Истинная красота. Я вижу солнце.

Тэхён прямо в рубашке и брюках упал спиной на огромную постель, раскинул руки и с наслаждением прикрыл глаза. — Прости, Чонгук, я совершенно разбит, — простонал он, — ты сможешь пока сам… Он запнулся, стараясь подобрать уместное в данном случае слово. — Осмотреться? — Чонгук улыбнулся. — Конечно. Он взял ноги Тэхёна под колени, переместил их на постель и принялся расстёгивать его рубашку. — Интересно, у них есть чай с мелиссой? Тебе сейчас было бы кстати. Пойду закажу, только скажи, в какой стороне телефон. — Не нужно, я лучше выпью таблетку. Тем более, вряд ли тут говорят на корейском. Он взял пальцы Чонгука, замершие вдруг возле очередной пуговицы, и поднёс к губам, собираясь поцеловать. — Тэ, но я знаю… — Чёрт!!! — Тэхён резко вскочил, принимая сидячее положение. — Таблетки в сумке, а сумка… Чёрт! Чёрт! Он сжал виски, встал с постели и быстрым шагом направился к телефону. — Я оставил сумку внизу, совсем забыл о ней, — на ходу пояснил он удивлённому такой сменой эмоций Чонгуку. Тэхён нажал нужную кнопку на телефоне и через секунду услышал знакомый голос девушки-администратора. — Чем могу помочь? — Сеньорита, я забыл сумку возле стойки регистрации. Чёрную, кожаную. Не могли бы вы распорядиться поднять её в наш номер? — по-английски затараторил Тэхён. — О, сеньор Ким? Да, конечно, сумка уже на пути к вам, не беспокойтесь. — Спасибо. И не успел он положить трубку, как в дверь тихонько постучали. Когда Тэхён распахнул её, первой реакцией был ступор. Следом вспыхнула мысль, что это какая-то ошибка, что человек, стоящий сейчас перед ним, просто перепутал номера отеля. — Ваша сумка, господин! — по-английски произнёс незнакомец из лобби-бара. Его низкий голос звучал глубоко и завораживающе. — Оу! — воскликнул Тэхён, наконец придя в себя. — Благодарю вас, сеньор, — он забрал сумку и уже развернулся, чтобы закрыть дверь. — Меня зовут Альдо Росси,– мужчина протянул руку для рукопожатия. — Позвольте выразить своё восхищение. Тэхён на мгновение заколебался. Зачем, интересно, такому импозантному господину лично возвращать эту чёртову сумку? На носильщика он явно не похож. Кто же тогда? И что ему нужно? Ещё никто не пытался преследовать его, чтобы выразить восхищение. Хотя, какая разница? Нужно поскорей завершить этот незапланированный акт вежливости и наконец отделаться от незваного гостя. И он пожал протянутую руку. — Ким Тэхён. — Красивое имя. Как и его владелец. Я сражён вашей красотой, господин Ким, — произнёс мужчина, не выпуская руки. Тэхён попытался высвободить её, но не тут-то было. Альдо Росси держал крепко, испытующе заглядывая в глаза Тэхёну, и, по-видимому, не собираясь прерывать рукопожатие. — Пустите, — сдавленно произнёс Тэхён. — А если нет? Он улыбался так, словно насмехался сейчас над замешательством на красивом лице. — Что происходит? — послышался голос Чонгука, и на миг Тэхёну показалось, что он уловил в его голосе грозные ноты. Росси наконец разжал руку и перевёл взгляд на Чонгука, который, хоть и не быстро, но довольно уверенно приближался к ним. Пару секунд он пристально вглядывался в его лицо, затем снисходительно усмехнувшись, снова посмотрел на Тэхёна. — Еще увидимся, господин Ким, — произнёс Росси, развернулся и быстро зашагал прочь по коридору. — Это вряд ли, — крикнул вдогонку Тэхён и с силой захлопнул дверь. — Кто это был? — спросил Чонгук. — Не волнуйся, это всего лишь носильщик. Он принёс сумку и спросил, не надо ли чего ещё, — невозмутимо ответил Тэхён, хотя внутри всё клокотало от негодования. Он бросил сумку на пол, присел на корточки и, резко вжикнув молнией, принялся потрошить содержимое. В эту самую минуту он благодарил небеса за то, что Чонгук не понимает английской речи и можно не втягивать его в этот отвратительный эпизод общения со странным незнакомцем. Хотя, теперь не таким уж и незнакомцем. Альдо Росси. У Тэхёна мелькнула мысль, что ему знакомо это имя. А может, всё дело в его иностранном звучании? Все итальянские имена немного похожи: Джорджио Гавалли, Федерико Финоччио, Альдо Росси…. — Всё хорошо, Тэ? — голос Чонгука выдернул его из размышлений. — Да, Гуки, всё хорошо, — Тэхён наконец нащупал пластиковую таблетницу и с победным видом извлёк её из сумки. — А сейчас будет ещё лучше! Он поднялся и направился к бару за минеральной водой, на время оставив застывшего Чонгука одного у перевёрнутой вверх дном сумки, поэтому не увидел ни его плотно сжатых губ, ни напряжения на лице.

***

Выйдя из лифта, Альдо Росси уверенной походкой направился к стойке регистрации. — Сеньор Росси! — приветливо воскликнула девушка-регистратор. — Как всё прошло? Её глаза лучились радостью и теплом. — Всё хорошо, Адриана, ваш гость получил свою сумку и остался доволен. При этих словах Росси хитро улыбнулся. — Мне так неловко, — смущённо ответила девушка, — всё же стоило попросить носильщика…. — Ну что ты, не переживай, ведь это была моя инициатива! Альдо Росси достал из внутреннего кармана пиджака пластиковую карту золотого цвета и протянул её девушке. — Адриана, могу я продлить своё пребывание в вашем отеле ещё на неделю? — О, сеньор Росси, конечно! Для вас — всё что угодно! — изумленно воскликнула девушка, забирая карту. Она быстро застучала по клавишам компьютера и через пару минут приложила её к терминалу. — Соскучились по родной Италии? Или планы поменялись? — Оба варианта, — Росси на миг задумался. — Но второй, пожалуй, решающий. Убедившись, что платёж прошёл, Адриана вернула карту. — Слышала, в конце прошлого года вы получили международную премию. Мои поздравления! — Спасибо, Адриана, — ответил Росси и, сверкнув чёрным взглядом, кокетливо добавил: — Следишь за мной? — Слежу, — искренне согласилась Адриана. — С тех самых пор. Я так благодарна вам за всё. Где бы я сейчас была, если б не вы… Где бы мы все сейчас были… — её губы дрогнули, а на глаза навернулись слёзы. — Ну полно, полно, Адриана, не для того я старался, чтобы в этих глазах сейчас блестели слёзы! — Это слёзы счастья, — девушка опустила голову и глубоко вздохнула. — Как твоя мама? — Хорошо. Молится на вас. — Передавай ей привет. И берегите себя. Альдо Росси изящно засунул карту во внутренний карман, ободряюще улыбнулся и направился к лифту. Всю дорогу к своему номеру он пребывал в глубоком размышлении, словно принимал какое-то важное решение. — Надеюсь, это будет во благо, — наконец произнёс он тихо, — но прежде… И его губы растянулись в самодовольной ухмылке.