Глава 2
11 марта 2025 г., 21:47
«Мы не были созданы друг для друга. Мы были созданы, чтобы сломать все представления о том, какими должны быть влюблённые.»
— Неизвестный автор.
Люди привыкли ассоциировать любовь с бабочками в животе, нежностью и страстью. В их понимании любовь — это прекрасное всепоглощающее чувство, которое способно влиять на человека и ставить интересы партнёра выше своих. Любовь — полное взаимопонимание и гармония между двумя сердцами. За неё борются, убивают, развязывают войны. Из-за неё страдают, совершают благородные поступки. Каждый хочет любить и быть любимым. Вампирам же недоступны подобные переживания. Их сердца останавливаются, а души накрывает мрак, стоит прародителю напоить их своей кровью. Бессмертная жизнь без любви и прочих чувств. Живой человек скажет, что это банальное существование, ведь как можно жить с полным безразличием? Но они просто ничего не понимают. Да, вампирам чуждо всё человеческое, ведь у них другое ощущение времени и отличный от людей внутренний мир. Они на всё смотрят по-другому, через призму вечной жизни и физического превосходства. И любовь у них, если она бывает, совершенно другая. Их любовь странная, неподдающаяся объяснению или понимаю с человеческой точки зрения. В ней нет места тёплому чувству, страсти и нежности. Она не строится на понимании и поддержке. Никто не скажет, что будет любить вечно и никогда не бросит. Даже если скажут, другой поймёт, что это ложь. Банальная игра, которая забавляет. Вампиров интересует одно — возможность скрасить обыденность бытия новой игрушкой. Это временно, но вот насколько? Месяц? Десять лет? Несколько веков? У них впереди целая вечность, если, конечно, не убьют. Смешно, что даже бессмертные не являются полностью неуязвимыми, но ведь так веселее. Лакус всегда считал их вылазки на поверхность и стычки с японской армией лишь способом развлечься. Сейчас они казались ему ещё интереснее, ведь он мог наблюдать за Арией. Шир вела бой быстро, без лишних промедлений и тягот убивая врага. Каждое её движение было пропитано грацией и неким аристократизмом. Даже знать не двигалась столь плавно и пластично как она. Гибкая, статная и хитрая, словно пантера, вампирша расправлялась с солдатами один за другим, оставляя на своём мече кровавые следы. Они были здесь вдвоём, их отряд разделился, и Вельт предоставил поле боя девушке, запрыгнув на железный столб. Ария бросила в его сторону злобный взгляд и до ушей вампира донеслось раздражённое «подлец», на что он усмехнулся. «Развлеки меня, девчушка из первой столицы», — парень удобнее устроился на столбе, наблюдая за битвой. Иногда японские солдаты пытались напасть на него, но Лакус умело отбивался, будто их атаки ничего не стоили. Для него так и было. Людишки — просто пыль под ногами бессмертных. Жалкие муравьи, возомнившие себя львами. Необходимо было напомнить им их место и посадить на короткий поводок. Их ничтожные потуги, разумеется, развлекали, но уже начинали надоедать, а их фанатичная преданность даже пугать. Бой закончился и Ария стояла в кругу окровавленных тел, вытирая свой меч. Такие же аккуратные и плавные движения, приятный звон металла о ножны и под конец суровый взгляд алых глаз. — Ублюдок. Лакус усмехнулся и спрыгнул на землю. Приземлившись возле Шир, он подошёл к ней почти вплотную. Будь они живыми, непременно бы чувствовали дыхание друг друга. — Как грубо, — прыснул вампир, оголив белоснежные клыки в самодовольной ухмылке. — А я ведь столь великодушно предоставил тебе возможность поиграть. — Меня больше привлекают спокойные патрули без лишних битв, — Шир смотрела напарнику прямо в глаза, бросая вызов. — Ха, неужели не хочется выпустить кровь скоту? — Если таково задание, то да, но в других случаях не хочется сложностей, — парировала вампирша. — Не ты ли сам говорил, что это люди любят всё усложнять? Задела. Лакус усмехнулся и отстранился, отойдя на два шага назад. Его всё больше привлекала эта дерзкая и холодная особа. — Твоя взяла. Возвращаемся, — не дожидаясь партнёрши, он направился к месту сбора. «Наглец», — пронеслось в голове и на лице вампирши заиграла хитрая улыбка. Этот парень точно не даст ей скучать в этой разрушенной стране и сыром Сангвинеме.***
— Скууучно! В одной из комнат резиденции сидели две девушки. Темный интерьер был под стать их сущности и ничуть не напрягал. Темно-бордовые стены, красные ковры, черные диваны, широкая кровать с балдахином в таких же кровавых тонах — идеальная спальня для вампира. Ария сидела на диване и попивала алую кровь из хрустального бокала. Первая отрицательная, женская — её любимая. Мягкая, сладкая, с нотками горечи. Прекрасное сочетание для такой хладнокровной девушки. На её кровати валялась Фине и ворочалась из стороны в сторону, как маленький ребёнок. Пусть сто лет и ничто для вампиров, но не вести же себя как пятилетний человеческий детёныш. Хотя Лакус тоже часто вёл себя неподобающе, но, с другой стороны, что же подобающе для вампиров? В том и дело, что ничего. Они ведут себя так, как заходят, главное не нарушать законы их мира. — Мне скучно, Рия, — Шир поставила бокал на стол со звонким стуком. Она взглянула на «подругу», но её лицо было таким же бесстрастным. — Ничем не могу помочь, — спокойно сказала Ария. — Может хоть прогуляемся? На поверхности, — не отставала Фине. — Успокойся уже, — пыталась успокоить буйную вампиршу Шир. Они часто собирались в комнате Арии. У неё было много книг и младшая любила листать их, чтобы скрасить время. Она могла даже не вчитываться в содержание, просто цепляла глазами интересные цитаты. Вот и сейчас перед ней лежала раскрытая книга с произведениями русского писателя Александра Пушкина. Первая вампирская столица находилась в Москве, поэтому неудивительно, что они знали язык. Вампиры вообще много языков знали, у них уйма времени учить их. — Слушай, Рия, — вновь привлекла внимание Фине. — Тебя же интересует наш командир? Вопрос врасплох не застал, Шир знала, что её напарница когда-нибудь озвучит его. — В каком смысле? — Ну, Рииия, — протянула Фине её имя. Вампирша часто так делала, когда уговаривала Арию. — Я же вижу ваши переглядки. — Просто возможность разбавить скуку. С ним, вроде как, весело, — Шир снова взяла бокал и сделала пару глотков. Кровь приятно обожгла горло. — Но вы же такие разные! Хотя, вроде как, подходите друг другу. — Подходим? — недоумевала Ария. Дью хитро сощурила глаза, словно лисица и взяла в руки книгу. Пролистав несколько страниц, она зачитала строчку произведения: — «Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лед и пламень не столь различны меж собой. Сперва взаимной разнотой они друг другу были скучны; потом понравились; потом съезжались каждый день верхом и скоро стали неразлучны. Так люди (первый каюсь я) от делать нечего друзья.», — девушка отбросила книгу на подушку и легла на живот, подперев руками голову. Она болтала ногами и, улыбаясь, смотрела на «подругу». — На вас похоже, не находишь? Шир внимательно слушала стихотворение и задумалась. Они с Лакусом действительно как лед и пламя. Он — шустрый, хитрый, саркастичный юноша, который не терпит однообразие и «серые будни». Она — гордая и холодная леди, которая не любит лишних склок и проблем. Она предпочтёт обойти угрозу, он — ринется в бой, сметая всё и всех на своём пути. — Кто знает? — произнесла вампирша, продолжая попивать кровавый коктейль, при этом уголки её губ были чуть приподняты.***
Комендантский час. На улицах подземного города ни души, только изредка проходящие стражи. Нападать было некому, сбежать невозможно, но патрули никто не отменял. Мало ли какой-нибудь человек не будет в своей клетке или какой-нибудь вампир захочет полакомиться кровью из прямого источника. Лакус и Рене уже два часа обходили улицы, но ничего примечательного так и не обнаружили. Симму было всё равно, как и всегда, а вот Вельт маялся от тоски. — Хоть бы один скот проскочил. Позабавились бы, — уже минут двадцать ныл Лакус. — И как же? — без особо энтузиазма спросил Рене, но вопрос остался без ответа. — Ты слишком часто стал засматриваться на Арию Шир. Неужели хочешь выпить её кровь? — Вааау, — с притворной радостью протянул Лакус. — Рене, неужели ты интересуешься мной? Я так рад! Симм проигнорировал внезапный поток радости напарника. Он вообще часто игнорировал Лакуса. Когда Вельт говорил очередную глупость или колкость, а говорил он так почти всегда. Что там у него с Шир его не волновало, а вот нарушивший закон напарник мог подкинуть проблем. — Не волнуйся, — вдруг более спокойно сказал Лакус. — Она просто интересная и красивая игрушка. Не более. Оставшийся патруль прошёл в тишине и только мысли в голове молодого вампира не давали ему собраться. Ария его привлекала, но не как женщина и далеко не в романтическом или сексуальном плане. Она была забавной зверушкой, которая тоже испытывала к нему неподдельный интерес. А взаимное влечение двух вампиров было редкостью. Это не человеческая любовь. И не забава с любимым питомцем. Это очень странное, но глубокое чувство, которое проникает в сознание и заполняет собой абсолютно всё. Хочется узнать прошлое вампира, его человеческую жизнь. Хочется испить его кровь. Хотя бы попробовать каплю. Узнать, какая она на вкус. Лакус был уверен, что кровь Арии сладкая, похожая на дорогое вино. Мысли об этом сводили челюсть и заставили болеть клыки. Хотелось прокусить эту белоснежную фарфоровую кожу и увидеть на ней багряные капли. «Ты сводишь меня с ума, девчушка из первой столицы».
