Не дожидаясь рая

      Гриммджоу неожиданно пришел к Рэю, радовало, что не ворвался в дом. Не поприветствовашись, сразу влепил интересующий его вопрос. Харрибел наблюдала за, уже смеющимся, Рэем и злым Джагерджаком, стоявшим во входной двери. Недочитанный доклад о миссии все еще лежал на столе, поэтому Тия решила закончить свою работу, пока двое мужчин продолжат свой разговор.       – Я тебя разочарую Гриммджоу. – Падая на диван, Рэя продолжал смеяться, держась за свой живот. – Она хоть и лечила тебя магией, но это не так работает, как ты думаешь. – Задыхаясь, он больше не мог смеяться. – Это более сложный процесс, требующий постоянного обмена между двумя партнерами. Вливая в тебя магию, Микки перед этим отчищала её на кончиках своих пальцев, максимально делая нейтральной. Это умеет делать каждый, кто обладает магической силой. – Делая глубокий вдох и выдох. Смотрит на Сексту, примечая некий недовольный отблеск. – Расслабься, Микки не глупая девица, знает что делает.       – Можно это не говорить. – Пройдя внутрь, Джагерджак уселся рядом с Рэем. – Она редко делает, то о чем не просят.       Приняв полулежащее положение, Секста, осматривался. Дом Рэя с более строгим и выдержанным интерьером. Больше преобладают серые тона с темно-древесным полом, но яркие декоративные элементы разбавляют всю эту серость. Есть пара магических камней, слегка испускающие сияния, где-то виднеются пара растений.       Их дома полностью отличаются. В обители Рэя не преобладает буйная растительность или разные, но спокойные цвета. Все на своем месте, точно, где должно быть. Харрибел также забила своими вещами часть пространства, что неплохо гармонировало. Джагерджак осматривал каждую деталь пространства.       Двигаясь по коридору Лас Ночес, Микки проходит мимо Арранкаров, верно служащих Айзену. Игнорируя почти каждого встречного, она медленно передвигает ногами. Силы стали покидать её быстрее, чем предполагалось. Печать, установленная матерью, разрослась, вытягивая постоянно из Хогьёку больше энергии, чем раньше. Никто ничего не заподозрил, пока что, но рассказывать об этом она не планировала. Если Сосуке узнает про магическую печать с неизвестным действием, точно полезет изучать её. Зная собственную мать, любящую устраивать неприятные сюрпризы, Микки не сомневалась в опасности этой магии.       – А, Микки! – До жути радостный голос Гранца, донесся до её ушей.       Выходя из ближайшей двери, Заельапорро направился к ведьме, предвкушая занятный разговор. Девушка точно не хотела сталкиваться с этим павлином, после общения с Сосуке.       – Чего тебе Гранц? – Голова начинала болеть, от стольких неприятных личностей в этот поганый день. – Быстрее говори, что хотел и исчезни с моего пути.       Внезапно, волосы на затылке встали дыбом. Ощущение, что за ней наблюдают, усилилось, и Микки снова “всмотрелась” в окружающие стены. Все ее тело отреагировало на странное дуновение энергии.       – Господин Айзен, ведь сообщил тебе некие новости? – Ведьма, молчит, безразлично вглядываясь в его желтые глаза. О том, что Сосуке почти отыскал Хогьёку Урахары Киске, она знала. Но раз Гранц не в курсе этого, то значит, информация об этом не должна достичь ушей других.       – Удивительно, что ты знаешь об этом. – Делая шаг навстречу, девушка ехидно усмехается в его лицо. – Любишь шпионить за другими? Взял пример с Айзена или Канаме?       О скрытых “камерах” установленных по всему Лас Ночес мало кому известно. Микки их приметила в первый же день. Они находились в каждой комнате, ванные комнаты не был исключением. Рэй было наплевать, только он хотел, чтобы кто-то озабоченный разглядывал его младшую сестру. Микки, использовав поток своей силы, нанесла две маленькие метки в выделенных им комнатах и дезактивировала “камеры”.       – Я не настолько наглый, как ты или твой брат. – Гранц, двигался медленно, высматривая возможность приблизиться к ведьме. – В последнее время, наш правитель стал более активным, это не возможно не заметить. Да и ты зачастила сюда. Вывод напрашивается сам собой.       – Сколько уверенности, а доказательств нуль. – По коже прошлись мурашки, стоило ей приблизиться к Октаве. – Ты что-то новенькое создал? – Осматривая Гранца, пытаясь найти различия с его прошлым появлением. Ничего странного не было. – До сих пор пытаешься достать какой-то образец от меня?       – С чего такие выводы? – Заельапорро состроил удивленную мину.       Микки тяжело вздохнула. День только начался, а она вымотана. Еще и проведенный бой с Улькиоррой. Она конечно на нем отыгралась по полной, но к несчастью дала обещание Сосуке, что не убьет Куатро. Подойдя ближе к Гранцу, в нос ударил странный запах, напоминающий лаванду. На кончике языка стало пощипывать.       – Ты решил использовать против меня яд? – Ехидство играло на ее лице. – Бесполезно. Я сама выделяю яд и могу поглотить введенный в меня, нейтрализуя его.       Хорошо, что Заельапорро использовал малое количества яды, с большим количеством, Микки, конечно, справиться, но для этого потребуется время. Рэй легче переносил воздействия ядов в своем организме. У брата настоящий иммунитет, подаренной генетикой от Повелителя.       Гранц молчит, задумавшись, словно пытается добраться в самые потаённые уголки сознания. Приложив сжатый указательный палец к своему рту, задумчиво всматривается в девушку. Она распознала яд недавно им созданный. К тому же её тело спокойно перенесла его. Он уже испробовал его своей свите, и те выдерживали и одной сотой порции.       – Если на этом все, я пошла! – Махнув рукой, Микки двинулась вперед, обходя Октаву.       – По тому, что видел и знаю, могу предположить, что Повелитель был змеей, как Сун-Сун? – Заставляя ведьму остановиться, он зацепился за нужную ниточку. – Если не прав…       – Он был больше, чем змея. – Микки прервала его, развернувшись, широко скалилась, чем-то напоминая Гриммджоу. – Конечно существа, про которых в мире живых слагают сказки, больше не увидишь. – Скрещивая руки под грудью, она оперлась на одну ногу. – Их осталось меньше пары десятков. Они продолжают существовать, рядом с ведьмами, но умирая их тела и души насильно уничтожаются. Таков закон, установленный ими же, только папаша не захотел бесследно исчезать, переродившись Арранкаром в Уэко Мундо. – Подходя ближе к Октаве, её зрачки приобрели более змеевидную форму, светясь золотым оттенком вперемешку с зеленым. – Не надо нас раздраконивать, Заельапорро! Мы умеем мстить, и даже очень жестоко.       Высунув свой раздвоенный язык, она резко отвернулась, пошла прочь от надоевшего Гранца. Оставляя ошарашенного Октаву со своими мыслями, ведьма оглядывалась, продолжая ощущать на себе чей-то пристальный взгляд. Шагая по коридору Лас Ночес, смотря под свои ноги, она, выпуская магическую энергию, рискуя лишиться еще больше силы, пыталась выяснить причину странного чувства возникшего внутри. Кто-то или что-то следило за ней, пуская холодок по телу. Это точно не Гранц, с того момента, как он исчез из ее поля зрения, ничего не изменилось. Это так же не связано с установленным наблюдением Сосуке.       – Что же это такое? – Заворачивая за поворот, она врезалась в чью-то грудь. Она делает шаг назад, потирая свой нос после удара. – Твою ж… девизию!       – Чем же занята твоя голова, что ты не смотришь куда идешь? – Появившийся, из неоткуда Гриммджоу, насмехается, наблюдая за ошарашенной ведьмой. – Опять, что-то почуяла?       Джагерджак наклоняется достаточно близко к Микки, что можно увидеть собственное отражение в его голубых глазах. Легкий кивок головой, без лишних слов, девушка бегала глазами по стенам, потолку и полу, пытаясь что-то разглядеть. Она тонула в трясине неизвестной печати, хватавшей за магическую силу исходившей из её тела.       – Я сойду сума в этом треклятом замке. – Микки, сосредоточилась на Сексте, пытаясь отвлечься. – Я здесь задыхаюсь, с каждым разом вакуум становиться плотнее. – Прикрывая губы рукой, словно задумавшись, говорит настолько тихо, что только Джагерджак может услышать. – Печать теперь высасывает силы из всех живущих здесь. Незаметно для всех, но достаточно, что бы продолжать укрепяться. – Гриммджоу, отводит свой взгляд в сторону, сосредоточенно всматриваясь в стену напротив себя. – Мне надо поговорить с бабулей…       – Это как тонуть в воде под высоким давлением? – Секста видит удивленный взгляд Микки, понимая, что оказался прав. Она открывает рот, пытаясь сформировать правильный вопрос. – После Ведьминого Костра.       Краткий ответ, который вызвал большее изумление в её глазах. Джагерджак не обладал магией, но он точно описал то, что постоянно она испытывает здесь. Взяв под контроль свои эмоции, ведьма изучающе разглядывала тело Сексты. В его голове промелькнули первые дни их знакомства. Тогда она смотрела на него также, как сейчас.       – Побочка после лечения? – Микки кружит, как акула, вокруг Джагерджака, рассматривая. – Моя магия не осталась в твоем теле, это точно. Накосячить не могла, значит… – Уставившись на тело Гриммджоу, задумчиво осматривала каждый его сантиметр. – Возможно из-за постоянных сражений с Рэем? Он все-таки и маг тоже. – Она на секунду замолкает, а затем хлопает в ладоши. – Больше походит, что ты адаптировался к магии исходящей от нас, вот поэтому испытываешь, что и я. – На смену удивлению, пришла радость. – Страдай, как я!       Прикусив нижнюю губу, Микки продолжала лучезарно улыбаться. Джагерджак приподнял одну бровь, молча наблюдал за счастливой ведьмой, и губы его расплываются в оскале. Девушка прошла мимо, направляясь к выходу из главного здания. Секста следовал за ней, с интересом наблюдая. Не сокращая дистанции между ними, Джагерджак держа руки в карманах, как обычно сутулился. Микки не идет к своему дому, а направилась к своему брату. Гриммджоу уже представлял изумленную морду Рэя, когда они оба завалятся в его хату.       Ожидание и реальность, оказались несовместимы. Рэй на радостях принялся сжимать младшую в своих руках, душа в своих объятиях. Микки смогла вырваться, почти лишая брата возможности на продолжение рода, коленом в пах. Харрибел, не вмешивалась, наконец, покончив со своими обязанностями, собрала документы в стопку, откладывая на край стола.       Микки по-хозяйски, устремилась на кухню, заварить себе черный чай. Тия последовала за ней, напоминая, что ведьме нельзя так вести себя в чужом доме. Та лишь недовольно, пробурчала, что Харри стала врединой. Пока девушки отсутствовали, Джагерджак кратко объяснил причину своего возвращения. Рэй задумчиво устроился на диване в гостиной. Ему не нравилось, происходящее. Гриммджоу устроился в кресле напротив.       – Микки! – Рэй не вставая со своего места, повернулся в сторону кухни. Оттуда высунулась ведьма, с кусочком сыра, удерживая его своими губами. – Приятного аппетита. – Усмехнувшись, облокотился локтями о свои колени. – Настолько все изменилось с момента нашего возвращения?       Вынырнув из проема, дожевав закуску, девушка прошла в гостиную. Неся в руках тарелку с бутербродами. За целый день, она не ничего не ела, так что голод дал о себе знать. Гриммджоу усмехается, тому, как девушка почти тычет в направлении брата бутербродом. Рэй не сопротивляется и выхватывает еду из рук сестры.       – Ну, с размера одной рисинки, до размеров самого главного здания. – Усаживаясь на подлокотник, развернулась на месте, упершись пятками в мягкую обивку дивана. – Главное, что печать скрыта от нахождения. Я приблизительно знаю, где она находиться, но этого мало. На ней еще и защитная магия.       К ним вышла Тия с двумя чашками чая. Одну она отдала Микки, поглощающую будерброды, вторую вручила Рэю. Вернувшись обратно на кухню, она заварила себе чай, а Гриммджоу кофе с молоком. Сексте приглянулся этот напиток. Микки первая, ему предложила попробовать эту странную черную жидкость. Видя, как Джагерджак с трудом проглотил отпитую часть, она добавила туда молока с ложкой сахара, смягчив вкус.       – Почему, вы не хотите рассказать об этом Айзену? – Секста не понимал их стремление сохранить все в тайне, подвергая всех опасности. – Он точно не останется сидеть месте.       – В этом и проблема. – Рэй делает глоток, закидывая руку на спинку. – Если он узнает, то точно полезет, туда-куда не следует лезть. Печать, находиться не где-то на поверхности, а в стенах самого замка. Если есть защита, то приблизившись - сдохнешь. А с учетом, что младшенькая теперь в открытую перед вами рассказывает об этом, значит дела идут по паршивому сценарию!       Микки задумчиво вглядывается в собственное отражение в темной жидкости. Зрачки все еще были слишком узкими, не желая возвращаться в свою обычную форму. Она использовала слишком много сил в замке. Становилось страшно от непонимания, что вообще там находиться и для чего собирается реацу в той печати.

~~~

      Громкий рев раздался над королевским дворцом. Ясное голубое небо резко оказалось скрытым распахнутыми крыльями Повелителя. На секунду бой прервался, узрев истинную силу того, кто шел против Анадайя. Никто не ожидал, что, даже переродившись в Арранкара, он сохранит свое истинное обличие, в Ресуррексионе. У ведьм из груди вырвался крик ужаса. Шинигами с нескрываемым обречением глядели вверх, чувствуя себя мелкими букашками. Аркон жив и жаждал крови, оглядывая всех своими сияющими золотыми глазами.       – Ты довела его, сестренка! – Рэй смотрел на брошенную голову матери. Из раны продолжала течь алая кровь.       Облетев воюющих, дракон издал новый рев и развернулся к своим последователям. Аранкарры, смирно стояли, боясь, шевельнутся от лицезрения огромного существа пред собой, но дракон развернул свой взгляд на противников.       – Зато он теперь плохо соображает, поддавшись эмоциям. – Микки повернулась к Королевской страже. Устремив свой взгляд в крупного лысого мужчину с красными глазами. Аркон издает пугающий рёв, заставляющий кровь стыть в венах. – Они же не думали, что все пройдет быстро и без жертв со своей стороны?       Ядовитое облако вырвалось из глотки этого существа, уничтожая предателей и своих врагов. Гигантские крылья затмевали всё под собой. Мощный хвост, на конце имеется стреловидный шип, падает на землю, погребая под собой некоторых магов. Кровь брызнула из раздавленных тел. Издав новый рык, зверь сделал несколько кругов над королевским дворцом.       – Думаешь, мы выживем? – Тело девушки начало покрываться черной броней.       – Выживем! – Рэй легонько ударил сестру по спине, попытавшись взбодрить. – Всем назло, выживем!

~~~

      – Айзен почти отыскал второй Хогьёку. – Прерывая разразившийся спор между Рэем и Харрибел с Гриммджоу, привлекая к себе внимание. – Не знаю, как именно он нашел зацепки, но объединив их одно целое, возможно я смогу отыскать ту печать.       Делая глоток остывшего чая, девушка не поднимает своей головы, прокручивая в своей голове старые воспоминания. Возвращаться в королевский дворец, она не хочет, как и сталкиваться со Стражей. Пакт, все еще действует, распространяясь теперь и на неё с Рэем. Если они последуют за Сосуке, начнется очередная война, в которой их клан будет стёрт с лица всех трех миров.       – Пока опасно, что-либо делать. – Скользнув с подлокотника на диван, она прижала ноги к себе, зажав свои руки с чашкой между ними и грудью. – У Хогьёку есть разум, можно этим воспользоваться.       Договор, заключенный между ведьмами и Аданаем точно гласил, что если кто-то из семьи Найт пойдет против короля, то весь клан будет расцениваться предателями. Заранее осведомив старейшину, Микки с Рэем передавали ей послания через Миру, а там уже они связывались со стражей, информируя их о происходящем в Уэко Мундо.       Джагерджаку не нравилось, то, что задумали брат с сестрой, но подыхать за Айзена он не собирался. Сейчас велась двойная игра на выживание, а кто станет победителем, пока не ясно. Устремив свой взгляд на ведьму, Гриммджоу опустил свои глаза к её ребрам, срытым под одеждой.