Тайна хрустальной шкатулки

Двери в столовую открылись второй раз за вечер, и Гермиона снова застыла на пороге. Дубовый стол был линией фронта, и двое очень взвинченных людей опирались на него по разным сторонам, сверля друг друга взглядами. Ринг.       — …этим добилась? Спровоцировала конфликт? — хмурился Драко.       — Могу задать тот же вопрос. Когда ты собирался… — парировала миссис Малфой. Гермиона громко прочистила горло. Две светловолосые макушки синхронно обернулись на нее. Если раньше казалось, что Драко — копия отца, то теперь поняла, что этот холодный испепеляющий взор явно достался ему от матери.       — Что? — рявкнул Драко и тут же добавил ровнее: — Что такое, Грейнджер? Она пропустила эту вспышку мимо ушей.       — Я не наелась. Драко отошел от стола и запустил руки в волосы. Его мать тоже сделала шаг назад и поправила брошь на блузке.       — Сходи на кухню. Эльфы что-то дадут тебе.       — Порции за этими вашими зваными ужинами микроскопические. Это возмутительно, — тем же спокойным тоном сказала Гермиона. — Кто бы знал, что в доме Малфоев меня захотят заморить голодом.       — Грейнджер, сейчас не к месту, — он раздраженно махнул рукой в сторону. — Сходи возьми что-нибудь. Мне нужно поговорить с матерью. Гермиона игнорировала попытки сплавить ее.       — И я считаю, что вы тоже голодны. Ни за что не поверю, что вы считаете это нормальным. Нарцисса скрыла дрогнувшие уголки губ, слушая, как мисс Грейнджер продолжала возмущаться их пренебрежением к утолению жизненных потребностей гостей, и поддержала ее стремление к мирным переговорам:       — Да, я бы тоже еще перекусила.       — Чудесно, — степенно склонила голову Гермиона. — Думаю, Драко не против составить нам компанию. Не дожидаясь разрешений, она сходила на кухню отдать указания. Эльфы удивились, но Бруна сказала сделать так, как велено. Когда Гермиона вернулась, спор между Малфоями снова набирал обороты. Она спокойно прошла во главу стола и, перебив их на полуслове, заявила:       — Я уже поняла, что здесь расположение имеет значение. Считайте, теперь это место рефери, — кивнула сама себе и села, аккуратно расправив платье.       — Конечно, ты не можешь не вмешаться. Почему я не удивлен? — закатил глаза Драко.       — Сядь на чертов стул, будь так добр. Наконец Гермиона поняла, что за страсть имелась у Пэнси к исследованию своего маникюра, ведь теперь делала то же самое. Позволяет сохранять невозмутимость, избегая, например, витающей накаленности. Малфои скрестили руки на груди и прожигали друг друга взглядом. Домовик поставил на стол большую дымящуюся тарелку и несколько фарфоровых пиал, что использовались для куда более роскошных блюд.       — Что это? — спросила миссис Малфой. Трубка мира.       — Картошка фри. Вы берете кусочек и макаете в соус. Очень вкусно и сытно, — Гермиона наглядно продемонстрировала, используя невероятно утонченный брусничный вариант, которого никогда не касалось нечто столь же плебейское. Нарцисса смотрела так, словно магловский фастфуд был особо капризным и экзотическим цветком, и решала, как подойти к этой диковинке, наблюдая и за Гермионой. Она тем временем уплетала с удовольствием.       — А тарелки? Приборы? — озадаченно отозвалась миссис Малфой.       — Так невкусно, — Гермиона пожала плечами и взяла еще кусочек пальцами.       — Понятно, — глубокомысленно кивнула собеседница и продолжила наблюдения. Драко следил за этим представлением, насупившись.       — Угощайся, — бросила ему Грейнджер и сверкнула глазами. — Мы оба знаем, что ты ее любишь. Со вздохом он снял пиджак, демонстративно закатал рубашку и сел. Мама недовольно цокнула, заметив татуировку на его левой руке.       — Осуждаете? — спросила Гермиона, проследив за ее взглядом.       — Навевает неприятные ассоциации, скажем так, — призналась Нарцисса и еще раз посмотрела на тарелку с диковинным блюдом.       — Слава Мерлину, что решения о собственном теле я могу принимать сам, — преувеличенно облегченно высказался Драко. Гермиона наблюдала, как миссис Малфой, все так же исподлобья глядя на сына, взяла салфетку. Видимо, решила дать шанс фри, но пока не спешила.       — Если учесть, что я по уши в ваших семейных делах, считаю уместным обсудить ситуацию и прийти к оптимальному решению, — дипломатично предложила Грейнджер.       — Ну, конечно, — издевательски хмыкнул Драко. — Куда же без этого.       — Ты несправедлив. Я вообще не должна была быть на этом ужине, но все же здесь. Давайте начнем с претензий. Гермиона сверлила взглядом недовольного Драко.       — Сначала ты пропадаешь на полгода — как выясняется, ради каких-то тайных целей, — потом врываешься в Лондон, устраиваешь демонстрацию «Малфои — великие маглолюбы», отправляешь эльфов шпионить из-за штор, а в финале подливаешь сыворотку правды за семейным ужином, — только и смог сказать Драко, лишь волей Мерлина не срываясь на крик. — Ничего не обсуждаешь заранее. И чего ты добилась? Угроз забрать Скорпиуса? Гермиона подавилась и откашлялась. К такому завершению вечера она не была готова. Но точно знала одно: семейство Гринграсс получит Скорпа только через ее хладный труп, а она живучая.       — Непредсказуемость — семейная черта, дорогой, — улыбнулась Нарцисса и, придерживая салфеткой, наконец макнула кусочек картошки фри в соус для кокиль Сен-Жак. — М-м, так и правда вкуснее. Бедный ее мальчик. Он еще не знает, что она уже придумала, как будут звать их с Гермионой внуков — а ведь эти двое даже не подозревали, что однажды поженятся!       — Правда? — уточнила Грейнджер.       — Да. Если заменить гребешки на картошку, я готова дать этому блюду шанс. Традиции маглов так занимательны, — сверкнула улыбкой Нарцисса, прибавляя себе очков в глазах будущей невестки.       — Чудесно. Что еще?       — Я действую по ситуации. Если бы мой сын больше посвящал меня в свои дела, я бы не прибегала к крайним мерам. Миссис Малфой наградила ее долгим взглядом. В интонациях слабо слышалась обида. Гермиона кивнула, согласная с этой оценкой, хоть пока и не очень понимала сути ситуации.       — Хорошо. Очевидно, вы оба знаете что-то, что неизвестно другому, и тем более неизвестно мне. Но это все взаимосвязано, и я ни за что не поверю, что Вы, Нарцисса, решили вмешаться просто так. Что-то мне подсказывает, что Вы бы предпочли провести время с внуком, а не затевать скандалы в Ваш краткий визит, — заключила она.       — Совершенно точно, — подтвердила миссис Малфой и стала приглядываться к соусам, видимо, прикидывая, какое сочетание выбрать следующим. Нарцисса сохраняла хладнокровие, и Гермиону это успокаивало. Малфой же сосредоточенно жевал, облокотившись на стол. Он погружал картошку в пиалы интенсивнее, чем требовалось.       — Давайте начнем сначала, — предложила мисс Грейнджер.       — Вопрос к Драко, — отозвалась Нарцисса. Не могла не заметить, что ее сын такой красивый, даже с учетом этих магловских меток. Туту? Тута? Она не помнила. — Пусть расскажет о своем добром сердце и великодушной помощи Гринграссам, а я поясню другое.       — Вы о том, что Драко перечисляет им деньги? Брови свелись к переносице, когда Малфои удивленно посмотрели на нее.       — Как ты у… знала, а я — нет? — в один голос воскликнули они. Гермиона отложила очередную порцию. То, что это секрет, она даже не подозревала.       — Ты сказал, что помогал ему после отсидки, — еще сильнее нахмурилась она. — Нетрудно догадаться, что за помощь нужна разорившимся родственникам. Когда мы встретились здесь с Дафной еще в первый раз, она щеголяла неплохим нарядом. Украшения и все такое. Но ни Дафна, ни ее отец, насколько мне известно, нигде не работают. И, судя по всему, ты делаешь это и сейчас.       — Что ж, и правда логично, — заключила мама. Как же Драко забыл, что Грейнджер зачем-то запоминает каждое его слово.       — Тори переживала за них. И мне было достоверно известно, что ситуация и правда плачевная. Дело даже не в украшениях. Содержать дом, налоги на имущество — это все большие деньги, — ответил Драко под двумя требовательными взглядами. Очевидно, что они и так уже знают хотя бы частично. Не то чтобы большой секрет — просто зачем? Это его дела.       — А ты не хотел… ну, не знаю, посоветовать им пойти на работу и продать поместье, раз оно съедает столько золота? — насмешливо спросила Грейнджер, изогнув бровь. Ах как у нее все просто.       — Эдмунду? Вот уж вряд ли. Кто купит огромное, сжирающее средства поместье чужой семьи, до кучи с запятнанной репутацией? Да и после войны не то чтобы у кого-то были на это деньги, — пожал плечами Драко.       — К тому же это родовое гнездо, — подсказала мама, как будто принимая такой ответ. — Я бы тоже держалась до последнего.       — Хорошо, допустим. Что дальше? Драко потер виски. Как же ему не хотелось копаться во всем этом. Драккловы семейные секреты настигали в самый неподходящий момент.       — Так как Гринграсс — человек гордый, он предложил вариант. У них есть земли в Уэльсе.       — Кардифф, — понятливо вставила Гермиона.       — Верно. Пашни, леса. В теории, конечно. Землями никто не занимался — просто стоят, так что это все требовало бы вложений, достанься они нашей семье. Но я согласился.       — И о каких же суммах идет речь?       — Судя по тому, что нынче они явно ни в чем не нуждаются, намного ценнее тех земель, — вмешалась миссис Малфой. Она осуждающе глядела на сына. Драко помолчал и вытер руки салфеткой. Отклонился на стуле, складывая кисти на стол. Фамильный перстень бликовал в мерцающем свете магических ламп. Оправдания за это решение не входили в его планы. Долг умершей жене он не мог не отдать.       — По моим расчетам, сравнялось бы. Почти. Считай, акт помощи разорившимся родственникам, как верно сказала Грейнджер. Только не говори, что ты всерьез переживаешь за наши капиталы, — Драко насмешливо обвел мать взглядом.       — Почему же Вы этим так недовольны? Ну, не считая того, что Гринграсс их продал в обход Драко, — уточнила Гермиона и подогнула под себя ногу. Судя по всему, разговор будет долгим, а сидеть по струнке она устала. Нарцисса сняла узорную рубиновую брошь и начала нервно крутить ее в руках, выражая свои чувства только этим.       — Потому что это глупость. Деньги ушли в никуда, без гарантий. Они теперь считают, что им все можно. Ты вырастил себе врагов за свой счет, сынок. Род Малфой обесценен перед другим благородным родом — и это опасный прецедент. Если бы ты посоветовался со мной, то не поступил бы так наивно и… — начала она, но была перебита.       — В какой именно момент я должен был обратиться к тебе за консультацией? — холодно бросил Драко, скользя взглядом по лицу матери. Его челюсть дернулась. «Дорогой…» — начала она в его голове. Он выпнул чужие мысли из своего разума.       — Нет уж, раз ты вынесла это на импровизированный совет и отчитываешь меня — говори вслух. Давай продолжим вываливать обвинения друг на друга, если ты этого хочешь. Особенно, при нашей гостье. Нарцисса вздохнула, глянув на мисс Грейнджер. Было видно, что девушке не слишком комфортно оставаться в этой семейной драме, но какие варианты, кроме как обсудить это сейчас? Нарциссе скоро уезжать.       — Ты со мной много советовалась, когда за спиной приводила на чаи Грейнджер? — прищурился Драко и бросил взгляд на «предмет» разговора. — Без обид. Я оставил вопрос с этими чертовыми землями на попозже, пока разбирался со схемами дражайшего папочки, чтобы не было новых поводов отправить нас за решетку. Если ты вдруг не знала, что такие имелись. Тогда я не мог просто принять новое имущество на баланс. Или когда я был с умирающей женой, пока ты опять же плела заговоры на пару с той же Грейнджер? Так в какой из моментов мне стоило поговорить с тобой? Может, на похоронах или когда тебя не было в Лондоне? «Привет, мамочка. Я не знаю, где ты, но дай, пожалуйста, финансовый совет». Маловато поводов для задушевных бесед, знаешь ли. Драко перевел дух и провел руками по лицу. Он даже не повышал тон.       — Я сам разбирался с этим всем — так, как умел. Ты хотела, чтобы я научился нести ответственность, так не причитай, когда я это делаю. Я и сам прекрасно знаю о том, что не стоило так доверять ему в этом вопросе, но уж прости мое сентиментальное желание не беспокоить человека, потерявшего дочь. Чего ты сейчас от меня требуешь? Долгие минуты в столовой стояла тишина — тяжелая, как опустившаяся на дом темнота. На секунду Гермионе закралась мысль: она стала свидетелем настолько личного момента, но ее никто не гнал. Она не могла злиться на Драко, потому что причиной его гнева была явно не она и даже не мать. Он просто устал, а сама Гермиона не знала, что и сказать. Она потянулась к его лежащей на столешнице руке. Пусть Нарцисса думает что хочет — так Гермиона рассудила, но Драко ненавязчиво, но значимо отодвинулся. Ладно, она объяснила себе это как «не трогайте меня», хоть и внутри что-то дрогнуло. Миссис Малфой опустила взгляд, снова коснулась броши, но на этот раз — почти рассеянно. Она медленно вздохнула, не сразу поднимая глаза.       — Ты прав, — сказала она наконец. Голос был ровным, но тише обычного. — Возможно, я упустила момент, когда ты перестал быть мальчиком. И возможно, мне страшно признать, что ты действительно справляешься. Она сделала паузу, ловя в себе что-то вроде растущей тревоги, но, как всегда, искусно ее скрыла.       — Не потому, что не доверяю тебе, а потому, что боюсь за тебя и за нашу семью. Последние годы — это один сплошной кошмар. Драко смотрел на мать с отстраненным выражением, но, пожалуй, в его взгляде уже не было той резкой эмоции.       — Вам обязательно нужно попробовать другой фастфуд. Драко любит чизбургеры, — улыбнулась Гермиона, когда все снова затихли, и Нарцисса не сдержала смешка.       — Однажды — обязательно. Но эти милые жесты от будущей невестки зачла в общий счет. Гостьей она ее не считала, а потому не переживала, что этот эмоциональный разговор произошел на ее глазах. В конце концов, Малфои — тоже люди.

***

Они доели фри в молчании, и эльфы очистили стол. Гермиона призвала сумочку и взяла блокнот, чтобы записывать. Вроде бы конфликт отцов и детей более-менее разрешен, так что пора вернуться к насущному. Витающие волны напряжения от Драко она пыталась игнорировать.       — Хорошо. Давайте дальше, — предложила она. — Но что было за ужином? Нарцисса, пожалуйста, объясните. Это и правда звучало… неожиданно.       — Для начала ты мне скажи: почему ты решила не рассказывать Гринграссам об… игрушках для Скорпиуса? Грейнджер бросила на него непонимающий взгляд. Драко упрашивал себя перестать язвить и просто слушать.       — О болезни. Мама называет это так, на всякий случай. Из-за обета, — пояснил Драко, крутя фамильное кольцо на пальце. — Но я тебе ничего не говорил.       — О, тут тоже просто догадаться, сынок. Узнаю стиль мисс Грейнджер, — добродушно похлопала мама по ладони вышеупомянутой. Да, дожили до того, что узнают почерк в словах других.       — На самом деле, у меня нет ответа, — призналась Гермиона. — Сначала подумала, что просто не стоит их тревожить и оставить возможность спросить их о чем-то, ну, важном, без драматизации.       — Цинично, но это не все, верно? Гермиона потерла виски снова. У нее и правда нет никакого объяснения, кроме легкого зуда в голове.       — Верно. Что-то в этом всем…       — Не так, да? — остро спросила миссис Малфой, и она кивнула.       — Что вы имеете в виду? — нахмурился Драко.       — Не знаю. Что-то… не могу сказать. Я думала, что после того, как мы с тобой поговорим, это чувство уймется, но как заболел Скорп, я все никак… — Гермиона запнулась. У нее и правда не находилось слов. — Не знаю, может, я ошибаюсь.       — Не думаю, что ты ошибаешься. В конце концов, я тоже не нашла четкого ответа в себе, почему вдруг сорвалась на поиски, ведь тогда об «игрушках» не было известно и никаких предпосылок не было, — задумчиво протянула миссис Малфой. Гермиона внимательно посмотрела на нее. Да, и это тоже. Она все никак не могла найти себе более внятное оправдание, чем то, что тогда Нарцисса сказала Пэнси. Звучало веско, но зная мать Драко… У нее были свои недостатки, но в ее любви к сыну никогда сомневаться не приходилось. И как удачно сложилось, что родовое проклятие проявилось на Скорпе, а его бабушка уже искала целителя. Но она и сама не знала, почему это делает. Это все требовало обдумывания.       — Хорошо. Допустим, вы обе правы, и есть это таинственное нечто. Что из этого? — продолжил разбор полетов Драко, тоже сделав себе внутреннюю пометку подумать на потом.       — Я решила навести справки о наших дорогих родственниках. По старым связям и сплетням. Насколько я знаю, никто из вас не посещает салонов, вечеров, верно? — уточнила Нарцисса, сама зная ответ. Конечно, они подтвердили, что им и так есть чем заняться. — Где, по-твоему, был Эдмунд все эти месяцы?       — Закрылся в поместье. Кошмарил Дафну, — сказал Драко то, что считал правдивым. Гермиона делала пометки в ежедневнике. Просто на всякий случай.       — Но это не совсем так. Пару раз его видели — принимал соболезнования, скорбел по дочери. Уже не сходится с тем, что говорила тебе Дафна, верно? — приподняла изящную бровь миссис Малфой. — Ничего предосудительного, в целом, но образ не для убитого горем отца.       — Хорошо, допустим. Но я тоже вышел на работу.       — Это другое, сынок, — тихо сказала мама, и глаза слегка заблестели. — Если бы я потеряла тебя, то моя жизнь кончилась бы в ту же секунду. От веса этих скупых, но главных слов у Драко сжалось сердце. Гермиона старалась не отсвечивать, пока длились переглядки. Наконец он прочистил горло. Хватит разводить сопли: они пока что все живы, Слава Мерлину.       — Так вот, — продолжила Нарцисса, переводя дух. — Муж моей знакомой — Патти Кармайкл — держит земли там же, в Уэльсе. Путем нехитрого диалога я узнала, что Эдмунд свои спешно продал и не очень выгодно. Муж Патти возмущался, что знай об этом, выкупил бы сам.       — Но зачем, если он на обеспечении от Драко? — подала голос Гермиона. Они сошлись на том, что это нелогично. Зачем потенциально ссориться с зятем? Ради не самой выгодной сделки? Глупо кусать руку, что тебя кормит — даже Гринграсс должен это понимать.       — Далее, — Нарцисса расправила салфетку в ладонях, как бы проводя черту. — Я благодарна Дафне за участие, но как-то она зачастила с визитами. Вспомни, разве мы так уж много общались раньше? — Драко подтвердил, что нет. — Именно. И Дафна до сих пор даже не обручена. А ей пора. Миссис Малфой говорила о замужестве так убежденно. Но Гермиона решила, что затевать дискуссию о женских правах и сферах реализации точно неуместно.       — Вы не думали, что она просто тоскует по сестре и тянется к племяннику? — уточнила Гермиона, стуча ручкой по столешнице.       — Возможно. Но у меня есть и другая мысль, — неопределенно повела собеседница плечом.       — Ты же не всерьез, — выдал Драко, изумленно глядя на мать.       — О чем вы? Драко обернулся к озадаченной Грейнджер и сам не верил в то, что скажет, но в памяти всплыли слова Дафны — какая он удачная партия и как этим может воспользоваться Гермиона.       — Мама думает, что Гринграссы хотят выдать Дафну за меня.       — Я не исключаю такой вариант, — серьезно сказала миссис Малфой.       — Но это же… аморально! Они же сестры, — воскликнула Гермиона. Очень не вовремя ее сознание напомнило, что еще было аморальным. Она сказала «спасибо» своей совести за очередное напоминание.       — Для тебя, дорогая, может быть. Наши традиции не препятствовали бы. Даже, по правде говоря, приветствовали. Сохранить связь двух семей, — пояснила Нарцисса и наблюдала шок на лице мисс Грейнджер. Ах, как хотелось бы сказать, что беспокоиться той не о чем, но это сделал сын:       — Для протокола, я не планирую жениться на Дафне, — Драко моргнул, отгоняя даже возможную вероятность этого.       — Тебя никто и не заставляет, — поспешила утешить Нарцисса. — Я лишь пытаюсь разобраться. Гермиона почувствовала, что расслабилась, но сама и не поняла, когда успела напрячься. О великие основатели, спасите ее душу.       — Прекрасно, — Драко возвел глаза к потолку. — Только этого еще не хватало.       — Таким образом, я не понимаю, чего хочет Дафна и чего хочет ее отец. Но их поведение наталкивает меня на разные мысли. Не уверена, обратила ли ты внимание, дорогая, но у Дафны в мечтах много всего, как показал наш разговор в гостиной. Она — не кроткая Астория.       — Хорошо. Почему вы просто не залезете к ним в голову и не узнаете? Вы же оба можете. Кстати, это было очень невежливо, — напомнила Гермиона, когда обдумала сказанное и вспомнила, что повод для разноса у нее тоже имелся. Драко был в своих мыслях, так что проигнорировал ее упрек. Миссис Малфой хватило такта извиняюще улыбнуться, но это было явно не очень искренне.       — У меня не выходит. Твой разум — открытые ворота, прости, Гермиона, но это так. У них же мне что-то мешает — незаметно точно не получится. Драко, ты пытался?       — Нет, — он закусил губу, но догадка вспыхнула одновременно с Грейнджер. — Напоминает кого-то, да? Они кивнули друг другу и рассказали о таланте Астории к особой форме ментальной магии. Предположение о том, что это семейное, как у Блэков, не заставило себя ждать. Неужели это не такой уж и редкий дар? Гермиона сделала пометку почитать об этом.       — Поэтому вы решили их спровоцировать. Ничто не всколыхнет их больше, чем маглы и маглорожденные, — наконец до нее дошло.       — Верно. Ты и правда так удачно зашла… — расплылась в улыбке Нарцисса. Но рассказывать о других своих затеях и причинах она не станет. Драко сузил глаза, но ничего не сказал. Вот и молодец. — И очень удачно выяснили, что Дафна что-то знает о вашей связи с Тори. Но здесь мне сложно, ибо не знаю всего.       — Я так понимаю, реплика про шторы об эльфе, которого вы послали к ним.       — Да. Но он ничего не выяснил. Эдмунд с шокированным лицом ушел в ванную. Дафна смотрела в окно, пока сама не освежилась. Вот и все, — негодующе покачала головой миссис Малфой. Спрашивать о сыворотке правды уже не стоило. Гермиона и так поняла, в какой момент это было и о чем Эдмунд проболтался. У Драко голова шла кругом. Он не знал, за что хвататься и что обдумывать в первую очередь. Ему пришлось коротко выложить, о чем говорил с тестем.       — Они правда могут забрать Скорпиуса? Разве такое возможно? — с тревогой спросила Гермиона, чувствуя, как колышется внутри. Она и не представляла, что так далеко все зайдет.       — Пусть попробуют, и в следующий раз в бокале будет не веритасерум, — Нарцисса приподняла уголок губы, и у Гермионы по спине потек холодок. В том, что миссис Малфой способна на это, сомнений почему-то не было. Хотя ей ли судить? «Любимый» аврор Драко поспорил бы.       — Но теоретически — да, возможно. Конечно, при условии, если Драко признает его как старшего для себя. Это довольно архаичные правила. Я давно не слышала о такой практике.       — А Драко не признает.       — Есть сомнения? — он приподнял брови, как бы давая ответ.       — Ты держался молодцом, дорогой, — одобрительно улыбнулась Нарцисса. Гермиона не могла не согласиться.       — И что нам это все дает? Нарцисса приколола брошку обратно. Достаточно нервов на сегодня.       — Вы не понимаете, как Эдмунд думает. Вы — другое поколение. Он представитель древней семьи, а у него родились две дочери. Как бы это ни звучало, их род прервется, как Блэки, и его это тревожит. Одна дочь умерла, их репутация в обществе шаткая донельзя, все его надежды на великий мир чистокровных пали. Еще он зависим от финансов зятя, — она обвела молодых людей перед собой серьезным взглядом. — Человек, считающий, что потерял все и унижен, способен на многое. Скорпиус — это его надежда на наследие и пропуск обратно, ведь наша репутация стараниями Гермионы будет почище. К тому же не все способны… — она взяла паузу, подбирая слова, — преодолеть свои предубеждения.       — И его посетила «гениальная» идея сделать из Скорпа наследника, таская древние безделушки и изъявляя желание взять его на воспитание? — изогнул бровь Драко, перекидывая ногу на ногу. Ему было некомфортно. Его сын — не размеренная монета в этих великосветских играх. Достаточно и того, что Драко уже был втянут в это сам. Иногда его посещали мысли, что не так уж плохо быть кем-то вроде Уизли — по крайней мере, живут как хотят и никому ничего не должны самим фактом рождения.       — Судя по всему, да, — задумчиво протянула мама. — Горячительное, нервы — он не сдержался. Возможно, он продал земли, чтобы развязать себе руки. Даже ценой конфликта с тобой — ведь знает, что мы не будем обращаться в суд. Гермиона пригляделась к своим заметкам. Какое-то это все нескладное. Столько домыслов. И Драко подтвердил эти мысли:       — Мы не знаем наверняка.       — Вам придется наблюдать за ними дальше и решать проблемы по мере поступления, — резюмировала миссис Малфой. — Я пока больше ничего не могу и… я намекну завтра Люциусу подумать на досуге об этом. В рамках того, что могу ему сказать. Нарцисса бросила долгий взгляд на сына. Конечно, откуда бы Малфою-старшему знать о Скорпе, если Драко не навещает его. Какое-то шестое чувство подсказывало Гермионе, что стоило бы сообщить ему. Старый лис может быть полезен. Но как это сделать? Она может написать ему сама, чтобы не дискредитировать Нарциссу. Черт, этот проклятый обет осложнял им жизнь больше, чем это изначально подразумевалось. И Драко наверняка будет недоволен этим: так что лучше — говорить или не говорить?       — Я понимаю, почему вы не хотите выносить это в публичное поле, — перевела тему Гермиона. — Разбирательства из-за денег и все такое. Но разве Эдмунду обязательно думать, что вы так не сделаете?       — Блеф — тонкая материя, дорогая. И это будет стоить того, только если…       — Если ничего не изменится в наших финансовых делах. Если я это использую как рычаг и пригрожу лишить денег, — подхватил ее мысль Драко. — Но что он может? У меня есть полное право прекратить выплаты. Никаких обязательств я перед ним не имею, выкуп за Тори давно уплачен. В этот дом он больше не войдет, так что можем не обсуждать безумные идеи вроде похищения ребенка. Потрепать нервы, пуская слухи? Миссис Малфой призвала себе стакан воды, отпив немного, и принялась крутить его в руках.       — Все верно, — медленно сказала она. — Но если мы хотим понаблюдать за дальнейшими шагами, торопиться… не всегда лучшее, хоть это потенциально рискованно: как воспримется этот жест?       — Что? Вы предлагаете продолжить выплаты? — вскинула голову Гермиона и ошарашенно посмотрела на женщину перед собой. — Я понимаю, что это не мое дело, но это банально несправедливо, не считая остального. Особенно после таких заявлений!       — Справедливость — не всегда цель и нужный результат, дорогая, — Нарцисса мягко похлопала девушку по руке. Все же, юношеская наивность еще не исчезла из нее. Драко сосредоточенно смотрел на свой перстень, крутя его между пальцев, пока рядом рассуждали о высших материях. Ему нужно поразмыслить. Собрать информацию. И оценить все на свежую голову. Такие дела не решаются впопыхах.       — Неужели ты тоже так считаешь? — обратилась к нему Грейнджер, и было видно, что она раздражена.       — Я считаю, что уже довольно поздно и пора расходиться. Если нет еще каких-то тем для обсуждения на этом великом совете, — выдохнул Драко, дернув уголком губы.       — Но…       — Я решу, как поступить, с учетом всего известного, — твердо сказал он, отсекая споры. Драко смотрел на нее в упор. Гермионе просто не верилось, что он еще о чем-то раздумывает! Но что она могла? Это его деньги и его семья. Так что она прикусила язык, но все же решила написать Люциусу. Миссис Малфой промолчала.       — Вот и отлично. Грейнджер, если ты не против, я бы взял завтра свободный день. Проекты у меня есть с собой.       — Хорошо. Тогда до субботы, — кивнула Гермиона и засобиралась.       — А что в субботу? — уточнил Драко, снова отрывая взгляд от металла в руках.       — Тебя же пригласил Гарри, — удивленно напомнила Грейнджер. — Отпраздновать рождение Джеймса. Нарцисса с интересом прислушивалась. Мистер Поттер зовет ее сына на такое семейное событие? Многое же изменилось, пока ее не было. Хорошо. Очень хорошо.       — Черт, точно, — Драко провел руками по лицу. — Сейчас я не в настроении для праздников. Напишу ему. И как только она заметила, что Гермиона собралась опять поспорить, дотронулась до ее ноги под столом. «Извини за вторжение снова, но я решу это. Доверься мне, а пока что его лучше не трогать». Нарцисса почувствовала вспышку негодования в создании девушки, но вслух та лишь озвучила:       — Хорошо. Как скажешь.       — Чудесно. В общем, спасибо, что осталась. Я пришлю тебе переводы с эльфами утром, — устало выдохнул Драко. — А сейчас я хочу пойти проверить Скорпа. Провожу тебя?       — Я думаю, что мне тоже пора, дорогой, — вмешалась мама с улыбкой. — Навещу вас завтра. Стоя на крыльце, Нарцисса поправила ему воротничок и похлопала по щеке.       — Пока, — отозвалась Гермиона и наблюдала, как Драко, почти не взглянув на нее, как-то вымученно махнул ей рукой, и дверь перед ними закрылась. Что-то царапнуло изнутри, но она постаралась не придавать значения ни прохладному тону, ни прохладному прощанию. Гермиона выдохнула сквозь зубы, прикусив щеку изнутри. Конечно, он устал. Конечно, не до нее.       — Доброй ночи, — почти на автомате обратилась она к Нарциссе, и та коснулась ее локтя. Гермиона посмотрела на изящные пальцы и подняла голову.       — Я столько лет прожила в Англии, но никогда не была на Темзе. Составишь мне компанию? Наверное, этот долгий день не кончится никогда. Парный вихрь аппарации унес их в Лондон — город, что умеет скрывать под туманными покровами тихие разговоры и громкие секреты.