SAFE PLACE

Чем дольше Феликс общался с принцессой, тем больше ему казалось, что он её совсем не понимает. Это было немного грустно, потому что рыцарь надеялся найти в своём смелом приключении дорогого сердцу друга, а взаимодействия с Чонëн не складывались совершенно. И неожиданно оказалось, что всё то, что Феликс искал, он внезапно нашёл в Хëнджине. Тот — красивый, стройный, с идеальными манерами, всё успевает, ещё и принцессу иногда поучает, как маленькую девочку. А та только глупенько дует губы и обижается. А может, получится забрать и Хëнджина к себе после победы над драконом? Он же приставлен слугой к принцессе и, быть может, так и останется им в дальнейшем? Король благословит их брак (мало их что ли заключают без любви?), они втроём переедут в отдельную резиденцию с садами и фонтанами, и вот там-то рыцарь и сможет в спокойной обстановке признаться Хëнджину в своих светлых чувствах. И по их тëплому общению Феликсу казалось, что его чувства взаимны. Мечты об этом были прекрасны. Влюблëнность совсем лишила его сна, и теперь долгими ночами он лежал в своей кровати и думал-думал-думал, как прекрасно они будут жить, когда всё разрешится. Он будет дарить Хëнджину его любимые розы. Их будет не маленькая оранжерея, а целый сад. Такой, чтобы можно было каждое утро приносить большой букет ароматных цветов к постели любимого, и на все следующие дни до самой зимы роз в саду им хватило бы. Он бы выделил ему лучшую комнату с самым красивым видом из окна и нанял кучу слуг, чтобы парню больше не приходилось заниматься трудной работой и самому греть себе ванну. Феликс мечтал окружить Хëнджина всем теплом и заботой, на которые только был способен. Вдруг тихие шаги мимо двери его комнаты неожиданно прервали его мечтания. Рыцарь сразу обратил на них внимание и прислушался. Принцесса и днëм-то нечасто выходила из комнаты, а ночью — и подавно, поэтому то, что она прошла куда-то в кромешной темноте по коридору, показалось Феликсу очень странным. Желая удовлетворить собственное любопытство, он встал с кровати и тихо направился за ней. К его большому удивлению, выйдя в коридор, он уже никого там не застал. Это означало, что Чонëн могла войти только в комнату к Хëнджину, что сразу неприятно кольнуло в груди. Что она забыла в его комнате ночью? Хотя, возможно, принцесса просто неважно себя почувствовала и пошла будить Хëнджина, чтобы он дал ей какое-нибудь лекарство. Развеять эти сомнения нужно было сейчас же, иначе Феликс и вовсе не уснёт! Подойдя ближе к комнате, рыцарь прислушался. Дверь была приоткрыта, и из-за неё доносились тихие голоса: — Хëнджини, проснись... — шёпотом просила Чонëн. Интонация её была совсем не похожа на ту весëлую или чуточку вредную, которую Феликс обычно слышал днём, из-за чего рыцарь и сделал вывод, что ей очевидно не здоровится. По довольно быстрому шуршанию одеяла, Феликс предположил, что Хëнджин тоже резко вскочил, не ожидая увидеть принцессу ночью в своих покоях. Мгновенно зажëгся туслый свет свечей, и тайный слушатель отступил назад, в тень коридора, чтобы его случайно не заметили. — Ты чего пришла? Я тебя не звал. Ого! Голос Хëнджина был твëрдым и грубым. Днëм он никогда не позволял себе обращаться к принцессе столь неуважительно, хотя она частенько вела себя излишне капризно с ним. Ух, сейчас она ему задаст за такое! Но вместо девичьего негодования он услышал тихое: — Милый, ну пожалуйста, мне так плохо без тебя. Сердце Феликса упало в пятки. С какой-то стати Хëнджин для неё вдруг "милый"? Рыцарь даже резко зажал рот ладонью и до боли прикусил губу, чтобы не выдать своё присутствие неожиданным вздохом. Парень же сказал ему, что между ним и Чонëн ничего нет. Так что же тогда происходит? Диалог прекратился. Феликс слишком явно слышал шуршание постели снова, и этот звук разрушал все его трепетные и нежные мечты. Нутро сжигала ревность, горечь обиды и предательства. Ведь его обманули! А он позволил себе поверить, что действительно нашёл друга. Боже правый, зачем же он влюбился?.. Надо было срочно посмотреть. Ну, чтобы уже точно быть уверенным, что они вместе, и Феликсу ничего не светит. Да, увидеть принцессу в объятиях Хëнджина будет очень больно, но рыцарю нужно было удостовериться. Он решительно сделал шаг вперёд и заглянул в комнату. В тусклом мерцании свечи Феликс увидел Хëнджина, сидящего на кровати, и Чонëн, что стояла на коленях подле его ног, склонив голову. Парень держал её руку поднятой к своим губам и медленно целовал запястье. В груди Феликса пылал пожар разочарования: они всё-таки вместе. И что он тогда вообще забыл в этом замке? Но тут Хëнджин поднял на него хищный взгляд, горящий ярким зелёным огнëм. И в этот самый миг Феликс заметил, что по руке девушки вниз к локтю бежит струйка крови. Что за... Голову рыцаря прострелило отчаянное желание бежать оттуда со всех ног и больше никогда не возвращаться. Бежать подальше из этого странного места и от этих неприятных, душераздирающих чувств, что захлестнули его, когда он увидел Хëнджина с Чонëн вместе. Его душа предана и растоптана, а может, он сам виноват, что так быстро влюбился и размечтался. Но внутри от этого не менее больно. Очухался Феликс только уперевшись в закрытые ворота замка. От злости и отчаяния он начал стучать в них кулаками, что есть силы. Пусть его уже выпустят отсюда, ему больше здесь невыносимо! Из глаз без спроса хлынули постыдные слëзы. Он уйдёт и не будет им больше мешать. Забудет этот замок, как страшный сон. И Хëнджина когда-нибудь забудет, хоть это и будет сложнее всего. Неожиданно механизм открывания ворот со скрипом пришёл в действие. Его самого не было видно, но равномерный звон цепей явно об этом свидетельствовал. Массивные ворота, служащие одновременно мостом через ров, действительно начали медленно опускаться. Феликс удивлённо таращился на это, мысленно предполагая, успеет ли он сбегать за доспехами и поседлать коня, пока ворота не закроются снова. Конечно, успеет, лишь бы скорее убраться отсюда. Там, в просвете свободы, над высокими пиками гор, уже разгорался рассвет, свидетельствуя о наступлении нового дня. И в его первых лучах Феликс совершенно случайно заметил человека, верхом на коне приближающегося к замку. Его доспехи блестели на солнце, а плотные клубы пыли провожали скачущего галопом коня. И тут где-то вдалеке вдруг послышался крик, не похожий ни на птицу, ни на зверя, ни на человека. Вот он — дракон. Так даже к лучшему. Феликс ринулся обратно в замок — за доспехами. Благо, за ними не надо было подниматься наверх — они тут, в башне, недалеко от входа. А вот конь пока пусть подождёт — его надо поберечь, потому что ему ещё на ком-то домой возвращаться. Да! Он планировал вложить всю свою злость и разочарование в этот бой! Рыцарь моментально пообещал себе победить дракона и привезти его голову отцу, в знак совершения своего подвига. Надо всем назло добиться почестей и славы, как он и мечтал. А принцессу оставить Хëнджину. И Хëнджина — принцессе. На последней мысли на глаза снова навернулись слëзы. Всё же, парень как-то слишком быстро и сильно его зацепил. Но ползать у него в ногах, стоять перед ним на коленях, вымаливая какие-то ненормальные, изощрённые ласки, рыцарь точно не будет. Так будет лучше. Надо просто победить дракона и отправиться домой. Феликс облачился в доспехи и поднял меч, готовый к бою. Снаружи уже послышался цокот копыт — это другой рыцарь ворвался на главную площадь замка через открытые ворота. А следом за ним послышался звон металла и грозный рык. Надо было спешить! Всё же, вдвоём одолеть дракона — больше шансов. Но на пороге башни Феликс на мгновение замер от удивления. Дракон огромный! Его тëмная чешуя отблëскивает зелëным в ярком свете утреннего солнца. Он занял практически всю главную площадь, и рыцарь верхом на коне метался вокруг него, как маленький мышонок, уже попавший в лапы грозного кота. А дракон с ним игрался, не напрягаясь совершенно. К счастью, у Феликса было преимущество. Не зря же он несколько дней изучал замок. Пока дракон был занят другим рыцарем, он пробрался незамеченным по боковым нишам в стене и теперь уже оказался не сзади, а сбоку чудовища. Конечно, если дракон его заметит, ему вряд ли удастся унести ноги живым, а вот если он нападëт из засады и рубанëт сразу по шее, то есть шанс, что всё решится одним ударом. План был хорош, вот только колени Феликса тряслись от страха. У дракона огромная пасть с длинными клыками. Он сильно больше, чем рыцарь рассчитывал. Теперь уже мысль отрубить ему голову и привезти её отцу в доказательство своего подвига не выглядела хоть сколько-нибудь исполнимой, потому что голова эта была больше Феликса и его коня вместе взятых. Может, удастся вырвать хотя бы клык? Тем временем другой рыцарь уже загонял коня, мотаясь вокруг дракона. И сколько бы он ни махал мечом — он никак не мог найти уязвимое место. Металл скрежетал по твëрдой чешуе и не наносил чудовищу никаких ранений. Феликсу пришлось наблюдать и обдумывать план нападения заново. Трезво мыслить и анализировать здорово мешал страх, пробирающийся мерзким холодным потом по коже. Он сковывал молодого рыцаря с головы до ног, не позволяя выйти из укрытия. Но вдруг — бац! — и конь под только что прибывшим воином споткнулсяся, и его всадник улетел на землю через голову, звонко громыхнув доспехами по брусчатке. Дракон медленно развернулся в его сторону. В этом движении Феликс увидел, что можно попасть мечом между приподнятых чешуек на его шее. Нападение было возможным буквально долю секунды, и он рванул со всех ног навстречу опасности. Дракон слишком поздно заметил его появление и взвыл от боли, когда холодный клинок прошëлся как раз там, куда Феликс и намеревался ударить. Чудовище резко развернулось, валя рыцаря с ног и поспешно поднимаясь в небо. Получалось у него трудно и неуклюже, потому что Феликс всё же метко ранил его. Конь второго рыцаря, оказавшись без всадника, в панике стремительно ускакал наружу и, протопав по подвисному мосту, скрылся в поле. И только сейчас Феликс заметил, что ворота снова пришли в движение. И до них сейчас было слишком далеко, чтобы успеть выбежать. Оказалось, конь был не так уж и глуп. Дракон в небе сделал небольшой круг и снова заходил на посадку, а другой рыцарь так и не встал после падения. Феликс заспешил к нему. Надо спасти его, спрятаться в нишу обоим, пока дракон не приземлился. Он подбежал и поднял забрало. Другой рыцарь был жив, тяжело дышал и натужно кашлял, но встать не мог, видимо повредив себе что-то при падении. Феликс попробовал его оттащить, уже слыша позади приближающегося дракона, но его недостаток массы не позволял справится с тяжëлым телом в полном боевом облачении. — Парень, — прохрипел другой рыцарь. — Беги отсюда быстрее. Спасайся. Феликс уже собирался ему возразить, как земля под ногами вздрогнула от того, что дракон вновь грузно приземлился на площадь прямо позади него. Ужас пополз по спине мокрой дрожью. Стоя спиной к врагу Феликс точно никому не помог бы, поэтому он быстро метнулся в нишу, чтобы придумать новый план. Прислонившись спиной к стене, что скрывала его от дракона, рыцарь зажмурился и несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять грохочущее в горле сердцебиение. А когда через несколько секунд выглянул, чтобы оценить ситуацию, вообще пожалел, что ввязался во всё это. Адское пламя из горла дракона пронеслось по площади и поглотило прибывшего храброго воина. Феликс даже имени его не успел узнать. Рыцарь кричал от боли, пока доспехи раскалённым металлом вплавлялись в его кожу, а потом затих. Феликс полными ужаса глазами смотрел, как сгорает в пламени его плоть, как обугливаются кости и рассыпаются пеплом. Всë закончилось слишком быстро, но он долгое время не мог оторвать взгляд от места, где только что лежал живой человек. А теперь его там не было. И что-то в нём щëлкнуло и сломалось в этот момент. Феликс больше не слышал стука собственного сердца и не чувствовал страха. Он встал, выпрямил спину и вышел из своего укрытия, пусть отчаянно и безрассудно, но отважно намереваясь прекратить существование страшного чудовища. Но выйдя к дракону лицом к лицу, он вдруг увидел у его морды Чонëн. Она была такая маленькая и изящная по сравнению с ним — наивно светлела белым платьицем на фоне огромной чëрной махины. Феликс уже было хотел крикнуть ей, чтобы глупышка бежала отсюда со всех ног, как вдруг услышал, что она с драконом... разговаривает. — Боже, ты ранен! — испуганно кричала принцесса отнюдь не рыцарю, а потом и вовсе повернулась к дракону спиной, загораживая его собой, и злобно крикнула Феликсу. — Это ты сделал?! Ты не можешь его убить! Не то чтобы её слова что-то значили для рыцаря. Что бы она там не кричала, он бы не стал её слушать в такой важный и ответственный момент. Но этого короткого мгновения до атаки хватило, чтобы дракон успел просто посмотреть на Феликса. Тогда-то рыцарь и остановился. Эти необычные, сине-зелëные глаза с серыми прожилками, будто повторяющими рисунок дна океана, он бы не перепутал ни с чьими другими. Страшная догадка ударила в голову, и Феликс потрясëнно спросил: — Хëнджин?..