Коммуналка

      Относительно спокойная жизнь в квартире подошла к концу, когда въехала Ледосветик. Она заехала ровно через неделю после появления Ветерка, и не успел Воробей привыкнуть к новому человеку в доме, как жизнь внесла очередные коррективы.       Если Ветерок раздражал только поздними приходами домой, периодическими прослушивания голосовых без наушников, и отрицанием графика уборки, но в целом был сносным соседом, имеющим представление о личном пространстве. Но новая соседка Ледосветик была ходячей катастрофой.       То, что тихая и спокойная жизнь закончилась, стало очевидно уже во время ее заезда. Мало того, что у девушки было непомерное количество вещей, которые она едва сумела впихнуть в свою крошечную комнату, так с переездом ей помогал знакомый. (Причем, как выяснилось позже, она с ним познакомилась прямо в день переезда.).       Этого парня звали Ягодник, и вел он себя крайне бесцеремонно. Он по-хозяйчки обошел все комнаты, сразу попросил налить ему чай и ещё пару часов бесцельно болтался по квартире, делая вид, что помогает Ледосветик собрать вешалки. Хотя, было очевидно, что девушка с лёгкостью бы справилась с этим сама, но из чувства благодарности просто не могла выгнать человека, оказавшего ей помощь.       Итак, вернёмся к Ледосветик. Во-первых, ее одежды было так много, что ее комната немедленно превратилась в подобие гардероба. И все бы ничего, но после каждой стирки ее вещи занимали всю сушилку, не оставляя остальным жильцам и шанса. Благо, в комнате Воробья была вполне приличная батарея. Но парень подумал, что было бы неплохо заставить Ледосветик и Ветерка скинуться на новую сушилку. Не то чтобы Ветрок хоть раз стирал вещи. Он кажется из тех людей, которые просто выкидывают одежду, когда она испачкается.       В первый же день Ледосветик выяснила даты рождения всех жильцов: как выяснилось, ей было жизненно необходимо знать их знаки зодиака. Узнав, что Воробей Козерог, девушка одобрительно кивнула, и заявила, что всегда хорошо ладила с представителями этого знака.       Ветрок оказался Овном, на что Ледосветик тоже одобрительно кивнула, но абсолютно серьезно попросила Ветерка никогда не идти в педагогику. (Воробей даже не пытался предположить, с чем именно был связан этот вывод).       Ивушка была Девой, причем той самой стереотипной Девой, после встречи с которой невольно начинаешь верить в астрологию. Узнав об этом, Ледосветик тяжело вздохнула и сказала, что ее мать тоже Дева. Воробей понял, что ничего хорошего это умозаключение не предвещает.       Сама любительница астрологии была Львом. Воробей невольно вспомнил ещё одного человека, родившегося в августе — его старшего брата Львиносвета.       Ещё одной проблемой была работа Ледосветик. Воробей и сам был работающим студентом и с уважением относился к стремлению девушки обеспечивать себя самостоятельно уже на первом курсе… Но Ледосветик работал репетитором по английскому онлайн.       Причем, работала она в совершенно абсурдное время вроде семи утра или десяти вечера. И все бы хорошо, если бы не в именно это время Воробей оказывался дома. Тонкие стены беспощадно пропускали абсолютно все звуки, и парень мог с уверенностью сказать, что теперь знает как отличить Past Simple от Present Perfect, и это с учётом того, что в школьные годы он учил немецкий.       Черт с ним с английским, это даже полезно: в старости деменции не будет… Но в свободное от работы и учебы время Ледосветик не затыкалась. В отличии от остальных соседей, у девушки напрочь отсутствовало представление о личном пространстве.       Воробью казалось, что за неделю совместного проживания он выучил весь ЛОР ее жизни. Он знал сколько у нее пар и когда, поименно запомнил всех ее подруг и одногруппниц, всех ее любимых персонажей аниме, а также ее факультет в Хогвартсе, патронус и палочку. И это была только первая неделя.       Временами Воробью казалось, что его прокляли, и именно поэтому его график совпадал с графиком Ледосветик.       Ивушка жила далеко от универа, и поэтому вставала очень рано. К семи утра ее уже не было дома. Ветерок приходил в районе двух ночи, а остальное время пребывал во сне граничащем с алкогольной комой, просыпаясь только в обед, и обычно не заставал никого из других жильцов.       А вот Воробью не повезло. Они с Ледосветик учились в одном универе и в одном здании (благо на разных факультетах), и пары у них часто начинались в одно время. По мнению Ледосветик это означало только одно: совместные завтраки и совместная дорога на учебу. Сопровождалось все это непрекращающейся болтовней Ледосветик. Возможно, в своей голове она гордо назвала это «small talk», но по факту это был один сплошной непрекращающийся стендап, причем не всегда смешной.       Но самой большой проблемой был кофе. Нет, к кофе ноль претензий, и Воробей, как человек со сбитым режимом сна, очень уважал этот напиток. Но беда была в том, что Ледосветик всей душой презирала растворимый кофе, и пила исключительно зерновой. А готовила она его самым простым и бюджетным способом — в турке. Но каждое, буквально каждое утро, этот злосчастный кофе убегал, заливая всю плиту. Конечно, девушка пыталась на скорую руку ликвидировать последствия, но на тщательное мытьё плиты не было ни времени, ни сил.       Никто из соседей раньше не варил кофе: Воробей пил растворимый, Ивушка предпочитала зелёный чай, в Ветерок — энергетики. Когда Воробей заметил странные черные точки на плите, он сначала испугался, приняв их за муравьев. Благо это было утром в субботу, и тогда дома была только Ивушка, знавшая о его проблемах со зрением и нелюбви к насекомым, которая быстро все ему объяснила.       Нет, Ледосветик на самом деле была хорошей девушкой. Она была искренней, общительной и дружелюбной. Воробей даже был рад, что в этом доме появился человек, способный на такой широкий спектр эмоций.       Ледосветик даже старалась быть хорошей чистоплотный соседкой: исправно мыла посуду и никогда не забывала выносить мусор. Но при этом несколько раз за неделю забыла закрыть входную дверь и выключать свет…       Но главной проблемой было то, что частое совместное времяпровождение, которого не всегда удавалось избежать, могло привести к тому, что Ледосветик начнет что-то замечать.       Не то, чтобы Воробей скрывал свои проблемы со зрением. Просто отношение людей к нему всегда резко менялось, стоило им узнать о его инвалидности. Нет, он не слепой и не беспомощный! Совсем нет! Он может видеть, и даже читать, просто только очень крупный шрифт. Да, ему тяжело ориентироваться в пространстве и он почти не видит лица людей, но это не проблема. Он все может сам, а остальные пусть идут нахуй!       Как человек, получающий психологическое образование, он понимал, что это нездоровая история, но пока ничего не мог с собой поделать.       Кажется, с тех пор как у него обнаружили проблемы со зрением, он пытался доказать семье, учителям, да всему миру, что может все сам. В конце концов он даже не помнил времени, когда видел нормально, и диагноз почти ничего не изменил в его жизни.       В его медицинской карточке было написано «дистрофия сейчатки», но скорее всего у него было какое-то другое заболевание, редко и трудно диагностируемое. Стандартное лечение не помогало и только вызывало мигрени, а некоторые характерные симптомы дистрофии отсутствовали.       Воробью не хотелось, чтобы кто-то ещё из соседей знал. Ему хватило слишком внимательной Ивушки, выяснившей все ко второй неделе их совместного проживания. С тех пор она начала делать то, что так сильно раздражало Воробья в некоторых особо сердобольных людях и в частности в его собственной матери. Они начинали навязчиво предлагать свою помощь, постоянно интересовались как он… Его болезнь становилась как-будто маской, за которой не было видно его настоящую личность. Понятно, что они делали это из лучших побуждений… Но Воробью это настолько надоело в детстве, что сейчас подобное отношение вызывало у него только раздражение.       Воробей особо не переживал на счёт Ветерка. Даже если он узнает, то скорее всего тому будет плевать. Да и в целом Воробей хотел верить, что тот съедет при первой возможности. А вот Ледосветик как раз могла превратится во вторую Листвичку. Ну уж нет, хватит ему и Ивушки.

***

      Одним из существенных минусов плохого зрения, который напрягал Воробья, было то, что он не различал лица людей. Технически он мог видеть намеки на черты лица, но не многих людей удавалось рассмотреть с достаточно близкого расстояния, да и не то чтобы Воробей сильно хотел их разглядывать.       А минус заключался в том, что узнать человека, поздаровавшегося с ним особенно в шумном помещении вроде университетского коридора в обеденный перерыв, было для него практически невозможным.       Сегодня у Воробья было четыре пары, и хорошо было бы съесть хотя бы что-то. Он не завтрал утром, и не был уверен ел ли он вчера. Сегодня на парах организм предательски напомнил о своих биологических потребностях громким урчанием живота.       Парень не любил университетскую столовую преимущественно из-за большого количества людей. Воробей планировал добежать до ближайшего магазина и купить что-то вроде шоколадки или булки, и перекусить сидя на скамейке у универа. И покурить заодно. — Воробей! Эй, ты чего меня не замечаешь? Я тебе тут уже минут пять машу! — послышался знакомый высокий голос.       «Ледосветик! — узнал парень, — черт, только бы она ничего не заподозрила!» — Эм, я тебя не узнал, — сказал Воробей, озвучив первую пришедшую на ум отмазку. — Да? Наверное из-за свитра! Я его с октября не надевала! — сделала вывод Ледосветик.       Воробей мысленно усмехнулся, не переставая удивляться логическим способностям девушки. В любом случае, она ничего не заподозрила, ну и ладно. — Ты что-то хотела? — Воробей, — нерешительно начала она, — ты не хочешь вместе пообедать?       Парень посмотрел на нее. С такого расстояния он видел ее как сине-голубое пятно, в верхней части окружённое золотистым ореолом. Воробей догадывался, что у девушки длинные светлые волосы. — Почему ты мне предлагаешь? Ты же вроде хорошо общаешься с одногруппницами. Почему с ними не сходишь? — спросил он. — Они ушли без меня! Представляешь! — в ее голосе звучал надрыв, словно это была проблема вселенского масштаба, — и даже не написали куда! А я не могу спросить! Принимаешь? А одна я не хочу! А есть я хочу! — эмоционально затараторила она.       Парень чувствовал, что девушка расстроена. Он даже мог представить, как дрожат ее губы. Кажется, она даже готова заплакать. Воробей вспомнил Львиносвета. Кажется его брат и Ледосветик обладали каким-то невероятным уровнем убеждения и очарования, который из раза в раз заставлял Воробья сдаться. (Может, это потому что они Львы?) Воробей тяжело вздохнул, и проклиная себя и свою сговорчивость сказал: — Ладно, куда ты хочешь? — Ой, сложный вопрос, — задумалась девушка, — По шаурме? Или шаверме… — Давай, тут как раз рядом что-то было, — согласился Воробей. Сегодня можно нормально поесть в качестве исключения. — Идем тогда! У нас не так много времени! — воодушевленно воскликнула Ледосветик, и они вместе направились к выходу.       На крыльце было людно. На улице светло солнце, а в воздухе, не смотря на начало марта, уже пахло весной. — Видимо весна будет теплая, — отметила девушка, тоже обратившая внимание на погоду, — знаешь, когда я переезжала, меня пугали холодной зимой! А тут такое! Даже снега толком нет. А в моем родном городе сегодня минус двадцать.       Воробей согласно кивнул, немного ускоряя шаг.       Буквально через пять минут они оказались в маленькой кафешке. Это было обычное темное тесное помещение с парой столиков.       Меню, естественно было напечатано на больших листах и наклеено на стене. Воробей даже не пытался его прочитать. Ему все равно не разобрать буквы — слишком мелкий шрифт и слишком темное помещение. Когда же все заведения сделают электронное меню, которое можно будет нормально увеличить на телефоне!       К счастью, у Воробья был надёжный план на такой случай — он просто закажет то же, что выбрала Ледосветик. Остаётся надеяться, что она выберет что-то нормальное. — Можно мне, пожалуйста, одну классическую, — заказала Ледрсветик.       Вообей выдохнул с облегчением: отличный выбор без всяких оливок и фасоли. Пока девушка не отошла далеко, он тоже склонился к окну для заказов: — Мне тоже самое, — сказал Воробей, попутно вытаскивая банковскую карточку. — Ой, спасибо! — радостно воскликнула Ледосветик, а Воробей мысленно поблагодарил Львиносвета, который учил его общаться с девушками. В конце-концов ему не жалко: не то чтобы у него было совсем плохо с деньгами, он просто не любил тратить время на еду для себя.       Воробей забрал чек, и спросил Ледосветик, куда она хочет сесть. Они заняли место за столиком у окна, и между ними повисло недолгое неловкое молчание. — Ты был здесь раньше? — спросила Ледосветик. — Да, пару раз, — ответил Воробей, — неплохое место. — Ты же на психфаке учишься? — девушка задала другой вопрос. Ее манера перепрыгивать с темы на тему была неподражаема. — Да, и ты и так это знаешь, — произнес Воробей, нервно сминая в руках чек. — Ага, я просто уточнила, — пояснила она, — я тоже хотела на психфак поступать. Может потом переучусь… — А почему ты сразу туда не пошла? — Туда надо сдавать математику, а я двухзначные числа на калькуляторе складываю. После пятого класса я вообще перестала понимать, что на этом предмете от нас хотят, — призналась Ледосветик. — А мама хотела, чтобы я шла в мед. На стоматолога, как Ивушка. Я даже ЕГЭ по химии сдавала! — Да? — искренне удивился Воробей, — я слышал, в прошлом году были сложные варианты. — Сдала на аж на семьдесят баллов! Правда для бюджета все равно не хватило, но родители были согласны и на платку, — продолжила рассказ Ледосветик, — А я в какой-то момент поняла, что в меде сойду с ума. Только представлю, это кресло, эти гнилые зубы, этот запах пломб. И это изо дня в день. Я поняла, что сойду там с ума. — И ты решила пойти на филфак и заниматься тем, что хочешь? — предположил Воробей, чувствуя, что этот диалог начинает напоминать сеанс у психолога. В конце концов не первый раз его знакомые использовали его для этой цели. Слушаем, и не осуждаем, так сказать. — Если честно, нет, — призналась Ледосветик, — Я поступила, куда получилась. Даже не представляю, что буду делать после выпуска. Пока стараюсь от этом не думать — ещё есть время.       Воробей согласно кивнул. Все эти переживания были ему знакомы. У него были свои причины, чтобы пойти в психологию, он даже думал о психиатрии. Но с каждым пройденным семестром сомнения в выбранной специальности становились все сильнее, а изучение психологии не только не помогло, разобраться со случившимся с ним, а загоняли в экзистенциальный кризис. Что такое создание — да кто его знает? А что такое психика? Есть просто куча всяких теорий, методик и идей, и приходится как-то лавировать между ними, выстраивая свою картину мира и идентичность…       Воробей искренне надеялся, что это кризис третьего года*, и скоро его отпустит, все будет хорошо, и он снова найдет в себе силы и мотивацию, чтобы уйти в практику. Или на худой конец в науку.       Из размышлений Воробья вырвала вибрация пейджера, сообщившего о готовности заказа. — Я заберу? — с готовностью откликнулась Ледосветик.       Вскоре девушка вернулась, и поставила поднос на стол: — Они одинаковые, так что бери любую, — сказала она.       Воробей взял свою шаурму и аккуратно развернул свёрток. — Вкусно! — воскликнула девушка. Парен ь молча кивнул в ответ, не отвлекаясь от жевания.       Какое-то время они ели молча. Шаурма (или шаверма), действительно, была неплохая, хотя Воробей не то чтобы в этом разбирался. — У тебя до скольки пары? — как бы между делом спросила Ледосветик. — Осталось ещё две, закончу ближе в пяти. А что? — Да я ключи забыла, — призналась девушка, — потусю где-нибудь ещё пару и поедем назад вместе?       Воробей снова вздохнул и сделал два вывода. Во-первых, однажды забывчивость Ледосветик доведет до фатальных последствий. Во-вторых, девушка, кажется, патологически не способна делать что-то одна. Воробей предположил, что она выросла в большой семье и привыкла быль в окружении людей. По крайней мере это объясняло то, почему она не смотря на свой возраст чувствует себя комфортно в коммунальной квартире с тремя незнакомцами, двое из которых парни. — Ты точно хочешь ждать? Высока вероятность, что Ветерок будет дома, — на всякий случай предложил Воробей, заведомо представляя ответ девушки. — Да нет, мне не сложно подождать, — ожидаемо ответила Ледосветик, — Тем более кто этого Ветерка знает? К тому же он вчера упомянал, что у него вечером какие-то планы… — Ты видела его вчера? — удивился Воробей.       Ветерок был самым неуловимым жильцом в их квартире, и застать его не спящим можно было только ночью, переходящей в ранее утро. — Я не могла уснуть, и мы пересеклись на кухне, когда он вернулся домой, — ответила девушка, — Кстати, обед заканчивается, но мы можем ещё посидеть. У нас на факультете приходить вовремя — дурной тон! — Можем посидеть ещё, не люблю приходить раньше, — честно признался Воробей. Он терпеть не мог проходить через турникет в большом потоке людей, да и университетские коридоры казались куда более приятным местом, когда по ним не таскались толпы студентов.