Коммуналка

      Ветрок никогда не жаловался на объем своего словарного запаса, но сегодня ему катастрофически не хватало цензурных слов. А почему? А потому что, он, б*ять, будет жить в коммуналке.             Итак, сначала стоит описать всю цепочку событий, которая привела к этому происшествию.       Три года назад, может уже чуть больше, чем три, Ветерок поступил на факультет международных отношений. Ну не то чтобы поступил, с его баллами за экзамены было в пору рыдать под забором и в перерывах искать подходящий техникум. Но отец, благодаря связям и щедрым пожертвованиям в фонд университета кое-как пристроил его в сие учебное заведение.       Университетская жизнь за исключением посещения курилки на заднем дворе не приносила ему никакого удовольствия, и он перестал появляться на парах уже после первого месяца. Каким-то чудом его не отчислили ещё в первую сессию, и даже дотянули до третьего курса…       И тут настало оно. Отцу, похоже, это все надоело. Или он всё-таки вспомнил, что у него есть сын, которого можно повоспитывать, а не просто спонсировать.       Итак, Грач отказался помогать с этой сессией, да и вообще поддерживать сына финансово, пока тот не закроет все долги. В ответ на педагогические манипуляции отца, Ветерок поклялся, что ноги его не будет в этом доме, наскоро сложил какую-то одежду и паспорт и ушел. И с этим заявлением он, пожалуй, погорячился.       К счастью Ветерок успел перевести часть денег с карты, на другой счёт, о котором отец не знал. Также, у него было немного налички. Но в целом, всей суммы ему едва ли хватило бы на месяц. Ну или на пару месяцев при жёсткой экономии.       Первой и главной проблемой был поиск жилья. Отель был хорошим вариантом, но деньги бы скоро закончились, а жить на энергетиках, а потом ещё лечить язву желудка ему не хотелось.       Первой мыслью Ветерка было съехаться со своей (уже бывшей) девушкой — Верескоглазкой. Но, узнав о временных финансовых проблемах Ветерка, она быстро прекратила общение. Парень не мог ее осуждать, ведь на ее месте поступил бы точно также.       В итоге он какое-то время жил у друга, пока тот мягко не намекнул Ветерку, что тут не ночлежка, и существуют более доступные возможности жилья для студентов.       Ветерок, выросший в тепличных условиях, прекрасно понимал, что в общагу или хостел даже не сунется. Так что вариант с комуналкой оказался меньшим из зол.       Наиболее приличный и подходящий по цене и по условиям вариант нашелся не сразу, но довольно быстро.       Если бы ещё месяц назад кто-то сказал Ветерку, что он добровольно согласится жить в каком-то старом доме с обшарпанными желтоватыми стенами, с душевой на кухне и тремя незнакомцами, то Ветерок сказал бы, что тот ебанулся.       Итак, хозяйкой той самой квартирыбыла бодрая бабулька старой закалки, кажется даже ещё работающая. По ироничной случайности жила по соседству. Она рассказала, что квартира в доме старого фонда рассчитана на четверых, но сейчас в ней уже продивают двое жильцов.       Самую большую комнату занимала девушка, которая жила в этой квартире дольше всех. Судя по описанию хозяйки, типичная дочь маминой подруги. Студентка стомата, староста группы, отличница, спортсменка и просто красавица, хотя в последнем Ветерок очень сомневался.       Другую комнату, маленькую, но с большим окном и настоящей кроватью, а не раскладным диваном, занимал парень, примерно ровесник Ветерка. Он учился на клинического психолога, но по словам хозяйки «светлая голова, мог бы и врачом стать».       Хозяйка, которую звали Щербатая, какое-то время получила его расспросами о его биографии, а Ветерок шутки ради рассказал о истории с отцом.       Итак, его будуюшие соседи фрики-ботаники. Но это и хорошо: будут целыми днями учиться и не отсвечивать.       Щербатая, для начала помучила его расспросами о его биографии, а Ветерок шутки ради рассказал об истории с отцом.       Выслушав его рассказ, отношение к нему, бедному, безработному студенту, оставшемуся без финансовой поддержки отца, не то чтобы переменилась, но в ее тоне исчезла прежняя надменность, а в выражении лица стала читаться заинтересованность, словно он, Ветерок, был каким-то лабораторным экспериментов. «Ну, давай, посмотрим, сколько ты протянешь!» - говорил ее взгляд.

***

             На следующий день после заключения договора, Ветерок перевез свои немногочисленные вещи, умещавшиеся всего в одну спортивную сумку.       После ссоры с отцом он успел закинуть только спортивные штаны и пару футболок. Что-то он успел докупить, пока кочевал по квартирам друзей, но вещей все равно было мало.       Теперь он наконец-то мог трезвым взглядом оценить будущее место жительства. Квартира была в доме старого фонда и много лет не видела ремонта, хотя некоторая мебель была относительно новой и напоминала типичный ассортимент из Икеи.       В коммуналке было четыре комнаты, две из которых уже были заселены и были заперты на ключ. Ветрок осмотрел две другие. Выбор между двумя идентичными клетушками, оснащёнными только кроватью и простенькими вешалками для одежды, был неважный. Парень не долго думая занял ту, что была ближе к входной двери.       Он швырнул спортивную сумку на кровать и отправился на дальний осмотр своих будущих владений. Хотя, с другой стороны, было бы что осматривать! Его комната в отцовском доме лишь немного уступала всей площади квартиры! Ветерок тяжело вздохнул, мысленно убеждая себя, что это только на пару недель, а потом все как-то образуется.       Первым делом парень осмотрел кухню: такое же компактное помещение, как и остальные комнаты с таким же большим окном с широким подоконником, заставленном цветами и рассадой. «Серьезно?! Рассада?! Я что буду жить с какой-то пенсионеркой?!» — подумал Ветерок.       Рядом с одной из стенок стоял простенький бледно-голубой гарнитур и древняя газовая плита. Благо, все выглядело чистым.       Далее был холодильник, кажется, относительно новый. Из чистого любопытства Ветрок открыл дверцу. Внутри обнаружилась полка с парой контейнеров с уже готовой едой и неполный пакетик со шпинатом. На другой полке стояла пара энергетиков, открытая пачка сосисок и хлеб. Ветрок в очередной раз тяжело вздохнул, боясь представить того психопата (или психопатку), который хранит хлеб в холодильнике.       Затем Ветерок осмотрел морозилку, где даже обитало замороженное мясо и чье-то ведёрко с шоколадным мороженным.       Рядом с холодильником была душевая кабина. «В смысле?! — пронеслось в голове Ветерка. — Это что за радость эксгибициониста!» — усмехаясь подумал парень.       Он попытался вспомнить день показа квартиры, и тот факт, что он действительно не помнил, чтобы ему показывали ванну. Видимо, ее здесь нет. Но слышал, что душевые на кухне все ещё встречаются в старых домах, но тогда они казались Ветерку чем-то вроде городской байки. Теперь же это его новая реалия.               Ветрок сказал себе, что будет манифестировать, чтобы сосед оказался не геем, а соседка более-менее симпатичной. Может, это скрасит перформанс с принятием душа прямо на кухне.       Ещё одним помещением был туалет, в котором, слава Звёздному Племени, не было ничего необычного.       Ветерок наскоро прибрал комнату обнаруженными в квартире шваброй и тряпкой, и сбегал в ближайший магазин за пачкой чипсов чтобы хотя как-то приглушить начинающийся голод.       Едва он успел обустроиться, как послышался щелчок поварачивающегося в скважине ключа. Вернулся кто-то из новых соседей. -Ты — Ветерок, верно? — послышался мужской голос из прихожей. Значит, первым вернулся сосед. Ветрок постарался вспомнить, что про него рассказывала Щербатая. Так, кажется, студент — психолог, живёт здесь с начала этого учебного года. Вскоре в комнату вошёл невысокий тощий парень, которого Ветерок легко бы принял за подростка, если бы не знал, что они ровесники. Он был одет в черный худи и и потёртые тёмно-синие джинсы. Его тонкие светло-русые (благо, на вид чистые) волосы были собраны в низкий хвост на затылке, но несколько выбившийся прядей обрамляли худое узкое лицо. Вообще парень выглядит каким-то уставшим, если не сказать болезненным. Хотя и у самого Ветерка в последнее время видок был не лучше. Парень проходит на кухню, первым делом моет руки, затем осматривается в поисках полотенца. Не обнаружив по близости ничего подходящего он просто стряхивает остатки влаги. Парень занимает место за столом и скрещивает руки на груди. — Я — Воробей, — сухо представился он, — я живу во второй комнате от выхода. — Ветерок, — кивнул парень, представляясь, и протянул руку для приветствия. Воробей удивлённо приподнял светлые брови. Он вытер ещё мокрую руку о джинсы и ответил на приветствие. Ладонь была влажная и ледяная, а рукопожатие слабым. Ветерок слышал, что поэтому жесту можно многое сказать о человеке, но как его интерпретировать парень не знал, и поэтому не сделал никаких выводов. — В целом квартиру ты видел, — начал Воробей, — ты чем вообще занимаешься? Как часто дома будешь? — Эм, ну учусь в универе, вроде как, — замявшись ответил Ветерок. Что за странные вопросы! Ему что опять рассказать всю свою биографию?! — Ясно. Где и на кого? — уточнил сосед. — Международные отношения, — ответил Ветерок, добавляя название своего университета. — Хм, ясно, — кивнул Воробей, явно делая какие-то выводы, причем эти выводы явно были не в пользу Ветерка, — Какой курс? — Ну третий, — ответил Ветерок, — это типо допрос? — Нет, — вздохнул Воробей, — я пытаюсь примерно представить твое расписание. Не хочу постоянно сталкиваться с тобой на кухне, да и в целом. — Ну я на пары особо и не хожу, — признался Ветрок, — только так иногда для разнообразия. А на прямую про расписание типо нельзя спросить? — Значит просыпаешься поздно и почти все время дома? — продолжал сосед, игнорируя заданный вопрос. — Ну да, и что? — Ничего! Впишу тебя в график уборки, — раздражённо ответил Воробей, оправляя очки. Причем совершенно дурацкие очки с толстыми прямоугольными стеклами в простой толстой черной оправе. Причем, стекла были странного желтоватого цвета. Это было особенно заметно, когда на них падал свет от окна. Абсолютно дурацкие очки, которые соседу вообще не шли. — Видишь, там на холодильнике листок висит? Это и есть график уборки. На этой неделе твоя очередь. — С ху… — хотел было возразить Ветрок, но сосед опередил его. — С того, что ты только заехал, и, кажется, у тебя достаточно свободного времени, — Воробей направил взгляд на Ветерка, — я обычно ухожу в районе восьми и возвращаюсь в девять, — невозмутимо продолжал сосед, — Надеюсь в это время тебя не видеть. Во вторник у меня нет пар и работы, поэтому буду дома. — Ладно, — ответил Ветерок, искренне не понимая, зачем Воробей ему все это рассказывает, — С уборкой я конечно все равно не понял, но допустим. Я в целом тут сильно долго не планирую жить, надеюсь недели через две три съеду. — Даже если так, на этой неделе твоя очередь. Ивушка тебе подробно все расскажет, это она придумала этот график, — кивнул Воробей, — в холодильнике можешь занять любую свободную полку. Кстати, ты куришь? — Да? Это проблема? — Ветерок заранее скривился, ожидая нотацию на тему того, что в доме нельзя курить. — Когда нет Ивушки, можешь курить в окно на кухне или у себя в комнате, — неожиданно ответил сосед, — вообще можно курить во внутреннем дворе или за домом. Кстати за домом часто курит наш сосед сверху, не пугайся если увидишь его в окно и постарайся не кричать. Его жена уверена, что он давно бросил курить, так что постарайся не выдавать его. Да и в целом Пурди нормальный дед, хоть и со странностями. — Да уж… Весело у вас… — вздохнул Ветерок, отмечая, что Воробей, судя по его осведомлености, тоже курит. Это была единственная хорошая новость за сегодня: хотя бы будет у кого стрелять сигареты, когда закончится и пачка и деньги. — Кстати, ты же давно живёшь в месте с девушкой? Вы типо это? — поинтересовался Ветерок, пытаясь поддержать разговор. — Мы не ЭТО, упаси Звёздное Племя, — снова раздражённо отозвался Воробей, — мы просто соседи. — Ну ладно, понял, чё заводится то, — ответил Ветерок, про себя отмечая, что сосед все-таки может оказаться геем. Нужно будет о сторожнее планировать походы в душ.