С духом рыжего кота

Конечно же Эндрю сразу узнаёт это имя. Она—секретарша Натана Веснински. Одна из тех людей, что он жаждал посадить долгие годы. Про Лолу ходило много слухов и не один из них не был приятным. Та никогда не имела сострадания к кому-либо, так зачем же ей понадобился его кот? Почему она приехала только сейчас и как его нашла? И, пожалуй, главное—откуда у Нила ножевые ранения и он сам, когда та, очевидно, жила в Балтиморе, совершенно другом Штате. —Не думаю, что смогу помочь вам. Видите ли—я не держу животных в доме и никогда не держал,—нейтрально говорит он, как если бы не знал её. Она, судя по всему, решает придерживаться той же тактики и играть по его правилам. Уголки её губ дрожат. —Оу, но мне назвали этот адрес, я не могу ошибаться. —Кто назвал?—решает сразу же зацепиться Эндрю. Он замечает, что та нервно прячет руки за спиной и чуть качается на месте. Ещё немного и еë маска рассыпется на части, первая трещина уже давала о себе знать. Ему нужно было только надавить. —Это так важно? Что ж, одна моя хорошая знакомая, Джейн, вас устроит этот ответ? —Нет. Не припомню, чтобы давал ей свой адрес. —Его дал ваш брат,—пытается она, но Миньярд уже загнал её ловушку. —Он никогда не даст его. Он прекрасно знает, что я за человек, вам ведь тоже это хорошо известно, верно? Вот оно. Маска рассыпается на его глазах, оставляя за собой лишь пыль, брошенную ему в глаза, но не сумевшую попасть в цель. Она изгибается в лёгком поклоне, касаясь его плеча и надавливая, а затем шепчет: —Я всё равно его достану, Миньярд. И тут же выпрямляется, вновь натягивая маску и изгибая тонкие губы в ядовито-приторной улыбке. —Жаль, что он не у вас. Буду с нетерпением ожидать следующую встречу и тогда, я надеюсь, вы его найдёте. Прошу, дайте знать, если мой любимец появиться. Она разворачивается и идёт к чёрной машине. Стук её каблуков эхом раздаётся в его голове. Она ещё вернётся и Эндрю должен быть к этому готов. Кровь приливает к мозгу и отчаянно шумит, создавая дискомфорт. Нужно было найти Нила, что забился где-то в его доме. Животное наверняка было напугано и действовать необходимо было аккуратно, дабы ещё больше его не спугнуть. Миньярд сам не понимал—чего привязался к этому коту, но отступать он не привык. Если уж оставил его у себя—значит не отдаст никому, тем более поехавшей по слухам Малькольм. Черта с два эта сука влезет в его жизнь. Проходя в дом он первым делом запирает дверь и идёт в сторону спальни. Пусть это и самое ожидаемое место—Нила там нет. На кухне тоже было пусто, как и в совмещенном с ней зале. В ванной тоже тишина. Оставалась терраса и извечно закрытая кладовая. Последнюю Миньярд отмëл сразу и последовал в сторону стеклянной двери. Нил обнаружился в цветочном горшке. Животное выгребло оттуда всю землю вместе с несчастным цветком и залезло внутрь, свернувшись и скукожевшись до своего предела. Даже уши поджал. —Нил?—тихо зовёт он, беря горшок в руки и садясь коленями на землю. Кот не реагирует, только дрожит и прерывисто дышит, словно не может сделать полномасштабный вдох,—Всё хорошо, Нил. Слышишь меня? Ты всё ещё находишься на моей террасе. Миньярд даже не задумывается—как странно он сейчас выглядит, разговаривая с цветочным горшком, но в такой ситуации ему было действительно плевать. Сейчас было важно попытаться успокоить Нила, привести его в форму. Пусть это просто странный кот, пусть он животное, которое не должно было понимать его речь вовсе, но всякое существо можно было успокоить, если правильно с ним говорить, ведь так? Бетси как-то упоминала, что всё зависит от голоса и его тембра. Чем мягче—тем лучше. Кот высовывает морду и, видимо, случайно тычется носом в его палец. Мокрый и холодный. Забавный. Голубые глаза поглотил зрачок, но смотрит он уже осознанно. Уши медленно выпрямляются, дыхание становится ровнее. Миньярд чувствует, что вместе с котом успокаивается и его грудная клетка, которая почему-то готова была болезненно сжаться, при виде такого уязвимого сейчас Нила. —Хочешь есть, наркоман? Пойдём в дом, тебя надо хорошенько отмыть. Не дожидаясь какой-то особой реакции на свои слова, Эндрю встаёт с земли и плетëтся в сторону двери. Горшок с котом всё ещё находится в его руках. Зайдя внутрь было решено оставить его недалеко от входа, не хватало ещё земли в дом прихватить. —Сиди здесь и только попробуй вылезти. Я наберу воду,—приказывает Эндрю и скрывается за дверью ванной. Нил остаётся на месте и провожает его взглядом. На работу Миньярд сегодня не едет.

***

Мыть кота было ошибкой. По крайней мере, нужно было вырубить того перед этим. Руки ныли, а светлая кожа резко контрастировала с красными линиями и кровавыми подтëками. Нил постарался на славу. Щека тоже пощипывала от одной единственной, метко оставленной полоски. Позже звонил Хиггинс и спрашивал о человеке, дело которого взял Эндрю. Будто он мог рассказать. Нил, за всё время их разговора лежал неподалёку и позволял Миньярду чесать его макушку, окончательно расслабившись и лужей растянувшись на диване. День медленно тянулся своим чередом, уже подходя к своему завершению. Вечерний чай, звонок Аарону и Никки, время, проведенное за работой и спальня. Кот всё это время бродил за ним хвостом, иногда недовольно кусая его сзади за Ахиллово сухожилие, дабы тот поторапливался. Следующий день тоже был приятным. Вообще те дни, проведённые с Нилом, стали словно насыщеннее, будто кто-то на максимум поставил фильтр яркости. Даже его, заметно поредевшее, странное поведение этому не мешало. Он всё ещё был его котом, забавным и пушистым. Что заметил Эндрю—так это то, что во время купания, которое было больше похоже на смертельную схватку, немного воды попало Нилу в уши, но Миньярд надеялся, что ничего страшного в этом не было. Кот всё равно слышал его зов и приходил на звуки из кухни. С утра солнце особенно противно слепило глаза, а Нил, сдавивший ему грудную клетку своим весом, нервировал и веселил одновременно. Приоткрыв глаза он взглядом натыкается на кошачью морду, дышащую ему в лицо и смотрящую на него в ответ. Кот решает не мелочиться и кусает ему нос так, как проворачивал это с остальными. Было менее больно, да и крови видно не было, зато рыжий бездельник умчался сразу, как только совершил своё пушистое покушение. Придурок. —Сегодня никакой террасы,—бросает он и ставит турку с кофе на плиту,—во-первых за нос,—тычет Миньярд в своё лицо, а во-вторых за твоё адово купание. Кот только фыркает и уходит в сторону дивана, расположившись на нём и прикрыв глаза. Даже ухом не повёл, лентяй. Зачем будил, если в итоге сам заснул? Надо ж было поднасрать. День снова проходит за работой, телевизором и Нилом. —Как там Нил?—раздаётся бодрый голос Никки из трубки. —Пока живой. Ест, спит и кусается. —Да ладно тебе, он всё равно само очарование, просто в первый раз мы не смогли найти общий язык. Миньярд тяжело вздыхает и достаёт сигарету, затягивается. Солнце село, но во дворе было ещё светло. На реплику кузена глаза закатываются сами собой. —Он—кот, Никки. Общий язык вы с ним никогда не найдёте. Максимум, что ты можешь сделать—это перестать его хватать. —Со всяким животным можно найти соглашение!—возражает он. —Ага, передай это детëнышу крокодила, которого ты пытался погладить два года назад в Нью-Йоркском зоопарке. Шрам на твоей правой руке слишком очевиден и противоречив твоим словам. Из динамика доносится фырканье и Эндрю чувствует, что закатывает глаза уже Никки. Это забавляет. —Ладно, не со всяким. Но с Нилом мы точно найдём его, будь в этом уверен! —Как скажешь. —Ладно, спокойной ночи, Эндрю. Эрик скоро запустит видеозвонок, нужно быть готовым. Я заеду к тебе завтра, хорошо? —Ладно. Спокойной ночи. —Передавай привет малышу Нилу, мой маленький кузен,—смеётся он и завершает звонок. Эндрю тоже не помешало бы пойти спать, поэтому он сразу направляется в сторону спальни, на ходу скидывая с себя футболку и надевая другую, уже для сна. Нил снова вертится под ногами и прыгает на кровать следом, оставаясь на краю. Мозг никак не хотел засыпать. Постоянно казалось, что он что-то слышит со стороны кухни. Протянув руку и не обнаружив кота, Миньярд решает пойти следом за ним и выпить воды. Выходя в коридор он прислушивается и действительно улавливает какие-то скрипящие звуки, похожие на открытие кухонных шкафов. Протереть глаза и прочистив уши, он понимает, что ему не мерещится. На кухне действительно кто-то был. На носках, так тихо как только может, он пробирается через зал, огибая диван. Луна уже озарила террасу и поглотила своим светом часть кухни. Глаза, привыкшие к темноте, сразу различают человеческий силуэт. Человек, стоящий перед ним, видимо услышал его, так как резко развернул голову и замер. Голубые глаза смотрели с видимой паникой, губы поджались, а кружка, что он держал в руке, падает на пол и с оглушительным звоном разбивается. Перед ним не человек. Всё, что угодно, но не он. У людей нет ушей, напоминающих кошачьи. Нет очертания полос на щеках, словно взятых с расцветки шерсти животного. Нет чëртового хвоста и длинных, сияющих в бледном свете, когтей на пальцах. А ещё чужой человек, пробравшийся к нему в дом, определенно не должен быть совершенно нагим. Одежда, хоть какая-нибудь, присутствовать была должна, но её не было. К нему хотят подойти, уже делают неуверенный шажок, но Миньярд вскидывает руку, останавливая тварь. —Эндрю? Я... Голос. Тот самый, что он слышал тогда. Из-за которого, он до последнего считал, что сошёл с ума. —Не подходи, блять, даже не смей!—рычит он на загнанно смотрящее на него существо, голубые глаза которого мертвенно стекленеют. Незваный гость отходит назад, чуть было не оступаясь, но в последний момент сохраняя равновесие. Мир вокруг мешается в одну сплошную кашу. Дышать становится тяжелее, а грудную клетку сдавливает в тиски режущей болью. Он начинает догадываться—кто стоит перед ним и от этого сердце болезненно падает вниз. Он же может ошибаться, верно? Эндрю впервые надеется, что он ошибается. Нож выскальзывает из повязок, которые он не успел снять, и приставляется к напряжённо подскачившему горлу. Прижимает его бëдрами к краю стола. На лезвие существо смотрит неотрывно, со страхом и блеснувшей в глазах яростью. Его рука поднимается над ножом и ставит палец на стальной кончик. Чуть отодвигает его от себя и растягивает губы в нервной усмешке. —Послушай, я могу и без оружия расправиться с тобой, но давай не будем проливать кровь, согласен? Нож возвращается к глотке и слегка надавливает, предупреждая. —Хорошо, я тебя понял,—поднимает руки в примерительном жесте, но усмешка не сходит с лица ни на минуту. —Кто ты, черт возьми, такой? И откуда взялся? —Выдыхает тому в лицо Миньярд и сцеплевает зубы. Тяжело дышит. Незнакомец чуть склоняет голову назад, отодвигаясь от лезвия ножа и выдыхает, прикрывая глаза. Тяжело дышит с минуту и возвращает взгляд на Эндрю. —Нил. Я—Нил,—повторяет для чего-то, будто Миньярд не услышал с первого раза и поджимает побледневшие губы. Нил. Его Нил. Как такое вообще возможно? Оно может существовать? Это вновь обман зрения или сумасшедшая реальность, от которой хочется залезть под одеяло. Прямо как в детстве, когда он прятался от приёмного отца из своей первой приёмной семьи. По телу противно пробегает разряд из мурашек. Кот, с которым он провёл чуть меньше недели, но уже дал себе слабину к нему привыкнуть. Сейчас перед ним стоял парень, похожий на минное поле, со следами его Нила и рисунками шрамов. В темноте их не то, чтобы отчётливо видно, но самые яркие глаза подцепляют сразу, запечатляя их на подкорке памяти. Эндрю нужно это переварить. Голова начинает отчётливо трещать, мысли исчезают, а рука впервые подрагивает. Нож медленно возвращается под повязку. Нил и не думает нападать, стоит на месте опустив голову и поджав уши. —Ты выгонишь меня, ведь так?—шепотом спрашивает он и улыбка покидает лицо, делая из него что-то, похожее на мертвеца при лунном свете. —Как ты связан с Малькольм? Можно ли что-нибудь нарыть на неё?—игнорирует он вопрос Нила и спрашивает о том, что интересовало его с самого начала. Существо поднимает стеклянные глаза из которых мощным потоком исходит холод. Брови хмурятся, являя складочку между ними, в которую Эндрю хочется ткнуть. Ему нужна информация, которая может быть у Нила. —Она работает на моего отца. Миньярд ожидал больше информации, но так тоже интересно. Он знает человека, на которого она работает и если это его пропавший несколько лет назад сын—дело обретает совершенно иной оборот. Он может оказаться полезным. —Я оставлю тебя, но не приближайся ко мне. Будешь спать на диване, но взамен—мне нужна вся информация о Малькольм и твоей Балтиморской родне, которая тебе известна. Нил не отводит взгляд, силясь разглядеть в глазах Миньярда ложь, но не обнаруживает ничего. Взгляд совершенно непроницаем. —Ладно. Я согласен, но сомневаюсь, что тебе удастся их посадить. Слишком много влияния. —Ты не знаешь меня и надеюсь—никогда не узнаешь. До тех пор, пока ты остаёшься мне полезен—можешь оставаться в доме, но я вышвырну тебя, если это окажется не так. Нил ничего не отвечает. Только кивает и провожает взглядом спину Эндрю, развернувшегося в сторону спальни. Напоследок он, не поворачиваясь, добавляет: —И не вздумай обращаться в кота. Ты уже достаточно обвëл меня вокруг пальца, больше я не позволю тебе крутить мной как вздумается. Одежду я тебе дам. —Я тебя понял, доброй ночи, Эндрю. Ему не отвечают.