26. Утешение.
3 мая 2025 г., 13:46
— И что вы собираетесь делать дальше?
Усмешка играла на чужом лице. Руки «чужого» Фаенона были скованы кристаллами за спиной. Он сидел на земле, скрестив перед собой ноги. Мидей смотрел на него сверху вниз, но вариантов никаких в голову не приходило. Их враг отказался идти в Охему добровольно и просто уселся на месте. Кому рассказать — не поверят.
— Я просто прикончу тебя, если не пойдешь с нами, — тяжелым голосом сказал Фаенон, упирая острие клинка прямо в центр чужой груди. — Это тебе не игрушки.
— Хорошо. Убивай, — пожал плечами «чужой» Фаенон. — Тогда ничего не узнаешь.
— В таком случае, я тебя за волосы оттащу прямо в город.
— Это не прибавит мне желания поговорить с тобой или с кем-либо еще.
Ситуация была крайне неудобной. Никто из златиусов не смог бы придти на помощь, хоть обзовись. Вернуться в город кому-то одному из них и привести с собой кого-нибудь еще — тоже не вариант. Оставаться наедине со столь странным врагом было попросту опасно. Никакой телеги или повозки у них тоже с собой не было.
И наблюдать дальше за перепалкой двух версий Фаенона Мидей тоже не хотел — уши начинали вянуть. Одному было весело, а второй злился все сильнее от безрезультатности своих угроз.
— Фаенон, — позвал Мидей, отвлекая его. — Забери оружие. Я его перенесу в город.
«Чужой» Фаенон с ухмылкой глянул на принца, а после и на Фаенона из этого цикла, что не осталось незамеченным.
— Перенесешь? — фыркнул Фаенон. — Давай-ка этим займусь я.
— Ох… Как же ты это сделаешь? — влез «чужой» Фаенон, строя самое сочувствующее лицо. — Ножка ведь все еще не окрепла, да? Вдруг ты споткнешься и упадешь? Да и вешу я много, сам знаешь. Бедняжка.
— Будь добр. Заткнись, — наигранно миролюбиво ответил Фаенон, отнимая его ножны с вложенным клинком.
Признавать правду не хотелось. Фаенон и правда бы сам оттащил врага в Охему без проблем, если бы не старая рана и неровные дороги. После слов «чужого» Фаенона о травме Мидей бы не позволил ему поднимать тяжести.
Нести на спине было нельзя. При плохом раскладе «чужой» Фаенон мог либо задушить Мидея, либо же каким-то образом ударить в слабое место. По той же причине перекинуть его через плечо тоже не представлялось возможным. Руки его должны были обязательно находиться в поле зрения принца.
— Вставай, — кратко сказал Мидей.
И его очень легко послушались. План был слишком хорошо понят. Фаенон становился мрачнее туч, висевших над их головами. Легким движением Мидей подхватил врага на руки, и тот показательно положил голову ему на плечо.
— Один штрих, — произнес Фаенон, поднимая с пола позабытую маску. Он надел ее на чужое лицо, мягко улыбнулся. — Так-то лучше, правда?
— Ты настолько мне не доверяешь? — утробно засмеялся Мидей.
Фаенон обхватил его щеки пальцами, серьезно посмотрел в глаза. Он не собирался разражаться гневной тирадой. Мидей того просто не заслужил. Но ревность затуманивала разум. Фаенон лично видел, как тяжело принцу даются схватки с этим врагом. И чего далеко ходить? Это ведь сейчас руки Мидея были заняты чужим телом, что жалось к нему крепче.
В голове сами по себе появлялись ядовитые мысли. Деться от них было некуда. А если с самим Фаеноном что-то произойдет и он погибнет, что тогда будет с Мидеем? Будет ли он скорбеть? Или же переключится на столь удобный появившийся вариант?
Смог бы Мидей вообще убить Фаенона из другого цикла? Почему он ни разу так и не ранил его? Почему не использовал всю свою силу?
В груди становилось все тяжелее. Фаенон пытался не думать об этом, но разум сам по себе омрачался. Тело слабело от влияния растрескавшейся реальности. Ему едва ли не физически было больно касаться другой своей версии.
— Я не доверяю ему.
— Какая наглая ложь, — подал голос «чужой» Фаенон. — Можешь врать при ком угодно, но не при мне. Ты настолько слаб, что не можешь довериться своему же возлюбленному. Думаешь, что он переключится на кого-то другого. Да? Жалкий ревнивец.
Фаенон оставил его без ответа. Он резко развернулся и начал уходить так быстро, что Мидею пришлось его догонять. И больше никакие диалоги Фаенон вести не собирался. Не при своей другой версии уж точно.
***
Еще никто не вернулся. Аглая встретила их у главных ворот. Ей не нужно было рассказывать о произошедшем — она все равно знала о любом их движении. Самолично она связала шелковыми нитями «чужого» Фаенона и помогла отнести его в темницы под городом. Ни одна живая душа не должна была заметить их передвижений. К ее удивлению, враг оставался покорным. Он даже не дергался, когда его приковывали к полу, ограничивая движения. Маска скрывала его лицо. Но даже будто через нее можно было прочитать все его эмоции. — Вам следует отдохнуть, — сказала Аглая, даже не оборачиваясь к паре героев. — Ядро пламени я сама отнесу. И готовьтесь к испытаниям. Что сказать против этого? Мидей вернулся вместе с Фаеноном домой крайне уставшим. Мышцы тянуло, слабость растекалась по ним. Но не это было важным. Фаенон все еще оставался мрачным и неразговорчивым. Следовало сделать хоть что-нибудь. — Фаенон, — позвал Мидей. — Нет. Дай мне подумать, — отмахнулся тот, даже не смотря на принца. — Ты сейчас себе надумаешь всякого бреда, — нахмурился Мидей. Фаенон ничего не ответил. Он сбросил прямо на пол свой плащ, накрыл лоб ладонью, будто у него болела голова, а затем… Просто скрылся в ванной комнате, щелкнув для верности замком на двери. Мидей тяжело вздохнул. Они были голодными, так что он решил сходить до кухни и сделать какой-никакой перекус, просто чтобы восполнить хотя бы часть сил. Неприятная ситуация, однако. Фаенон открыл на максимум краны. Одежда бесформенно легла рядом с купелью. От воды шел густой пар, от которого даже дышать становилось тяжело. Вода обожгла кожу. Сразу же заставила ее покраснеть. Фаенон пытался справиться с самим собой. Он не хотел выглядеть в глазах Мидея сумасшедшим ревнивцем. Не хотел выносить это наружу. Но у него не получалось держать себя в руках. Слишком много сомнений накрыло его. Он погрузился в воду до шеи, прикрыл глаза, и после ушел в обжигающую толщу с головой. Руки потряхивало. Реальность ломалась. Предчувствие бед не оставляло его ни на мгновение.***
Мидей бросил на сковороду мясо. То сразу же зашкворчало, выделяя сок. Вода для крупы уже успела закипеть за то время, что он находился на кухне. Едва ли можно было назвать их будущий ужин полезным, но на большее попросту не хватило был сил. Побольше белков и углеводов. Чтобы забить желудок. Флегматично Мидей помешивал лопаткой мясо, чтобы то не прилипало. Одна и та же картина стояла перед глазами. Уже на середине пути принц готов был бросить свою ношу, чтобы больше не смотреть на поникшего Фаенона. Тот даже не шел рядом, а топал где-то впереди. На границе видимости. «Чужой» Фаенон не разговаривал с ним, но всем своим видом показывал, что он был доволен таким раскладом. Мидей боролся с собой, чтобы не сжать его тело сильнее и не причинить боль. Как минимум, принц должен был извиниться перед Фаеноном и вернуть его состояние в равновесие. Только становилось это с каждой минутой все тяжелее. Вскоре Мидей выключил огонь. Еда легла на тарелки. Она даже вполовину так же привлекательно, как это было обычно, не выглядела. Но выбора особо не оставалось. Когда принц вернулся в комнату, он обнаружил, что Фаенон еще не выходил из ванной. Мягко Мидей постучал костяшками в дверь, ожидая ответа. Только вот с другой стороны было лишь молчание. Оставалось только ожидать. Прошло десять минут… Затем еще десять… Еда остыла. Сомнения закрались в душу Мидея. Он вновь подошел к двери. Толкнул ее вперед, и она не поддалась. — Фаенон? — позвал принц. Снова без ответа. Мидей сделал усилие, замок жалобно затрещал. Он приложил еще немного сил. Личинка замка вырвалась с еще большим треском. В лицо сразу же хлынул густой пар. Мидей опустился перед купелью на колени. Чужая голова лежала на бортике. Глаза были прикрыты, дыхание оставалось ровным. Неужели Фаенон уснул? Принц осторожно коснулся его горячего влажного лба, отчего Фаенон поморщился и чуть приоткрыл глаза. — Какой же ты безответственный, — тихо сказал Мидей, зачесывая серебряную челку назад. — Кто спит в ванной? Фаенон сонно моргнул несколько раз, нахмурился, пытаясь понять, где он находился. Мидей помог ему выбраться из воды, накинул на тело полотенце. Довести Фаенона до кровати стало отдельным испытанием. Он даже не захотел одеваться. Просто завалился в постель и зарылся носом в подушку. Вновь разбудить его у Мидея рука не поднялась. Он накрыл тело Фаенона одеялом, окинул взглядом. В конце концов, сам он тоже решил смыть с себя пыль с поля битвы. Еда осталась нетронутой.***
Утро, пожалуй, было достаточно тяжелым. С неохотой Мидей открыл глаза, обнаружив, что Фаенон за ночь даже с места своего не сдвинулся. Было подозрительно, что он, со своей извечной тревожностью от влияния цикла, так спокойно спал. Мидей приподнялся на одном локте, коснулся ладонью чужого плеча. К его удивлению, Фаенон тут же открыл глаза. Даже стало немного жутко от такой резкой реакции. — Доброе утро, — только и смог произнести Мидей хриплым голосом. — Мгм, — ответил Фаенон, не отводя от него своего взгляда. — Все в порядке? — спросил принц обеспокоенно. — А? Да, все хорошо, — неопределенно сказал Фаенон, переворачиваясь на спину. Он лениво потянулся, разгоняя кровь по жилам. Губы Мидея сами по себе растянулись в улыбке. Из-за того, что Фаенон заснул с мокрой головой, на ней был полнейший бардак. Кожа со сна выглядела мягкой, едва ли не сияющей. — Ты пялишься на меня, — заметил Фаенон, отчего Мидей утробно рассмеялся. — Да. Нельзя? — Кхм. Можно, конечно. — Фаенон посмотрел на него в ответ, поправил одеяло. То спустилось ниже по его груди. — Я… Должен извиниться за вчерашнее. — Правда? Мне кажется, что извиняться должен я, — чуть прищурился Мидей. Фаенон не хотел с ним спорить. Ему было не по себе просто от того, что позволил себе проявить столько негативных эмоций и заставил Мидея переживать. Но ревность все еще растекалась обжигающим ядом по организму. Концентрируясь в центре груди. — Та моя версия была права, — нахмурился Фаенон. — Я и правда слишком слаб и много чего боюсь. — Мгм. Знаю. Будто чувствуя источник проблемы, Мидей коснулся ладонью центра груди Фаенона, заглянул в его глаза. Слишком много мыслей было в голове, но спросонья они мало хотели формулироваться во что-то адекватное. — Я не трону его больше и пальцем, если тебе будет от этого легче, — сказал Мидей. — Брось. Все в порядке. Нам его придется еще не раз потрогать. Зашелестело постельное белье. Фаенон следил за каждым чужим движением. Мидей перекинул через него одну свою ногу, уселся сверху, придавливая своим весом к кровати. Фаенон приподнял брови в немом вопросе. Обеими руками Мидей огладил его шею, спустился к груди. — А если я хочу трогать только тебя, тогда что? Фаенон глубоко вздохнул. Что ему было можно на это ответить? Его нагло провоцировали, давя на слабости. Он соскучился по ласкам, напряжение скопилось в его теле за долгое время. — Сначала приведем себя в порядок, — вдруг остановил Мидея Фаенон, перехватывая его руки. — У меня все еще глаза слипаются. Оставалось только согласиться. Дверь в ванную теперь закрывалась неплотно. В зеркале Мидей смог заметить, что и сам он выглядел не лучшим образом. Следы от подушки оставались на его щеке даже спустя полчаса — тело чувствовало себя не лучшим образом. Фаенон управился гораздо быстрее Мидея, что было нетипично. Обычно он возле раковины возился в два раза дольше принца, вновь и вновь умывая лицо горячей водой. Мидей осмотрел себя в зеркале еще раз. Капельки воды стекали по коже все ниже и ниже, срываясь на пол мимо раковины. Следовало потом протереть, чтобы не оставалось сырости. Чужие руки легли на его бока, сжали посильнее, но не до боли. Голубые глаза сверкнули в отражении. Мидей усмехнулся. Фаенон прижался грудью к его спине. Одна его ладонь поднялась к шее. Пальцы перехватили нижнюю челюсть, вынуждая продолжать смотреть в отражение. Фаенон не говорил ни слова. Зеркало заканчивалось на уровне груди. Больше ничего рассмотреть нельзя было. Обеими руками Мидей уперся в раковину. Это не тот раз, когда он хотел заявлять о своих желаниях. Ему требовалось вернуть в колею Фаенона. Вторая рука Фаенона спустилась ниже, провела по ложбинке меж ягодиц. Мидей следил за тем, как в отражении чужие голубые глаза едва ли не загорались. Зрачки расширились, нижняя губа оказалась закушена зубами. — Ты хочешь? — уточнил Фаенон. — Да, — ответил Мидей, замирая в ожидании. Фаенон прижался губами к его шее, так и не отпуская нижнюю челюсть. Для него было важно, чтобы Мидей все видел. Влажная головка уперлась в поясницу. Принц чуть выгнулся, расставил ноги шире. Где-то на задворках сознания было даже слегка стыдно. Едва ли происходящее можно было назвать прелюдиями. — Какой покорный, — прошептал Фаенон, второй рукой обхватывая член Мидея. — Утешь меня, Мидей? Сердце участило свой ритм. Мидей не знал, что ему делать. Фаенон прямо сказал, что он расстроен. До сих пор. Даже с учетом того, что он до этого убеждал принца в обратном. За него становилось больно. Рука на члене медленно задвигалась. Чужие губы оставили на плече яркий след. — Фаенон, — позвал Мидей, вынуждая смотреть себе в глаза через отражение. Во рту в мгновение пересохло. Это нужно было сказать. Нужно было. Это ведь не секрет. Фаенон ожидал, прижимаясь так крепко, что становилось жарко. Щеки запекло. — Я… — Не говори, если не хочешь, — оборвал его Фаенон, мягко улыбнувшись. Ни разу Мидей еще этого не говорил. И в ближайшее время не собирался. Он знал, что его чувства не были поддельными. Знал, что и Фаенон все понимал. Но отчего-то произнести то, что было на душе, каждый раз было практически невозможно. Мидей не хотел, чтобы эти слова были произнесены на поле битвы. Не хотел шептать их, держа остывающее тело Фаенона в своих руках. Не хотел, чтобы стало слишком поздно. Фаенон называл слабым себя, но он признался сразу же, как представилась возможность. К чему все привело? Были вещи, которые важно слышать, а не понимать. Принц улыбнулся, чуть повернул голову. Нет. Не через отражение. Только глядя в голубые глаза, никак иначе. — Я люблю тебя, — тихо произнес Мидей, будто раскрывая самую главную тайну. Фаенон приподнял брови. Будто не ожидал. Будто не верил до конца. — Я люблю тебя, слышишь? — повторил принц громче. — Люблю тебя, Фаенон. Не сомневайся во мне. — Слышу. Но не могу наслушаться, — сказал Фаенон, наконец улыбаясь. Мидей тоже улыбнулся. Он чуть сдвинулся, и Фаенону пришлось отпустить его. Руки Мидея обвились вокруг шеи Фаенона. Он хотел смотреть прямо. Хотел касаться чужого тела так, как требовало сердце. — Я люблю тебя. Еще раз повторить? — Принц приблизился для поцелуя, и Фаенон кивнул, приникая к мягким сухим губам. — Фаенон… Чего не ожидал Мидей, так это того, что его прижмут спиной к стене и перехватят под одним бедром. Щеки запекло с новой силой. Фаенон прижался к его губам так крепко, что стало почти больно. Дышать было нечем. Снова и снова Фаенон целовал его, случайно прикусывая губы. С каждой секундой в голове становилось все более туманно. Головка уперлась в сфинктер. Легкая дрожь прокатилась по телу. — Смазка, Фаенон, — напомнил Мидей. — Черт… Сейчас. Фаенон дотянулся до ближайшей полки, ища нужную баночку. Не с первого раза удалось открыть крышку, и та жалобно ударилась об пол, став совсем ненужной. Холодная смазка легка на кожу, отчего Мидей чуть поморщился. — Извини. Извини, пожалуйста, — шептал Фаенон, заталкивая смазку глубже. — Нашел, за что извиняться, — несерьезно фыркнул Мидей. — Смелее. Одним толчком Фаенон проник внутрь, и принц судорожно вздохнул, цепляясь пальцами за его плечи. Он уже успел отвыкнуть от этого ощущения. И непривычно было то, что они находились не в горизонтальном положении. Стоять было тяжко. Фаенон едва смог выждать нужное время. Он сразу же взял быстрый темп, выбивая горячий воздух из чужих легких. Мидей хватался за него, лишь бы удержать равновесие. Губы от частых поцелуев опухли. Удовольствие растекалось волнами по телу. — Помягче, Фаенон, — попросил Мидей. — Мне тяжело. — Сейчас. Держись за меня, хорошо? Он выглядел как нашкодившая химера. Так же виновато. Мидей надеялся, что он не корил себя за свою несдержанность. И ожидал, что они все же переместятся к кровати. Или хотя бы на пол. Но Фаенон, сделал самую неожиданную вещь. Он, будто и не прилагая усилий, подхватил Мидея под второй ногой, уничтожая полностью проблему с потерей равновесия. — Фаенон, твоя лодыжка! — нахмурился Мидей. — Повредишь себя еще раз! — Любовь моя, — ответил Фаенон, тоже хмуря брови. — Заткнись. Мидей хотел возмутиться. Воззвать к разуму. Но Фаенон вновь толкнулся на всю длину, вынудив крепче обнять себя. В глазах принца помутнело. Он больше не мог и не хотел сопротивляться. Удовольствие пронзало все тело. С каждым толчком Фаенон оказывался максимально глубоко, вбиваясь до конца. Даже Мидей сомневался, что он сам смог бы брать такой быстрый темп с Фаеноном на руках. Цепочка поцелуев протянулась по его шее. Фаенон прикусывал ключицы, горячо дышал. Кожа его становилась влажной от выступивших капелек пота. Мидею было мало его прикосновений. Он сам накрыл его губы своими, проскользнул языком меж ними, вторгаясь в чужой горячий рот. Язык сплелся с чужим языком. Влажно и горячо. Был ли хоть раз в прошлых жизнях, когда они оказывались в таком положении? Судя по лицу Фаенона — нет. Мидей улыбнулся в поцелуй, но тут же отстранился, чтобы сделать новый вдох. — Громче, — попросил Фаенон. Принц сначала не понял. Он поймал на себе жадный взгляд. Новая волна возбуждения прокатилась по телу. Громче… Он застонал на новом глубоком толчке. Ресницы сами собой прикрылись. — Фаенон, — выдохнул Мидей, сжимая напряженные плечи. — Еще. Стало не по себе. Не так, как это обычно бывает с людьми. А приятно. Мидей подчинился, лишь бы на душе Фаенона было спокойнее. Сам он тоже зачастую между вдохами стонал, стараясь не сбиться с темпа. Принц зажмурился. Только чужого члена внутри хватало ему, чтобы приблизиться к краю. Чувствуя это, Фаенон ускорился. Звуки шлепков кожи о кожу эхом отражались от стен. Дыхание Мидея замерло, он запрокинул голову назад, открывая шею для новых поцелуев и будущих следов. Горячее семя заполнило его, и живот принца промок от собственного выплеснувшегося удовольствия. Еще с минуту Фаенон не отпускал его, пытаясь просто отдышаться. Но глаза его все еще горели. Мидей тяжело сглотнул вязкую слюну. — Дай в себя придти, — усмехнулся принц, зарываясь ладонью в спутанные серебряные волосы. — У тебя все на лице написано. — Тебе не будет сложно? — уточнил Фаенон на всякий случай. И Мидей только рассмеялся. — Уж таким способом ты меня не загоняешь, не волнуйся. Тебе полегчало? Фаенон опустил глаза, будто стыдясь себя. Мидей все и без того понял. Он погладил чужую голову, коснулся губами влажного лба. — Давай хотя бы в кровать переместимся, — предложил Мидей. Просьбу его выполнили, укладывая позднее на мягкую постель. С готовностью принц встретил следующую порцию поцелуев и ласковых прикосновений. В конце концов, они никуда не торопились.***
— У тебя такое сложное лицо, — с усмешкой произнес «чужой» Фаенон, сидя напротив Аглаи. Она уже пожалела о том, что разместила пару бабочек в чужой спальне. Любой разговор между Мидеем и Фаеноном был ценным, но это выходило за все рамки. Аглая не хотела становиться свидетельницей таких откровений. — Мое лицо совершенно не должно тебя беспокоить. Ты так и не ответил ни на один мой вопрос. Шелковые нити стягивали все его тело. Дешевый ход. Он не был глупцом и понимал, что без головы его не оставят. А отрезать руки и ноги у Аглаи не хватило бы духу. Да и… Этот Фаенон понимал, что она боялась гнева Мидея. Его реакция могла быть самой неожиданной. Поэтому он совершенно ничего не боялся. Угрозы на него не действовали. — Боюсь, на твои вопросы я отвечать тоже не намерен, — пожал плечами «чужой» Фаенон. — Я уже высказал свои требования. — Допросом занимаюсь я, а не Мидей. Так что будь добр, не зли меня, — уже даже не миролюбиво произнесла Аглая, стягивая нити сильнее. Золотая кровь потекла ниже по ним. Срывалась на пол. Враг даже бровью не повел. Как бы она ни пыталась, понять по его реакциям правду или ложь она не могла. Но зато понимала другое… В теле этого Фаенона плескалось столько силы, что опасно было даже дышать рядом с ним. Во тьме подземелья его глаза будто светились. Так, как светились у потерянных душ. По телу Аглаи раз за разом пробегал холодок. О своих планах этот Фаенон ничего не рассказал. И его спокойная улыбка не предвещала ничего хорошего.
