У двери

      — Я уже трезвый, — сообщает Лей ближе к вечеру, выходя из ванной.              — А я ещё нет, — ну, может, и да, но всё равно не готов я к разного рода экспериментам.              — Арс, ты гонишь. И я помню, ты обещал, — подходит, обнимает и в глаза заглядывает. Ну вот что за человек? Одним взглядом манипулировать умеет.              — Да не могу я.              — Не ври. Я каждое утро вижу, что можешь.              — Да не в том смысле. А в другом.              — Типа, что я пиздюк безопытный? Не парься, пока в ванне был, погуглил, как там что правильно делать. Со стороны чистоты точно всё заебок должно быть.              Почему этот «пиздюк безопытный» меня в краску вводит постоянно?              — Бля, да не об этом я. И про флору ещё заодно погугли, умник, чтоб не злоупотреблять тем, чем ты там сейчас занимался.              — О, о половом воспитании поговорим? Давай. Как раз у меня таких разговоров никогда не было. Но попооозже, — оттягивает ворот футболки и прикусывает за ключицу.              — Лей, подожди. У меня из головы всё хуйня одна не идёт, что я теперь сам каким-то педофилом-ебанатом заделался. Ну знаешь, у нас типа девчонки в классе были, — вздыхаю и иду к дивану. Сесть надо. — Их там разные, на мой тогда семнадцатилетний взгляд, дядьки двадцатипятилетние подвозили с утра до школы. Вот я смотрел на такое и думал, что это полный пиздец, им остальные говорили, что их пользуют просто, а они всю вот эту хуету, заезженную годами, повторяли: «Да вы просто малолетки, а вот мой кот говорит, что я не по годам взрослая, не как вы все». Короче, я будто бы этим самым ебучим котом и стал.              — Вот это у тебя насрано в башке, однако. Слушай, а на чём они их подвозили?              — На самокате, ёпт. Знаешь, на таком, который обычный, электрических-то тогда не было, тупо ногой отталкивались и ехали. Лей, на чём они подвозить могли? Явно же, блядь, не на роликах.              — Воу, ебать ты завёлся, друг, — я психую, а ему смешно. — А чё, я тоже умный не по годам?              — Лей, иди нахер, — потому что, блин, да, но признавать я этого не собираюсь.              Хочу встать и свалить в ванную, но Елисей меня за руку хватает быстрее.              — Арс, ну стой. Ну прости. Куда ты пошёл? Я больше так не буду, — судя по тому, как он ржёт, то точно будет.              Выдыхаю. Упираю локти в колени, кладу голову на ладони, а Ку тут же напрыгивает и хочет меня в лицо лизнуть.              — Отстань, я пока не забыл про твоё грязное прошлое, — переворачиваю Кураму на спину и чешу живот.              — У нас с тобой другая немного тема, — да? А по-моему, прям один в один. Помню, семьи Таньки и Алисы тоже не являлись примером для подражания, а дом для них был не самым безопасным местом на планете. — Ты-то как раз в трусы ко мне залезть и не пытаешься. Наоборот даже, ведёшь себя, как монах. Ну не знаю... О, хочешь, подождём, пока ты готов не будешь?              Меня аж на истеричное «ха-ха» пробивает. В моём представлении такое я должен был говорить, а тут меня уламывают, как барышню, которая письку ни разу не видела.              — Только, конечно, проблема есть одна, пойду тогда достану её.              — Чё? Чё за проблема? — поворачиваю голову, походка у него странноватая, замедленная и какая-то не самая уверенная. — Лей, ты себе в задницу запихнуть уже что-то успел?              — Не что-то, а анальную пробку.              Ой, пиздец, лучше бы он этого не говорил. Встаёт почти сразу, как я это визуализировать начинаю.              — Посмотреть хочешь?              У этого пацана хоть какой-нибудь стыд имеется?              — Хооочешь, по глазам вижу, но твоя правильность никогда тебе этого не позволит, — лыбится, переминаясь с ноги на ногу, ещё и губу нижнюю закусывает. — Пошли, — хватает меня за руку и в ванную тащит.              Эй, стоять, зачем нам туда?              Свет не включает, слышу щелчок замка, а сразу после Лей начинает меня целовать.              — Ты со своим благородством ещё полгода, как минимум, будешь втихую по ночам тут дрочить, — шепчет, отстранившись не больше чем на миллиметр.              — Я не…              — А я слышал один разок, случайно, — хихикает мне в губы.              — А подслушивать нехорошо, — отвечаю ему так же тихо и сжимаю ягодицу. Лей, кажется, весь воздух, находящийся в ванной, себе в лёгкие втягивает, прогибается в пояснице и трётся своим стояком об мой. Виснет на мне, стонет. В тесной маленькой комнате совсем жарко становится. Забираюсь второй рукой ему под футболку и провожу большим пальцем по соску.                — Я тебя сейчас сам тут трахну, если ты не прекратишь издеваться, — выстанывает в губы, после чего прикусывает мою нижнюю.              — Дохуя выёбываешься, — провожу через шорты между ягодиц, надавливая на ограничитель.              Лей уже не стонет, он скулит в поцелуе и дёргает резинку моих спортивок, пытаясь их стянуть.              Приспускаю его и свои трусы, обхватываю наши члены вместе и чувствую благодарный выдох. Лей несдержанный. Толкается в мою руку и цепляется ногтями за плечи, внося полный хаос.              Приподнять его и посадить на край стиралки оказалось куда легче, чем я предполагал. Не учёл только один факт, из-за которого он на всю ванну простонал. Обхватываю наши члены снова и чувствую, как его пульсировать начинает, после чего по руке стекает тёплая жидкость. Целую его глубоко и заканчиваю через пару быстрых движений.              Лей расслабленный сидит на стиральной машинке и тяжело дышит.              — Да уж, такой охуенной дрочки у меня ещё никогда не было.              Мою руки и только потом снимаю Елисея, открываю дверь, щёлкаю выключателем, свет загорается, и мы одновременно прищуриваемся на несколько секунд.              — Тебе, может, помочь?              — Да ты и так уже помог, — хмыкает, кивая мне на дверь. Понял-понял, выхожу.              — Ну чего ты тут грустишь? — спрашиваю у Ку, лежащего около двери. — Пять минут никто с тобой не играл и всё? Трагедия уже? А нам завтра ещё на занятия ехать, помнишь? Пошли, домашнее задание выполнять будем, ученик.              ***              Пока Лей сидит пробник решает, мы с Курамой повторяем всё пройденное. Да уж, что-что, но Макс точно профи. Ку прям на глазах умнеет после каждого занятия.                — Когда ты ещё экселевские таблицы за меня делать начнёшь? Цены тебе вообще не будет.              — М? Ты мне? — интересуется Елисей, оторвав голову от ноутбука.              — Нет, это я с Курамой, — хмыкает, улыбается и обратно в свою математику с головой погружается.              ***              Ложимся в кровать, ворочаемся, обоим не до сна, полдня же сегодня проспали.              — Арс, спишь? — спрашивает шёпотом, повернувшись ко мне лицом.              — Нет.              — Я тоже уснуть не могу. А ты знал, что если перед сном подрочить, то засыпаешь сразу?              — Знал. Спи давай. Учить он меня ещё тут будет. Где ты учился, я там преподавал.              Лей хихикает. Потом ещё раз, а потом вообще ржать начинает.              — Елисей, ты сейчас Ку разбудишь, он потом полночи бегать будет.              — Угу, — да что ж его так развеселило? Аж рот рукой закрывает.              Наваливаюсь на него сверху, убираю руку и целую. А Лей не дурак, сразу отвечать начинает, ногами меня обхватывает, руками по спине водит.              — Переключился? — спрашиваю, отстраняясь.              — Пиздец ты, Арсений, сука. Переключился.              Встаёт и в ванную топает, включает воду, она шумит минуты три, потом Лей возвращается, ложится в кровать и засыпает почти сразу. Тоже что ли сходить?