А не спеть ли мне песню...

Heart beats fast

Colors and promises

How to be brave?

How can I love when I'm afraid to fall?

But watching you stand alone

All of my doubt

Suddenly goes away somehow...

Christina Perri — A Thousand years

      Прежде чем войти, Акихико трижды коротко постучал, раздражённо поправляя тугие манжеты. И на кой было проводить церемонию в западной традиции? Ради дипломатических отношений с гайдзинами, или молодожёнам не терпелось побыть неповоротливыми ряжеными пингвинами?       Стараясь удержать лицо от кислой гримасы, Акихико вошёл внутрь и оглядел присутствующих — в миг недовольство сменилось харизматичным оскалом:       — Дамы. Надеюсь, пока без происшествий?       В светлом благодаря огромным окнам помещении каждая из девушек казалась важной деталью композиции, словно каждая была цветком или веточкой икебаны, без которой картина не собралась бы воедино. На краешке дивана устроились сияющие в синем и розовом Нигаи и Тен-Тен, явно о чем-то бурно спорившие, около Сакуры с палеткой теней порхала Рен в лиловом ансамбле, а в центре комнаты руководила воинственная Ино, сияющая в оранжевом струящемся платье.       Сама же виновница всего происходящего сидела на кушетке, подобно принцессе: по рукавам и бюсту спускалось нежное кружево, переходящее в нежный парящий шлейф; под невесомой фатой виднелись собранные розовые локоны, а глаза, подчеркнутые косметикой, казалось, сияли сегодня ярче обычного.       — А Сакуру куда подевали? — оцепенение с Хико слетело достаточно быстро, возвращая его привычное язвительное состояние. — Или решилась таки сбежать перед алтарём?       Сакура выразительно закатила глаза, отворачиваясь, от чего Рен мазнула кисточкой по щеке. Ино с охапкой лент и цветов презрительно фыркнула, стукнув каблучком.       — Продолжишь парад острот, Накадзима, — и я лично подкорочу тебе язык, — она подошла вплотную к Акихико, тыча пальцем ему в грудь.       — Леди Яманака, дайте лучше отдохнуть своему языку, — осклабился Акихико. — Поберегите силы, они понадобятся для продолжения банкета с шафером.       Ино захлебнулась воздухом от возмущения.       — Да ты... Ты...       — Вы всерьёз решили поругаться на моей свадьбе? — Сакура выразительно оглядела обоих, стараясь не двигаться. — На свадьбе, как и на похоронах, друг о друге либо хорошо, либо никак, так что рты закрыли, шпана скандальная.       Акихико и Ино косо переглянулись, сошедшись в мнении, что единственной, кого можно было охарактеризовать как «шпана», была сама невеста.       — Дети малые, — покачала головой Рен, закрывая палетку. — А теперь последний штрих...       Она достала с тумбочки диадему и осторожно, стараясь не повредить прическу, надела на голову Сакуре.       — А вот теперь точно идеально, — мурлыкнула Рен, подводя Сакуру к зеркалу. Та не сдержала восхищенного вздоха.       — Всё! — вскочила Нигаи, а за ней поднялась и Тен-Тен. — Времени нет, нам ещё гостей встречать! Хико-сан, побудете с Сакурой?       — Постараюсь за время вашего отсутствия не съесть невесту.       Ино и Рен закатили глаза почти синхронно, покидая комнату за Нигаи и Тен-Тен. Акихико уселся на диване, жмурясь под солнечными лучами, как довольный кот:       — Ну как? Нервничаешь?       Сакура прошлась по комнате, останавливаясь напротив зеркала:       — Кажется, уже нет. Или всё ещё да. Я не уверена. Порой мне кажется, что всё это нереально.       — Да уж, кто бы мог подумать — ты и малыш Наруто. После стольких лет динамо, несовпадений по фазам он топчется у импровизированного алтаря, а ты готовишься швырнуть парадный веник.       — Тебе лишь бы всё опошлить, — засмеялась Сакура, падая в кресло рядом с ним. — Я не хочу, чтобы свадьба что-то меняла. Это же всего лишь штамп в паспорте.       — Подобные глупости придумали сопляки, не умеющие брать на себя ответственность, — фыркнул Акихико. — Брак меняет. Это факт. А вот скатитесь ли вы или возрастёте — от вас зависит.       Сакура покивала, нахмурившись. Акихико ободряюще похлопал её по плечу.       — Выше нос. У тебя сегодня праздник. Ты заковываешь в кандалы семейной жизни самого Наруто Узумаки, героя Листа.       — Пошёл ты к черту. Так говоришь, будто я монстр какой-то.       — Кто сказал будто?       — Нарываешься.       — Чтоб ты знала, на нашем мальчишнике мы провели пышные похороны несчастной судьбинушки бедного Наруто.       Не выдержав, Сакура пихнула Акихико локтем. Тот продолжил во всю ухмыляться.       В комнату постучался Шикамару:       — Пора.       Сакура судорожно поправила волосы и платье. Наблюдавший за ней Акихико любезно подставил локоть:       — Вперёд, принцесса.       Когда-то давно он пообещал, что на её свадьбе поведёт её к алтарю. Время выполнять обещания.       И они вышли на украшенную тропу, позади подруг невесты. Лица гостей сияли. Мебуки промакивала платком выступившие слёзы. Вокруг было столько друзей, приятелей, коллег из больницы.       А в конце пути стоял лучезарный Наруто. Её Наруто. Верный друг, мальчик-лис, за какие-то годы превратившийся в уверенного и харизматичного юношу с горящим взглядом и заразительной улыбкой. Если кто-то Сакуру и спросит, наверное, именно в его улыбку она и влюбилась в день, когда Наруто вернулся в Деревню.       Стоило Узумаки увидеть невесту— его и без того огромные глаза расширились. Он восхищённо ловил воздух ртом, убежденный, что перед ним, не иначе как Сакуя-химе. И будто бы ничего в её облике не изменилось, и вроде бы столько поменялось.       Наблюдавший за заново влюбившимися, Акихико светло улыбнулся. Передавая невесту в руки жениха, он тихо шепнул Наруто:       — Обещай беречь её.       На что получил уверенное и абсолютно счастливое:       — Обещаю.