Bustyboy

      На вступительную церемонию в старшей школе я не попал. Из-за бюстгальтера: белье для меня ещё со второго класса средней школы шили на заказ, но в ателье задержались и по какой-то причине не смогли справиться вовремя. А я уже просто не мог носить лифчики с G-чашами — мой восьмой размер в них едва умещался. Всё свободное время, пока не сидел за учебниками, посвящал физическим упражнениям, в попытке хоть как-нибудь согнать лишний вес с ягодиц и грудей. Даже заметных успехов добился, обозначив на пузе ещё слабо очерченые, но уже вполне четкие «кубики» пресса. Только как будто сделал лишь хуже — сиськи ни в какую не собирались худеть, а из-за постройневшей талии казались лишь больше. Равно как и бёдра, упругие и округлые: я часто осматривал себя в зеркало и с горечью понимал, что хотя ростом в папу, но фигурой-то действительно в маму. А лучше бы наоборот.       Но крупные бедра хоть как-то можно прикрыть под одеждой. Хуже всего то, что мои груди росли очень чувствительными и даже лёгкий самомассаж начинал приносить удовольствие. Лифчик стал не просто поддержкой для крупной груди, а заслоном от неуместной стимуляции толстых сосков и больших ареол. Если же мне приходилось куда-нибудь выйти — например, в библиотеку за учебниками, — то это превращалось в настоящую сладкую пытку. Соски напрягались, и я со стыдом понимал, что возбуждаюсь из-за этого трения.       Наверное, в тот самый момент — после очередной такой вынужденной прогулки в тесном лифчике, — я стал чуточку старше психологически. Не поумнел внезапно, не обрёл мудрость, а просто чуть-чуть повзрослел — как бы ни презирал свои толстые груди, что торчали тугими холмами, но больше не мог отрицать, что они дарят удивительно сладкие чувства.       Вернулся домой и заперся в комнате, хотя и так был один во всём доме. Задёрнул шторы и со злостью в мыслях разделся, натянув на титьки домашние тряпки. Прикрыл груди любимой футболкой… и с отчаянием уцепился пальцами в эти ненавистные, мясистые «горы». Захотел закричать от отчаяния, но так и не смог вскрикнуть — пальцы грубо стиснули соски под футболкой и мягкую плоть пронзили приятные искорки, а с губ сорвался предательский стон.       Этот подлый, неожиданный всплеск наслаждения растекся по телу и я, скривив губы, уселся на кровать. Презирал своё тело за то, что оно со мной делало, но в тот момент не смог остановиться и продолжил массировать титьки. Мял толстые ареолы и легонько пощипывал большие соски, непроизвольно замедляя дыхание и заливаясь румянцем — не только сосочки мои напрягались, но и член становился всё твёрже. Это был невероятный позор, но он оказался чересчур соблазнительным — восхитительный зуд в глубине молочных желёз и томительное напряжение пениса отодвинули грустные мысли. Я завалился на постель, провожая взглядом груди, что разъехавшиеся под майкой в стороны и слегка провисли с боков тела. Оттянул эластичный пояс на шортах, выпустив на свободу напряжённый, изогнутый член.       Сегодня всё было иначе: я уже не раз и не два смотрел тайком порно, но сегодня впервые захотел сам попробовать что-то такое. Думал, что выше всех этих пошлостей, которые просто чуть-чуть интересны… А сегодня пожелал это сделать как будто на зло всему миру. Видел, как в порно милые девушки ублажали партнёров руками и ртом, с каким наслаждением принимали в себя пенисы, так развратно постанывая. Мечтал, что однажды тоже займусь таким непотребство — в конце концов, я же парень, хотя и странный немного.       Но какая девушка в мою сторону хотя б взглянет, если у меня груди больше, чем у неё? Это моему папе повезло встретить мою маму, а я…       Рука принялась двигаться, покачивая крайнюю плоть и возбуждая в чреслах приятное напряжение. Другую ладонь я вскинул к груди, подхватывая провисшую набок правую титьку и сдавил её, лаская упругую мякоть и теребя сосок, прикрытый футболкой. С содроганием выдохнул, в первый раз в жизни ощущая нечто настолько приятное. Уже мастурбировал, познавая свою сексуальность. И не первый раз ласкал свои напряжённые от возбуждения соски, но именно в этот момент сделал всё вместе, приходя в восторг от удивительных откровений!       С губ сорвался дрогнувший вздох, располневшие за каникулы бедра мелко вздрогнули следом за ним. Это было слишком хорошо и приятно, чтобы не забыть хотя бы на миг о грустных мыслях.       Я убрал руку от члена и стиснул уже обе груди, за которыми не видел собственный пенис. Снова отпустил, с улыбкой позволяя им снова разъехаться в стороны и упруго всколыхнуть всей своей массой. Сел прямо. Сполз на пол, торопливо вытаскивая из-под кровати небольшую, надёжно припрятанную от родителей коробочку. В ней лежал «онахол» — игрушка для взрослых в форме женской вагины, отлитая из мягкого латекса. Ради этой позорной вещицы мне пришлось провернуть настоящую шпионскую операцию, но я так ни разу ею и не воспользовался до сих пор. Было стыдно перед самим собой: я ведь нормальный парень, так зачем мне подобные глупости?..       Я сложил плед в несколько раз и завернул «онахол» в него, как начинку в рулет. Перетянул поверху ремнем от школьных брюк. Вынул из коробочки тюбик со смазкой и полил тонкой струйкой на латексные губы вагины, повозил по ним пальцем, размазывая. Уложил этот свёрток на середину постели и сам забрался на кровать, поспешно выбираясь из шортов. Смочил смазкой пенис, поглаживая пальцами по мокрой коже и ощущая, как ствол нетерпеливо подрагивает, словно не подчиняясь мне.       Завис над свёртком на четвереньках, привалив его сиськами и закрывая себе обзор. На ощупь уткнулся головкой в узкую щёлку из латекса, замирая от предвкушения чего-то совершенно безумного и неземного — «не зря же в порно девушки и парни так стонут? — а затем двинул бедрами, медленно погружаясь в холодную, сколькую узость из латекса.       Сравнивать было не с чем, ведь я даже за руку с девушкой до сих пор не держался, не говоря о поцелуях или даже о чём-то большем. Но движение, первая фрикция, оказалась очень приятной! Холод игрушки почти не мешал и очень скоро исчез совсем, расступился перед жаром моего члена. Правда, дырочка оказалась какая-то чересчур крупная.       «Все девушки такие большие?» — с замиранием подумал я. — «Или потому что это игрушка?».       Двинул бедрами раз, другой. Толкнулся сильнее, колыхнув титьками и представляя себя на месте порно актера, после чего попробовал качать телом плавно и эротично. Ягодицы у меня тоже довльно большие и они, наверное, некрасиво трясутся, если слишком спешить и дёргаться.       «Девушкам такое понравилось бы? Или они всё же любят, когда энергичнее?..»       Да, мне очень хотелось ускориться. И хотя я знал наперёд, что случится, но не пытался сдержаться. В конце концов, один в комнате — никто не увидит, как трясутся и прыгают мои груди, как колотятся ягодицы…       Член оказался просто каменным, болезненно твердым, и нагнетать темп толчков стало легко и даже приятно. Крайняя плоть елозила по стволу, едва поджатая не в меру свободной латексной вульвой, но всё равно это было чудесно! И мне даже не нужно было за этот свёрток «рулета» держаться. Я налёг на плед титьками и колотил бедрами с растущим азартом, то ускоряя темп до очень частых, коротких тычков, то сбавляя движение до протяжных, глубоких качков. Груди мои меняли ритм колебаний следом за телом, то достойно покачиваясь и чаруя волнением ложбинки в вырезе футболки, то подскакивая и прихлопывая…       Мне безумно понравилось, когда они шлёпали друг о друга! Я ненавидел эти мешки… но раз они готовы дарить наслаждение, то готов терпеть и мириться. Мириться только сейчас, только эти мгновения, пока бедра вгоняют пенис в вагину из латекса, пропуская по телу иглы блаженства.       Минут, наверное, через пятнадцать мне пришлось подлить смазки на член. Она на водной основе и впитывалась в кожу, словно лосьон — вгонять багровеющий член в игрушку для взрослых становилось некомфортно и даже больно.       Я вспотел, энергично двигая тазом — подмышки взмокли. Груди шлёпали теперь уже более «влажно» из-за лёгкой испарины, что проступила на коже. Соски напрягались до того, что казались комочками ластика и болезненно резали по ткани футболки, но это неприятное чувство заглушало иное ощущение — я ласкал свою грудь, подгоняя не спешивший оргазм. Очень сильно завидовал людям из порно и тому, как у них всё легко получалось. Пара минут — и оба партнёра довольны. А у меня всё не так, всё куда дольше. Из-за растущих грудей, наверное. Обычно мне приходилось мастурбировать почти четверть часа, чтобы довести себя до оргазма. Член после такого становился очень болезненным, и его состояние надолго отбивало желание повторять опыт. Не навсегда — оргазм всё же слишком заманчив, чтобы от него отказаться, — но на немалое время.       Вот только сегодня всё оказалось немного иначе, куда интересней. Стоило только подключить ласки груди, как с губ сорвался непроизвольный полустон-полувсхлип. Я аж испугался на миг: умею так пошло и нежно звучать?! Сосок и пенис словно связались между собой каким-то «блаженственным» нервом, заставляя меня практически вскрикнуть от наслаждения и удивления.       Я завалился на кровать, падая на бок, и обхватил свёрток из пледа, представляя, что это красивые ягодицы проноактриссы. Даже в момент наслаждения понимал, насколько же жалок, но ничего не мог с собою поделать и таранил мокрую, хорошо разогретую дырку из латекса. Сиськи больше не шлёпали, потому что на кровати лежали, но я уже едва ли хоть что-нибудь слышал из-за приятного шума в ушах. В мозгу словно прорвало плотину, и незримый поток шелестел вокруг моей головы, обтекая и погружая сознание в омут блаженства. Тело на пределе возможностей «трахало» игрушку для взрослых, но теперь меня прошивали неподконтрольных всплески конвульсий, разожженные грядущим экстазом. Мышцы в промежности сладко свело, и воздух наполнился характерным запахом близкого мужского блаженства.       Я обхватил свёрток сгибом ноги. Продолжая неистово двигаться, лихорадочно тряс толстой задницей, уже натурально насилуя несчастную дырку из латекса. Взмокшие от пота «булки» так пошло колотятся, шлёпая друг о друга едва ли тише, чем шлёпали титьки мгновенье назад — это до безумия стыдно… но на плевать, ведь мне так хорошо!       Пальцы грубо вцепились в мясистую титьку с трудом обнимая толстые ареолы… и я едва успел прикрыть рот второю рукой — оргазмы полыхнул в мыслях внезапно, как взрыв, выбивая из горла радостный, хриплый стон-вскрик! Член запульсировал в дробной череде напряжений и расслаблений, извергая липкую, пахучую влагу и заливая ею нутро «онахол». Я запрокинув голову, всем телом подрагивая от блаженства и, кажется, в первый раз после долгого промежутка с любовью обнимал свои груди. Сквозь розовое марево наслаждения почуял, как под мнущими пальцами на футболке расплывались непонятные влажные пятна…       Добрую минуту бестолкового беспамятства пришлось потратить на то, чтобы вернуть контроль над неповиновавшимся телом, будто расплавленным в лучах удовольствия. Я с ошарашенным видом привстал на постели, потряхивая очумевшей головой и опираясь рукой о матрац. Озадаченно глянул вниз, на провисшие под собственным весом толстые груди. Из них, из сосков, что-то текло и двумя темными пятнами промочило футболку!       Не понимая, что происходит, я испуганно вздёрнул одежду к самому горлу и осторожно стиснул пальцами левый ареол вместе с соском. С замершим сердцем — со смесью восторга и ужаса — увидел, как из него обильно выступили и потекли мутно-белесые капельки, оставляя мокрую дорожку на титьке!       Не знаю почему, но вид собственных сисек, пока ещё не лактирующих, но уже текущих молозивом, привел меня в неописуемый ужас и возбудил до такой степени, что опадающий было член снова напрягся. Я медленно вытащил его из бутафорской вагины, глухо фыркая от неприятных ощущений, и снова сжал груди, теперь уже немного спокойнее выжимая из них полупрозрачные струйки. Страшно, но… на удивление приятно. На ум пришла мысль, что эта «протечка» — удивительно приятное зрелище. Многолетняя ненависть к собственным титькам отхлынула на какой-то момент и я откровенно порадовался, что мои грудки не только велики и красивы, но и очень обильны…       Когда я только начал порно смотреть, начал именно с фетиша «Эротичной лактации» в нелепой попытке хотя бы с помощью этого примириться со своими грудями. И не мог не признать, что капающее с сосков молоко выглядит просто волшебно… А теперь оказалось, что я сам так могу? Ну, почти — мутное молозиво едва ли на молоко походило, хотя в этот момент в моей голове я сам себе представлялся невероятно развратным. В груди бурлил кипучий комок жарких эмоций, и мне внезапно захотелось сделать что-нибудь ещё, просто из озорства. Я уже знал, что после эякуляции обычно накатывала краткая, почти неодолимая лень, но пока не ощущал её и охотно поддавался импульсивным порывам.       «Пусть!..» — кричал внутренний голос. — «Надоело!..»       Мне надоело стыдиться себя, надоело не только слушать, но и слышать издёвки. До того надоело, что я с горечью осознал неприятную правду — за ненавистью к собственным сиськами скрывалась ненависть к себе самому, и к тому, какой же я бесхребетный тюфяк, если так завишу от постороннего мнения. У моего отца ведь тоже есть грудь, не меньше моей, но он женат на прекрасной женщине и у него двое детей. А ведь и он, в чём ни на секунду не сомневаюсь, испытал ту же травлю, что и я. Но смог это преодолеть, смог принять себя. А что же я?..       Я осторожно вынул из свёртка мокрый, скользкий, пахнущий спермой «онахол», полный моего семени. Другою рукой вскинул смартфон, включая запись видео в режиме «селфи», и вылил комковатую, жидкость себе на груди — прямиком на ложбинку. Повел чуть в сторону, роняя тягучие капельки на футболку. Расплылся в непроизвольной улыбке — горячая влага просочилась промеж сисек.       Видео получилось очень коротким, на десяток секунд, как раз хватило для минимальной длительности. Я проверил, не видно ли в ролике лица — «не, заметна только часть подбородка» — и с трепещущим сердцем опубликовал его на том самом порно ресурсе, на котором тайком смотрел непотребство — создал аккаунт и выложил в сеть.