14. По несчастью или к счастью. Истина проста
3 августа 2025 г., 23:40
Джамал начал свой муторный и трудный путь спортивного восстановления слишком — усердно, стойко и стремительно. Каждое, какое бы оно не было, занятие или тренировка, не проходили для него бесследно. Он старался, честно, и выкладывался из-за всех сил, без какого-либо значимого ущерба для своих, прошедших не одну медицинскую процедуру, очаровательных глаз. Его возвращение после травмы действительно было настоящим чудом, многим, и не только в стенах столь популярного, чемпионского и элитного клуба, казалось, что данный, лучший, одаренный невероятным талантом футболист уже никогда не вернётся.
И больше никогда не поможет своей команде.
А он смог, и благодаря золотым рукам немецких врачей и ещё более искусных и профессиональных Чешского — прозрел. Конечно, их усилия были главным составляющим, но поддержка любимых родственников нисколько не меньше, к слову, одна прекрасная девушка, в каком-то роде, ему тоже несказанно помогла.
Да, наверное, без Мирабеллы всё сложилось далеко не так.
Жизнь в клубе протекала медленно, но интересно. Наверное, всё это потому, что полузащитник пока не получил разрешение и не набрал должную форму, чтобы поучаствовать в каком-либо из предстоящих и важных матчей. Но любая работа заслуживает должного почтения и некого обобщающего итога. Джамал тренировался слажено и охотно, чтобы, наконец, преподнести себя фанатам Баварии, подарить любимому виду спорта минуты своего блестящего таланта.
Не забудем, что и всем сотрудникам клуба, касающихся и тренировочного процесса, и даже пути медицинского обслуживания, пути восстановления к тому же, стоит сказать спасибо. Они приложили не мало усилий, чтобы Мусиала наконец-то по прежнему заиграл и появился в долгожданной и дополненной им заявке.
Всё шло прекрасно, очередной сезон только набирал обороты, а многие с нетерпением ждали, когда уже яркая немецкая звёздочка выйдет на поле, а больше всего этого долгожданного и трудного момента, конечно же, ждал он сам.
Практикантка же до сих пор находилась на положенном и заслуженном месте. Достойно и правильно выполняла задачи, поручения и дела, набираясь мудрости и новых знаний от более старшего и мудрого поколения, находившегося в штабе. В кругу мужчин, как не странно, работалось довольно легко. И теперь даже общение выходило за рамки медцентра, хорошо, что никто из представителей сильного пола не смел переходить дозволенных границ, скорее наоборот, все вели себя культурно и вежливо, а разговоры, какие бы они не были, остаются и были уместными всегда.
Также Агна Альт, как все её узнали в клубе и не использовали другого имени, каждую тренировку в тренажёрном зале тоже находилась там, это место было закреплено за ней, являлось её главной задачей, приоритетом, да и получалось все, как не странно, вполне хорошо. Постепенно и футболисты разных возрастов привыкли к ней, и даже те, кто, по-началу не доверяя, не обращались за советом или помощью, начали это делать.
Только вот, единственное, на вернувшегося спортсмена, молодая девушка упорно не обращала никакого внимания.
Не то, чтобы он хотел за ней приударить или она ему прям до мочи понравилось, нет, он был влюблён в другую, но что-то явно и со всей силы тянуло его к ней, а это ощущение очень отвлекало, мешало и даже коробило.
Вначале Джамалу вообще казалось, что темноволосая новенькая сама по себе такая, ведь вроде бы он как-то упоминал и даже мечтал о девушке, работающей в клубе, по крайней мере хотел, чтобы такая была, но эта значилась тихой и очень немногословной, а как в итоге выяснилось вела себя так только с ним.
Когда мулат то и дело замечал, как она общается и даже улыбается или смеётся, контактируя с кем-то, то каждый раз обращал на это внимание. И как будто ревновал.
А после того, как в один из дней, в разминочном зале, несколько ребят уломали её продемонстрировать навыки, и она проскакала несколько сальто вперёд, как нечего делать, он всё никак не мог выбросить практикантку из головы, ведь Мира, например, тоже занималась гимнастикой и так умела. Казалось бы, что где-то там, внутри, сам с собой он то и дело сравнивал молодого врача и любимую, а иногда и вовсе ловил себя на мысли, что это как будто один человек. Джамала пугало, что он погряз во всём этом и даже слегка настораживало.
Он отважно надеялся, что это пройдёт. Ну когда-нибудь ведь точно закончится?
Как-то Мусиала и вовсе подошёл в тот момент, когда Мира по просьбе тренера-терапевта осматривала ногу Олисе, пока мужчина смотрел за остальными спортсменами и консультировал их. Те переговаривались, а когда к ним подошёл Джамал, сразу же замолчали, будто что-то скрывая.
Агна даже не поздоровалась, только кивнула, а потом и вовсе, не выдержав, улетела. Чуть ли не шепча Майклу на ухо что-то о том, о чём только они оба и знают.
— В чём дело? — спросил молодой человек друга, который наклонился к полу, натягивая выше свои носки.
— В смысле? — закончив начатое, пробубнил Майкл, выпрямляясь.
— Что она тебе сказала? — Джамал прищурился. — Со мной так она вообще не разговаривает почему-то.
— Сказала зайти потом в смотровой кабинет, что ей не нравится, как реагирует на тренировки моё бедро, — Олисе тяжело вздохнул, осматриваясь. — Нога действительно уже давно не проходит, как бы все не смеялись над моими жалобами. Честно говоря, Ми… Агна ни раз просила меня повременить с нагрузками, но я не слушался, — темнокожий покрутился на месте, и его спина громко хрустнула в нескольких местах, он сразу почувствовал некое расслабление. — Наверное, сегодня был последний раз, после которого я уже не смогу увильнуть. А я не хочу, блин, пропускать тренировки, матч и всё такое.
— Понял, — резко обрубил монолог полузащитник, чувствуя, что как будто его заговаривают и отвлекают. — А как её второе имя?
— Понятия не имею, — махнул рукой Майкл, — не помню.
— А почему она со всеми общается, а со мной нет?
Странный вопрос.
— Не знаю, спроси, — темнокожий даже пожал плечами, то и дело намереваясь быстрее уйти, — может ты её чем-то пугаешь или даже не нравишься, — Олисе даже ухмыльнулся, но за волосами спрятаться не смог, как назло дреды были забраны в слишком тугой и высокий хвост.
— Да пошёл ты, — буркнул Джамал, больше даже по-дружески подталкивая француза в плечо.
— Ладно тебе, наверное, просто всех нас она знает немного больше… Дольше.
Ох, если бы это на самом деле было именно так!
В следующий раз Джамал и Мирабелла встретились, когда футболист должен был вновь, как он и делал раз в неделю, проверить на специальном аппарате, недавно оперированные глаза. Только там его ждала никто иная, как сама практикантка. Честно говоря, молодой человек даже опешил, когда увидел внутри медицинского кабинета одну лишь её. Вот вроде и шанс хоть что-то спросить, узнать, но при ней футболист опять же словно всё забыл. Только лишь поприветствовал девушку — даже сухо, обиженно — а затем машинально прошёл и сел.
А она… Опять молчала.
Эта даже немного бесило.
И когда он упорно и назло не стал делать то, что Агна велела, она вынуждено зашептала и да, даже в таком тихом голосе слышались знакомые нотки и отголоски.
Настолько знакомые, что сковывало тело и становилось не так уж и легко дышать.
— Пожалуйста, подбородок на опору, прижаться лбом, — Альт подошла ближе, но Джамал не двигался, лишь пристально смотрел, очаровывая своими глубоко-карими глазами. В такой ситуации и девушке было совсем не просто. — Зачем ты сюда пришёл тогда, раз выделываешься?
Мусиала чертыхнулся и занял положение, которое он уже давно выучил.
— Так-то лучше, — вырвалось из девушки, она уже было хотела пойти на своё место, но всё-таки взяла футболиста с обоих сторон за голову, мягко, и слегка поправила его, но он вздрогнул, а она резко убрала руки. — Процедура точно такая же, никаких болезненных ощущений, только не моргай, пожалуйста.
— Ага…
Темноволосая обошла аппарат и села перед Джамалом, настраивая программу на небольшом дисплее, а затем делая несколько действий, происходил такой звук, словно бы она фотографировала. На деле же практикантка измеряла и даже видела в лупе любимые глаза.
Она очень быстро закончила, потому что не отвлекалась, а засматриваться для неё было бы хуже. Ведь чем короче встреча, тем легче себя чувствовать, наверное.
— Так, если что ты свободен, всё в порядке, спасибо, — сказала девушка в конце и покрутилась на стуле, поворачиваясь при этом к футболисту спиной.
Мусиала громко выпустил воздух из лёгких.
— Я не понимаю, почему ты так тщательно меня избегаешь? — ответа не последовало. — Я что прокаженный какой-то? Меня это напрягает. — она молчала.
Джамал ушёл.
— Если бы ты знал, что это не так, — сказала Мира сама себе. — На деле может быть и да, но в остальном…
***
Утро в Мюнхене началось суматошно и бодро — осеннее солнце проникало сквозь окна спортивного центра, оживляя пространство привычными звуками. Были слышны колёсики чемоданов, лениво ударяющихся об лестницу, голоса тренеров и даже некоторые недомолвки и споры между ними, а также шуршание обуви по паркету, то и дело переходящих по помещению взрослых людей. Мирабелла уже давно была на базе, готовясь к утреннему сбору всего персонала, а особенно игроков. Она сразу же уловила взгляд Майкла, который медленно подходил к ней с лёгкой улыбкой, и в этот момент он казался не только футболистом, но и обычным человеком, который до сих пор готов делить с ней больше, чем просто выезды, либоте те же тренировки. — Доброе утро, — сказал девушка спокойно, слегка улыбаясь и подавая спортсмену бутылку воды. — Доброе, благодарю, — ответил он, будто чуть смущаясь, а затем оборачиваясь ненадолго. — Как настроение? Ты впервые едешь с нами на гостевой матч, не волнуешься? — Всё в порядке, спасибо, — кивнула девушка. — Не ожидала, что это случится на самом деле, но разнообразие тоже интересно, даже очень, — она немного поправила волосы, убирая выбившуюся, темную прядь с красивого лица. — А ты. Готов к сегодняшнему дню? — Если рядом ты, то точно готов, — улыбнулся он, совсем слегка. Олисе не хотелось, но, наверное, пора было оставить Миру одну, ведь остальные спортсмены или тренера, возможно, тоже заслуживали её внимания, кто-то стремился задать вопрос, кто-то даже поболтать ни о чём. Даже перед такими важными поездками, ожидание тянулось медленно, а ещё кто-нибудь, хоть немного, но опаздывал. Каждый раз. И даже когда фоном или рядом шли разговоры о тактике или планах на матч, француз и немка знали: между ними уже есть что-то, что никто и никогда не сможет у них отнять. Далее. Командный автобус медленно выруливает с базы — впереди длинная дорога в Лейпциг на важный матч. Альт сидела у окна, на коленях — ноутбук, рядом тяжёлая сумка с медицинским оборудованием. Но мысли как будто были очень, даже слишком далеко. Только где-то на середине пути девушка обернулась на Олисе, более пристально всматриваясь в его силуэт. — Ты весь автобус молчишь, — тихо сказала она, обращаясь к Майклу, который устроился через проход. Он повернулся к ней, улыбнулся сразу же сквозь сонные глаза. — Ты хочешь поговорить или я просто могу наслаждаться твоим молчанием? — Хм. Наверное, лучше наслаждайся молчанием, — ответила Мира с улыбкой, она просто хотела спросить, как его дела, в принципе и всё. В автобусе давно царила расслабленная атмосфера: кто-то слушал музыку, кто-то тихо болтал, кто-то дремал. Майкл вынул из кейса наушники, словно разрядились другие, и протянул Мирабелле один. — На, послушай со мной. Это то, что я предпочитаю, когда нужно сосредоточиться. Темноволосая вставила наушник и сразу ощутила ритм — что-то лёгкое, мелодичное, чуть меланхоличное. — Мммм, мне нравится, — призналась она. — Знаю, — молодой человек улыбнулся и склонился чуть ближе к сидению перед ним. Прошло несколько минут. Они смотрели в окна по разные стороны, пока пейзаж шустро пролетал мимо них, а зелёные поля то и дело сменялись аккуратными деревушками. — Мира, — сказал Олисе тихо, — я хочу, чтобы ты знала: даже так, не смотря ни на что, чтобы не случилось… Ты важна для меня. Футболист уже давно ощутил всё нарастающую день ото дня тяжёлую пропасть между ними. Он переживёт, это не беда, но он будет рядом, всегда. Девушка вновь повернулась в его сторону, встречаясь с его взглядом. Сердце бешено заколотилось. Она невольно обернулась назад, мельком бросая взгляд туда, где в самом конце крепко посапывал Джамал. — Майкл… Но слова замерли на губах, автобус тряхнул на неровности дороги, и карие глаза Олисе снова встретились с голубыми Альт, полные недосказанного. Пожалуйста, молчи, пусть всё останется, как есть. *** Команда остановилась в одной из популярных и хороших гостиниц Лейпцига. Все заселились в свои номера. Позже появилось небольшое расписание на двери главного тренера — когда будет собрание по тактике, когда тренировка, приемы пищи, а также были расписаны числовые обозначения гостиничных номеров, где находились более важные специалисты, а главное, где расположились физиотерапевты, к которым можно было обратится в случае чего. Все спортсмены немного потянулись и потренировались в большом холле, а также напоследок поиграли в теннис с футбольным мячом. Дальше был плотный обед, и оставалось ещё примерно четыре часа до выезда на матч. Джамал, подремав часок, почувствовал, как сильно тянет мышцы на его ногах, неприятное чувство не проходило, а сегодня, скорее всего, предстояло играть. Молодой человек довольно шустро соскочил с кровати, но вот уже до номера одного более приятного ему медработника шёл медленно. Мулат подошёл к списку, изучая варианты и время, когда они должны были отправится на собрание. Он решил заглянуть в комнату к одному из лучших физиотерапевтов команды Джованни Бьянки. Когда после тактичного стука мужчина открыл дверь, встречая спортсмена, откуда-то из нутра помещения послышался слишком знакомый для Мусиалы искренний, девичий смех, он даже застопорился на входе, потому что решил, что ему померещилось. А затем влетел в номер, как ошпаренный. Как ни странно на одном из кресел, возле небольшого столика, на котором были разбросаны бумаги, сидела практикантка, сейчас её волосы не были заплетены в косу, а был лишь хвост на макушке с чересчур вьющимися локонами, она была в темно синих брюках и красной футболке. Немного не такая, как в клубе. Правда, как только спортсмен зашёл, она стала гораздо серьёзнее. Черт, ему слышался смех Мирабеллы, это прям точно. Сейчас футболисту больше всего хотелось обратится к психологу и как можно скорее. — Чего засмотрелся то так, Агну не узнал? — засмеялся терапевт, который тоже вошёл в комнату, обходя молодого человека, стоящего на проходе и опустился на кровать. — Рассказывай, что случилось. И Джамал, словно все слова появлялись сами по себе, начал рассказывать, юный доктор тоже внимательно слушала, переплетая пальцы рук между собой, даря своё внимание единственному на сегодня их пациенту, физиотерапевтов было много, наверное, если кто-то и обратился за помощью, то не к итальянскому специалисту, который жил в данном, небольшом помещении. — Я понял, если что девушка зашла ко мне, потому что я обещал показать ей статью, которую мы совместно пишем. Я её доработал. Теперь решили, что будем выпускать, мне то не так важно уже, наверное, а вот для её портфолио, как молодого специалиста, очень даже кстати. — Ммм, — это всё, что сказал Мусиала ему в ответ. И в этот момент сотруднику позвонили. — Это жена, я отойду ненадолго, — и мужчина скрылся за дверью. Девушка и молодой человек, которые ещё пару месяцев назад дарили друг другу опьяняющий поцелуй, остались одни. Мулат присел на кровать, опуская ладони на бедра и едва поглаживая их, словно в волнении. — Как дела? Всё в порядке? — спросил он у девушки. Та кивнула. Физиотерапевт не возвращался. — Интересно я буду сегодня играть или нет, тренер так и не объявил состав, пока. Если бы он знал, что список стартовых игроков лежал на столе, и Мира об этом, конечно, же знала. — На собрании узнаешь, — прошептала она. — Я сейчас хочу, — буркнул он, делая из губ бантик, словно обиженно или задумчиво. — Ты выйдешь с замены… — Да? — Джамал повернулся и тут же перебил девушку. Бьянки, к слову, так и не вернулся. Мирабелла обратила внимание на часы на своей левой руке. Времени оставалось не так уж и много. Она поднялась, обошла кровать и вытянула из сумки широкие штаны. Джамал прекрасно знал, что это за аппарат. — Не будем ждать, сядь удобнее и засовывай ноги вовнутрь, тебе он прям очень хорошо поможет, — футболист послушался и делал всё по привычке, не спуская с девушки внимательных глаз. — Прессотерапия, лимфодренажные сапоги. Аппарат работает по принципу пневмокопсии, то есть нагнетания воздуха под давлением в спец камеры. Это действие улучшает лимфоток, кровообращение и помогает снять мышечную усталость и боль после нагрузок. А также выводит из тканей лишнюю жидкость, продукты обмена веществ и снимает отеки, что уменьшает болезненность мыш, — всю эту информацию девушка почти шептала. Джамал откинулся на спинку кровати и прикрыл глаза, наслаждаясь действием аппарата, голосом, который даже при таком невнятном звучании был похож на любимый. Матч с Лейпцигом прошёл в штатном режиме и закончился победой клуба из Мюнхена с небольшой разницей всего-то в один мяч. Джамал действительно появился на поле на семьдесят пятой минуте, и даже не только трибуна с фанатами, которые последовали за командой Баварии встречали его бурными овациями, но и болельщики команды соперника голосили из-за всех сил. Он точно стал звездой данного вечера, а после игры футболиста уже ждали десятки репортёров и журналистов, которым не терпелось узнать все подробности. Они задавали десятки вопросов. Мира собрала сумку с препаратами, проверяя всё ли на месте и фиксируя то, что они использовали. Когда один из клубных докторов взял тяжелую вещь и увлек её за собой, проходя мимо толпы, они услышали, как Мусиала благодарил всех, за то, что он сейчас на поле, перечисляя фамилии различных специалистов, а также не забывая поблагодарить родственников и близких ему людей. Наконец, Джамал искренне улыбался и совершенно комфортно комментировал своё возвращение, ведь всё худшее было далеко позади. Когда Агна Альт и специалист клуба Питер Уэблакер пробрались сквозь толпу, девушка услышала уже за спиной следующие слова, которые он говорил одному из представителей средств массовой информации: — Я был в руках юной, особенной целительницы, которая смогла вселить в меня надежду действительно не только на светлое, но и полное яркими красками будущее, именно она и только смогла поднять меня с такого глубокого дна, где лежит сам лайнер Титаник, я в действительности до этого был лишь пятном ржавчины на дне Атлантики. Практиканта замерла и обернулась и в небольшом пространстве между людей наткнулась на темный и пристальный взгляд. Джамал смотрел на неё сейчас.***
Через четыре дня после выезда немецкому клубу уже предстоял следующий матч, теперь в Лиге Чемпионов, с одним из испанских клубов, а также и с одним из их заклятых и сильных соперников. Накануне вечером Мирабелла, загрузив в багажник несколько сумок, поехала на Альянс Арену, чтобы подготовить медицинский кабинет, на случай, если он завтра кому-нибудь понадобится, но лучше бы в действительности всё осталось, как оно есть. Парковка была слишком пустой, один из охранников помог донести вещи, поднимая их на несколько этажей вверх. Мира была на домашнем стадионе, клуба, в котором она проходила практику, первый раз, и сейчас у неё была возможность задать добродушному дяденьке-сотруднику несколько наводящих вопросов, а также самой изучить некоторые места и выходы, а самое главное их кабинет. Когда всё было готово, Альт немного прогулялась, пока не подошла к двери, ведущей на трибуну, которая находилась прямо возле главного выхода, из которого совсем скоро, завтра, появятся знакомые и не очень ей спортсмены. Она так зависла, пока изучала огромное и прекрасное пространство, яркие трибуны, оборудование, зелёный газон, что опомнилась только тогда, когда услышала шаги, приближающиеся к ней. Как не странно. Это был Джамал. Он вышел из-под трибунки и, увидев её, решил подойти. Сначала он просто остановился и молча стоял рядом, не говоря ничего, но потом… — Интересно, зачем ты здесь, никак не ожидал встретить кого-то ещё, — Джамал поджал губы, всматриваясь вдаль. — Завтра я точно выйду в старте, но если концовка матча после моего возвращения прошла на каком-то адреналине, то сейчас я боюсь. Теперь каждый матч для меня ознаменовывает новую опасность и возможную травму. Я понимаю, что сам себя загоняю в это, но словно бы мне сложно бороться. Не могу внушить себе обратное. — Всё будет хорошо, вот увидишь, — опять же прошептала девушка, не решаясь всем телом обернутся к Джамалу, она только мельком бросала взгляд на него, такой красивый, но смотреть на то, чем любовался он, было гораздо интереснее. Его увлечение, страсть, всё это — его жизнь. — Легко сказать… — Как только твои яркие бутсы завтра коснуться знакомого места, а ноги помчат к чужим воротам, ты забудешь обо всём, поверь мне. Мирабелла больше не понижала голос. Джамал резко повернул голову, опять же не веря самому себе. Его отвлёк женский голос, и то, как отвлёк, он даже не обернулся к его обладательнице, правда, эхом он до сих пор проносился опять — слегка раздраженный и немного тонкий. — Джамал! Ну любимый! Мусиала передёрнул плечом. Мира отвернулась, обращая своё внимание на ворота, она невольно представляла, как её, её любимый! Забивает гол. Как он находится и целуется с другой — представлять не хотелось. А от чего-то большего и вовсе, становилось не по себе. Вот и всё. — Долго ещё ждать, — протяжно скулила девушка. — Да иду я! — Мусиала нахмурился. — До завтра, Агна, — коротко сказал он, разворачиваясь, хотя ему хотелось остаться, а внутри уже разгорался сильный вулкан. Он быстро сбежал по лесенке, проходя мимо Коринны, которая даже приезжала однажды к нему в Нессмерзиль, бывшая девушка, и даже Альт её узнала, как не приметить столь модный стиль и высокомерный стан. Красотка с длинными и гладкими волосами пыталась взять Джамала за руку, только он почему-то отмахнулся. Совсем не обращая внимания на неё. *** Перед матчем всем футболистам, которые выйдут в стартовом составе делали разогревающий массаж. Они уже провели небольшую разминку в малом зале, а теперь не только в раздевалке, но и в отдельных комнатах с персоналом творился настоящий и подводящий к ответственному матчу хаос. До определённого времени никому не нужная Мира стояла у стены, наблюдая за слаженной работой физиотерапевтов — они действовали профессионально, и каждое их движение помогало спортсменам, наконец, скорее и ощутимее разогреться. В помещении становилось душно. Затем в комнату заглянул главный клубный доктор Роланд Шмидт, который пробежал взглядом по помещению и позвал сотрудника Флориана Брэнднера, который в данный момент работал с Джамалом. Физиотерапевт нахмурился, отстраняя от ног спортсмена свои маслянистые пальцы. — Куда я пойду? Мы ещё не закончили, — недовольно вырвалось из него. Но главный почему-то был непреклонен, даже непонятно, что в итоге там случилось. Теперь уже и Роланд, стоящий на входе нахмурился. — Оставь его, Агне, блин! Она ведь проходила курсы в университете. Физиотерапевт тут же обернулся, бросая на практикантку вопросительный взгляд, та кивнула, немного побаиваясь его. Немец схватил небольшую салфетку и быстро вышел за пределы этого места с главным доктором. Джамал, который слушал музыку в наушниках и будто бы спал, казалось бы и не почувствовал ту паузу, когда его не массировали, но стоило начать массаж женским пальцам, то он тут же ощутил заметную разницу. Нет, нельзя было сказать, что всё было плохо, вовсе не так, просто ласковые движения были более мягкие и нежные, наверное были такими, касаясь только его. Мусиала уже спустя пару десятков секунд немного поднялся и обернулся, девушка не подняла голову, чтобы посмотреть на него, продолжая своё дело. Только, чёрт возьми, как эти девичьи пальчики оказались не кстати, Джамал в то время вспоминал моменты, произошедшие летом, проматывал в голове поцелуи… Да, и не только девушки иногда так делают! Его тело не слушалось, в совокупности поддаваясь полной картине. Через пять минут, послышался робкий голосок. — Джамал, можешь лечь на спину, пожалуйста, я продолжу. — Не могу, — упрямо буркнул он в ответ. — Почему? — удивилась девушка. — Мне нужно продолжить и закончить массажем бёдер, чтобы исключить внезапный разрыв задних мышц и не только. Джамал глубоко и страдальчески вздохнул, поднимаясь на локтях. Повернул голову влево. Остался только он с Агной, и у самой двери доделывали массаж Гарри Кейну, благо он уткнулся в свои руки, лежа на животе. — Дай полотенце, — шустро и даже немного грубо сказал Джамал, будто девушка виновата во всём, что с ним случилось, — пожалуйста, — всё-таки добавил он. Мира отлучилась, но тут же вернулась, выполняя просьбу. Джамал развернулся, прикрывая важное место, махровым, большим и светлым полотенцем. Какой позор, замечтался, блин, а ещё играть… *** Уже позже, когда все сотрудники перешли на скамейку запасных, а также некоторые, пока не учавствующие в матче игроки, занимали свои места, а основные проводили финальную разминку на поле, Миру попросили привезти из раздевалки, оставленную небольшую тележку с водой, когда она возвращалась и уже появилась из-под трибунного помещения, сверху её позвал мужской голос, с сильным акцентом. — Мирабелла! Мирабелла! — попытался дозваться её какой-то молодой человек, сбегая по лестнице, который её откуда-то ещё и знал. Сотрудница хотела скорее уйти, но обернулась, даже выглядев немного напуганной. Какой-то высокий парень до сих пор спускался, огибая поднимающихся на свои места людей, перед ним был огромный букет цветов, что из-за него Мира не могла и толком рассмотреть его лица. А потом, когда, как казалось бы незнакомец, подбежал к перилам, Альт поняла, кто это. Это был Фабио, тот самый, что ухаживал за сестрой Джамала, в небольшом, отдалённом городке, летом. — Мира, солнышко, — итальянец нагнулся вниз, и сотруднице клуба показалось, что он вот-вот перемахнет ограждение и запачкает свой потрясающий костюм. - Как я рад тебя видеть, ты здесь работаешь! Темноволосая подошла ближе, и они попытались обняться. — Взаимно, Фабио, я тоже очень рада, боялась, что уже никогда тебя не увижу, ты как оказался тут? — Я потерял Латишу, Латиша, она уехала, я так страдал, вернулся в Италию, но не смог терпеть, — он тараторил, честно говоря девушка еле разбирала, что её летний друг говорил, нахождение в другой стране дало о себе знать. — Я прочитал, что Джамал вернулся, а она не пропускает его матчи, не пропускает же? Где она? Мирабелла знала, что Латиша приедет, они созванивались с лета даже больше, чем часто. Девушка в красной форме шагнула немного назад, всматриваясь вверх, Фабио не понял, замялся, оказывается та высматривала мулатку, понадобилось несколько минут, но она её нашла, потому что примерно представляла, где они обычно сидели. Каролин, Латиша, Джаррелл. — Она там, — девушка подошла ближе и указала рукой, — прямо выше тебя и слегка влево. — Спасибо, спасибо тебе, ещё увидимся! — молодой человек понёсся вверх, заряжая парочке фанатов букетом чуть ли не в лицо. Удастся ли ему найти Латишу, неизвестно… Наверное, главное хотеть. Как жаль, что Латиша вынужденно поступила с итальянцем также, как и Мира с Джамалом. Теперь, как будто даже Альт поняла насколько это жестоко. Неужели тогда и она тоже не верила в его чувства. В групповом этапе Лиги Чемпионов Бавария играла с Реал Мадридом. Игра была почти равной, а все в округе были напряжены до предела. Только лишь фанаты разбавляли тяжелую атмосферу, выкрикивая слова поддержки для своих любимых игроков. Даже на шестидесятой минуте счёт оказался равным, никто из двух команд, сколько бы не пытался и не делал попыток не мог попасть по воротам соперников. Ещё через семь минут подавали угловой в ворота испанцев. Произошла потасовка. Игроки столкнулись между собой. Тут же два врача от Баварии поднялись со скамейки, Мира вытащила сумку из-под сидения, немного волнуясь, главное, что с Мусиалой всё в порядке. — Пусть второй Агна пойдёт, — провозгласил главный клубный доктор. Альт немного растерялась вначале, но поднялась, и когда они получили знак от главного рефери, то вдвоём, с помощником главного врача, побежали на поле, ближе к эпицентру событий. Досталось Леону Горецка, он сидел на газоне, слегка держась за голову, но как будто если травма у него и была, то совсем незначительная. Мирабелла шустро достала всё, что нужно из главного кармана сумки, передавая её компаньону-мужчине, больше не вмешиваясь. Правда, возле них, в прямом смысле, валялся англичанин, то ли выпрашивая жёлтую карточку для соперника, то ли действительно мучаясь от боли. Мирабелла присела на корточки, поворачиваясь к нему. Футболист также, как и Джамал, только недавно вернулся на поле, но его вариантом для внушительного отсутствия являлась операция на плече. Беллингем собрался с силами и сел. — Мистер Беллингем, последите за моим пальцем, пожалуйста, — сказала темноволосая девушка, и Джуд её вяло послушался, — а теперь голову назад, — добавила врач с акцентом, — обратно. После сотрудница от соперников обратилась к капитану Вальверде, сообщая ему, что нужно позвать их врача. — У него кровь идёт из носа. Я не имею права настолько вмешиваться. Федерико кивнул, замахав рукой в сторону их скамейки, Мира снова обернулась к своему больному Горетцка, с которым всё было в полном порядке. Правда, когда девушка коротко беседовала с соперником, она, не задумываясь, говорила непринужденно, четко и своим голосом, что до этого, что сейчас с помощником главного доктора. Возле Беллингема стоял Мусиала и пил воду, которая была с собой у врачей, и смотрел за состоянием друга, с которым они прежде и вместе играли в детстве, когда-то давно — в Англии. Он стоял близко и всё слышал. Теперь этот до боли знакомый голос нельзя было назвать миражом. — Альт, идём, — произнёс доктор, поднимая с газона сумку, — ничего не забыли? — Нет, профессор. Всё тело Джамала сковало, что он боялся пошевелиться. Осознание пришло. Всё это время рядом с ним была не Агна, а Мирабелла. Или… Агна Мирабелла Альт? Его Мира… Она трогала его. Изучала глаза. Проходила мимо. Пыталась не разговаривать. Когда игра возобновилась, Мусиала был сам не свой, он делал не то, что хотел, тело не слушалось, мяч ускользал из-под ног. Несколько минут и он попросил замену. — Не может быть, этого не может быть, — говорил он сам себе. Джамал, опускаясь на сиденье, вёл себя странно, его глаза были непривычно широко раскрыты, словно в удивлении. Честно говоря, он напугал медперсонал. Мира была ближе всех к нему, а поэтому, тут же присела возле мулата лишь двигаясь вправо на одно небольшое место. — Тебя что-то беспокоит? Что-то случилось? Глаза, нога? Молодой человек смотрел перед собой, словно не верил в произошедшее. Может он снова не видел, хотя нет, дошёл он сам и сел, тоже. Мусиала повернулся к девушке, испепеляя её взглядом. Она аккуратно присела на корточки и стала щупать его ноги, ведь он же жаловался на дискомфорт ещё несколько часов назад. — Дело не в чём-то, — Джамал опустился ниже, облокачиваясь локтями о колени, — И даже не в глазах… — он сглотнул. — Дело в тебе. — Во мне? Причём здесь я? — Притом, что ты моя Мирабелла, разве не так?
