I've never been anywhere as cold as you

Вскоре Гарри понял, что ему нечего делать до двух часов дня. Потому что, как бы поздно он ни думал, каждая секунда тянулась дольше, чем он мог вынести. Адриан Эванс был терпеливым человеком, известным своей импульсивностью, которую его квалификация давно и успешно компенсировала. Нехорошо было бы появиться в таком виде, покрытым потом от волнения, что свидетельствовало бы о его неопытности. Его отросшие волосы щекотали шею сзади, а растрёпанный хвост сильно тянул за собой пробор. Новые очки тёрли кожу на лице, выдавая их новизну. Швы рубашки натирали кожу, выдавая её непривычность. Это казалось таким правильным. «Найт Бус» возил его по городу бог знает сколько времени. Он оставил обратный адрес в нескольких кварталах от того места, откуда приехал, на случай, если его работодатель сможет отследить его первоначальное местоположение. Деревянный браслет начал нагреваться. Судя по часам, которые он наполовину вытащил из сумки, было без десяти два. Было ли это нормально? Он даже не прикоснулся к портальной клавише, прежде чем она перенесла его в другое место. Он поспешил выйти из автобуса «Ночной рыцарь», когда тот остановился, вежливо придержав дверь для чистокровной женщины с узким сердитым лицом и заострённым подбородком. (Он не совсем понимал, почему она решила выйти в том же месте, что и он, ведь это маггловский район, но легко отмахнулся от этой мысли.) Она решительно кивнула ему. Для Адриана Эванса, впервые попавшего в мир чистокровной культуры, было бы не очень хорошо, если бы его сразу же сочли грубым или неуважительным. Он выскочил из автобуса и начал лихорадочно искать место, куда мог бы перенестись с помощью портключа, не привлекая внимания министерства. К его лёгкому неудовольствию, время шло, и в итоге он спрятался за мусорным баком, который удачно вписался в узкий проход между домами. Он намеренно наклонился, чтобы не испачкать брюки, и сморщил нос. Он отчаянно надеялся, что запах не дойдёт до него во время допроса. К его неудовольствию, у его ноги было влажное пятно. То самое, в котором он чуть не сел. Портключ активирован. Крюк у него на животе был таким же неудобным и отталкивающим, как и всегда. И он поклялся, что никогда больше не будет путешествовать ни на чём, кроме метлы. Он рухнул на пол с катастрофическим грохотом, совершенно запыхавшись. Когда мир вокруг него наконец прояснился, он с радостью обнаружил, что находится один. Это дало ему несколько драгоценных мгновений, чтобы встать и разгладить складки на одежде. И только тогда он нашёл время, чтобы полюбоваться полом, на котором лежал. Это был удивительный резной камень, гигантская пентаграмма, и Гарри надеялся, что его не бросили посреди какого-то ритуала. Больше там почти ничего не было. Окна были скорее не окнами, а толстыми стеклянными щелями в стенах круглой комнаты, или, как он поправил себя, башни. Спиральный потолок был покрыт паутиной. На камне под одной из щелей стояла единственная зажжённая свеча. Он понял, что, должно быть, достаточно громко кричал, чтобы его заметили, когда услышал шаги в коридоре и тяжёлая деревянная дверь распахнулась. Сначала Гарри не узнал стоявшую перед ним женщину. Она выглядела измождённой, невероятно худой, с осунувшимся и бледным лицом, как будто она ни дня не жила спокойно. Она явно пыталась покрасить волосы, но корни уже отросли. Но больше всего поражали тёмные синяки под её глазами: даже у Гарри, когда он спал под лестницей, не было таких. Если бы он не знал лучше, то сказал бы, что эту женщину пытали. И она направила короткую черную палочку прямо ему в лицо. “Кто вы? Назовите себя!” Гарри театрально поклонился, приняв идеальную позу, которую ему советовали практиковать на занятиях. Он выпрямился, приняв столь же идеальную осанку. — Я не причиню вам вреда, мэм, меня зовут Адриан Эванс, и я был приглашён сюда для собеседования на роль дворецкого. Лицо женщины смягчилось, и Гарри показалось, что он увидел доброту, скрывающуюся за суровой внешностью. — Ах, ах, конечно! Прошу прощения, я совсем забыла, — пробормотала она, и у Гарри сложилось отчётливое впечатление, что он не должен был это слышать. — Пожалуйста, пожалуйста, следуйте за мной. Я леди Малфой, глава персонала, пройдите в эту дверь. Гарри с трудом удержался от того, чтобы приподнять брови, и шагнул к ней через вышеупомянутую дверь. Он заметил несколько маленьких символов, выгравированных на дереве, которые, казалось, слегка нагревались, когда он проходил мимо. Когда он снова посмотрел на лицо Леди, на этот раз стоя рядом с ней, она казалась гораздо более расслабленной, чем раньше. Она протянула руку для рукопожатия, и Гарри заметил, что лак на её ногтях потрескался и был нанесён наспех. Они пожали друг другу руки. И только тогда её предыдущие слова обрушились на него, как ведро холодной воды. Это была леди Малфой — Нарцисса. Это была мать Драко. Это было поместье Малфоев. Это было место, где остановился Волан-де-Морт. Но у них были еда, кров и место для Хедвиг. Кроме того, он сомневался, что Волан-де-Морт использовал базу Малфоев больше, чем для нескольких встреч или для того, чтобы спать допоздна. Персонал был невидим. Он мог довольно легко держаться от него подальше. И он не мог просто уйти сейчас. У него не было выхода, и он был совершенно уверен, что телепорт односторонний, а руны, которые он только что прошёл, должны были что-то значить. Он был в ловушке. “ С чего нам начать, мэм? Леди Малфой улыбнулась ему: «Я выделила для вашего интервью небольшую зону отдыха, пройдите со мной». Они шли вместе, и Гарри изо всех сил старался не дрожать в своих ботинках. Он старался идти по её следам, насколько это было возможно. «Ведите себя естественно», — сказал ему инструктор, «как будто вы всегда были здесь и идеально вписываетесь в работу дома». Леди Малфой распахнула тонкую деревянную дверь и вошла в элегантно обставленную гостиную. В одном углу горел камин, а напротив друг друга стояли два дивана. Допрос в самой вежливой и дружелюбной форме. Всё это место казалось не столько поместьем, сколько средневековым замком, в котором он однажды побывал в детстве. Даже Хогвартс не мог сравниться с этим великолепием. Как он должен был убрать все это место? Нет. Он собирался отказаться от этой работы. Ему никогда не приходилось видеться с Волан-де-Мортом. Он мог бы посмеяться над этим позже, сказать Рону и Гермионе, когда неизбежно появится на пороге дома Уизли: «Вы не поверите, что случилось со мной, когда я пытался устроиться на работу этим летом!» Прежде чем отчаянно умолять их принять его и, и не рассказывать Дамблдору. Они оба расположились на двух диванах, аккуратно поставив ноги на пол перед собой. Гарри знал, что его оценивают. То, как он сидит, как двигается. Подойдет ли он сюда? Он должен выглядеть так же, если когда-нибудь захочет снова использовать лицо Адриана. — Я так рада, что ты пришёл, мой друг, — сказала Нарцисса, тайком выводя Гарри из задумчивости. Мой друг? Он никогда раньше не слышал этого чистокровного приветствия. — Не за что, мэм, — немного неловко ответил Гарри, не понимая, к чему ведёт это интервью. — Не хотите ли вина? — спросила она, уже доставая бутылку и разливая вино по двум бокалам. — Вам придётся немного поработать здесь. Вы что-нибудь знаете о вине, мистер Эванс? На это Гарри мог ответить. Он не только изучил в рамках курса все виды алкоголя, но и знал, что этот вопрос может возникнуть. В одной из рекомендованных ему книг говорилось, что исторически дворецкие отвечали за алкоголь в доме. И, увидев это место, он сразу предположил, что они придерживаются традиций. — Немного да, в моей квалификации бронзового уровня было одно полное задание. — Ах, да, да, конечно, я сам просмотрел список. В этом хаосе… да, конечно. Пожалуйста, выпейте что-нибудь. Ах. Теперь Гарри знал, как проводить допрос. Нужно напоить его так, чтобы он был достаточно честен и достаточно пьян, чтобы соглашаться на большинство предложений. Скользкий язык и такой же скользкий ум. В глубине души он гордился своими знаниями. Как же это непрофессионально с её стороны. А потом он сделал большой глоток. Её одобрительный взгляд сказал всё, как и глоток, который она сделала. Даже делая это, она выглядела элегантно. — Что ж, позвольте мне начать с того, что я очень рада, что вы решили прийти на собеседование к нам, и мы очень рады, что вы пришли, — она повернула голову и посмотрела на дверь. — Насколько вы опытны в работе с домашними эльфами? “Да, я провел с ними значительное количество времени”. “Хорошо, хорошо”. Если бы здесь были домовые эльфы — очевидно, их было бы больше, чем один Добби — для чего он здесь? Что он мог бы сделать такого, чего они не смогли бы за половину этого времени? — А как насчёт… змей? Есть какой-нибудь опыт? Вам комфортно рядом с ними? — Да, можно сказать, что у меня и змей всегда была… особая связь. Леди Малфой просияла. Все ... шло не так, как он надеялся. — Замечательно! Замечательно, а как насчёт организаторских способностей? Не могли бы вы… составить сложный график? Организовать места, где должны находиться люди? Организовать перевозку ценных вещей? Конфиденциальные предметы? — Признаюсь, мой опыт в этих областях не самый обширный, однако я уверен, что справлюсь. “Вы склонны задавать вопросы?” ДА. — Конечно, нет. Я — человек замкнутый, я держусь особняком. Не лезу не в своё дело. Я уверен, что вы понимаете, леди Малфой. Гарри думал, что она и так была полностью расслаблена, но теперь она, казалось, почти вросла в диван. Если бы он не видел её до того, как она выпила, он бы подумал, что она сделала больше одного глотка. “ Пожалуйста, зовите меня Нарцисса. — Хорошо, Нарцисса. Зовите меня Адрианом. Он не хотел, чтобы она так его называла, но не мог рисковать своим именем. Имя, которое казалось ему более подходящим, чем то, что ему дали при рождении. — Что ж, Адриан, мы здесь тоже стараемся держаться особняком. Я уверена, что ты легко вольёшься в наш коллектив. Ох. Это могло бы сработать. Ему хотелось пнуть себя. Но чем больше он думал, тем больше размышлял. И тем больше это казалось хорошим планом. Сколько людей из Ордена убили бы за место на Тёмной базе? Место, которое, по сути, ему предлагали. И если бы он нашёл что-то полезное, он мог бы это отдать. Ради Сириуса. Разве Беллатриса не жила здесь? Было бы так просто подсыпать что-нибудь ей в еду или пока она спит… “Адриан?” — Да, мэм. Прошу прощения, мне просто нужно было кое-что обдумать. Я уверяю вас, что это больше не повторится. Теперь он знал, что у него есть это… он не собирался отказываться от этого. Он не мог отказаться от этого. “Есть ли какие-либо другие условия вашей работы, о которых мне следует знать?” — Да, да, — начал Гарри, — моя сова. Она очень тихая, — солгал он сквозь зубы, — я не могу представить свою жизнь без неё. Она нужна мне в моей комнате. — О! Это не должно стать проблемой. Мы выделили для вас здесь отдельное помещение. Оно не очень большое, но в нём есть отдельная ванная комната и небольшая гостиная и кухня. Разумеется, вы можете пользоваться и основными удобствами. Это оно самое? Гарри никогда раньше не ходил на собеседования, но это показалось ему довольно… коротким. “Звучит превосходно, большое вам спасибо”. — Что ж, мистер Эванс, мы будем очень признательны вам за помощь. Гарри внутренне ликовал. Теперь все, что ему нужно было сделать, это спросить, может ли он начать следующий день, чтобы вечером он мог незаметно вернуться к Дурслям и спасти все свои вещи и сову. Возможно, он оставил в постели письмо со странными каракулями, в которых говорилось, что любого, кто прикоснется к его вещам, постигнет участь похуже смерти, но он был уверен, что все будет хорошо. — Позвольте мне показать вам вашу комнату. Мы можем обсудить контракт завтра, после того как расскажем вам о... дальнейших подробностях вашей работы. Гарри не понимал, что происходит, но ему не нравилась эта пауза. Они снова пошли вместе, и Гарри впервые за долгое время почувствовал, что у него появилась надежда. Они спустились по нескольким лестницам и прошли по большему количеству коридоров, чем Гарри мог сосчитать. — Конечно, позже вы получите полную экскурсию. Часть вашей работы будет заключаться в том, чтобы знать точную планировку этого здания. И всё, что нужно сделать в каждой комнате. Они подошли к маленькой двери, которая вела вниз по лестнице поменьше. Помещения для прислуги. Гарри думал, что их уничтожили много веков назад. В конце лестницы было несколько дверей, расположенных близко друг к другу. — Кухня, прачечная и ваша спальня, — сказала она, указывая по очереди на две боковые и среднюю дверь. Нарцисса вытащила из кармана слегка заржавевший ключ и отперла дверь. Она быстро протянула ему ключ. — Позже вы получите цепочку для всех своих ключей, так как вам… доверят их немалое количество. Гарри кивнул. Они оба вошли в комнату вместе, и Гарри не смог сдержать улыбку, которая появилась на его лице. Комната была не очень большой, но уютной. Односпальная кровать и шкаф стояли у одной стены, а комод — в конце комнаты. Остальная часть комнаты была неловко разделена на зоны: небольшая гостиная с большим камином и тёмно-зелёными креслами. В одном углу располагалась небольшая кухня с несколькими шкафами. Ещё одна дверь явно вела в ванную комнату. Каким-то странным образом это почти напомнило ему хижину Хагрида. Конечно, она была старой и слегка обветшалой, но в ней было чисто, тепло и уютно, как дома. — Я знаю, что это немного, но я надеюсь, что этого хватит вам и вашей сове. Это идеально. — Уверяю вас, мэм, мне это подойдёт, и я уверен, что ей тоже понравится. “Что ж, тогда я оставлю вас устраиваться”. Нарцисса повернулась к двери, но не ушла. — О, ваш портключ! С его помощью вы можете перемещаться по территории поместья и за его пределы, возвращаясь... откуда бы вы ни прибыли. Разумеется, вы можете изменить его позже. Она вернула ему деревянный браслет, и Гарри несколько секунд смотрел на него, пока не понял, что это такой же браслет, только с другим рисунком. “ Благодарю вас, мэм. Она всё ещё колебалась. Как будто что-то удерживало её здесь, в ловушке этой уютной комнаты. — Я хочу кое-что показать тебе, Эванс. В твоей работе… есть много разных аспектов, с которыми я должна тебя немедленно познакомить. Леди Малфой крепко сжала губы и усилием воли разгладила морщины на лбу. “Конечно, мэм”.