Young stars burn the brightest

Тайин свернулся в комок на койке. Препараты лантов уже не справлялись с его болью — ящера хватало только на то, чтобы сохранять эту позицию и не двигаться. Нирсай приходил к нему, пытаясь принести хоть какое-то облегчение своим присутствием и словами. Он без конца повторял, что найдёт способ помочь ему, но шпион знал: это были попытки убедить самого себя. Араман, сам того не зная, принёс ему интересные вести. Рейф, которого они притащили сюда, был сыном Ашуры. Хотя люди упорно звали его Тоддом — шпиону хотелось смеяться, но это вызывало новые приступы боли, поэтому от этого приходилось воздерживаться. Ему хотелось подняться с этой чёртовой койки и доползти до соседней палаты. Вцепиться в глотку лежащему там рейфу, переломать ему спину в кашу, разбить голову — что угодно, лишь бы заставить Ашуру почувствовать вкус потери. Тайину не важно, даже если его пристрелят в процессе — он не прочь расстаться с этим существованием. Но… Нет. Шпиону оставалось только жаться на койке, тихо шипя и глотая слезы, когда терпеть становилось невозможно. Сколько он ещё отмучается? Месяц, два?.. Нирсай не хочет принять очевидного — он будет держать Тайина до последнего. А вместе с ним им не скрыться, если они всё ещё рассчитывают на побег. Шпион хотел облегчить участь себе и им. Он хотел окончить своё бренное существование, уже давно ставшее пыткой — с другой стороны, он только что обрёл родственника, своего Нирсая, его потерянного ребёнка. Если бы мог, он бы не расставался с ним. Но он будет для них обузой… Из этой ситуации есть только один выход… Рейф не раз высказывал желание убить его — так почему бы не сыграть на этом? Пора свести с ним счёты. Умница Айан, всё понимая, по просьбе старшего достала и притащила ему медицинский скальпель, доселе скрываемый у него под матрасом — так будет ещё проще сделать это. … Полумрак комнаты ничуть не мешал ящеру разглядеть рейфа, когда он всё же пришёл. Тодд держался настороженно, будто бы Тайин мог ему что-то сделать — даже просто чтобы сесть, ему пришлось позволить лантам ввести ему наркоту. Едва ли он сейчас представлял из себя угрозу. -Зачем ты позвал меня? — наконец разбил тишину рейф. Шпион хмыкнул: -Да так… У меня есть к тебе предложение, от которого трудно отказаться. Тодд наклонил голову. Что ему может предложить полудохлый ящер, прикованный к больничной койке?.. Отчасти, сюда его привело любопытство. Было странно видеть своего врага в таком состоянии — болезнь пожирала его, оставляя только тень от того рескана, с которым они когда-то сражались на равных. -Какое предложение? — Тайин молча извлёк откуда-то из-под себя медицинский скальпель. Тёмное лезвие блеснуло в приглушенном свете, Тодд невольно напрягся. -Ты не раз говорил, что хочешь убить меня — что ж, считай, я готов выполнить твоё желание. Убей. — рескан протянул скальпель остриём к себе, дожидаясь, когда рейф решится взять его. Рука ящера дрожала. Тодд хмыкнул — вот в чём дело. Тайин хотел впутать его в свой суицид. Неплохо ящер устроился, однако… Как бы не хотелось ему… -Нет. -Что?.. — шпион удивлённо моргнул. -Нет. Даже не собираюсь. — повторил свой ответ рейф, скрещивая руки под грудью. Шпион выщерился в оскале, сжимая лезвие. Острие врезалось в пальцы, кровь закапала на простыню, а Тайин зарычал: -Трус! Что, боишься прикончить меня, даже когда я сам тебе предлагаю?! Тодд только хмыкнул: -Я не собираюсь пачкать руки об это дело. Найди себе другого подельника в собственном убийстве. Или, ещё лучше — найди в себе смелость сделать это самостоятельно! Он определённо возвращал ему должок. Рескан зарычал, и со всей силы швырнул скальпель в него. Рейф дёрнулся в сторону, уворачиваясь от лезвия, которое иначе бы воткнулось ему в лицо. Даже будучи больным, чёртов ящер мог причинить вред. -Что ж, надеюсь, мы больше не увидимся. — решил подытожить Тодд, уже намереваясь выходить из палаты. Тайин в отчаянии злостно зарычал: -Да что б ты сдох в одиночестве… Что б ты кричал от боли всю дорогу до смерти! — рейф хмыкнул. — Клянусь, я исправлю свою ошибку — я доберусь до твоего сына и убью его. Загрызу, если понадобится… А ещё лучше, отравлю его. Посмотрим, что ты будешь делать, когда он будет умолять тебя о смерти! Тайин зашипел, сгибаясь пополам. Злоба вспыхнула с новой силой — он мог бы дойти до соседней палаты и заставить ту тварь наглотаться напоследок его крови. Рейф прикован к кровати, сопротивляться он не сможет… Даже если охрана подстрелит его, исход будет благоприятным… -Al’d-Ashkani dasget sef… — прошипел шпион, обхватывая себя руками. Больно, больно, больно… Ашура хотел сперва добить наглеца, но еле сдержался, памятуя о главном. Эта тварь и сама сдохнет без его помощи! Но любое вмешательство может навредить его продолжению, запертому в соседнем отсеке. Он не мог допустить дополнительной угрозы сыну — несмотря ни на что. Поэтому он проскрежетал сквозь зубы: -Приятно оставаться! — и вышел из отсека, прося медиков присмотреть за Тайином. На шум сбежались все дежурные, в том числе Келлер, просквозившая его вопрошающим взглядом. -Он не в себе. — пояснил Тодд и поспешил вернуться к Саманте Картер, уже жалея, что вообще согласился говорить с ним. … Немного ранее. Айан нервно закусила кончик ручки и уставилась на Кадана, который, лежа головой на столе, что-то устало выписывал. -Ну? — Физик поднял голову, насупился и ответил: -Если у нас в расположении только их пластид, то на одно кольцо требуется около 6 килограмм. При том, что будет мало уничтожить один сегмент, нужно будет взорвать несколько. Я не думаю, что люди смогут найти столько килограмм пластида в сжатые сроки. Айан тяжело вздохнула. Мост был построен так, чтобы он выдерживал многое. Соответственно, никаких слабых точек конструкции, усиление разными металлами и куча предохранений. Проще было взорвать ядерные боеголовки рядом с кольцами. На стол перед ними поставили кружки с чаем. Нирсай молча удалился в кресло, где он занимался своими расчётами. Он болезненно воспринял идею о взрыве моста, хоть виду и не подавал. Ланты попросили их не вылезать лишний раз, пока в городе проходили переговоры с рейфами. На всякий случай, чтобы не вызывать эксцессов — им пока хватало напряжённой атмосферы между Тоддом и араман. -Как ты? — поинтересовался физик, быстро оглядывая своего друга. Состояние араман оставляло желать лучшего. -Относительно живой. — вяло огрызнулся Нирсай, углубляясь в расчёты. Кадан вздохнул и отпил из кружки. -Глупо его взрывать. Не решит это проблему надвигающихся сил, и слишком много ресурсов верниду под хвост. — Айан с раздражением чиркнула поперёк листа, выкидывая бесполезный расчёт. -Глупо. — согласился Кадан, краем глаза наблюдая за араман. Нирсай был не рад отвлекаться, но всё же спросил: -А что же решит? -Армия. — раздражённо ляпнула инженер. — И желательно побольше. Решит все наши проблемы враз. Кадан вздохнул. Девушка права, но такое было недостижимо. Мысли снова обратились к повстанцам — они были многочисленны, вооружены… Но их маленький отряд был отрезан от них. Да и чтобы вовлечь всю массу в битву, нужен будет невероятный стимул, что-то, что заставит их всех встать под один флаг и двинуться в бой. Грубо говоря, бомба в самом сердце Империи. -Мечтать не вредно. — угрюмо отозвался физик, отвлекаясь от своих мечтаний. Закончив со своей частью, Нирсай забрал у всех расчёты и вышел из комнаты, чтобы отдать их МакКею. С этой целью, всё ещё разглядывая схему закладки взрывчатки и перепроверяя данные в уме, он направился в главный зал через зал врат Атлантиды… Только по дороге услышал шум. Оглянувшись, он увидел, как рейф спешным шагом и без сопровождения уносил ноги откуда-то с крайне недовольным видом. Это насторожило Нирсая — тем более, что Тодд не сразу его заметил, оглядываясь и ворча что-то себе под нос, а когда увидел, шарахнулся в сторону, как от иратуса — только его не хватало! Стравив раздражение, рейф демонстративно удалился в направлении главного зала. Нирсай несколько мгновений сосредоточенно прислушивался, пытаясь вычленить из неразберихи информацию. Люди были чем-то встревожены… Он вышагнул в тот коридор, откуда доносились голоса, только что бы заслышать крик: -В реанимацию! Найдите Нирсая! Желудок араман перевернулся и ухнул куда-то вниз. Он выскочил на источник шума, поскальзываясь и скрежеща когтями на гладком покрытии коридора. Почти сшибая кого-то на своём пути, он крикнул: -Нирсай здесь! В чем дело? Вместо ответа было достаточно увидеть каталку. Араман замер на месте, разглядев пациента на ней — и в ту же секунду весь мир будто бы сузился исключительно до этого бледного лица, почти сливавшегося по цвету с простыней. Только неожиданно возникшие руки медика с кислородной маской выдрали рескана из ступора: -Кислород в малых концентрациях. Он не приспособлен к высоким. Араман внутри него шевелился, подбрасывая всё новые распоряжения, которые должны были помочь. Его живая половина… Просто стояла, глядя каталке вслед. Будто бы из-под него вдруг выдернули почву, или она обратилась в болото, которое гуляет под ногами. Минуты, или, может быть, часы ожидания растягивались в невыносимо длинные отрезки. Нирсай мерил шагами коридор, уставившись перед собой невидящим взглядом, изредка извиняясь, когда спотыкался об кого-то. В голове роились сценарии, один хуже другого — часть из них рескану хотелось физически вынуть из головы. Ожидание оказалось разрушено Бекеттом, появившимся из реанимации. Нирсай развернулся на него всем корпусом — всё его существо задавало молчаливый вопрос, на который так тяжело давать ответ. -Прости, сынок. Он… Не выжил. Не хотел, что бы мы его спасли. -Не хотел? — почти прохрипел Нирсай, пытаясь продраться через спазм, сжавший горло. Слезы отчаянно щипали глаза. Бекетт покачал головой, положив руку на локоть ящера: -Тайин решил, что уйдёт из жизни сам. -Могу я… — Нирсай сглотнул, поняв, что сейчас разрыдается. Врач только молча кивнул, пропуская его в палату. Яркий свет заливал комнату, делая бледное лицо ящера ещё белее. Араман будто бы в кошмарном сне опустился рядом с ним, кладя руку ему на плечо: -Тайин?.. — будто бы шпион мог открыть глаза и ответить ему. Рескан понимал это, но отказывался принять — он остался сиротой, теперь совсем один… И он не знал, что ему делать с этим. Вроде бы, ничего не случилось — он потерял не больше, чем обрёл. Но ощущение, что от тебя навек отделилось что-то родное, щемило душу самым болезненным образом. -Боги… — слезы побежали по щекам, капая на простыню. Как же закономерно, и как же больно! Они только обрели друг друга, и тут же потеряли. Это просто нечестно! Почему именно так?! Нирсай сжал чужую холодную ладонь — наскоро завязанные бинты на запястьях пропитались чёрной кровью. Тайин сам ушёл из жизни. А он упустил все признаки… Подвел его, как араман. Хотелось выть от несправедливости. Араман внутри него хладнокровно указал на факт, который чуть было не ускользнул от него — перед этим в палате шпиона был рейф. Учитывая, как они друг друга не выносили, это было подозрительно. Нирсай шмыгнул носом, сжимая чужую ладонь крепче. Здесь было что-то большее… … Картер перехватила рейфа в главном зале. Ей уже сообщили, что старший рескан скончался, несмотря на усилия медиков. -Что произошло? — привлекла она к себе внимание командира, казалось, выдернув его из размышлений. -А как вы думаете? Я его не трогал. — пояснил Тодд. -Я не сомневаюсь, но… — Сэм знала, что это не в интересах рейфа, однако хотела разобраться. -Он не в себе. Не знаю, откуда у него лезвие, но он бросил его в меня, и я вышел. — поделился Тодд, не считая нужным это скрывать. — Когда я просил соблюдения всех мер безопасности, я ожидал не этого! — укорил он главу Атлантиды. -Пройдёмте в мой кабинет. — предложила Сэм, понимая, что лучше пока спрятать рейфа. Разговор будет долгим. Рейф явно не в курсе, что Тайина больше нет — это значит, что он не планировал убийство. Более того, она разговаривала с ним до этого и могла поручиться, что для рейфа это была столь же неприятная встреча. Тодд поплёлся следом за ней. Больше всего сейчас ему хотелось покинуть город, но он понимал, что его не выпустят, пока шум не уляжется. -Вы его убили. — закрыв за ним дверь кабинета, не спросила, а констатировала Сэм. Рейф поперхнулся. -Что? Я же только что сказал… -Он мёртв. Мне доложили об этом. На несколько секунда повисла тишина. Рейф не знал, что сказать, но знал, сколькими проблемами это может обернуться. -Что ж, он был туда уже одной ногой. Но не я отправил его на тот свет — он сам! -Я вам верю, но мы в любом случае это проверим. Сэм внимательно смотрела на него, пока в комнате не появился Нирсай. -Это твоих рук дело! — прошипел араман, указывая на рейфа. За ним в комнату выскочил Кадан, встревоженный состоянием Нирсая и его заявлением. -Я не знаю, как твой поганый род это делает — предположу, что так же и как риткиран! Все паразиты между собой похожи. Ты толкнул его на это, а он сопротивлялся! — по столу зазвенел скальпель, всё ещё вымазанный в крови. -А-а, тот самый ножик, который Тайин метнул в меня? Поздравляю. В чём конкретно ты меня обвиняешь — в том, что я вообще пошёл на эту встречу? — загнул Тодд. -Мы разберёмся в этом деле, Нирсай. А пока, прошу, будь посдержаннее. — попросила Сэм и кивнула охране, чтобы его выдворили из кабинета. -Ждать, когда вы позволите убийце уйти? — зло прошипел ящер. Изначально же он хотел просто кинуть скальпель перед рейфом — но рейф зарычал в ответ на обвинение, и всё изменилось в мгновение ока. Что-то внутри него подняло голову… И Нирсай кинулся. Саманта едва успела отпрыгнуть, когда эти двое снесли стол. Нирсай злобно взвизгнул, ухватившись рукой за плечо рейфа и раздирая его когтями. Мощные задние лапы целились разодрать ему живот, в то время как вторая свободна рука вцепилась в волосы Тодда, пытаясь разодрать кожу головы в клочья. -Raima Kattas!.. — крикнул Кадан, гадая, с какой стороны подступиться к дерущимся и как оттуда вынуть араман. Тодд тоже был не промах — и вовсю уже пытался разодрать отнюдь не тупыми когтями грудь ящера. Араман взвизгнул и зарычал, и снова ударил лапами в живот рейфа, надеясь отбросить его в сторону. Ему нужна секундная заминка - добраться до чужой шеи… Рейф первее уловил эту идею. Рука сомкнулась на шее араман, Нирсай захрипел. Чего Тодд не мог ожидать, так это пинка по рёбрам со стороны. Чужие мощные когти пропороли плащ, оставляя длинные глубокие раны на боку, а самого его бросило в сторону. Но не успел Нирсай подняться, как ему в лицо ощерился Кадан — физик вжал араман в пол, не давая тому снова рвануться навстречу рейфу, и в то же время прикрывая его от ответной атаки. -Хватит! — крикнула Сэм, привлекая к себе внимание. Противники на мгновение переключились. Гнев в глазах Нирсая поутих. Он всё ещё пытался вывернуться из-под Кадана, но физик надёжно пригвоздил его к полу. Рейф оказался более рассудительным и в ответ успокоился быстрее. От рубашки Нирсая осталось лишь название. Форма рейфа оказалась серьёзно истрёпана, но крови на ней было не видно. Они сейчас просто стояли друг напротив друга и дышали злобой — но никто не решался снова напасть. Нирсай — потому что его пыл приутих, Тодд — потому что Нирсай не лез, и к тому же на них обоих уже были направлены станнеры добравшейся к месту охраны. Араман с шипением выдохнул, встряхивая руками, пытаясь убрать напряжение. Эти раны будут напоминать о себе ещё долго, но до чего же приятно — рейфу тоже изрядно досталось, белый цвет волос смешался с кровью. Кадан прикрыл глаза, выдыхая, и не зная, какую силу в этом мире благодарить за то, что всё вроде как успокоилось… Сэм вышла из своего угла и встала меж ними. -Нирсай, успокойся. — попросила она. -Пойдём, ekken. — Кадан поспешил вывести араман, придерживая его за локоть. Тодд обернулся на неё. -Вы сильно пострадали? — обеспокоилась Сэм. -Всего лишь царапины. Уже всё зажило. Было бы хуже, если бы он успел пустить в ход скальпель. — соврал Тодд и добавил: -У вас действительно есть, чем подтвердить мою правоту?.. Уверяю, я не хотел пачкать об это дело руки. -Полагаю, данные с видеокамер и аудиозаписи нам в помощь. -Чудно. Мне бы тоже хотелось разрешить это недоразумение. — выдохнул Тодд. *** Когда лантийцы подняли архивы, на видео чётко было видно, как Тайин метнул нож в рейфа, а тот уклонился, никак не ответив на это. Кажется, меж ними случилась короткая перепалка, а вскоре после ухода рейфа Тайин принял своё решение. Тодд и Нирсай сидели поодаль, наблюдая происходящее на видео. Всё это давало основания заключить, что рейф невиновен. -Прошу поинтересоваться, откуда у него взялся скальпель, и вы найдёте убийцу. — безжалостно добавил рейф, поднимаясь. — А сейчас я бы хотел вернуться на улей к разрешению более важных дел. Надеюсь, вы предпримете все должные меры, чтобы оградить безумных ящеров от моего сына! — во всеуслышание объявил он, убеждаясь, что информация дошла до Сэм. Встретив его взгляд, Саманта кивнула в знак того, что Артура будут охранять как зеницу ока. -В таком случае, в следующий раз я приду, чтобы забрать его. Сообщите мне, когда он сможет стоять на ногах. Рейф прошёл через врата. Нирсай ещё долго сидел, пересматривая видео. Затем ещё долго стоял над трупом Тайина в медблоке вместе с остальными, пока доктор Бекетт не застегнул мешок. Вернувшись в свою каюту, араман чувствовал себя опустошённым — одно дело успокаивать других, а другое, когда несчастья происходят с тобой… Он не хотел разбираться, откуда у Тайина взялся тот скальпель, чтобы не раскрывать горькую правду. В выборе между Каданом и Айан все подозрения оставались на последней. Возможно, это в некотором роде и было милосердием — быть может, Нирсай упустил это в погоне за собственным счастьем, за собственной счастливой семьёй… И Тайин вполне мог сам попросить её, чтобы не становиться обузой им… И чтобы не страдать. -Нам пришлось пресечь его попытку выйти из палаты перед этим… — голос доктора долетал до Нирсая как сквозь вату. — К сожалению, мы не успели ничего сделать. Араман на секунду прикрыл глаза, пытаясь справиться с накатившими эмоциями. Горло сжало спазмом. Тайин умер. И этого уже было достаточно, чтобы заполнить собой весь день. -Простите… — голос надломился, Нирсай зажмурился, сглатывая. — Я должен идти… Вопреки собственным словам, араман практически выбежал из палаты. Слёзы не прекращались. Нирсай без конца утирал их, пытаясь проглотить рвущиеся наружу всхлипы, и терпел в этом оглушительное поражение. То, что до сих пор держалось за стеной, прорывалось наружу — полное осознание потери приходит позже… Как и осознание собственных неадекватных действий. Именно таким его и нашёл Кадан. Физик обнаружил укрытие араман за каким-то цветочным горшком и осторожно приблизился. -Нирсай… -П-пожалуйста, уходи… Я… Я не в состоянии… — фразу прервал новый взрыв всхлипываний. Нирсай спрятал лицо в колени, обхватывая их руками и поджимая хвост. Кадан тяжело вздохнул, садясь на корточки рядом, и осторожно коснулся плеча араман. -Я пришёл помочь. Можно? — Нирсай не отозвался, продолжая плакать в колени. Мощные когти лап скребли пол, оставляя борозды в покрытии. Физик аккуратно ткнулся лбом в колени араман и потёрся о них щекой. Рука араман осторожно нащупала его ладонь. Кадан осторожно сжал её: -Иди ко мне. — Нирсай потянулся за прикосновением, обнимая физика и цепляясь за него, как утопающий за соломинку. Кадан молча гладил его по спине, пока араман всхлипывал ему куда-то в район шеи. Физик положил щёку ему на макушку, прикрывая глаза. -Я… Я сбежал. — выдавил из себя Нирсай между всхлипами. Кадан осторожно переместил его к себе на колени, тут же оказавшись в заложниках у хвоста араман, который обвился вокруг его лап. -В этом нет ничего страшного. — физик продолжил гладить чужую спину. -Д-должен был… Хотя бы сказать…! — Новая волна всхлипов и тихих подвываний сотрясла Нирсая. Араман вцепился в чужие плечи, пытаясь снова не разреветься в голос. -Шшш…. — физик обнял Нирсая, прижимая к себе. — Ещё успеешь. -Мне положено, я должен… Почему он это сделал?!.. Почему он не сказал? — Кадан осторожно поцеловал араман в макушку, решив, что сейчас лучше дать ему проплакаться. Потом они разберутся со всем остальным. Главное, чтобы их не потревожили раньше времени — всё же горшок с цветком был так себе прикрытием.