Bustyboy

      — Вы о чём вообще? — растерянно спросил я. — У вас было пари?       Ребята виновато переглянулись. Староста заговорил:       — Мы поспорили… Кое-кто из нас думал, что ты — дочь какой-то важной персоны и просто скрываешься в академии.       — Скрываюсь? — я удивлённо разинул рот, а потом, неожиданно даже для себя, рассмеялся. — А как бы девчонка с грудью, как у меня, могла скрыться в мужской академии?       — Вот-вот, и я о том же, — покивал староста и снова обернулся к Рю. — Такахаси, слышала? Он — парень, так что ты угощаешь.       Рю отложил танкобон и медленно встал с дивана:       — Я всё равно не верю, — мотнул он головой. — У меня две сестры, так что в женской красоте я кое-что понимаю.       — А причем здесь это? — спросил «болтун».       — При том… Да вы хотя б на лицо её гляньте, — Рю обронил с таким видом, как будто озвучивал прописные виды.       — А что не так с моим лицом? — растерялся я, щупая пальцами щёки.       — Всё ещё притворяешься? — Рю усмехнулся.       — Да о чем ты вообще?       Парень внезапно смутился и отвёл взгляд, но тут же снова на меня посмотрел:       — Настолько красивая девушка ни за что не сможет притвориться мужиком! — едва не выкрикнул он.       Я почуял, как соски начинали твердеть.       — Н-но я же п-парень… — растерянно пробормотал.       — Не верю.       — А… А мой кадык?       Голос подал задумавшийся «болтун»:       — Вообще-то, у меня вот кадык даже меньше, чем к тебя, так что это не доказательство.       — Но… Но я не девушка. Правда!       — Тогда докажи! — Рю кивнул с вызовом.       — К-как? — пробормотал я.       — Позволишь… — он запнулся и залился пунцовым румянцем. — Позволишь пощупать тебя?       В груди всё дрогнуло и оборвалось. Ну, разумеется — к этому всё и шло. Но… но Рю хотя бы спросил, перед тем как нагло лапать.       — Х-хорошо, — кивнув, тихо ответил я. — Если не противно, можешь потрогать.       Даже зажмурился, чтобы не видеть, как парень подходит… и едва не подпрыгнул от неожиданности, когда ощутил его руку у себя на промежности!       — Т-ты чего творишь, идиот?! — вытаращился на Рю.       Тот глядел на меня ровно таким же круглым, ошарашеным взглядом:       — Чёрт… И правда парень…       — А я вам о чем говорил! Не девушка я!       «Болтун» кивнул:       — Ребят, и правда. Был бы Акио девчонкой — уже бросился бы на Рю с кулаками. Это же классика…       Всё покивали, соглашаясь с нелепым доводом. А Рю окончательно поверг меня в шок, когда извинился:       — Прости, я не хотел обидеть. Просто ненавижу, когда меня за нос водят. Но ты не соврал, поэтому прошу, извини, — он склонил голову. —       Если хочешь, я приму наказание…       — Да перестань! — спохватился я, замахав руками. — Просто… Ну… Это было… Как бы… Ну… Я… То есть, неожиданно очень… Я не хотел никого обманывать…       «Болтун» рассмеялся:       — Акио-кун, с растерянным видом ты ещё больше на девчонку похож.       — Да хватит вам!.. — улыбнулся и я. — Мне же неловко.       — Стесняешься своей красоты? — «болтун» задумчиво пробормотал. — Как глупо…       Староста метнул в него сердитый взгляд:       — Язык без костей…       — Ой, прости! — парень спохватился. — Акио-кун, извини. Не подумал…       Я мотнул головой:       — Всё нормально, — ответил ему и понял, что уже не могу замолчать. — Просто сверстники никогда не говорил ничего хорошего о моей внешности. Если просто называли уродом, то, считай, день удался…       Открываться вот так перед незнакомыми людьми и доверять им свои переживания — большая ошибка, но меня уже понесло и слова сами слетали с языка.       — Это из-за груди? — Рю озвучил риторический вопрос.       Это явно вертелось у всех на языке и я опустил голову, кивнул с мрачным видом.       — Она же н-настоящая, да? — как-то неловко спросил парень.       Я снова кивнул:       — Да, натуральная. У меня с детства груди большие. Одноклассников это смешило…       — Ну и дураки, раз так говорили, — внезапно резюмировал Такахаси.       — А? — я с удивлением вскинул на него взгляд.       Рю со смущённым видом смотрел в сторону и скрёб затылок:       — Говорю, что дураки они, раз не видели, какая у тебя красивая грудь.       — П-правда? — мои силы разом иссякли, даже голос ослаб.       Рю кивнул.       — Говорил же: у меня две сестры, так что я в этом кое-что понимаю, — ответил он, а затем внезапно добавил. — Правда, я ни разу сисек не трогал, но…       — А хочешь потрогать меня?! — выпалил я кричащим шёпотом.       Чёрт дёрнул за язык такое ляпнуть, но в мыслях на беду или на удачу всплыли воспоминания о тех комментариях, в которых люди мечтали прикоснуться к моему «мерзкому» телу. Я вспомнил, с каким удовольствием читал те короткие строчки и вспыхнул желанием почерпнуть ещё каплю той волшебной уверенности. Пусть даже парни сейчас начнут хохотать — наплевать. Зато как же сладок этот иллюзорный миг решимости!       Однако в комнате повисло неловкое молчание. Никто не смеялся.       — Ты не против? — пробормотал растерянный Такахаси.       — Если тебе не п-противно, то п-пожалуйста…       — Противно? Как такая красивая грудь может быть противной? — прошептал он, а затем добавил. — Тогда… Если ты не против…       — Только, пожалуйста, будь с ними нежным, ладно? — поспешил я уточнить. — Они у меня очень чувствительные…       Снова зажмурилась, чтобы не видеть ничего вокруг себя, и непроизвольно вздрогнул, когда чужая ладонь стиснула грудь. Вздрогнул и ошарашено замер: Рю сделал всё именно так, как его попросили — осторожно и нежно стиснул титьки ладонями.       — Такие мягкие и упругие… — послышался его восторженный шёпот.       Я несмело приоткрыл глаза и увидел, что парень на меня смотрит, пока тискает груди.       — Т-тебе правда н-нравится? — спросил с замиранием.       Ведь если это всё ещё одна большая игра, то сейчас настал идеальный момент, чтобы нанести жесточайший удар удар…       — А можно и мне? — над моим плечом послышался несмелый голос «болтуна».       — И мне… И мне… — вторили ему и другие голоса.       Я кивнул:       — Ребят, только не все сразу, ладно?. Мне больно, если их щипают и дёргают…       К титькам со всех сторон потянулись дрожащие пальцы, но парней оборвал голос старосты:       — Хватит! Как вам не стыдно! Отстаньте от Акио!..       — А сам-то? — усмехнулся «болтун».       Я заметил, что у старосты — как и у доброй половины парней! — началась эрекция! Испуганно понял, что и сам от этого завожусь. Но Даичи стоял на своём:       — Да, — кивнул он. — Да, я тоже хочу полапать Акио… Но он же только заселился! Где ваша совесть, в конце концов? Вы даже не подумали, что ему может быть неприятно.       Головы поникли, но никто ему не перечил, удивляя не меньше, чем самим проявленным дружелюбием и пониманием. А староста, румяный от стыда, не останавливался:       — Акио-кун, прости нас, — сказал он. — Просто, ты красивый, как девушка, и у тебя сексуальное тело…       Он запнулся, ещё больше смущаясь, но всё же продолжил, браво вытянув руки по швам и уставившись в одну точку на потолке:       — В академии одни только парни!.. Даже среди персонала только мужчины, поэтому мы отвыкли от красоты!.. Прости, пожалуйста!..       Отчитался, как младший по званию перед командиром, и неожиданно поклонился, что спустя миг подхватили и остальные.       — Прости нас, Акио-кун!.. — раздались голоса.       Я оказался совершенно выбит из колеи и не понимал, как на подобное реагировать. Даже в самых смелых фантазиях не представлял, что однажды ко мне отнесутся настолько уважительно.       — Да ладно вам, — весь румяный от стыда, неловко попытался свести всё к шутке. — Я тоже виноват — принялся тут выменем трясти…       — Эй! — рассмеялся «болтун», явно охочий искать веселье в любой ситуации. — Не называй выменем такую красоту! Теперь твоя грудь — национальное достояние нашей общаги. Относись к ней подобающее.       Окружающие заулыбались, в том числе — и я. Хотя в тот момент откровенно хотелось заплакать.       Староста первым заметил, что я шмыгаю носом, хотя улыбаюсь.       — Акио-кун, ты всё же обиделся? — виноватым тоном спросил он.       Я тут же замотал головой, утирая предательские слёзы и улыбаясь.       — Знаете, надо мной всегда издевались… Думал, что и вы что-то такое задумали… Ненавидел свои…       — Да как такую красоту ненавидеть-то можно? — не унимался смеющийся говорун.       — Ага, — кивнул я. — Ненавидел и завидовал девушкам из порно — они ведь своей груди не стеснялись. А я… Я ведь сегодня даже очень красивый лифчик надел, хотя и понимал, что его никто не увидит…       — Ты носишь бюстгальтеры? — восторженно прошептал Рояма.       — Разумеется! — возмутился я. Мягко приподнял и опустил груди. — Видите, какие они тяжёлые? Без лифа очень непросто, а на физкультуре — вообще невозможно.       — Акио-кун, — «болтун» расплылся в хитрой улыбке. — А можно посмотреть на твоё бельё.       Староста хмуро на него посмотрел:       — Рояма-кун, ты опять начинаешь? Допросишся…       Я торопливо махнул рукой:       — Всё в порядке. Я же всё понимаю и не злюсь. Если Рояма-кун действительно хочет, то… Тебе правда интересно?       — Хочу! Интересно! — тот чуть не вскрикнул, а затем тихонько добавил. — Только… можно я сам пуговицы расстегну на рубашке?       Я просто кивнул, быстро развел полы пиджака и выпрямил осанку, отчего и так громадная грудь стала будто ещё крупнее. Больше не хотел её прятать — очень захотелось ловить этот невероятный момент и понравиться всем. Признание окружающих, словно особый наркотик, заполонило все мысли.       Неуверенные пальцы Роямы принялись теребить на мне пуговки, и спустя пару мгновений парень расплылся в смущённой улыбке, пунцовея от стыда. Увидел мои кружева и пухлые груди, что из них выпирали. Мягко обхватил титьки ладонями, чуть приподняв их и заставляя сисечки будто бы «вспучиться».       — Нравятся? — с плохо скрываемой надеждой спросил я.       Всё это время не отводил взгляда от парня, хотя и было до жути неловко. Но одноклассник не промедлил с ответом ни мига и просто кивнул:       — Теперь я видел всё… Теперь и умереть не жалко… — восхищенно прошептал. — Никогда ещё не видел настолько красивых грудей. Хотя, я вообще ни разу грудей вживую не видел…       Все опять посмеялись и обстановка опять разрядилась, а я чувствовал себя как никогда хорошо. Мозгами понимал, что ребята глядят на мой бюст с вожделением, но сердцем чуял, что теперь только радуюсь этому.       «Да, смотрите!.. Любуйтесь мной!..»       Их влечение вкупе с обходительным обращением — совершенно не тоже, что голая страсть и желание побольней ущипнуть толстую сиську у сверстников из средней школы. Меня очаровало дружелюбие новых знакомых, подкупила их искренность и даже прикосновения к груди больше не казались отталкивающими.