Семейные узы

             

***

Машинально дотрагиваюсь до шеи, проводя пальцами по отмеченной братом коже, а щеки стремительно вспыхивают, выдавая меня с головой. — Я.. наверное поцарапалась где-то. Голос предательски дрожит, глаза же смотрят куда угодно, но только не на подругу. — Это не царапины, Эва, что у вас происходит? — Ничего, а что может происходить? — Знаешь, вы всегда были близки, и иногда мне даже казалось, что между вами не совсем родственные отношения, но этому не было подтверждений, только ваши взгляды. Я решила, что мне все это мерещится. Герса садится с самого края своего шезлонга и наклоняется ближе, смотря так внимательно и серьезно, что я невольно поеживаюсь. — Но я была права, да? — Да ну что ты.. разве такое возможно? — Перестань, я же твоя самая близкая подруга. Ты можешь мне довериться, я не осуждаю вас. — Нет? — Конечно, я даже удивлена, что это случилось только сейчас. Амен всегда так смотрел на тебя, будто мысленно присваивал. Выходит, ослепла только я, раз столько лет ничего не замечала. — Герса, я не знаю что сказать, мне очень стыдно. Опускаю голову, безотрывно глядя на собственные пальцы, которыми совсем недавно впивалась в спину своего брата. От оживших воспоминаний меня моментально бросает в жар, но я стараюсь отмахнуться от них. Сейчас для этого неподходящее время. — Стыдно? Но почему? — Мы же брат и сестра, это неправильно, я знаю. Подруга накрывает мои ладони своими, вынуждая посмотреть на себя. — Эва, вы же не родные. И кто виноват, что между вами вспыхнули чувства? Разве можно осуждать вас за это? — Но они осудят, Герса. Все будут тыкать пальцами, отшатываться, презирать. Но это еще ерунда, а вот родители.. они никогда не примут и не поймут нас. — Да, ты права, здесь могут возникнуть сложности. Они еще не подозревают? — Думаю, нет. Надеюсь, что нет. — Но ты же понимаешь, что рано или поздно они обо всем узнают? Может, стоит рассказать им раньше? — Понимаю, но я не готова, нет. Не представляю как вообще можно признаться в подобном. Я влипла, Герса, очень сильно влипла.. Амен — Занят? Тиз подкрался сзади, пока я начищал свой серф, и остановился напротив, как-то загадочно поглядывая на меня. — Почти закончил. — На твоем месте я бы накинул футболку. — Зачем? — У тебя там следы. Прекращаю заниматься доской и поднимаю острый взгляд на друга, жестом указывающего куда-то за свою спину. — И что? — От ногтей. — От камней. — Нет, от ногтей. — Научился определять на глаз? — Амен. Я тебе добра желаю. Агата сейчас в тебе дырку прожжет. — Мне наплевать, пускай смотрит. Возвращаюсь к серфу, стараясь ничем не выдать себя. — Конечно, плевать, когда рядом есть такая красивая сестра. Вот ведь гадство. Сжимаю челюсти почти до скрежета и снова смотрю на Тизиана. — О чем ты? — Брось, только идиот ничего не заметит. Но знаешь, мне даже обидно, что ты со мной не поделился. — Об этом не стоит болтать, ты же понимаешь? — Остынь, не буду я болтать, но вы хреново шифруетесь, скажу тебе. Такими темпами скоро все догадаются. — Я понял тебя, Тиз. Бежать за футболкой и прятать ее следы будет еще подозрительнее, поэтому я не двигаюсь с места. Уже поздно. А я ведь тоже кое-что оставил своей сестре. М-да, сам сказал ей, что нам нужно быть осторожнее, и что в итоге сделал? Влюбленный дурак. — И давно это у вас? — Что «это»? — Не знаю.. связь, отношения. Выбери что больше нравится. — Недавно. — Не хочешь говорить об этом? — Не очень, и место неподходящее. — Поздно ты об этом задумался. Утащить Эву на дикий пляж у всех на глазах — не самая лучшая из твоих идей. — Тиз. Не здесь. Я не хочу, чтобы сестра пострадала из-за моего порыва. — О чем это вы тут шепчитесь, мальчики? Почему Эвтида должна пострадать? Увлекшись разговором, мы не заметили как рядом с нами появилась Агата, уложив ладонь на мое плечо. И сколько она успела услышать? Черт. — Ни о чем. Отвечаю холодно и отстраненно, сбрасывая с себя чужую руку. — Какие ужасные царапины! Их нужно обработать. Я займусь этим. Прикрываю веки, запрокидывая голову, и раздраженно цокаю. Она никак не угомонится, и что ей было не ясно в фразе «Мы расстаемся»? — Разве я просил тебя об этом? — А ты и не попросишь, будешь терпеть, но ничего не скажешь. Я же хорошо тебя знаю. — Я, пожалуй, пойду. Друг стремительно ретируется, оставляя нас наедине, а я поворачиваюсь к бывшей лицом, немереваясь объяснить ей все еще раз. — Что ты пытаешься сделать? Мы расстались, Агата. Нас больше ничего не связывает, хватит преследовать меня. Девушка в недовольстве поджимает губы и в нервном жесте дергает головой, ожесточаясь на глазах. — Это Эвтида так захотела, да? Она никогда меня не любила. А ты, как верный пес, и рад служить своей любимой сестре! — Что ты несешь? Голову напекло? Иди, окунись. Не хочу слушать этот бред и порываюсь уйти, но она задерживает меня, упираясь ладонью в грудную клетку. — Чем вы занимались на диком пляже, а? Вас долго не было. Думаешь, я ничего не вижу? — Агата, прекрати нести чушь. — Чушь?! А следы ее ногтей на твоей спине это тоже чушь? Ты променял меня на свою сестру? — Решила устроить сцену? Пожалуйста, но только без меня. Не обращая внимания на «препятствия» в виде ее руки и громких воплей, перехватываю серф и ухожу в другую часть пляжа, намереваясь снова встретиться с Эвой и отвезти ее домой. Застаю ее вместе с Герсой. Девушки бурно о чем-то общаются и пребывают в приподнятом настроении. Кажется, я догадываюсь в чем тут дело. Сестра, завидев меня, вскакивает с лежака и бросается на шею, что совершенно сбивает меня с толку. — Эва.. — Я соскучилась. Прочищаю горло и обхватываю тонкую талию, чуть отстраняя ее от себя. Безусловно я бы хотел дать волю эмоциям и впиться в мягкие губы прямо здесь, но нет, этого делать нельзя. — Эва, сколько ты выпила? — Не знаю, я не считала. — Ясно.. давай собираться, пора домой. Отпускаю захмелевшую девушку и быстро собираю ее вещи, после чего возвращаюсь к ней, и, мягко подтолкнув в спину, шагаю к машине, не забыв попрощаться с Герсой. — Прости, подруга, ты же видишь, это похищение! — Ничего! Меня тоже скоро похитят! Повеселись! Замечаю, как сестра подмигивает Герсе, после чего нам все же удается добраться до парковки. Усаживаю ее на переднее пассажирское, а сам занимаю водительское и завожу двигатель. — Что-то отмечали? — Возможно. Эвтида укладывает ладонь на мою руку, которая покоится на коробке передач, и начинает медленно поглаживать ее. — Провоцируешь? Трогаюсь с места, периодически поглядывая на сестру, которая даже не удосужилась накинуть на себя одежду поверх купальника. Это отвлекает. — Чуть-чуть. Она наклоняется ближе и томно шепчет на самое ухо, отчего я крепче вцепляюсь в руль. — Родители еще на работе. — Та-а-а-к. — А значит, мы будем одни. Шумно сглатываю и имею неосторожность повернуть голову к девушке, тут же провалившись в чарующий огонь ее темных омутов. Она завлекает меня, манит так сильно, что мне хочется резко выдавить педаль тормоза и наброситься на нее, а еще лучше затащить прямо на себя, почувствовать жар ее тела и обжечь своим. — Эва, ты.. — Пьяна, знаю, и что с того? Чем тебе это мешает? Ее рука скользит к бедру, сжимает, гладит, дразнит, вынуждая почти что полностью терять концентрацию на дороге. — Давай хотя бы до дома доедем. — М-м-м, не вижу никаких проблем начать уже сейчас. Ладонь резко перемещается к паху, накрывая практически вставший член через ткань шорт, и от этого я плотно стискиваю зубы, шумно выдыхая накаленный воздух. Черт возьми, что она творит? — Ты хочешь меня, брат? Мокрый язык проходится по коже рядом с ухом, а пальцы внизу ласкают плоть. Безумная, просто сумасшедшая. — Хочешь свою сестру? — Ты знаешь, что хочу. Акценты, которые Эвтида нарочно расставляет на отдельных словах срывают мне крышу. Эта порочность распаляет и будоражит кровь, отключает мозг, путает мысли, и разжигает такое желание, что я еле держусь, чтобы не свернуть с дороги. — Знаю, чувствую. Рука проникает под одежду и обхватывает твердый член, начав двигаться вверх и вниз. Понимаю, ее смелость — влияние алкоголя, но проклятье, я не в силах остановить это. Просто не могу сопротивляться, когда она такая. Горячая и возбужденная. — Амен, мне уже не терпится ощутить тебя.. Зубы прикусывают мочку, ладонь продолжает ласки, я вижу, как Эва сводит бедра, ерзает от нетерпения, о котором она только что так отважно заявила. Из моей груди вырывается сдавленный стон, потому что ее бесстрашно озвученное желание забирает остатки контроля. Быстрее, нужно как можно быстрее доехать до дома. Но мы вынуждены остановиться на светофоре, где я бросаю мимолетный взгляд на стоящую рядом машину, откуда на нас пялятся две пары глаз. Прекрасно, смотрите сколько влезет, мне сейчас плевать абсолютно на все. Спешно нахожу ее губы и без промедления вторгаюсь внутрь языком, исследуя горячий рот с такой жадностью, что дыхания перестает хватать уже спустя несколько секунд. Нежные стоны сестры заполняют салон, ставший в одно мгновение невероятно душным. Нет, если так пойдет и дальше, то мы точно не сможем добраться домой. Однако сигнал позади вынуждает оторваться от нее и продолжить движение, но Эвтиду уже не остановить. Она оттягивает шорты вместе с бельем и опускается ниже, к паху, после чего захватывает мой член в свой сладкий плен. — Боже, что ты.. Цежу сквозь зубы, но не успеваю договорить, ведь она насаживается на мой стояк еще глубже, а я, окончательно потерявшись, запускаю правую руку в ее волосы, наматывая длинную косу на кулак. — И где ты такого набралась?.. О, черт.. Эва посмеивается, не выпуская члена из своего рта, лаская его так приятно и правильно, будто вытворяла подобное уже сотню раз, и я обязательно спрошу с нее за это, но не сейчас. Сейчас произойдет авария, да. Мы неизбежно в кого-нибудь въедем. Язык неустанно работает, трудится, вылизывая налитую плоть полностью, в висках пульсирует, лоб покрывается каплями пота от того, что она делает со мной. Беспощадно сжигает, уничтожает, но едва ли я хочу помешать ей. Вскоре показывается наш район, а за ним и сам дом. Какое облегчение, мы приехали. Вынужденно отстраняю Эву, потому что здесь нас могут с легкостью обнаружить, натягиваю одежду и вылетаю из салона, но она оказывается еще быстрее. Взволнованная и немного пьяная сестра копается возле входной двери, пытаясь ее открыть, и в итоге ей удается это осуществить. Мы вваливаемся в холл, где я тут же набрасываюсь на нее, едва не умерев от жажды. Стискиваю податливое тело в своих руках, хаотично блуждаю по точеным изгибам, поглощаю ее рот, кусаю и зализываю. Женская сумка падает на пол, а сама девушка оказывается прямо на мне, обвив торс стройными ногами. Я стремительно поднимаюсь по лестнице вместе с ней и затем толкаю дверь спальни спиной, немедленно раскладывая Эвтиду на своей постели. Вдавливаю ее в матрас, пальцами стаскиваю верх купальника и опускаюсь к упругой груди, начав посасывать твердые соски. Стоны наполняют комнату, смешиваясь с моим шумным дыханием. Она плавится подо мной, такая открытая и готовая на все. Не стесняясь выражает свое желание, извивается и тянется тазом к паху. Это чистое безумие, но черт, какое же правильное. Вдоволь наигравшись с грудью, смещаюсь еще ниже, исследуя языком подрагивающий живот до тех пор, пока не достигаю края бикини. Дразняще скольжу вдоль полоски ткани, а потом тяну зубами за завязки с обеих сторон. Теперь сестра полностью обнажена передо мной и этот вид лучшее, что мне когда-либо приходилось лицезреть. На загорелой коже красиво выделяются места, которых почти не коснулось солнце, и эти акценты делают ее еще более голой. Изящные пальчики зарываются в мои волосы, нетерпеливо перебирая пряди, а я поднимаю взгляд выше, сталкиваясь с ее — томным и вожделеющим. Под этим взором высовываю язык и провожу им по мокрым складкам, дурея от вкуса и несдержанного стона, что обласкал мой слух. — С ума сводишь, сестра. — Как и ты меня, брат. Игра слов подстегивает, накаляет атмосферу до предела, магнитом притягивает мой рот к мокрой от возбуждения промежности. Двигаю губами и языком, обводя каждый участок нежной кожи, и с особым рвением кружу вокруг набухшего клитора. Эва ерзает, выгибается, и мне приходится удерживать ее ладонями, сжимая бедра почти до красноречивых отметин. Вскоре позволяю себе скользнуть в узкую промежность, толкаясь языком между тугих мышц. Неглубоко, но ритмично трахаю ее девственное лоно, а сам уже еле держусь, чтобы не овладеть сестрой в полной мере. Член после ее умелых ласк налился так, что причиняет мне физические страдания, там уже разгорелся такой пожар, такой страшный зуд, что кажется, я могу кончить вообще без прямой стимуляции, а просто самозабвенно вылизывая ее. — Амен.. Амен.. Мое имя горит запретом на ее припухших губах, и я знаю — Эвтида балансирует на грани. Ее тело вот-вот освободится от дикого напряжения, поэтому я меняю язык на палец, губами смещаясь к клитору. А она стонет еще громче и чаще, так чувствительно воспринимая все, что я делаю с ней. — Эва, Амен! Вы дома?! Черт.. черт..черт! Голос матери доносится прямо из коридора, безжалостно уничтожая момент нашей страсти. Я не успеваю, сестра не получает то, чего так отчаянно желает. Она широко распахивает глаза, глядя на меня со смесью нарастающего ужаса и паники, и я вынужден отстраниться, поднимаясь с кровати. — Амен, что нам делать? — Сейчас.. я придумаю. Ее вид однозначно вызовет у мамы вопросы, здесь и гадать не придется, все сразу же станет понятно. — В ванную, быстрее. Залезай в душ, включи воду. Я скажу, что в твоей что-то сломалось. — Поняла. Она вскакивает на ноги и несется в уборную, запираясь на замок, и едва успевает включить воду, как дверь в комнату открывается. Лихорадочно поправляю футболку, чтобы прикрыть возбуждение и поворачиваюсь. — Сынок, а где твоя сестра? Я нашла ее сумку внизу. Зашла к ней, но в спальне никого не оказалось. В руках у матери вижу ту самую пляжную сумку, которая соскользнула с плеча Эвтиды, когда мы набросились друг на друга, завалившись в дом. — Она моется, ее душ сломался и Эва попросила помыться у меня. — А, вот как, тогда я оставлю это здесь, хорошо? Отдай ей. — Конечно, без проблем. Мама проходит вглубь комнаты и кладет сумку возле кровати, но вдруг замирает на месте. А проследив за ее взглядом, меня резко бросает в жар. Купальник. Ее купальник. Это будет сложно объяснить.. это действительно проблема, нет, это катастрофа. — Амен? Она подбирает с пола бикини сестры и медленно переводит ошарашенный взгляд прямо на меня. — Что это? Что купальник Эвы делает в твоей комнате?