Игра Судьбами

В тускло освещённой комнате, где витала атмосфера угрозы, мужчина был прикован стальными цепями к каждой из своих конечностей. В его глазах не читалось никаких эмоций, но если бы кому-то удалось заглянуть в глубины его души, он бы увидел настоящий ужас. По обе стороны от операционного стола на него смотрели двое детей с белоснежными глазами: один с бесстрастным выражением лица, другой — с садистской ухмылкой. «Я заметила проблеск страха в твоих глазах? Я полагала, что его методы обучения навсегда убили в тебе все чувства». «Хе-хе, но тебе повезло, что я выбрала именно тебя. По крайней мере, здесь ты найдёшь себе применение», — ухмыльнулась Хината, жестом приглашая Хаку передать ей пузырёк с ядом. Хаку пристально посмотрел на мужчину. В глубине души он хотел убить этого человека, который когда-то пытался её погубить. Взяв пузырёк с ядом, он осторожно протянул его ей. Он обучался у неё медицинскому ниндзюцу, и с каждым днём его познания росли. Его боевые навыки и умение наносить смертельные удары значительно улучшились, и одной из причин тому стало наличие у него живого манекена. Окунув иглу в ядовитую субстанцию, она вонзила её ему в плечо. «Через десять минут ты потеряешь сознание. Этот яд очень силён. Постарайся продержаться, счастливчик». Хаку обратился к ней: «Госпожа Хината, почему вы всегда называете его так странно?» «Хе-хе, я просто хочу посмеяться над его незавидной судьбой», — ответила она. «Понятно», — кивнул он и начал наблюдать за реакцией мужчины, фиксируя её в своём дневнике. Через десять минут мужчина начал терять сознание. Хината, активировав Бьякуган, внимательно изучала химические процессы, происходящие в его мозгу. «Итак, вода может действовать как яд». В ходе исследования выяснилось, что никакого яда изначально не было. Мужчина потерял сознание от обычной воды, решив, что его отравили. «Видишь ли, Хаку-тян, человеческий мозг обладает удивительными способностями. Если ты начнёшь во что-то искренне верить, твой разум попытается воплотить это в реальность». Это был психологический тест, который мужчина прошёл блестяще. Хаку кивнул, как прилежный ученик. Примерно месяц прошёл с тех пор, как он провёл спарринг с Неджи. С того знаменательного дня он усердно учился под её руководством и тренировался с Кимимаро, не зная покоя ни днём, ни ночью. Он добился значительных успехов в тайдзюцу, однако его прогресс в освоении кеккей генкая был менее впечатляющим. Он мог замораживать вёдра с водой и создавать водяные сферы, но ему не удавалось воспроизвести ту же мощь, что и в момент первого пробуждения его кеккей генкая, когда одним движением руки он уничтожил десятки жизней. Если бы он не мог этого достичь, то чем бы он мог быть ей полезен? Задумавшись, он посмотрел на неё. Он хотел быть для неё как можно более полезным; в этом и заключался смысл его существования. Словно уловив его внутреннюю борьбу, она спросила: «Ты хочешь что-то узнать, Хаку-тян?» В его глазах мелькнуло изумление. По её интонации он понял, что она уже знает, о чём он собирается спросить, — совсем как богиня. «В точности как в тот день, когда я впервые увидел тебя», — подумал он. Он на мгновение запнулся, прежде чем произнести: «Я хочу ощутить ту же мощь, которую почувствовал, впервые пробудив стихию льда», — честно признался он. Хината вгляделась в его непоколебимый взгляд и кивнула. «Понимаю. Сегодня вечером ты ощутишь ту же силу, Хаку-тян», — сказала она, слегка изогнув губы в подобии улыбки. Увидев её лучезарный лик, он испытал одновременно радость и лёгкий трепет. «Встретимся на тренировочной площадке», — сказала она и оставила его наедине с его мыслями. «Я тебя не разочарую», — он крепко сжал кулак и направился в свою комнату. «Если я в кратчайшие сроки не стану сильнее, Кимимаро превзойдёт меня, и останусь лишь тенью Неджи. Если я не обрету могущество, я буду бесполезен для неё, а я ни в коем случае этого не хочу». Задумавшись о ней, он слегка улыбнулся и вскоре скрылся из виду.

***

С наступлением ночи он явился на тренировочную площадку, где Неджи и Хината регулярно проводили свои занятия. Оба они выглядели изнурёнными, а их одежда была в пыли и грязи. «Было ли в Академии что-нибудь интересное?» — спросила она брата. «Всё как обычно. Но, как ты и велела, я лишь пребываю в царстве Морфея», — ответил он. Таков был его распорядок дня: проснуться после короткого дневного сна, отправиться в Академию, большую часть времени спать, получать высшие баллы по всем предметам, вызывая зависть одноклассников, — чего он, разумеется, не делал, но тем не менее прочно удерживал первенство. Это лишь укрепляло его репутацию гения. Вернувшись домой, он и его сестра тренировались без устали, пока наконец не выбились из сил настолько, что не могли пошевелиться. «Братец, хочешь посмотреть, как человека затягивает в пучину?» — спросила она. «Чем же ты сейчас занимаешься, сестрёнка?» — спросил он. «Скоро узнаешь», — ответила она и легла на землю. Вскоре к ним присоединились двое мальчиков. Четверо из них стояли перед просторным и глубоким прудом, расположенным в укромном уголке тренировочной площадки. «А теперь заморозь его, Хаку-тян», — невозмутимо произнесла она, что было непозволительно для её непоседливого нрава. «Он настолько обширен и глубок, что у меня не хватит чакры, чтобы сковать его льдом», — возразил Хаку, понимая, почему она требует от него столь абсурдного поступка. «Это непостижимо», — подумал он, глядя на водную гладь. «Понятно, значит, ты идёшь против моей воли», — прошептала она достаточно громко, чтобы услышали все присутствующие. Уловив нотки недовольства в её голосе, он запаниковал: от осознания того, что она в нём разочаровалась, его сердце сковал леденящий ужас. «Я… я не смею», — в панике пролепетал он, но Хината прервала его, подняв руку. «Кимимаро, свяжи ему руки и ноги и брось в пучину», — произнесла она, не выдав ни единой эмоции. «Будет исполнено», — ответил Кимимаро, не выказав ни колебаний, ни малейшего сожаления, и приступил к связыванию Хаку, несмотря на его яростное сопротивление и мольбы. «Пожалуйста, госпожа Хината, я исполню вашу волю», — умолял он, готовый броситься к пруду, чтобы сковать его льдом. «У тебя была возможность», — произнесла она, не обращая на него ни малейшего внимания. «Предай его», — услышав это, Кимимаро кивнул и, убедившись в прочности узла, бросил его в холодную воду. Всплеск! Ледяная вода ударила Хаку в лицо, и его тело начало медленно погружаться в воду. Последнее, что он увидел, было её разочарованное лицо. Он затаил дыхание; холод воды причинял ему такую же невыносимую боль, как её разочарование. «Нет, я не хочу умирать.» С невероятным усилием он начал извиваться всем телом, как рыба, стремясь к поверхности. Затаив дыхание и борясь со своим телом, он каким-то образом вынырнул на поверхность. Он посмотрел на Хинату, которая стояла над водной гладью и, казалось, смотрела ему прямо в душу. «Если ты не заморозишь этот пруд, можешь забыть о нашем знакомстве», — заявила она. Услышав её слова, он почувствовал острую боль в сердце. «Умоляю, не говори так». Это было последнее, чего он страстно желал. Затем он ощутил толчок в плечо и начал стремительное падение. Вскоре он достиг дна пруда, и вокруг воцарилась лишь кромешная тьма. “Неужели я покину этот мир?” – пронеслось в его сознании. Он предпринял попытку заморозить воду, но его руки были связаны. Несмотря на это, незначительное количество воды преобразовалось в лед и стремительно устремилось вверх. “Нет, это не работает.” Он прилагал все усилия, но тщетно. Вокруг начало сгущаться мрачное предчувствие. Хаку впервые ощутил истинное отчаяние, предчувствуя утрату всего. Но в глубинах его души он все еще отказывался сдаваться. Обретя, наконец, свой истинный дом, он был вынужден с ним расставаться. “Я не позволю этому повториться.” Он воззрился на воду. “Если эта стихия встанет между мной и ею, я ее уничтожу.” Хината наблюдала за Хаку. Десятки нитей обвивали ее пальцы, готовые в любой момент спасти его. “Сестра, ты обязана спасти его, он умирает,” – крикнул Неджи с берега пруда. “Не время, брат,” – хладнокровно ответствовала она. Хаку оставались считанные секунды до гибели, и тогда это случилось. Его чакра начала исторгаться из его рук и растворяться в пруду, снижая его температуру. “Хе-хе, это я и называю пробуждением,” – произнесла она со смехом и отскочила от воды, которая стремительно замерзала. На поверхности воды образовались острые, как бритвы, шипы, готовые к умерщвлению любого, кто посмеет приблизиться. На дне пруда чакра Хаку почти иссякла; он держался лишь благодаря силе воли. Наконец он ощутил истинную мощь своей Стихии Льда. Последним усилием он прорвался сквозь ледяную толщу, чувствуя себя так, словно в самом деле стал единым целым со льдом. “Я лишь надеюсь, что она счастлива со мной.” Прежде чем его веки сомкнулись, он узрел фигуру, явившуюся рядом с ним, и осознал, кто это. Слегка улыбнувшись, он лишился сознания. “Пошли,” – Хината подхватила потерявшего сознание юношу и исчезла.

***

Четыре часа спустя. Хината неподвижно восседала у ложа Хаку, который все еще пребывал в забытьи. Она держала его за руку, неспешно передавая ему свою жизненно важную чакру. Ощутив прилив тепла, он с величайшим трудом приоткрыл свои темно-карие очи. Маска, скрывавшая его лицо, исчезла, поскольку у него не было достаточно чакры для поддержания ее иллюзии. Первое, что предстало его взору, было ее встревоженное лицо. “Прости меня, Хаку-тян,” – извинительным тоном произнесла она. Ее забота наполнила его сердце теплом. “Тебе нет нужды извиняться. Я сам спровоцировал это,” – тихо прошептал он. С теплой улыбкой она произнесла: “Даже если бы ты умолял меня об этом, я искренне принесу свои извинения. Я больше никогда не повторю подобного.” Он прервался на мгновение, а затем воззрился на нее: “Ты все еще разочарована во мне?” – спросил он о том, что волновало его более всего. “Нет, Хаку-тян, ты заставил меня гордиться тобой,” – искренне ответила она. “Неужели?” – вопросил он с широкой улыбкой. “Да, но тебе не следует быть столь суровым со мной,” – сказала она, крепко сжимая его руку. Опустив голову и дрожащими губами, он произнес: “Мне было страшно там, внизу. Я не был уверен, что смогу справиться,” – он замолчал. Хината внимала ему в молчании, предоставляя ему возможность высвободить свои эмоции. “Я не желаю умирать, Хината. Я… я не могу представить себе утрату тебя. Умоляю, не подвергай меня подобным испытаниям вновь,” – сказал он сквозь слезы. Обняв его и нежно похлопав по спине, она произнесла: “Ты не умрешь, и я больше никогда не поступлю так.” “Дай мне слово.” “Я обещаю.”