Библиотека миров: Ключи коллапса

«Нормандия SR-2» дрожала, словно попавший в бурю лист. Аномалия обволакивала корабль, её переливающиеся вихри кружились за окнами, как безумный калейдоскоп. Гарри Поттер стоял у обзорного окна, его палочка всё ещё излучала слабый свет, который, казалось, вплетался в саму ткань корабля, удерживая его от распада. Он чувствовал, как магия пульсирует в унисон с этим местом — не как заклинание, а как живая сила, древняя и непредсказуемая. Шепард стояла у голографической карты, её пальцы сжимали края консоли. Она бросила взгляд на Гарри, потом на Амели Лакруа, которая внимательно следила за боргским кубом, преследующим их через аномалию. — Джокер, сколько мы ещё продержимся в этой мясорубке? — спросила Шепард, её голос был резким, но с ноткой усталости. — Щиты на двадцати процентах, командор! — крикнул Джокер, его руки мелькали над панелью управления. — Я выжимаю из этой малышки всё, но если эта штука нас догонит, нам конец. И я не про Жнеца — этот куб выглядит так, будто хочет нас разобрать на запчасти! Гаррус, склонившись над тактической консолью, добавил: — «Танатос» почти готов, но нам нужен чистый выстрел. Аномалия искажает траекторию — я не могу гарантировать попадание. Амели шагнула к консоли Гарруса, её движения были плавными, почти кошачьими. Она посмотрела на экран, где боргский куб медленно приближался, его зелёные лучи резали вихри аномалии. — У него есть ядро, — сказала она тихо, её голос был холодным, но уверенным. — Как у того жука. Я вижу его ритм. Дайте мне управление прицелом. Шепард прищурилась, но кивнула. — Гаррус, передай ей данные. Если она промахнётся, я лично вышвырну её в шлюз. Гаррус фыркнул, его мандибулы дрогнули. — Не сомневаюсь, Шепард. Держи, снайпер. Амели склонилась над консолью, её пальцы забегали по интерфейсу с той же точностью, с какой она управляла своей винтовкой. Гарри смотрел на неё, чувствуя странное восхищение — она была как машина, но в её движениях была жизнь, скрытая под слоем льда. — Оно пульсирует, — сказала она, не отрывая глаз от экрана. — Три секунды между вспышками. Если выстрелить в паузе, мы его заденем. Гарри шагнул ближе, его палочка всё ещё светилась. Он чувствовал, как аномалия давит на него, но в этом давлении было что-то знакомое — как эхо Отдела Тайн. — Я могу помочь, — сказал он. — Если я усилю свет, ты сможешь точнее прицелиться. Амели посмотрела на него, её красные глаза встретились с его зелёными. На мгновение её лицо смягчилось — не улыбка, но что-то близкое. — Докажи, — сказала она просто. Гарри кивнул, поднимая палочку выше. Он сосредоточился, вспоминая тепло очага в «Норе», смех Рона над очередной шуткой, и прошептал: — Люмос Максима! Свет вспыхнул ярче, заливая отсек и вырываясь за пределы корабля. Он проник в аномалию, подсвечивая боргский куб, и на его поверхности стало видно ядро — тусклое, но пульсирующее, как сердце под бронёй. — Сейчас! — крикнула Амели, и Гаррус нажал на кнопку. «Танатос» выстрелил, луч энергии пробил вихри аномалии и вонзился в ядро куба. Раздался низкий гул, и часть куба взорвалась, выбросив облако обломков. — Попадание! — воскликнул Джокер. — Они отстают! Ха, кто теперь танцует, уроды? Шепард выдохнула, её плечи слегка расслабились. — Хорошая работа, снайпер. И ты, Поттер, не зря таскаешь эту палку. Гарри улыбнулся, чувствуя, как усталость накатывает волной. Он опустил палочку, свет угас, но отсек всё ещё казался теплее, чем раньше. Амели посмотрела на него снова, и на этот раз в её взгляде мелькнула тень уважения. Но передышка была короткой. Голос EDI — искусственного интеллекта «Нормандии» — раздался из динамиков, холодный и спокойный: — Командор, аномалия меняет структуру. Обнаружен второй объект на нашем курсе. Сигнатура неизвестна, но она крупная. Шепард нахмурилась, её рука легла на пистолет у пояса. — Ещё один враг? Джокер, что видишь? — Это не Жнец и не куб, — ответил Джокер, его голос стал серьёзнее. — Похоже на… корабль? Тарелка какая-то с длинными движками. Идёт прямо на нас! Гарри почувствовал, как сердце пропустило удар. Он посмотрел в окно и увидел его — «Энтерпрайз», выныривающий из вихрей аномалии, его изящный корпус сиял в хаотичном свете. Два корабля неслись навстречу друг другу, и столкновение казалось неизбежным.

***

Мостик «Энтерпрайза» был напряжён, как струна. Борги отступили после магического импульса Джайны и контрсигнала Дейты, но их куб всё ещё маячил на краю аномалии, восстанавливая силы. Дадли Дурсль стоял рядом с Джайной, его блокнот был открыт на странице с уравнениями, которые он пытался объяснить Дейте. Его голос дрожал от возбуждения, но он держался, чувствуя себя частью чего-то большего. — Если мы усилим частоту ещё раз, — говорил он, — это может дать нам шанс вырваться. Но аномалия… она как губка, впитывает всё. Джайна кивнула, её посох слабо светился, отзываясь на её мысли. — Она живая, — сказала она тихо. — Я чувствую её. Она не просто разлом — она хочет чего-то. Пикар стоял у центрального экрана, его взгляд был прикован к вихрям аномалии. Он повернулся к Дадли и Джайне, его голос был спокойным, но с ноткой срочности: — Если она живая, то мы можем с ней говорить. Или хотя бы заставить её отпустить нас. Мистер Дейта, что у нас с сигналами? — Сэр, аномалия искажает все частоты, — ответил Дейта, его пальцы мелькали над консолью. — Но я зафиксировал второй объект. Он движется к нам с высокой скоростью. Это не боргский корабль. Ворф поднял голову от тактической панели, его голос прогремел: — Капитан, это другой звездолёт. Щиты подняты, но он не стреляет. Курс столкновения через двадцать секунд. Пикар сжал кулаки, но его лицо осталось непроницаемым. — Мистер Ворф, передайте сигнал бедствия. Если это союзник, нам нужна их помощь. Если враг — мы узнаем это скоро. Дадли посмотрел на экран и замер. Из вихрей вынырнул корабль — не угловатый, как боргский куб, а гладкий, с острым носом и синими полосами. Он не знал, что это «Нормандия», но что-то в его стремительном движении заставило его сердце биться быстрее. Джайна шагнула ближе к экрану, её глаза сузились. — Это не магия, — сказала она. — Но в нём есть сила. Они бегут от чего-то. — Или к чему-то, — добавил Пикар, и в его голосе мелькнула тень надежды. Корабль содрогнулся, когда аномалия сжалась вокруг них, словно почувствовав их намерения. Два звездолёта — «Энтерпрайз» и «Нормандия» — оказались в шаге от столкновения, их судьбы пересеклись в сердце хаоса.

***

«Нормандия» неслась через аномалию, её корпус дрожал, как натянутая струна, готовая лопнуть. Гарри Поттер держался за поручень, его палочка слабо светилась, отбрасывая мягкие блики на лица экипажа. Свет «Люмоса» всё ещё держал щиты, но он чувствовал, как силы уходят — магия здесь была нестабильной, как река, вышедшая из берегов. Он бросил взгляд на Амели Лакруа, которая стояла у консоли Гарруса, её красные глаза следили за боргским кубом, отступившим, но не побеждённым. Шепард стояла у голографической карты, её голос звенел сталью: — Джокер, сколько до этого корабля? — Десять секунд до столкновения, командор! — крикнул Джокер, его пальцы мелькали над панелью. — Я могу вывернуть нас, но аномалия играет с движками, как кот с клубком. Держитесь крепче! Гаррус поднял голову, его мандибулы дрогнули. — Это не Жнец и не куб. Сигнатура другая — щиты подняты, но они не стреляют. Может, союзники? — Или новые проблемы, — буркнула Шепард, но в её глазах мелькнула искра надежды. — EDI, дай мне связь. Если они разумные, пусть говорят. Голос EDI ответил холодно и чётко: — Передаю сигнал, командор. Однако аномалия искажает частоты. Ответа может не быть. Гарри посмотрел в окно, где «Энтерпрайз» стремительно приближался. Его изящный корпус сиял в вихрях аномалии, и что-то в этом зрелище заставило его сердце биться быстрее. Он не знал, почему, но чувствовал — там есть кто-то знакомый. — Они не враги, — сказал он тихо, почти себе под нос. Амели повернулась к нему, её брови слегка приподнялись. — Откуда знаешь? — спросила она, и в её голосе мелькнула тень любопытства. — Просто… чувствую, — ответил Гарри, пожав плечами. — Магия иногда подсказывает. Она кивнула, словно это объяснение её устроило, и вернулась к консоли. Шепард бросила на Гарри быстрый взгляд. — Надеюсь, твоя интуиция не подведёт, волшебник. Джокер, манёвр уклонения — не врезаемся, пока не поймём, кто они. — Уже кручу, командор! — крикнул Джокер, и «Нормандия» резко накренилась влево. Гарри чуть не упал, но Амели поймала его за локоть, её хватка была твёрдой, но неожиданно мягкой. Она тут же отпустила его, словно этот контакт был случайностью, и отвернулась. Корабли разминулись в считанных метрах, их щиты задели друг друга, выбросив искры в аномалию. Гарри почувствовал, как магия в его палочке дрогнула, словно откликнувшись на что-то за пределами «Нормандии».

***

Мостик «Энтерпрайза» ожил от крика Ворфа: — Капитан, они уходят от столкновения! Скорость высокая, манёвр точный. Пикар стоял у центрального экрана, его взгляд был прикован к «Нормандии», которая пронеслась мимо, как стрела. Он заметил её обтекаемый корпус, синие полосы и след энергии, оставленный в аномалии. Это был не боргский корабль, не клингонский, не федеральный — что-то совершенно новое. — Мистер Ворф, установите связь, — сказал Пикар, его голос был спокойным, но с ноткой срочности. — Используйте все доступные частоты. Нам нужно знать, кто они. Дадли Дурсль стоял рядом с Джайной Праудмур, его блокнот был открыт, но пальцы замерли на странице. Он смотрел на экран, где «Нормандия» выполнила манёвр, и почувствовал странное тепло в груди — как будто что-то знакомое промелькнуло в этом хаосе. — Они убегают от чего-то, — сказал он тихо. — Как мы. Джайна кивнула, её посох слабо светился, отзываясь на аномалию. — Или ищут что-то, — добавила она. — Я чувствую… магию. Слабую, но живую. Там кто-то есть. Пикар повернулся к ней, его брови слегка приподнялись. — Магию? — переспросил он. — Вы уверены? — Да, — ответила Джайна, её голос стал твёрже. — Она другая, не как моя, но она там. И она зовёт. Дейта поднял голову от консоли, его жёлтые глаза мигнули. — Сэр, я уловил слабый сигнал. Искажённый, но это запрос на связь. Они пытаются говорить. — Откройте канал, — сказал Пикар, шагнув ближе к экрану. — И поднимите изображение, если возможно. Экран мигнул, и сквозь помехи проступило лицо — рыжие волосы, зелёные глаза, суровый взгляд. Шепард смотрела на них с мостика «Нормандии», её поза была напряжённой, но не враждебной. — Это «Нормандия SR-2», — сказала она, её голос пробивался сквозь треск помех. — Я командор Джейн Шепард. Кто вы, чёрт возьми, и что делаете в этой мясорубке? Пикар сложил руки за спиной, его лицо смягчилось в лёгкой улыбке. — Командор Шепард, я капитан Жан-Люк Пикар с «Энтерпрайза». Мы здесь не по своей воле. Похоже, нас затянула та же аномалия, что и вас. Шепард прищурилась, но её тон стал чуть мягче. — Аномалия, говорите? У нас за спиной Жнецы и какой-то куб, который хочет нас разобрать. Если вы не с ними, то, может, нам стоит поговорить. Дадли шагнул вперёд, его голос сорвался от волнения: — Жнецы? Это что-то вроде машин? У нас тут Борги — они тоже машины, и они… Пикар поднял руку, останавливая его, но Шепард уже ответила: — Борги? Не знаю таких. Но если они машины, то да, похоже, у нас общая проблема. — Она замолчала, её взгляд скользнул куда-то в сторону, и она добавила: — У нас тут ещё волшебник, который утверждает, что попал сюда из-за артефакта. Это вам о чём-то говорит? Джайна и Дадли переглянулись. Дадли почувствовал, как его сердце подпрыгнуло. — Волшебник? — переспросил он. — Как его зовут? Шепард нахмурилась, но ответила: — Гарри Поттер. С палочкой и всем прочим. Дадли замер, его блокнот чуть не выпал из рук. Джайна посмотрела на него с любопытством, а Пикар кивнул, словно всё встало на свои места. — Похоже, командор, — сказал Пикар, — наши пути пересеклись не случайно. Предлагаю объединить усилия. У нас есть общие враги и, возможно, общие ответы. Шепард кивнула, её ухмылка вернулась. — Согласна. Но если вы попытаетесь меня ассимилировать, я вас взорву. Джокер, стыкуйся с ними, пока нас не догнали. Аномалия сжалась вокруг двух кораблей, её вихри закружились быстрее, как будто почувствовав их союз. Где-то в её глубине боргский куб восстанавливался, а Жнец разворачивал свои щупальца, готовясь к новому удару. Но в этот момент в далёком уголке мультивселенной дрогнула другая нить.

***

На борту небольшого джедайского шаттла, парящего в гиперпространстве, Энакин Скайуокер сидел у штурвала, его руки сжимали рычаги. Его тёмные волосы падали на лоб, а голубые глаза смотрели в бесконечность звёздных линий. Рядом с ним Оби-Ван Кеноби медитировал, его лицо было спокойным, но брови слегка хмурились. — Что-то не так, — сказал Энакин, его голос был низким, с ноткой тревоги. — Сила… она кричит. Оби-Ван открыл глаза, его взгляд стал острым. — Я тоже это чувствую, — ответил он. — Что-то нарушает равновесие. Мы должны найти источник. Энакин кивнул, но его мысли ушли глубже. Он вспомнил Падме — её улыбку, её тепло — и боль Шми, которую он не смог спасти. Сила бурлила в нём, светлая и тёмная, как две реки, готовые слиться. Он был джедаем, героем, но внутри него росло что-то ещё — тень, которую он не мог назвать. Аномалия дрогнула, и шаттл внезапно выбросило из гиперпространства. Перед ними открылся хаос — два корабля, «Энтерпрайз» и «Нормандия», сцепленные в борьбе с вихрями, и тени врагов, надвигающиеся из глубины. — Что это? — выдохнул Энакин, его рука легла на световой меч. Оби-Ван встал, его голос был твёрдым: — Это наш путь, Энакин. Сила привела нас сюда.

***

Аномалия бурлила вокруг «Нормандии», её вихри сжимались, как будто пытаясь раздавить корабль. Гарри Поттер стоял у консоли рядом с Амели Лакруа, его палочка всё ещё излучала слабый свет, который, казалось, удерживал щиты от полного коллапса. Он чувствовал, как магия дрожит, откликаясь на хаос снаружи, и бросил взгляд на Шепард, которая отдавала команды с холодной решимостью. — Джокер, начинай стыковку, — сказала она, её голос был твёрдым, но в нём мелькнула тень сомнения. — Если этот «Энтерпрайз» — наш шанс, мы его не упустим. — Стыковка в аномалии? — переспросил Джокер, его голос дрогнул от смеси восторга и ужаса. — Командор, это как танцевать танго в урагане, но я в деле! Держитесь, сейчас будет весело! «Нормандия» задрожала, когда Джокер начал манёвр, выравнивая корабль с «Энтерпрайзом». Гаррус склонился над тактической консолью, его когти стучали по панели. — Щиты на пятнадцати процентах, — сказал он. — Борги в трёх минутах, если не быстрее. Жнец тоже шевелится. У нас мало времени. Шепард кивнула, её взгляд метнулся к Гарри. — Поттер, твой свет ещё держит нас? Если нет, скажи сейчас. Гарри сжал палочку сильнее, чувствуя, как усталость сковывает руки. — Держит, — ответил он, хотя голос его был чуть хриплым. — Но я не знаю, надолго ли. Амели посмотрела на него, её красные глаза сузились. — Ты сильнее, чем кажешься, — сказала она тихо, почти себе под нос. — Не сдавайся. Гарри кивнул, благодарный за её слова, хотя её холодная манера всё ещё сбивала его с толку. Он повернулся к окну, где «Энтерпрайз» приближался, его корпус сиял в вихрях аномалии, как маяк в шторме. Что-то внутри подсказывало ему, что там есть ответы — и, возможно, кто-то, кого он знает. Шепард хлопнула по кнопке связи, её голос пробился сквозь помехи: — Пикар, мы идём на стыковку. У нас Жнецы и ваши Борги на хвосте. Если у вас есть план, делитесь быстро.

***

Мостик «Энтерпрайза» был напряжён до предела. Дадли Дурсль стоял рядом с Джайной Праудмур, его блокнот был открыт, но он больше не смотрел в него — его взгляд был прикован к экрану, где «Нормандия» выравнивалась для стыковки. Услышав имя Гарри, он всё ещё не мог прийти в себя. Гарри здесь? Его кузен, с которым он не говорил толком с тех пор, как дементоры ворвались в их жизнь? Это было слишком невероятно, чтобы осознать. Пикар стоял у центральной консоли, его спокойствие было как якорь в этом хаосе. — Мистер Ворф, подготовьте стыковочный шлюз, — сказал он. — Мистер Дейта, следите за аномалией. Мы не можем позволить ей разорвать нас. — Стыковочный шлюз готов, капитан, — прогремел Ворф. — Но Борги приближаются. Их луч захвата снова активен. Дейта добавил, не отрываясь от панели: — Сэр, аномалия усиливает их сигнал. Вероятность успешной стыковки — шестьдесят два процента, если мы завершим её в ближайшие сорок секунд. Джайна шагнула ближе к экрану, её посох слабо светился. — Я могу помочь, — сказала она, её голос был усталым, но решительным. — Если их щиты слабеют, я усилю их магией. Но мне нужно что-то… физическое, чтобы направить заклинание. Дадли повернулся к ней, его глаза загорелись. — У меня есть идея! — сказал он, хлопнув себя по лбу. — У вас тут есть запасные резонаторы, да? Как в моей машине. Если я настрою их на твою частоту, это сработает? Пикар посмотрел на него с лёгким удивлением, но кивнул. — Мистер Ла Форж в инженерном может это организовать. Действуйте. Дадли рванул к панели связи, его пальцы дрожали, но он быстро связался с инженерным отсеком: — Ла Форж, это Дурсль! Мне нужны резонаторы — любые, какие есть. Быстро! Голос главного инженера, спокойный и чуть насмешливый, ответил: — Уже несу, парень. Ты точно знаешь, что делаешь? — Нет, — честно признался Дадли, — но я учусь на ходу! Джайна улыбнулась ему — слабо, но искренне. — Ты напоминаешь мне одного алхимика, которого я знала, — сказала она. — Он тоже любил взрывать вещи, чтобы понять, как они работают. Голос Шепард раздался из динамиков, прерывая их: — Пикар, мы на подходе. У нас Борги в двух минутах. Если у вас есть трюки, сейчас самое время. Пикар ответил, его тон был твёрдым, но с ноткой тепла: — Командор, мы готовим стыковку. У нас есть план усилить ваши щиты. Держитесь. Экран мигнул, показывая, как «Нормандия» приближается к шлюзу «Энтерпрайза». Но в этот момент аномалия содрогнулась, и боргский куб вынырнул ближе, его зелёный луч ударил по обоим кораблям, заставив их корпуса задрожать.

***

«Нормандия» и «Энтерпрайз» сцепились с глухим лязгом, их шлюзы соединились, как руки, протянутые в темноте. Гарри почувствовал, как корабль стабилизировался, но свет в его палочке мигнул — магия слабела под давлением аномалии и Боргов. Шепард рванула к шлюзу, её пистолет был наготове. — Гаррус, Амели, Поттер — за мной, — крикнула она. — Джокер, держи нас в строю. — Не уроню, командор! — отозвался Джокер, его голос был напряжённым, но бодрым. На «Энтерпрайзе» Пикар встретил их у шлюза, его поза была спокойной, но глаза выдавали тревогу. Рядом стояли Дадли и Джайна, а за ними Ла Форж с двумя резонаторами в руках — металлическими цилиндрами, мигающими синим светом. Дадли замер, увидев Гарри. Его кузен выглядел старше, чем он помнил, но те же очки, тот же шрам, та же палочка в руке. Гарри тоже остановился, его глаза расширились. — Дадли? — выдохнул он. — Гарри? — ответил Дадли, и его голос сорвался. Шепард и Пикар переглянулись, но времени на удивление не было. Борги ударили снова, их луч захвата вцепился в «Энтерпрайз», и корабль содрогнулся. Ворф крикнул с мостика: — Капитан, они начинают телепортацию! Борги на борту! Джайна подняла посох, её глаза вспыхнули. — Дадли, резонаторы! — крикнула она. — Сейчас! Дадли бросил один цилиндр ей, второй — Ла Форжу, и они начали синхронизацию. Джайна запела заклинание, её голос вплетался в гудение машин: — Арканум протего, витае флюксус… Свет от резонаторов и её посоха слился, создавая волну, которая ударила по щитам обоих кораблей, усиливая их. Гарри поднял палочку, добавляя свой «Люмос», и щиты засияли ярче. Но Борги уже были внутри. Их тяжёлые шаги раздались в коридорах «Энтерпрайза», их голоса — холодные, механические — эхом отразились от стен: — Мы — Борг. Сопротивление бесполезно. Шепард вытащила пистолет, её ухмылка стала дикой. — Ну, посмотрим, — сказала она. — Амели, Гаррус, за мной. Поттер, не отставай. Амели подняла винтовку, Гарри сжал палочку, а Дадли, впервые в жизни, почувствовал себя не просто зрителем, а частью битвы. Пикар кивнул им, его голос был твёрдым: — Защищайте корабль. Мы найдём выход вместе.

***

Джедайский шаттл Энакина и Оби-Вана вынырнул ближе к хаосу. Энакин смотрел на «Энтерпрайз» и «Нормандию», чувствуя, как Сила бурлит в нём — свет и тьма, надежда и гнев. — Они в беде, — сказал он, его рука сжала световой меч. — Мы должны помочь. Оби-Ван кивнул, его взгляд был спокойным, но острым. — Тогда вперёд, Энакин. Сила с нами. Шаттл рванул к кораблям, готовый ворваться в бой.

***

Коридоры «Энтерпрайза» наполнились гулом шагов и холодным, механическим голосом Боргов: «Мы — Борг. Вы будете ассимилированы. Сопротивление бесполезно.» Их фигуры — высокие, покрытые чёрной бронёй и мигающими имплантами — двигались с ужасающей синхронностью, их шаги отдавались эхом по металлическим стенам. Воздух стал тяжёлым от запаха озона и раскалённого металла. Гарри Поттер бежал рядом с Шепард, его палочка светилась, отбрасывая тени на её броню. За ними следовали Амели Лакруа, чья винтовка была наготове, и Гаррус, чьи когти сжимали снайперскую винтовку «Мантис». Дадли Дурсль, впервые в жизни оказавшийся в гуще боя, держался ближе к Джайне Праудмур, которая шла с посохом наперевес, её белые волосы развевались, как знамя. Шепард остановилась у перекрёстка, подняв руку. — Они наступают с двух сторон, — сказала она, её голос был резким, но спокойным. — Гаррус, Амели — берите левый коридор. Поттер, со мной. Дурсль, волшебница — прикрывайте тыл. Дадли сглотнул, его руки дрожали, но он кивнул. — Я не боец, но… я попробую, — сказал он, глядя на Джайну. Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Оставайся рядом, — сказала она. — Я видела хуже, чем это. Первая волна Боргов появилась из тени — трое, их глаза светились красным, а руки заканчивались иглами для ассимиляции. Шепард выстрелила из пистолета, её пуля попала в грудь одного из них, но он лишь пошатнулся, а рана начала закрываться, покрываясь металлом. — Они адаптируются! — крикнула она. — Гарри, делай что-нибудь! Гарри поднял палочку, его сердце колотилось, но он вспомнил уроки в Хогвартсе. — Остолбеней! — крикнул он, и красный луч ударил в Борга. Тот замер, но лишь на секунду, прежде чем продолжил движение. — Они не люди! — выдохнул Гарри. — Магия их тормозит, но не останавливает. Амели выстрелила из винтовки, её пуля попала в голову другому Боргу, и тот рухнул, но третий уже был рядом. Гаррус добавил выстрел из «Мантиса», пробив плечо врага, но Борги продолжали наступать, их голоса сливались в монотонный хор. Джайна шагнула вперёд, её посох вспыхнул голубым светом. — Фрост Нова! — крикнула она, и волна льда вырвалась из её рук, замораживая Боргов на месте. Их тела покрылись инеем, движения замедлились, но один из них начал трещать, разрывая лёд. — Они слишком сильны, — сказала она, её дыхание было тяжёлым. — Дадли, резонатор! Дадли бросился к цилиндру, который Ла Форж оставил у стены, и включил его. Низкий гул заполнил коридор, усиливая магию Джайны. Лёд стал толще, и Борги замерли, но из глубины коридора послышались новые шаги. Шепард выругалась, перезаряжая пистолет. — Они как тараканы! Амели, Гаррус, сколько у вас? — Двоих сняли, — крикнул Гаррус, его голос был напряжённым. — Но они лезут дальше. Щиты не помогают — они просто проходят сквозь них. Амели добавила, её голос был холодным: — Я вижу их ядра. Если бить туда, они падают. Но их слишком много. Гарри посмотрел на Дадли, их взгляды встретились впервые за годы. В его кузене было что-то новое — не страх, а решимость. — Дадли, ты в порядке? — крикнул он. — Лучше, чем когда-либо! — ответил Дадли с нервным смешком. — Это безумие, Гарри! Шепард фыркнула, но её ухмылка вернулась. — Семейная встреча позже, ребята. Держите строй!

***

Пикар стоял у центральной консоли, его лицо было суровым, но голос оставался ровным. — Мистер Ворф, сколько их на борту? — Двадцать единиц, капитан, — ответил клингон, его пальцы сжимали фазер. — Они пытаются добраться до инженерного отсека. Щиты «Нормандии» держатся благодаря резонаторам, но наши падают. Дейта поднял голову, его жёлтые глаза мигнули. — Сэр, Борги адаптируются к частоте резонаторов. Эффективность падает на три процента каждые десять секунд. Пикар кивнул, его мысли работали с молниеносной скоростью. — Перенаправьте энергию с второстепенных систем на фазеры. Нам нужно отбиться, пока мы не потеряли оба корабля. В этот момент мостик содрогнулся, и трое Боргов материализовались прямо перед консолью. Их руки вытянулись, иглы сверкнули в свете тревожных огней. Ворф выстрелил из фазера, сбив одного, но второй бросился к Пикару. Капитан уклонился с ловкостью, неожиданной для его возраста, и ударил Борга по голове коммуникатором, выиграв секунду. Дейта схватил второго, его андроидная сила сломала металлическую руку врага, но третий уже прицелился в консоль. — Они хотят отключить нас! — крикнул Ворф, стреляя снова. Пикар отступил, его голос стал громче: — Держите их от систем! Ла Форж, статус резонаторов! Голос инженера раздался из коммуникатора, прерываемый шумом: — Работают на пределе, капитан! Если Борги доберутся сюда, мы потеряем всё!

***

Шепард выстрелила в Борга, который прорвался через лёд Джайны, и тот рухнул, но новый появился на его месте. Гарри крикнул: — Экспеллиармус! — и иглы Борга вылетели из его рук, но он продолжил наступать, используя голую силу. Амели выстрелила снова, её пуля попала в ядро, и Борг упал. Она посмотрела на Гарри, её голос был холодным, но с ноткой одобрения: — Хороший трюк. Продолжай. Гаррус добавил выстрел, его «Мантис» пробил ещё одного врага, но коридор заполнялся новыми фигурами. Джайна подняла посох, её лицо побледнело от напряжения. — Метель! — крикнула она, и снежная буря закружилась в коридоре, замедляя Боргов. Дадли включил второй резонатор, усиливая её магию, и буря стала гуще, но Борги начали пробиваться сквозь неё, их тела трещали от адаптации. Шепард бросила взгляд на Гарри. — У тебя есть что-то посильнее? — спросила она, перезаряжая. Гарри кивнул, вспоминая битву за Хогвартс. — Протего Максима! — крикнул он, и невидимый щит поднялся вокруг них, отбрасывая Боргов назад. Это дало им передышку, но щит дрожал под их ударами. — Они не остановятся, — сказала Джайна, её дыхание было тяжёлым. — Нам нужен выход. Коридоры «Энтерпрайза» превратились в поле боя, где гул шагов Боргов смешивался с треском магии и выстрелами. Гарри Поттер держал щит «Протего Максима», его руки дрожали от напряжения, пока Шепард, Амели и Гаррус стреляли по наступающим врагам. Джайна Праудмур стояла рядом с Дадли Дурслем, её «Близзард» всё ещё кружился в воздухе, замедляя Боргов, но их адаптация пробивала даже её магию. Резонаторы гудели, усиливая щиты обоих кораблей, но Борги продолжали наступать, их голоса эхом отдавались от стен: «Сопротивление бесполезно.» Шепард выстрелила в очередного Борга, её пуля попала в ядро, и он рухнул, но на его месте возникли двое новых. Она выругалась, перезаряжая пистолет. — Они как гидра! — крикнула она. — Сколько их ещё? Амели выстрелила из винтовки, её пуля пронзила голову Борга, но третий уже протянул к ней руку с иглами. Гарри крикнул: — Экспеллиармус! — и иглы вылетели из его хватки, но Борг лишь развернулся, нацелившись на него. Джайна подняла посох, её лицо было бледным от усталости. — Я не могу держать их вечно, — сказала она, её голос дрожал. — Дадли, резонаторы на пределе! Дадли кивнул, его пальцы дрожали, пока он проверял цилиндр. — Они перегреваются! — крикнул он. — Ещё пара минут, и всё! Щит Гарри мигнул, Борги ударили по нему с новой силой, и он пошатнулся, чувствуя, как магия вытекает из него, как кровь из раны. Шепард схватила его за плечо, её взгляд был диким, но твёрдым. — Держись, Поттер! Мы не сдаёмся! Но коридор заполнялся тенями — Борги шли плотной стеной, их красные глаза сияли в полумраке, а механические руки тянулись к экипажу. Гаррус выстрелил снова, но его «Мантис» щёлкнул пустым магазином. — Я на нуле! — крикнул он, отступая. Амели опустила винтовку, её дыхание было ровным, но глаза сузились. — Их слишком много, — сказала она тихо. — Нам конец. И в этот момент коридор содрогнулся. Стена у дальнего конца проломилась с оглушительным треском, и из облака пыли и искр вынырнул джедайский шаттл, его нос врезался в палубу, оставив длинную борозду. Дверь шлюза открылась с шипением, и из неё шагнула фигура — высокая, в тёмном плаще, с зажжённым световым мечом в руке. Голубое лезвие осветило коридор, отбрасывая резкие тени на стены. Энакин Скайуокер не сказал ни слова. Его шаги были медленными, но уверенными, как поступь судьбы. Борги повернулись к нему, их голоса слились в механический хор: «Вы будете ассимилированы.» Но он не остановился. Первый Борг бросился вперёд, его иглы сверкнули в свете меча. Энакин взмахнул клинком — движение было быстрым, почти неуловимым, и Борг развалился пополам, искры полетели от разрубленных проводов. Второй шагнул к нему, но Энакин вытянул левую руку, и невидимая волна Силы ударила врага в стену с такой мощью, что металл прогнулся. Третий Борг успел поднять руку, но Энакин развернулся, его меч описал дугу, и голова врага отлетела, покатившись по полу с глухим стуком. Гарри, Шепард, Амели и остальные замерли, их глаза расширились. Энакин двигался как буря — неумолимый, безжалостный, с пугающей грацией. Его плащ развевался за спиной, а свет меча отражался в его глазах, где горела смесь ярости и контроля. Он шагнул к следующей группе Боргов, и коридор наполнился звуком разрываемого металла и шипением энергии. Один Борг попытался адаптироваться, подняв щит, но Энакин сжал кулак, и щит смялся, как бумага, а затем меч пронзил ядро врага, погасив его красные глаза. Оби-Ван Кеноби вышел из шаттла следом, его световой меч засветился мягким синим светом, но он остановился, глядя на Энакина с лёгкой тревогой. Он поднял клинок, готовый вступить в бой, но Энакин уже рассёк ещё двоих Боргов одним движением, его силуэт в полумраке казался почти призрачным — тенью, которая позже станет кошмаром галактики. Последний Борг в этой волне бросился к нему, иглы нацелены на шею. Энакин не уклонился — он шагнул навстречу, поймал руку врага свободной рукой и сжал её, ломая металл с хрустом. Световой меч вонзился в грудь Борга, и тот рухнул, дымящиеся обломки разлетелись по полу. Коридор затих, лишь гул резонаторов и тяжёлое дыхание экипажа нарушали тишину. Энакин выключил меч, его лезвие исчезло с тихим шипением. Он повернулся к остальным, и свет от ламп упал на его лицо — молодое, с резкими чертами, но с глазами, в которых горело что-то глубокое, почти дикое. Его грудь поднималась от тяжёлого дыхания, но он вдруг улыбнулся — слегка, с намёком на мальчишескую дерзость, которая ещё жила в нём. — Простите за вход, — сказал он, его голос был низким, но тёплым, с лёгкой хрипотцой. — Выглядело, будто вам нужна помощь. Шепард опустила пистолет, её челюсть всё ещё была слегка приоткрыта, но она быстро взяла себя в руки. — Чёрт возьми, кто ты такой? — спросила она, её тон был смесью восхищения и недоверия. Энакин шагнул ближе, его плащ качнулся, и он посмотрел на неё с той же улыбкой. — Энакин Скайуокер, джедай, — сказал он. — Это мой учитель, Оби-Ван Кеноби. Мы почувствовали… беспокойство в Силе. И, похоже, не зря. Оби-Ван подошёл, его взгляд был спокойным, но он бросил на Энакина быстрый, почти укоризненный взгляд. — Ты мог бы оставить хоть одного для меня, — сказал он с лёгкой насмешкой. — Но да, мы здесь, чтобы помочь. Гарри опустил палочку, его щит угас, и он выдохнул, глядя на Энакина с благоговением. — Ты… как рыцарь, — сказал он тихо. Энакин посмотрел на него, его улыбка стала мягче, но в глазах мелькнула тень — тоска, которую он не мог скрыть. — Может быть, — сказал он. — Но я просто человек, который хочет защитить тех, кого любит. — Его голос дрогнул на последнем слове, и он отвернулся, словно боясь, что кто-то увидит слишком много. Мысли о Падме — её смехе, её тепле — вспыхнули в его сознании, и он сжал кулак, подавляя гнев, который поднимался за ними. Он был джедаем, он был светом, но тьма шептала ему, и этот бой только усилил её голос. Дадли, всё ещё сжимая резонатор, шагнул вперёд, его голос сорвался: — Это было… невероятно. Ты их просто разнёс! Энакин кивнул ему, его улыбка вернулась, но теперь в ней было что-то усталое. — Они не остановятся, — сказал он. — Но мы можем их замедлить. Вместе. Шепард фыркнула, её ухмылка вернулась. — Вместе, говоришь? Ладно, джедай, ты в деле. Но если начнёшь ассимилировать нас, я тебя пристрелю. Энакин рассмеялся — коротко, но искренне, и этот звук разрядил напряжение в коридоре. Оби-Ван покачал головой, но его глаза смягчились. — Пойдёмте, — сказал он. — Нам нужно найти капитана. Это ещё не конец.