I've never been anywhere as cold as you

Гарри проснулся таким же одиноким, каким заснул, а может, даже ещё более одиноким. Как и накануне, он чувствовал, как утренний ветерок обдувает его лицо (он оставил окно открытым для Хедвиг), но его глаза опухли, а в горле першило и болело. Его раненая рука пульсировала. Он приподнялся на руках и постарался вытянуться, прежде чем найти свои очки. Первое, что он заметил, — это то, что Хедвиг действительно вернулась и сидела на спинке стула у двери в комнату. В клюве у неё не было свитка, и Гарри знал, что она достаточно хорошо обучена, чтобы не уронить его где-нибудь в другом месте. В том, что его наставник не ответил сразу, не было ничего необычного, но от этого у него всё равно разболелась голова. Только тогда он заметил, что его действительно ждёт ещё одна записка. Это был не свиток, а просто сложенный лист пергамента, неуклюже запечатанный фамильной печатью Малфоев. Всё ещё протирая глаза за очками и не снимая пижамы, Гарри сломал печать и развернул письмо. Другой рукой он погладил Хедви по голове, которая была приятно тёплой и мягкой в этот холодный утренний час. Адриан, В соответствии с непосредственными указаниями нашего Господа мы просим вас сегодня не выполнять свои обычные обязанности, а помочь нашему зельевару в его работе. Эта работа была поручена вам лично. Само собой разумеется, что это строго конфиденциальная информация, и её не следует разглашать никому, кроме нашего Господа. Если всё пойдёт по плану, завтра вы сможете вернуться к своим обычным обязанностям. Л. Малфой — Sanctimonia Vincet Semper

***

Гарри вздохнул, уронил письмо на пол и запрокинул голову так, что она затрещала. Где-то в глубине сознания он вспомнил лицо Снейпа накануне. И слова Тёмного Лорда: “Возможно, так и есть.” По логике вещей, он должен был догадаться, что Тёмный Лорд что-то заподозрил после вчерашнего разговора. Гарри подумал, что за ним наблюдают. Он молча одевался, прикусывая верхнюю губу и поглаживая Хедвиг, пока его одолевали нервы. Разве не он говорил, что его бабушка была зельеваром по профессии? Он почувствовал себя глупо. Конечно, именно на этом элементе Тёмный лорд сосредоточил бы всё своё внимание — на такой очевидной и уязвимой бреши в его истории. Что-то, что такой человек, как Снейп, смог бы распознать за секунду. Гарри сильно сомневался, что Снейпу вообще нужен помощник на весь день, не говоря уже о том, что он пытается варить зелья втайне от всех. Вздохнув, он зачесал волосы назад и в последний раз почесал Хедвиг за ушком. «Это добром не кончится, девочка моя, — вздохнул он. — Если я не вернусь сегодня вечером или если ты услышишь, как кто-то бежит к моим комнатам, тебе нужно будет улететь и как можно быстрее выбраться отсюда, ясно?» Хедвиг чирикнула, но Гарри сомневался, что она действительно это сделает. Его ноги словно налились свинцом, когда он направился туда, где, как он смутно помнил, несколько дней назад на карте были отмечены комнаты с зельями. В отличие от комнаты Тёмного Лорда, идти туда было недалеко — всего на два этажа выше и правее. Казалось, даже Северус Снейп считал приличным держаться подальше от подземелий. Коридор оказался более обычным, чем он ожидал. В отличие от подземелий, здесь был постелен тонкий зелёный ковёр, контрастировавший с тёмными стенами. Конечно, свечей на стенах было мало, а их держатели больше напоминали когти дикого зверя, чем изящно вырезанные деревянные предметы. Дверь в конце коридора была почти полностью скрыта. Она была выкрашена в тот же цвет, что и стена, и узор на ней сливался с фоном. Если бы не дверная ручка, Гарри бы её совсем не заметил. Дверная ручка была низко расположена, так низко, что Гарри пришлось наклониться, чтобы дотянуться до неё. Дверная ручка не издала ни звука, когда дверь со щелчком открылась. Лаборатория зельеварения внутри была воплощением аккуратности. На полках и в шкафах вдоль стен до самого потолка стояли банки. В центре комнаты располагались станции для приготовления зелий, предназначенные для разных целей, с углублениями для готовых зелий и крючками над ними, которые можно было регулировать под котлы разных размеров. На одной из станций была встроенная полка с различными ступками и пестиками из разных материалов. У другого была длинная линейка ножей, прикреплённых тонкими чёрными лентами к стене позади него. Под ними лежала толстая доска с измерительной шкалой. Снейп сидел посреди всего этого на единственном (чёрном) стуле, который был в комнате, придвинутом к одной из станций, где он, похоже, перебирал какие-то банки. Он резко обернулся, увидев входящего Гарри, и вскочил на ноги. Снейп пересек комнату и снова схватил Гарри за руку, причиняя боль. «Ты дурак». Гарри вздохнул. В глубине души он, наверное, знал, что это снова произойдёт. Из всех людей, которых Тёмный Лорд мог попросить присматривать за ним, судить его, он выбрал того, кто действительно относился к нему с подозрением. — Полагаю, меня послали сюда, чтобы помочь вам с зельем. Дыхание Гарри стало прерывистым, хотя он слышал это только в своей голове. Он расправил плечи, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, в то время как хватка на его руке становилась всё сильнее. «Я не знаю, кто ты такой, но ты играешь в игру, о которой твой юный ум едва ли мог мечтать. Если понадобится, я могу вразумить Дамблдора ради тебя, если ты пообещаешь убраться отсюда». Последние пару предложений Снейп произнёс шёпотом, оглядываясь по сторонам, словно ожидая, что Тёмный лорд появится в любой момент. Гарри подавил глубокий вздох. Он знал, что ему нужно срочно всё исправить. Если Снейп вбил себе в голову, что он предатель, он может рассказать об этом Волдеморту. Или профессору Дамблдору. А может, он просто пытался добиться от него признания. С любой стороны. Гарри был готов на всё, лишь бы этого не произошло. — Мне сказали, что вы один из лучших зельеваров в мире, — начал Гарри, неловко приблизившись к Снейпу. — Полагаю, так и есть. — Вы начинаете говорить как разглагольствующий сумасшедший. — Гарри больше не мог сдерживаться, гнев, казалось, сковывал его так, как не сковывал даже Темный Лорд. Ему показалось, что он оскалился, как животное. Снейп покачал головой, и на его лице появилось такое же выражение, какое, по мнению Гарри, было у него самого. Через секунду холодная рука разжалась. Гарри потряс ею, пытаясь унять боль. Неужели Снейп проделывал это с каждым сотрудником, которого нанимало поместье? Неудивительно, что у них были проблемы с персоналом. С другой стороны, он сомневался, что большинство сотрудников так же привыкли к крови, как Гарри. «Что бы ты ни задумал, это просто смешно». — Ты начинаешь говорить как предатель, Северус. Произносить его имя было странно, но Гарри радовался, что не запнулся и не сказал чего-то слишком откровенного. Снейп долго смотрел ему в глаза, и казалось, что его взгляд пронизывает каждый сантиметр тела Гарри. «Сегодня мы приготовим несколько зелий от необычных ядов», — Снейп взмахнул палочкой, указывая Гарри на маленький белый сверток на одном из столов. Сверток развернулся, и Гарри увидел наспех нарезанный корень мандрагоры, который он сам бросил туда, кажется, несколько часов назад. «Это будет наш основной ингредиент для экспериментов. Я почти уверен, что ты сам его собрал». «Да». «Вы ведь понимаете, что эти зелья будут использовать Пожиратели смерти? Чтобы помочь им?» Гарри замешкался, пытаясь придумать, что на это ответить. Всё это было правдой, и Снейп понятия не имел, какую кашу он заварил. Но, с другой стороны, может быть, он знал. Гарри не знал, какая из этих мыслей была хуже, но мысль о том, что Снейп, возможно, оказался более настойчивым, чем он сам, была невыносима. — Позавчера вечером я приготовил ванну для юного господина Малфоя. — При этих словах Снейп прищурился. — Мой священный долг как дворецкого этого поместья — защищать его обитателей и заботиться о них. «Вы же понимаете, что это не настоящая работа дворецкого? Последние, похоже, занимались только полировкой серебра и боялись ходить по коридорам ночью». «И, возможно, именно поэтому они меня наняли». «Возможно действительно». — Мне не нравятся ни обвинения в предательстве, Северус, ни то, как с тобой обращаются. Я буду рад, если ты будешь держать свои мысли при себе. Если бы Гарри только что познакомился со Снейпом, он бы не заметил разочарования, отразившегося на его лице и плечах. «Поставьте один из серебряных котлов». «Разумеется, сэр. Я рад, что мы смогли прийти к взаимопониманию». «Я уверен, что вы очень рады». Гарри слегка поклонился, стараясь сохранять нейтральное выражение лица. Что бы Снейп сказал Тёмному лорду? Гарри не был мастером зелий, так что же ещё могло рассыпаться в его образе при малейшем толчке? Ему следовало сказать, что его бабушка была портнихой. Гарри подошёл к другому концу комнаты, поднял один из серебряных котлов среднего размера и вернулся к Снейпу, который наблюдал за ним и ждал. Он задумался, есть ли в его учебном курсе уроки французского. «Этот размер подойдёт?» Снейп сделал вид, что поднял глаза, хотя на самом деле всё это время смотрел на Гарри. «Кажется, этого достаточно». Гарри поднёс его к месту, где должно было появиться пламя. Между ними повисла тишина: Гарри не знал, что делать, а Снейп не хотел давать дальнейшие указания. «Ты закончишь нарезать остальные корни, пока я готовлю всё остальное. Это понятно?» «Совершенно верно». Гарри опустился в кресло, в котором всего несколько минут назад сидел Снейп, и потянулся за одним из ножей, висевших над ним. Он выбрал маленький острый нож, с которым, как он знал, сможет справиться. Гарри всегда плохо разбирался в зельях. Но он умел готовить, а значит, мог нарезать кубиками. Пока Гарри работал, Снейп, казалось, не мог ни на секунду остановиться. Он расхаживал взад-вперёд по своей лаборатории, то и дело хватая банку, измельчая ингредиенты и добавляя их в котёл или просто в другую банку. После каждого действия Гарри чувствовал на себе обжигающий взгляд, от которого его руки начинали дрожать и он запинался под пристальным взглядом человека, который, сколько он себя помнил, оценивал его технику в этом виде спорта. Он не осмеливался оглянуться на мужчину, несмотря на звон банок, который, казалось, должен был свести его с ума. — Сойдёт, — наконец сказал Снейп, протягивая руку перед Гарри и зачерпывая корни — теперь уже в перчатках — и перекладывая их в котёл. Рука Гарри уже болела от нарезки кубиками, но он подозревал, что работа ещё далека от завершения. — Расставь для меня эти банки, этикетки нужно переписать. Снейп указывает на стопку банок в углу комнаты, которых, Гарри был уверен, там не было, когда он вошёл. Гарри сел перед банками и принялся снимать с них этикетки и переписывать названия на чистый пергамент, который затем приклеивал с помощью заклинания. Это была бессмысленная работа, несмотря на то, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы сосредоточиться и прочитать каракули, обозначающие ингредиент внутри. Гарри по-прежнему стоял спиной к Снейпу. При каждом шаге слизеринца по полу у него на шее вставали волосы. Казалось, прошли часы, прежде чем Снейп сказал что-то ещё. «Можешь идти». Гарри чуть не подпрыгнул от неожиданности. Он ожидал как минимум целый день работы или, возможно, более продолжительный допрос. Какую часть этого важного проекта Снейп притворялся, что не может выполнить самостоятельно? «Вы уверены, что вам больше не нужна помощь?» «Уйди» Гарри решил, что ему не нужно повторять это в третий раз.