялись парой фраз. Вчетвером мы зашли в дом. — Твой папа совсем на тебя не похож, — шепнул я Дао. — Это ещё как? — Он не такой холодный, как ты. Всё время улыбается. — Ну да. Папа всегда такой. — Значит, ты больше в маму? — Скорее в дядю Акару, соседа, — невозмутимо сказал Дао. — Серьёзно? — Угу. Дядя Акара такой же молчаливый, как я. — Врёшь же. — Шучу. Я прищурился, оценивающе глядя на него. Почти поверил. Ладно, пропустим. Я снял обувь и зашёл внутрь. Дом был среднего размера, не огромный, но и не тесный, как раз под эту семью. Дао рассказывал, что здесь живёт ещё и его бабушка. Внутри бабушка смотрела телевизор. Я наклонил голову в вежливом полупоклоне, насколько вообще умею быть вежливым. Она ответила тем же жестом и позвала нас: — Ну что, внучек, сколько можно не приезжать? Иди, сядь рядом с бабушкой. И ты, молодой человек, тоже иди сюда. Я послушно подошёл и сел, куда велели. Она внимательно на меня посмотрела, и я немного растерялся. — Ай какой красавец! И ребёнок, и внук, все красивые. Повезло мне с зятем, — довольно объявила она. Я улыбнулся. — Как зовут, молодой человек? — Атхит. — Красивое имя! Слышала, ты наполовину таец? — Тайско-американец, — пояснил я. Бабушка ещё немного поспрашивала меня о семье, а потом плавно перевела тему на Дао. Дао тем временем попросил меня посидеть с бабушкой, а сам пошёл помогать Паю на кухне. — Он с детства тихий был, — начала бабушка. — Друзей почти не имел. В детсаду воспитатель в тетрадке постоянно писала, мол, ребёнок нелюдимый, не играл с другими. Нас всё время вызывали в школу: «посмотрите, вдруг дома что-то не так». — Он и сейчас не особо разговорчивый. Я спрошу, он либо «угу», либо «да», — хмыкнул я. — С разговорами с ним ощущение, будто зуб вырывают… э… бабушка. Она рассмеялась. — Не обязательно так официально. Говори, как тебе удобно. — Точно? Я если расслаблюсь, вообще фильтром не пользуюсь. Вежливые окончания забываю. Вы точно не против… бабушка? — Конечно. Только по-английски не переходи, как Гэвин. Я за ним не успеваю. Когда Пай его впервые домой привёл, я нервничала. Не потому, что он мне не понравился, а потому, что его понять трудно. Всё думала: «вдруг он меня ругает, а я даже не знаю?» До сих пор общаемся в основном на уровне «эй, пошли» и жестов. Я не сдержался и расхохотался. — А ты, молодой человек, как внука моего полюбил? Я всё думала, найдётся ли кто-нибудь, кто вообще заинтересуется таким молчуном. У него, наверное, друзей среди духов больше, чем среди людей. — Я сам толком не знаю, — честно признался я. — Просто, когда пообщались, стало нравиться то, какой он. Не объяснить. — Хорошо. Просто любите друг друга долго. Главное берегите. Дао у меня один-единственный внук, а я уже старая. От того, что рядом с ним есть человек, который его любит, мне спокойнее, — бабушка тепло улыбнулась. — Не переживайте. Я буду о Дао заботиться, насколько вообще смогу, — сказал я, и её улыбка стала ещё теплее. — Дай-ка руку посмотрю, — попросила она. Я протянул ладонь, заинтригованный. — Судьба сильная, — сказала она, проводя пальцами по линиям. — Характер смелый, трудностей не боишься. И люди рядом будут помогать. За что бы ни взялся, всё получится, если захочешь. Потом уголки её губ ещё больше приподнялись. — И с Дао у вас судьба связана. Парой идёте. Дополняете друг друга. — А можно про следующую жизнь посмотреть? Мы там тоже вместе будем? — нарочно спросил я. — Пусть следующая жизнь сама решает, — тихо рассмеялась бабушка. — Многие доигрываются, пытаясь судьбу связать искусственно. Насильно клеят, где не надо, а потом одни проблемы. Если действительно должны быть вместе, сами найдёте друг друга в любой жизни. Я кивнул, понимая, что за её словами больше опыта, чем кажется. Мы продолжали болтать. Мне всегда легко удавалось разговаривать с людьми, если они сами располагали. Никакой скованности я не чувствовал. — А у Дао есть в универе близкие друзья? — спросила бабушка. — Он говорил, вроде бы есть. — Есть, — кивнул я. — Трое, кажется. Не с его факультета, а парни наших друзей. — Вот и хорошо. Ладно бы уж люди были нормальные, а не… — она задумалась. — За друзей его я всегда переживала. — А вы боитесь, что к нему не те тянутся? — Конечно. У него это с детства, липнут неправильные люди, — вздохнула она. Я внутренне дёрнулся. Неправильные, значит… это и про меня тоже? — В детстве всё время приходилось переводить его из школы в школу. То травили, то в чём-то обвиняли. Он и так был тихий, закрытый, а из-за этого ещё больше уходил в себя. Пока к нему с открытым сердцем не подойдёшь, не поймёшь, что он мягкий и добрый. — Я сам это уже почувствовал, — кивнул я. — Знаю. Но раз он не хотел ни с кем общаться, люди обижались, — продолжила она. — Увидят его молчаливым и решат, что он просто сдался. А на самом деле упрямый он у нас, очень. — Сто процентов, — согласился я. Через какое-то время Дао позвал нас к столу. Он помогал Паю, и, как обычно, мне всё показалось вкусным. Остальные же время от времени морщились. — Пай, у этого вкус какой-то странный, да? — спросил Гэвин, глядя на тарелку. — Это Дао делал, — спокойно ответил Пай. — Дилан, тебе не кажется, что странно? — повернулся ко мне Гэвин. Я пожал плечами и спокойно зачерпнул ещё ложку карри. — Нормально. Я так каждый день ем, — отозвался я. После ужина Дао повёл меня наверх, в свою комнату. Как только он открыл дверь, я автоматически осмотрел всё вокруг. Всё было примерно таким, как я и ожидал: аккуратно, ровно, на полках книги, манга и художественные материалы. — Комната небольшая. Нормально спать будешь? — спросил он. — Я и в меньших норках спал, — ответил я, ставя сумку. Я начал бродить по комнате, разглядывая его вещи. — Это что? — Меч. — Зачем? — У нас были занятия по традиционному фехтованию. — Серьёзно? Почему у нас такого не было? — От школы зависит. — Не честно. Почему моей школе не пришло в голову такое сделать? — Я мало что помню. Там целые формы есть. — Формы? Всё, я выбываю. Меня до сих пор от традиционных танцев передёргивает, — поморщился я, вспомнив школьные годы, когда нас заставляли этим заниматься. — Ты танцевал традиционные танцы? — удивился Дао. — Ага. В старшей школе. Я же в Таиланде учился, помнишь? — В какой школе? — Не помню название. Что-то там… Виттайякхом. — Разве не международная школа? — Нет. Дирек хотел запихнуть меня в международную, но я отказался. Хотел нормальной тайской школьной жизни. — Понятно. — Это что? Фотоальбом? — я потянул с полки большой синий том. На обложке были название школы и год. — Да. Выпускной альбом, — кивнул Дао. — Дай посмотрю. В каком ты был классе? Я сел на пол, раскрыл книгу. Дао опустился рядом. — Девятый. Я дошёл до страницы девятого класса и начал искать его на общей фотографии, но так и не нашёл. — Ты где? — спросил я. — На общий снимок не пошёл. — Почему? — Неинтересно было. — То есть и индивидуального фото нет? — Нет, — он кивнул и перевернул страницу. Там было его фото, но отличалось от остальных, стандартная фотка на студенческий, другой фон. Ни номера телефона, ни подписи, ни «девиза», как у других. — Ты прям максимально от всего отстранился, — присвистнул я. — И почему? — Просто не хотелось. — Это из-за друзей? — Угу. — Что там было? Твоя бабушка говорила, что с друзьями у тебя всё сложно. — Я привык быть один, — спокойно начал Дао. — А потом один человек вдруг начал со мной сближаться. Сначала я ничего не думал, просто вежливо разговаривал. А чем ближе общались, тем сильнее я… ну, привязался, наверное. А потом выяснилось, что он ко мне подкатился только ради того, чтобы собрать обо мне побольше информации и потом обсуждать меня за спиной. — Что за… — я нахмурился. — Зачем так делать вообще? Дао мягко улыбнулся и покачал головой. — Не знаю. Может, думал, что откопает какие-нибудь грязные тайны. Жаль, что у меня никаких нет. Потом ходили слухи, что у меня «спонсор», просто потому что я мог покупать хорошие художественные материалы. На самом деле я всё сам заработал. А слух запустил именно этот человек, который притворялся другом. — Бред какой, — я поморщился. — Хотя я тоже своё отслушался. Про меня говорили, что я сын мафиози, потому что я постоянно в драки встревал. — Правда? — Ага. Мне было по барабану. Да и сам Дирек на один шаг не дотягивает до настоящего мафиозо, — хмыкнул я. — Но ты тоже не из тех, кто сильно заморачивается из-за чужого мнения. — Не заморачиваюсь. Мне всё равно, что обо мне думают. Но было больно не из-за слухов. А из-за того, что я его другом считал, — тихо сказал Дао. — Твоя бабушка права, ты реально притягиваешь тех ещё фруктов, — вздохнул я. — Крам, Гард, теперь вот этот человек… — Ты тоже, — без паузы вставил Дао. — Э, полегче! — расхохотался я. — Это ты сейчас меня к «не тем людям» приписал? — Шучу. — Он мягко улыбнулся. — Ты так больше не шути, ладно? Хотя бы ради своего мужа. — Ладно. Тут в дверь постучали. Дао пошёл открывать. Это был Гэвин, позвал меня поиграть в футбол. Я сразу согласился. Он принёс спортивную форму. Переодевшись, я спустился вниз. Пай не переоделся, собирался просто посмотреть. Мы вчетвером вышли из дома и через несколько минут были на небольшом футбольном поле за сеткой. Там уже играли человек шесть. — Гэвин с друзьями иногда собираются играть с местными ребятами, — объяснил Пай. Я кивнул. Мы сказали пару слов Дао, и я присоединился к игрокам. Составы распределили, и так вышло, что мы с Гэвином оказались в разных командах. — Ну, давай посмотрим, чего стоит капитан футбольной команды из меда, — ухмыльнулся Гэвин. Я в ответ лишь чуть усмехнулся. Свисток, и игра началась. Я никого из них не знал, поэтому сначала было пару неловких моментов. Но вскоре я привык к темпу, начал вести игру так, как мне удобно. К перерыву моя команда вела с небольшим отрывом. — Ты лучше, чем я думал, — сказал Гэвин, хлопнув меня по плечу. — Ты тоже неплох, но всё равно не дотягиваешь до меня, — поддел я. — Ха! Нравишься ты мне, парень. Но я не могу проиграть при Пае. — А я не могу проиграть при Дао. На перерыве я сел рядом с Дао, взял полотенце и вытер пот. Наклонился к нему, а он тут же чуть отодвинулся. Я притянул его за талию обратно. — Куда это ты? — Ты весь мокрый. — Я в футбол играл, напоминаю, — усмехнулся я. Краем глаза заметил, как Гэвин что-то шепчет Паю, и решил тоже подыграть. — Хочешь, вытрешь мне пот? — Ты же только что вытирал. — Не всё. Смотри, вот тут, — показал я на щёку. Со стороны раздалось несколько подколов от игроков. — Ты сюда часто приходишь смотреть, как Гэвин играет? — Иногда, — ответил Дао. — А ты как? — Нормально, — я ответил, ухмыляясь. Передохнуть толком не успели, нас снова позвали на поле. Во второй половине Гэвин серьёзно поднажал, и счёт сравнялся. — Он не слишком ли всерьёз это воспринимает? — пробормотал кто-то из моей команды по-английски. Гэвин только улыбнулся. Напряжение в игре росло, и я тоже решил, что пора усилиться, играть против сильного противника всегда интереснее. В итоге матч закончился вничью. Я бы ещё поиграл, но остальные уже валились с ног. — Хорошо играешь, — сказал Гэвин, протягивая кулак. — Ты тоже, — я стукнулся с ним кулаком и вернулся к Дао и Паю. Мы все вместе пошли домой, фонари уже зажглись, освещая улицу. Дома я первым делом принял душ и переоделся в домашнее. Когда вернулся в комнату, Дао сидел на кровати и что-то делал в телефоне. — Чем занимаешься? — Фото редактирую. — Какое? — Где вы с Гэвином кулаками стукаетесь. Прикольно вышло, — он повернул экран ко мне. На снимке мы с Гэвином упирались кулаками, а на заднем плане закат. Выглядело как постер к фильму. — Папе тоже понравилось, — добавил он. — Классное фото, — сказал я, снова потрепав его по голове. — Угу. Я тебе сейчас отправлю. — Давай. — Я быстро в душ и спать, — сказал он, поднимаясь. Когда Дао ушёл, я раскинулся на кровати. За день я успел и с ним поближе познакомиться, и с его семьёй, и в футбол поиграть, и с Паем поговорить. Осталось только со старшим поколением ещё больше сблизиться. Скоро Дао вернулся в пижаме, залез ко мне под одеяло и обнял. Я обнял его в ответ. — Прилип? — усмехнулся я. — Нет. Просто ещё не обнимался с тобой сегодня. — А. Мы полежали, прижавшись друг к другу, потом поцеловались, и поцелуй быстро стал глубоким. Во мне тут же зашевелилось желание, и я сжал зубы, поднялся и ушёл в ванную. Мы договорились, что в его доме ничего не делать. Но, чёрт, это было испытание. Первый визит к родителям парня, и я уже крадусь, чтобы самому собой заняться. Надо было взять себя в руки. После стало легче. Я вернулся в комнату, и мы ещё немного поболтали, прежде чем оба уснули. Ночью я проснулся от жажды. В полудрёме выбрался из постели и спустился на кухню. Открыл холодильник, достал воду и заметил в окне тени двух людей во дворе. Заинтересовавшись, я подошёл ближе. Это были Пай и Гэвин, сидели, выпивали. Судя по разговору, как раз обсуждали меня и Дао. Я решил не шифроваться и вышел к ним. — Можно к вам? — спросил я, подходя ближе. Пай сначала немного удивился, но быстро улыбнулся и кивнул на свободное место. Налил мне немного в стакан и подвинул. — Не спится? — спросил он. — Не особо. Жарко и пить захотелось. И вы… э… — Зови меня папа, как Дао зовёт, — мягко сказал он. — А Гэвина так и зови, Гэвин. — Понял… — слегка смутился я. — Ха-ха, не надо так напрягаться, — он рассмеялся. — Ладно, хорошо, — я немного расслабился. Видимо, моя натужная вежливость была слишком заметной. — Перейдём на английский? А то Гэвин у нас выпадет из беседы, — предложил Пай уже на английском. — Без проблем, — сразу согласился я. — Слышал, вы уже съехались? — спросил он. — Да, мы живём вместе в пентхаусе. — Ты уверен, что это нормально? Всё-таки пентхаус принадлежит тебе, — приподнял бровь Пай. — Теперь он наш, — поправил я. — Справедливо, — он сделал глоток. — Я не сомневаюсь, что ты любишь Дао. Просто немного переживаю. Он у меня один, и ему много чего пришлось пережить. Я хочу, чтобы рядом с ним был человек, который правда его любит. И вижу, что это ты. Я кивнул и залпом осушил стакан. — Хочу сказать тебе спасибо, — продолжил Пай. — Я никогда не видел Дао таким счастливым, как сейчас. — Вам не за что меня благодарить. Если Дао счастлив, я уже счастлив, — ответил я. — «Дао»? Ты же про Майкла? — уточнил Гэвин. — Да. Я тебе говорил, выучи, наконец, его тайское имя, — вздохнул Пай. — Сложно запомнить, — проворчал Гэвин, подливая себе и мне ещё по чуть-чуть. — Майкл такой хороший пацан. Я его называю «Побег бамбука», он как молодой росток, маленький Пай. Я расхохотался. — То есть мой муж теперь побег бамбука? — Звучит забавно, да? — улыбнулся Гэвин. Мы втроём смеялись и пили, как старые знакомые. Никогда бы не подумал, что окажусь вот так, ночью, за одним столом с папой своего парня и его партнёром. Но чем дальше, тем сильнее Пай начинал клониться в сторону. — Каждый чёртов раз, — вздохнул Гэвин. — Знает же, что у него планка низкая, но всё равно забывает, когда пить перестать. — Эй, Дилан, — пьяный голос тянул моё имя, а рука с бокалом указывала на меня. — Да? — Если хоть раз заставишь моего сына плакать, я тебя убью. Ясно? Гэвин, если он обидит Дао, ты с ним разберёшься. — Понял. Я прослежу, — серьёзно сказал Гэвин и посмотрел на меня. — Парень, я тебе этого не спущу, если хоть немного сделаешь ему больно. — Угу. Если я заставлю Дао плакать, можете меня убить, — спокойно ответил я. — Обещаешь? — Клянусь своей жизнью.
