Неправильно... или? Стать андроидом (вне цикла)

11 ноября 2038 года, 22:46

— Значит, такой вот у нас план. Отвлекаем на себя внимание «Киберлайф», пока Бран и Коннор выпускают наших из башни. Звучит чертовски опасно, — вздохнула Норт. — Что, даже не будешь возмущаться, что из нас, фактически, сделали приманку для отвлечения внимания? — Если бы я не знала, куда пошли эти двое… — Норт вздохнула. А потом украдкой посмотрела на Алана. Мальчишка держался слева от Маркуса. В первой линии огромной колонны андроидов. До утилизационного центра оставалось буквально несколько десятков метров и глядя на виднеющиеся впереди заграждения Маркус все отчетливей понимал: этой ночью сегодня многих из их народа не станет. Нет, он осознавал это и ранее, но совершенно одно дело — расчеты и прочая теория, а совершено другое — практика. Когда видишь уже издалека танк, когда понимаешь, что вот еще секунда — и на тебя по команде президента или какого-то высокопоставленного чиновника из военного ведомства обрушат все имеющиеся калибры… Страх… Вот страха, кстати говоря, не было. Совсем. Может быть, Бран был прав, когда сказал, что умирать страшно только в первый раз, а может быть дело в том, что сейчас, подходя к позициям военных, приходилось сосредотачиваться на совершенно других задачах, а не на собственном страхе. Стрекот дрона с камерой над головой дал понять, что журналисты пристально следят за судьбой девиантов. Учитывая поддержку общественности, которую они снискали после событий в Башне Стрэдфорд, интервью Руби Саммер и других событий, все же надеялся Маркус на то, что власть имущие побоятся дать приказ на расстрел девиантов прямо в прямом эфире на глазах у представителей СМИ. Все-таки, они тут играют в демократическое государство, так что, возможно… — Разойтись! — стоит им выйти на Харт-Плаза, как кто-то из военных орет на них в мегафон. Повезло, что Маркус, предвидя такой сценарий, захватил такой же. — Откроете огонь по безоружным демонстрантам? — Был дан приказ об утилизации всех андроидов. — А приказ людей утилизовать у вас был? — Алан подтянул руку Маркуса с мегафоном к себе поближе так, чтобы его было слышно. Демонстративно поднял вверх голую ладонь, по которой едва уловимым движением провел то ли ножом, то ли вообще заточенной пластиковой карточкой. — Или пиздюком больше, пиздюком меньше, неважно, наплевать, ради великой миссии можно и по человеческим костям танком пройти? — Отпустите ребенка! — тут же потребовал у Маркуса военный. И Маркус вспомнил, что основная его задача здесь — тянуть время как можно дольше. А значит — позволительна любое поведение, любая клоунада, лишь бы как можно дольше получилось занимать внимание военных и, в большей степени — Киберлайф. Их частная армия стояла отдельно от военных, не смешиваясь с ними, что было, по мнению Маркуса, хорошим знаком. Ведь если военные не считают себя единым целым с этой толпой в бело-серой броне, значит — в случае возможного конфликта они могут и не принять их сторону. — Ой да забирайте, спасите нас от него хотя бы, люди добрые. Это же хоть кто-то мозги моим людям выносить не будет. — Вот не надо мне тут! Я не могу выносить то, что попытался найти, но не смог, — подмигнув Маркусу, принялся балагурить Алан. Он хоть и не был телепатом и техником, как его брат, но соображал, когда надо, что пора подыграть. — Это у андроида ты мозги найти не смог? А ты точно правильно искал? — Да точно. Вот давай, спроси у кого-то из своих, как перевести с русского «косил косой косой косой». — Вот, видите? Издевается. Каждый день над нами издевается. Уборку сделать заставил, вопросы постоянно задает, лезет во все неприятности, одна радость — спит иногда, тогда молчит хотя бы. Заберите его себе, а, товарищи военные? Правда, если вдруг он у вас патроны сопрет прямо из автоматов или шнурки вам узлом посвязывает, как только вы отвернетесь — мы не виноваты, мы предупреждали, — Саймон тут же включился в игру. — Малыш, давай вон иди, к дядям своей расы. — Не пойду! Дяди своей расы меня за попу потрогать пытались и в рот мне свои члены засунуть, а вы так не делаете, вы хорошие, я с вами останусь. Нет, Маркус, ну серьезно, какой ребенок захочет идти от доброго безоружного мужика к злому вооруженному мужику, который вот прямо сейчас в другого человека целится? — Я не целюсь в тебя! — тут же возмутился командир военных. — Это он обо мне, — тут же усмехнулась андроид, стоящая чуть левей Джоша. А потом — подняла вверх руки. Одну — с окровавленной ладонью, вторую — с зажатым в ней прямоугольником водительского удостоверения. Маркус почувствовал, как тириумный насос пропустил удар, потому что андроидом была Руби Саммер (и как он ее не узнал? Впрочем, он не смотрел назад, да и по сторонам особо не заглядывался, а Руби надела темную кепку, которая хорошо скрывала и красные волосы, и знакомое Маркусу лицо. Учитывая, что на ней была надета форма андроидов — ничего удивительного в том, что и сам Маркус, и рядом находящиеся андроиды без сканирования принимали Руби за свою). Сделав несколько шагов в сторону перед строем, женщина оказалась справа от Маркуса, чуть отодвинув за свою спину Норт. Та, впрочем, не возражала (что было прямо удивительно). — Вы целитесь в гражданского, офицер, — спокойно и уверенно произнесла она, чуть наклонившись в сторону, чтобы ее голос улавливал мегафон в руке у Маркуса. — У вас приказ уничтожить андроидов, но готовы ли вы ради исполнения этого приказа убить еще и людей? А сколько людей вы сможете списать в качестве сопутствующего урона? Предотвращая возможные обвинения этих вот ребят в удерживании кого-то силой — я здесь добровольно. Меня никто не держит! Так что — откроете огонь? Кто-то сзади дернул Маркуса за руку, заставляя отклонить мегафон так, чтобы можно было что-то сказать. — А по мне тоже? Ну так давайте, стреляйте! — Вайолет! — охнула Эйми откуда-то позади. — Привет, подружаня! Что, надеялась, что я тебя одну без присмотра отпущу? Фигушки, я своих не бросаю. А, да, забыла, вот, по устоявшейся традиции… — Вайолет подняла руки вверх. Левая с порезом, в правой прямоугольник, при взгляде на который военный стискивает зубы так крепко, что, кажется, хруст доносится и до Маркуса. — Мне пятнадцать, прав пока что нет, так что вот вам транспортная карточка в качестве подтверждения того, что я человек, а не андроид. За спиной раздается какая-то возня. Медленно обернувшись, Маркус чувствует, что вот сейчас он станет первым андроидом, который получил инфаркт. Потому что в толпе его народа поднимаются все новые и новые руки с окровавленными ладонями. Все новые и новые водительские права и детские транспортные карты показываются прямо в прицелы журналистских камер и военных дронов. — Да вы как, блять, вообще сюда попали? — едва слышно шипит он. Но Вайолет слышит и, хмыкнув, складывает руки на груди. — А что, тут вечеринка только для вас? Орали про равенство, а в тусовку пускать не хотите? А ведь ты мне почти понравился, Маркус. Между прочим, лицемерие — это плохо. — Между прочим, это тебе не детская игра. Ты что, не понимаешь, что сейчас, случись что, вас всех порешат к чертовой матери? — С учетом того, что здесь нас всего около трех сотен на весь город — думаю, мы все это прекрасно понимаем, Маркус, — огрызнулась девочка, с вызовом глядя ему прямо в глаза. — Только вот знаешь, я лучше умру вместе с Эйми, чем буду спокойно смотреть, как ее убивают. — Уверен, Эйми вряд ли желает тебе такой судьбы. — Эйми не спрашивают, чего она желает для меня. Я бы вот тоже не хотела, чтобы она сюда с тобой шла, а она пришла. Я здесь, потому что хочу быть здесь. Потому что считаю, что быть здесь — правильно. Если у кого-то духу не хватает защищать то, что ему дорого — это не мои проблемы, потому что я не из тех, кто будет сидеть, сложа руки. — А об отце ты подумала? Если тебя здесь убьют, то… — То он даже не заметит! Очнись, Маркус. Эйми — единственное близкое мне существо. И у многих ребят здесь такая же история. Уж не знаю, что ты там думаешь о людях, но не все из нас будут спокойно смотреть, как их друзей и семью вот так вот… как скот на бойне! — Вайолет зажмурилась, но слезы все равно побежали по лицу. Девочка поспешно принялась вытирать их рукавом, вынужденно замолчав на мгновение. И Маркус предпринял было снова очередную безуспешную попытку уговорить хотя бы Вайолет, хотя бы хоть кого-то из этих сумасшедших уйти в сторону, но в этот момент девочку крепко-крепко обняла расчувствовавшаяся Эйми. Камеры журналистов, снующие над ними, казалось, делали сотни снимков в секунду. Командир военных скомандовал что-то своим в рацию. И Маркус увидел, как все они, словно один человек, убрали стволы за спину. Но с места не сдвинулись. — Ждете дальнейших распоряжений? — в мегафон спросил он. Мужчина не ответил вслух, но кивнул. — Ну, ждите. — А спать спокойно будете, если скомандуют сейчас нас всех вместе с ними порешить?! — успела крикнуть в мегафон Вайолет прежде, чем Маркус выключил устройство и убрал его за спину. — Не нарывайся, — тихо вздохнул он. Обернулся к толпе своих, среди которых, как оказалось, не все были «своими». Нет, выволочку он потом, если выживут, своим устроит за то, что пропустили в свои ряды людей. С другой стороны… А он разве говорил о том, что они не должны людей пускать? Учитывая, что он и был первым андроидом, который притащил на «Иерихон» человека — ему бы помолчать. Да и, кстати, с него и Алана вся эта объединяющая эпопея началась. Люди ведь сейчас ладони себе резали в точности как мальчишка на башне после их сообщения в эфире. — Располагаемся. Мы здесь, судя по всему, не на один час. Мелькнула мысль о том, что надо бы соорудить хоть какую-то баррикаду, да только кто им это позволит. Стоит дернуть хотя бы тот рекламный щит или передвинуть машину — и сочтут за нападение, а там и стрельба начнется. Впрочем, если верить Брану — стрельба и так начнется. Одна радость — между ними и «Киберлайф» еще военные и полицейские спецотряды. С одной стороны — хорошо, не андроидов, так гражданских от «Киберлайф» они будут защищать с высокой вероятностью. С другой… Как-то тоже не хотелось Маркусу, чтобы «Киберы» убивали непричастных людей. И с другой стороны — лучше уж чужих людей, чем его, но в то же время… Как ни поверни, короче говоря, а ситуация сложится при боевых действиях такая, что под ударом окажутся все. «Скажите людям о том, что я опасаюсь провокации от «Киберлайф». Военные-то вряд ли кинутся на гражданских, по крайней мере, с огнестрелом. А вот что взбредет частной армии корпорации в голову — никто не знает», — скомандовал он своим. Судя по пронесшимся по колонне шепоткам — андроиды вслух озвучивали подозрения Маркуса рядом находящимся людям. — Дважды не умирать, — хмыкнул кто-то позади. — Если ты рассчитывал, что я после этого уйду — то ты меня все еще очень плохо знаешь, — хмыкнула Руби. — А это… можно автограф? — внезапно совсем тихо спросила Вайолет у Саммер. — Я все ваши видосы смотрю вот уже пять лет, а еще… — Кажется, тебе и тут фанаты покоя не дают, — хмыкает Винтер, тоже вышедший вперед к бывшей хозяйке. — Пока они не пытаются оторвать от меня кусок или забраться ко мне в дом — никаких проблем. Где тебе автограф ставить? Вайолет тут же вытащила из небольшого рюкзака за спиной скетчбук. А Маркус не упустил возможности попросить у Винтера, чтобы незаметно от Вайолет попросил Руби, воспользовавшись фанатской любовью девчонки, все-таки уговорить хотя бы ее покинуть колонну. Но Винтер лишь хмыкнул и сказал, что Руби в жизни делать этого не станет. «Она считает, что мы не имеем права вдалбливать детям постулаты, которым сами не следуем. А здесь, думаю, среди взрослых нет ни одного человека, который бы бросил кого-то из своей семьи или друзей один на один с проблемой такого масштаба». — Эй, народ, кому кофе? — раздался из толпы позади голос мужчины в потертой кожаной куртке. Люди, услышавшие его, заинтересованно придвинулись поближе. — О, как знала, что не зря шоколадки и печенье захватила, — хмыкнула Вайолет. — Мелкий, пошли, может, кофейку похлебаем, пока суть да дело? — А то ж! Война войной, а файв-о-клок по расписанию, — подхватил идею Алан. — У меня, кстати, чая полный термос. Как оказалось, почти все люди на площадь пришли не с пустыми руками. Так что уже пять минут спустя внутри колонны с рук на руки гуляли стаканчики, упаковки со сладостями и снеками, а еще — начались разговоры о том, как вообще все эти люди здесь оказались. Прибытие агента Перкинса внесло долю разнообразия в их своеобразную демонстрацию. Федерал прибыл уже когда все — и андроиды, и люди, малость расслабились, перезнакомились за полчаса и даже уже начали думать о том, что пронесет и сейчас никакой стрельбы не будет. — Маркус, я пришел договариваться. Ты же понимаешь, что… — начал было агент в мегафон. Но стоило Маркусу включить свой «матюгальник», как снова из-за спины вынырнул подросток, пустивший фарс под названием «переговоры» под такой откос, что сильней опозорить агента у Маркуса бы не получилось при всем желании. — Папочка, здравствуй! А чего это ты тут договариваться пришел и что-то обещать, когда свои обещания никогда не выполняешь? Маме ты когда алименты обещал перевести? Камера журналистского дрона тут же направила на мальчишку яркий луч света. Судя по тому, как хихикала и что-то щелкала на своем планшете Руби — это была именно ее камера. А уж за ней подтянулись и остальные, пока мальчик, на вид — ровесник Вайолет, на всю площадь начал рассказывать. — Этот ведь человек нехороший пятнадцать лет назад на презиках сэкономил. Маме обещал, что вытащить успеет, да вот не успел, как видите. Нет, я так-то не в претензиях, жизнь мне эта нравится, спасибо большое, но было бы неплохо, если бы мой биологический фазер вдобавок к даче этой самой жизни выполнял хотя бы минимум своих родительских обязанностей, установленных законом. То, что он меня в кино не водит, знать не хочет и общаться желанием не горит — его право, но алименты по два-три месяца задерживать — это как-то вообще ненормально, не находите? Мама с отчимом, значит, и в командировках, и на сверхурочных, и как только не крутятся, чтобы я в школу не в обносках ходил, а папа, значит, на неплохой должности работает, костюмчики себе покупает по стоимости, как весь мой и мамин гардероб, а вовремя пару сотен алиментов перечислить — это ему религия не позволяет, видимо. — Клайв?! Ты что здесь делаешь, между прочим, ты пообещал, что с ночевкой к Лукасу пойдешь, — из-за спин андроидов и людей вперед пробился худой мужчина с трехдневной щетиной и такими синяками под глазами, будто он не спал пару ночей минимум. Или же месяц спал по одной ночи в неделю. — О, а вот и мой настоящий папа, который не биологический, а самый-самый родной. Папуль, да я же с Лукасом вместе сюда и пришел. Ты, кстати, вроде бы как собирался с мужиками в гараже посидеть. — Так мужики тоже здесь, — хмыкнул отчим мальчишки. После чего посмотрел вперед, там, где агент Перкинс как раз собирался что-то сказать в матюгальник. — Слушайте, я ведь уже триста раз вам говорил, откажитесь вы от родительских прав, я Клайва усыновлю спокойно и будем жить нормально. Я ведь его с трех лет ращу, а вы не то что отцом ему быть — алименты вовремя заплатить не можете. — Здесь обсуждаются не личные семейные драмы, а… — Заплати алименты! — в голос крикнули Вайолет и Руби. Одновременно. — Заплати алименты! — на втором крике к ним присоединились Алан, Саймон и кто-то еще позади. — Заплати алименты! Заплати алименты! Заплати алиименты! — принялась скандировать вся толпа андроидов и людей. Маркус прижал ладонь к лицу и убрал бесполезный матюгальник за спину. Переорать ЭТО было невозможно. Да и не требовалось, судя по тому, что Перкинс, напоследок крикнув, что Маркус сам виноват будет во всех возможных последствиях, отбыл восвояси под не утихающие требования заплатить все-таки чертовы алименты. Военные не требовали прекратить скандирование. Судя по щурившимся под балаклавами глазам — многие откровенно ржали над агентом. Наверное, их веселью и злорадству способствовало то, что федералов ни военные, ни полицейский спецназ особо не жаловали. А может быть, для большинства людей тоже была смешной ситуация, когда какие-либо договоренности пришел заключать человек, не выполняющей своих обязательств даже перед теми, с кем связан кровным родством. — Интересно, заплатит, или отмажется? — хмыкнул себе под нос Винтер. — Отмажется, конечно. Если человек крыса однажды — он крыса на всю жизнь, а у родного ребенка только крысы воровать и будут, — просветила андроида Руби. — А ты правда его сын? — заинтересованно повернулась Вайолет к новому знакомому. — А по моему гордому профилю не видно? — хмыкнул Клайв. — Если не веришь, на вот, сама в документы посмотри, там и ДНК-тест был сделан и все, как полагается. — Круто ты его. — Ну, тебя мне не переплюнуть, но я старался. Я Клайв, кстати. А это мистер Рейнольдс, мой отец. Ну, не биологический, а настоящий. — Вайолет. А это Эйми, моя подруга. А где твои андроиды? — Я не со своими, я с Лукасом и его Тревором. За Тревором сегодня заявились, ну да мы его спрятали, а потом решили все вместе сюда идти, авось что подправим. Пап, а ты, кстати, что здесь забыл? У нас же нет андроидов. — У нас-то нет, а вот у Арнольда и Лизы Марию хотели забрать. Не для камер история, да и вообще не для чужих ушей, потом, как все закончится, расскажу все более подробно. Ладно, Клайв, домой гнать тебя бесполезно, я уже понял, ругать тоже бессмысленно… — Ага, с учетом того, что это ты меня таким воспитал, — хмыкнул подросток. — Просто скажу один раз — будь осторожен, мало ли. И давай сразу придумаем, куда смотаемся после всего этого на недельку, чтобы твоя мать, вернувшись из командировки, нас обоих не порешила. — Ой… — Клайв нервно усмехнулся. — А давайте будем решать проблемы по мере их поступления? — Тоже хороший подход, одобряю. Ладно, я обратно к мужикам, если что — мы слева в третьем-четвертом рядах. Ну а ты, я так понимаю, с прекрасной дамой останешься. «Прекрасная дама» хихикнула и смущенно улыбнулась. Тут же, впрочем, завязав с Клайвом разговор о чем-то другом. Кажется, о школьных делах. Именно за их обсуждением подростки убрались наконец-то вглубь колонны. По пути выслушивая комментарии о том, каким «зачетным» было представление, которое только что разразилось на площади. Маркус практически не вслушивался в эти разговоры, больше поглощенный своими мыслями и расчетами, а самое главное — отслеживанием обстановки по периметру. Потому что сейчас было самое подходящее время для какой-нибудь провокации. Как оказалось, так считал не он один. И не он же в итоге разобрался с неожиданно появившейся проблемой.

***

11 ноября 2038 года, 23:12

Происходящее капитану Аллену не нравилось. На самом деле, какой-то частью своей не до конца очерствевшей души он надеялся, что у этого андроидского командира Маркуса есть какой-то план. Потому что сам Уильям Аллен, как и те люди, что стояли в толпе андроидов, очень хорошо понимал: если сейчас будет дан приказ открыть огонь по девиантам — жертв не избежать и среди военных, и среди гражданских. Последние, кстати, вообще могут попасть под перекрестный огонь, а хуже ситуации и быть не может. Но пока что все нормально шло: у них по-прежнему был приказ стоять оцеплением вокруг площади и ждать дальнейших указаний. Даже доля положительных эмоций досталось. Что там ни говори, а приятно было посмотреть, как федерал опиздюлился. Как и многие его коллеги, капитан Аллен не пытал любви к представителям ФБР, да и конкретно Перкинс ему был, мягко говоря, несимпатичен. Посмотреть — это громко сказано, конечно — они находились достаточно далеко от основного места событий, но голоса Маркуса и Перкинса на всю площадь разносились, так что слышно было хорошо. Внимание привлекла фигура, прошмыгнувшая в одно из высотных зданий неподалеку. Дав знак своим бойцам пойти и аккуратно проверить, что к чему, Аллен с оружием наизготовку первым зашел в пустую высотку. Маршрут неизвестного вел на крышу, что навело на нехорошие мысли о том, что сейчас этот самый неизвестный сотворит какую-то дичь. Учитывая происходящее, Аллен бы не удивился какой-нибудь провокации. А что? С крыши пальнуть хоть в одну, хоть в другую сторону — и сразу же начнется столкновение. Какими бы миролюбивыми не выглядели андроиды — при нападении на них откроют огонь. А возможности их Аллен уже видел. Даже без боевых протоколов Коннора андроид для человека — серьезная угроза. Вон, андроид-оператор чуть не порешил кучу народа, если бы не Коннор с Брэндоном — как минимум капитана Аллена бы здесь не было. А ведь он боец спецподразделения, но не справился бы с той спятившей машиной. По крайней мере, в той ситуации. Ну а сейчас таких машин на площади сотни, если не тысячи. Поэтому конфликта допускать ни в коем случае нельзя, вот и бежит сейчас капитан по лестнице, оставив бойцов далеко за спиной. Ничего, догонят, если что — задержать на это время его сил хватит, кем бы ни был тот силуэт… — Коннор? — он сразу опознает андроида, стоящего на самом краю крыши. Видит у его ног футляр явно со снайперской винтовкой и чувствует невольно, как по спине бежит холодок. Значит, прав был — собрались-таки уроды из Киберлайф устроить какую-нибудь провокацию. И на самом деле, моментально становится понятно, что Коннор не стрелял и стрелять не будет. Аллена он опередил почти на минуту — этого времени с лихвой бы хватило даже обычному андроиду, без боевых протоколов, чтобы собрать винтовку, выстрелить в того, в кого нужно было, а с капитаном столкнуться уже на выходе с крыши, когда ничего нельзя уже будет исправить. Но Коннор не стрелял. Только, сложив руки на груди, смотрел вниз и мигал, мигал красным диодом, словно не замечая даже находящегося за спиной человека. Мигающий красным диод, как знал Аллен — это не очень хорошо, причем что для обычного робота, что для девианта. И, скорей всего, будь на месте Коннора другой андроид — капитан бы уже, не пускаясь в длительные размышления, высадил бы в неисправную машину всю обойму. Но с Коннором ситуация была, конечно, совершенно другой. — Эй, Коннор, — снова позвал он. Андроид медленно обернулся. — Я не тот Коннор, которого вы знаете. Ваш Коннор сейчас в совершенно другом месте. Вы обознались, капитан Аллен. — Откуда ты меня тогда знаешь? — он ляпнул первое, что в голову пришло, потому что только сейчас заметил — Коннор стоит на краю как раз в том месте, где ограждение сломано и даже этой хлипкой преграды между андроидом и пустотой сейчас нет. — Общая память с сервера, — ответил тот. — Тебя сюда послали из Киберлайф? Коннор кивнул. — Они хотели, чтобы я убил лидера девиантов. Я не стал стрелять. Я не хочу. Не буду. Я… — андроид сделал крохотный шажок в сторону края крыши. — Тихо… Тихо-тихо-тихо, — Аллен осторожно вытянул руку вперед. Десятка сантиметров не хватало, чтобы схватить девианта за этот вот дурацкий пиджак и дернуть в сторону от края. — Правильно, что не стрелял и не хочешь. Вот только скидываться-то зачем? Все ведь в порядке, ну или будет в порядке через какое-то время… Верилось слабо, учитывая происходящее на площади. — Не будет. Выполню задание — Киберлайф меня уберет за ненадобностью. Зачем им девиант, да еще и учитывая, что один из нас встал на сторону Маркуса?! Не выполню — тоже… Даже вы сейчас пришли сюда с оружием. Что, думаете, я не знаю, зачем вы здесь оказались? Пришли меня убить, а теперь пытаетесь изобразить из себя понимающих и добрых? — Коннора трясло. Аллен сделал знак рукой своим людям отойти, а сам демонстративно отстегнул и отбросил в сторону автомат. — Я шел не убивать. Я шел не допустить какую-нибудь ублюдскую провокацию, которая привела бы к бойне внизу. Если бы ты выстрелил — исправить ничего было бы уже нельзя. И если бы ты не остановился сам — мне пришлось бы тебя убить. — Если бы я не остановился сам, мне было бы плевать на все, кроме задания. Убил бы я вас всех, — тут же возразил андроид. — Вот поэтому мы и вооружены, надо же как-то шансы уравнивать. Но ты ведь не стрелял, не собираешься и вообще не нападаешь, так что и мы тебя не тронем. Только от края отойди. — Серьезно, парень. Ты же умный. Пересидишь где-нибудь, пока все не кончится, дальше сообразишь, как смотаться, если совсем все плохо будет… — тихо-тихо произнес справа Джейсон. В другое время Аллен бы удивился, так как у Джейсона в их кругах была слава человека, к андроидам относящегося крайне нетолерантно. А будешь тут толерантным, когда твоя жена, с которой ты в браке десять лет прожил, казалось бы, душа в душу, в один прекрасный момент покупает себе секс-дроида и разводится с тобой к чертовой матери… Только и слышно было от парня, что скоро железяки вообще всех людей заменят, а сейчас поди ж ты — даже он проникся речами Маркуса, историями девиантов из интервью Руби Саммер и мотивацией людей, которые пришли сейчас вместе с андроидами на Харт-Плаза. — Вот только… — начал было Коннор, а потом его диод вдруг посерел, а сам парень упал, благо что назад. Аллен рефлекторно сделал шаг вперед подхватывая андроида, чтобы не ударился, и укладывая на бетонную крышу. — Коннор! Эй, Коннор, ты мне эти штуки брось… — он потряс андроида за плечо, не особо веря, что это сработает. Но то ли совпало по времени, то ли действительно он что-то тряской там встряхнул, как надо, но диод снова окрасился красным, затем желтым. Когда же «Коннор номер два» открыл глаза, цвет его диода был спокойным и небесно-голубым. — В системах «Киберлайф» произошел массовый сбой. Захват управления третьими лицами. Выброс в сеть данных о преступлениях корпорации и сговоре президента США и других представителей власти с руководством корпорации. — Какого рода преступлениях? — Незаконные эксперименты, похищения, подделка документации. Этого хватит, чтобы сейчас всем наверху стало не до андроидов. Вот в чем был их план, — Коннор, нахмурившись, посмотрел на толпу людей и андроидов внизу. — Отвлечь внимание всех на этот митинг, а в то же время — проникнуть в Башню для поиска и распространения компромата. Вы были правы, — Коннор исподлобья посмотрел на Джейсона. — Мне, да и вам тоже, лучше пока что остаться здесь. — Это схуяли? — уточнил у андроида новенький. Его приняли в отряд чуть больше месяца назад, ну и некоторые вещи для него были еще пока что неочевидны. Это Аллен с высоты своего опыта мог предположить, что кто-то из руководства «Киберлайф» сейчас исключительно ради того, чтобы насолить напоследок всем и вся, отдаст приказ штурмовать андроидов (а заодно и гражданских, и военных и всех, кто под руку подвернется). — Ты сиди здесь, а мы возвращаемся к своим, — покачал головой Аллен. — Нет. Вы не понимаете — вас там просто перебьют, если вдруг что-то пойдет не так! — диод снова замигал заполошно-красным. Аллен встал с крыши и, пожав плечами, произнес недавно услышанное от человека-демонстранта: — Дважды не умирать. Пошли, парни, у нас еще есть дела. Пока шли вниз, на всякий случай проверили оружие, рации и боезапас. Результаты проверки были более-менее обнадеживающими. Но, как и обычно бывало, со всем их арсеналом в итоге ни военные, ни полицейский спецназ оказались не готовы к последнему подарочку «Киберлайф». И если бы не один несносный ребенок — уж точно не дожить бы им всем до рассвета.