Tommy's Ultra-Important Keychain

— Ты хочешь сказать, что пробежал шесть кварталов только для того, чтобы купить замороженный йогурт, — усмехнулся Техно, сидя на краю крыши и свесив ноги. — Ты ведь знаешь, что мы должны патрулировать вместе на случай, если что-то случится, верно? Слушая брата, Уилбур размышлял о том, что его не отругали за то, что он позволил себя увидеть средь бела дня. Фил бы надрал ему задницу, как только он предложил бы покинуть свой пост. К счастью для них обоих, у Миднайта были важные дела в северной части города. — Не волнуйся! Я в это время проводил специальную разведку, — сказал Уилбур, садясь рядом с братом. Его чёрный плащ резко контрастировал с ярко-розовыми волосами Техно, которые развевались на ветру. — Помнишь того парня, которого мы вчера встретили? — Конечно. Он нарушил законы природы, — небрежно пробормотал Техно. Уилбур знал, что тот всё ещё в шоке от случившегося, но он ужасно скрывал свои эмоции. — Ты узнал его имя или что-то в этом роде? Уилбур лукаво пожал плечами и ответил. — Лучше. Я наткнулся на него, когда он работал. Теперь я знаю о нём всё. Техно напрягся, как будто не ожидал этого. Для братьев они были не очень похожи, и это был один из тех случаев, когда это проявилось. Уилбур был человеком действия, как он сам себя называл. Он шёл искать то, что хотел, а затем хватался за первую попавшуюся возможность. В этом отношении Техно был его полной противоположностью. Если у него хватало сил выйти из дома, он обычно не прыгал выше головы, чтобы достичь своих целей. Он бы сказал вам, что предпочитает работать умнее, а не усерднее, но Уилбур знал, что это скорее защитный механизм. Техно ненавидел ошибаться. Он скорее месяц выслеживал бы свою жертву, ожидая идеальной возможности нанести удар без свидетелей. Если подумать, то, вероятно, именно поэтому Фил оставил Техно разбираться с большинством более тихих дел. Если им нужно было, чтобы кто-то бесследно исчез, дайте его брату месяц, и от них не останется и следа. Единственный раз, когда можно было переключиться, это на поле боя. Техно умел быстро думать, в этом не было никаких сомнений, и его боевым навыкам было трудно найти равных. Скоростной бегун всё равно не мог ускользнуть от инстинктов убийцы Техно. Герою нужно было сделать всего один предсказуемый шаг, и Техно одерживал верх. Уилбур не обладал такими же способностями, как его дорогой брат, но ему нравилось думать, что он всё равно впечатляет. Обычно он сражался с Дьяволом, так как тот был главным задирой среди героев. У Уилбура было явное преимущество, так как его противник никогда не мог понять, в чём заключаются его силы. Из всей троицы злодеев его семьи он был единственным, кто оставался загадкой. Техно, или Фортресс, если они использовали свои псевдонимы, не мог скрыть свою силу, даже если бы захотел. Он мог мгновенно превращать камень или другие твёрдые материалы в стены. Спидраннер не раз врезался лицом в эти барьеры. Пока они работали, эти несколько мгновений были единственными, когда Фортресс открыто улыбался. Чародейство - так они часто называли силу Икара, но любой, у кого есть хоть капля мозгов, скажет вам, что это две разные вещи. Честно говоря, его это немного оскорбляло, особенно когда он знал, насколько его дар сильнее. Уилбур неосознанно потянулся к своему ожерелью, которое было надёжно спрятано под рубашкой. — Не волнуйся, Техно, — поддразнил Уилбур. — Если ты слишком необщителен, чтобы покинуть свой пост, это не значит, что ты должен из-за этого грустить. Техно даже не дрогнул, когда между ними выросла тонкая кирпичная стена. Брюнет издал звук обиды, и стена рухнула. Падающие кирпичи поднимали пыль и вызывали у Уилбура кашель. Это было мелочное использование силы Фортресса. — Я не хандрю, — сказал Техно. Теперь, когда между ними больше не было преграды, Уилбур увидел, что его брат тоже сжимает ожерелье под рубашкой. — Хватит тянуть время и расскажи мне, что ты узнал. Прежде чем Уилбур успел заговорить, их обдал порыв ветра. Они обернулись и улыбнулись, увидев Фила. Их отец был одним из немногих людей, которых они встречали и у которых была впечатляющая сила рождения. Фил мог призывать крылья из теней, если не летал под прямыми солнечными лучами. Конечно, не поэтому его псевдоним Миднайт был известен по всей Погтопии. Это была просто очень удобная функция. Его статус злодея высшего уровня был в большей степени обусловлен его главной способностью. — Что Уил нам не рассказывает?, — проворчал Фил, подходя к ним. — Кстати, в западной части всё чисто. Техно нахмурился. — Разве ты не говорил, что идёшь на север? Зачем тебе проверять западную часть города? Едва различимый под чёрной вуалью, скрывавшей лицо их отца, Уилбур увидел, как на лице Фила появилась леденящая душу улыбка. — Мы начали с северной стороны, — медленно произнёс он. — Мы закончили на западной, и теперь эта сторона свободна. Техно кивнул, не нуждаясь в дальнейших объяснениях. Фил был грозным бойцом, хотя обычно он отступал во время групповых схваток. Когда они сражались с Командой мечты, именно Миднайт сражался с Глитчем. Их силы не сильно различались, но обычно это была односторонняя битва. Если Глитч отвлекался, он не мог лечить свою команду. Миднайт тоже не мог заботиться о своей команде, когда сражался, но злодеи, как правило, побеждали, если Глитч был не в порядке, так что в долгосрочной перспективе это было полезно. Спидраннер обычно прекращал бой с Фортрессом, если это означало, что он мог помочь их лекарю. — В любом случае, — Техно откашлялся, прерывая повисшее между ними молчание. — Уилбур как раз собирался рассказать мне, что он узнал о вчерашнем парне. Судя по всему, он проследил за ним до его работы. Фил рассмеялся, а Уилбур поперхнулся. — Я вовсе не преследовал его! Я просто пошёл за замороженным йогуртом, а он был там, это совсем не моя вина. Смех Фила оборвался, и Уилбур замер. — Ты ушёл с поста, чтобы купить замороженный йогурт, — повторил его отец. Техно явно сдерживал улыбку. — Хорошо. Раз уж ты отдыхаешь, можешь поработать в ночную смену на этой неделе. Уилбур громко запротестовал, но Фил так просто не сдавался. Он говорил не о вечернем патрулировании, потому что это было весело. Нет, он говорил о ночной смене в баре, где Уилбур должен был обслуживать пьяных или обкуренных посетителей до закрытия в четыре утра. — Теперь всё улажено, — вздохнул Фил. — Расскажи мне о ребёнке. Уилбур надул губы, но всё равно начал. — Его зовут Томми, и он маленький придурок. Мне пришлось заплатить сто баксов из моих с трудом заработанных денег, чтобы узнать, что его способность - повышенная болевая устойчивость. Техно вскочил на ноги. Если бы не маска в виде кабаньей головы, закрывающая его макушку, Уил был уверен, что его глаза были бы широко раскрыты. — Серьёзно, — он разинул рот. — И это всё, что нужно, чтобы у него был иммунитет? — Он сказал, что у него ещё немного сопротивления к ранам, — добавил Уилбур. — Но это не единственное, что я обнаружил странным. — Выкладывай, приятель, — упрекнул его Фил, явно заинтригованный. — Я попытался использовать свои силы, чтобы убедить его стать моим учеником, но он очень быстро пришёл в себя, — закончил он. — Парень просто хватался за голову и тяжело дышал. Я никогда не видел ничего подобного. Фил замолчал, явно обдумывая новую информацию. Как только Техно и Уилбур вернулись домой, они рассказали отцу о странном мальчике. Понятное дело, старший злодей был потрясён и молчал. По слухам, раньше таких не было. — Кто-то, кто невосприимчив к нашим способностям, — прошептал Фил. — Я никогда не встречал никого с повышенной болевой чувствительностью в качестве способности. Это редкость? Даже если так, это звучит слишком просто. Громкая сирена отвлекла их от разговора. Теневые крылья Фила, которые он предусмотрительно спрятал, резко раскрылись. Несмотря на то, что за несколько мгновений до этого он был занят, он мгновенно сорвался с места. Поскольку при дневном свете его крылья были ограничены, Миднайт использовал всё время полёта, которое мог получить, и летел как можно быстрее. — Наверное, нам стоит пойти за ними, — простонал Уилбур. День обещал быть спокойным. Техно кивнул, и они молча вернулись к своим злодейским образам. Фортресс сделал лестницу, ведущую с крыши, и они спустились по ней. Икар повёл их по извилистым переулкам. Сирена завыла из банка, который показался им на пути, когда они бежали по последней узкой дорожке. Ни один из братьев не знал, почему отец пошёл на звук, но лучше было довериться его инстинктам. И действительно, в конце переулка их ждал Миднайт. Он приложил палец к губам и указал на драку, которая там происходила. Икар прижался к стене. — Отвали, Баблгам, — крикнул усталый голос. У входа в банк мужчина в странном костюме скрестил руки на груди. Каждая его конечность была разного цвета, а весь костюм в целом больше походил на комбинезон. Единственным, что скрывало его личность, был капюшон этого самого комбинезона с прорезями для глаз. — Это было моё ограбление! — Не ной, Свирл, — рассмеялся другой человек, Баблгам. Примостившись на стене здания, женщина в чёрном складывала пачки денег в рюкзак. Самой заметной её чертой были ярко-розовые волосы, собранные в тугой хвост. Её маска была из ярко-розовой прозрачной ткани. — Я знаю, что ты не против, если я одолжу у тебя несколько тысяч. Мне нужны деньги на продукты. Она оставалась в безопасности, прижавшись к стене здания, благодаря многочисленным корням деревьев, которые обвивались вокруг её ног, словно вырастая из самой стены. Она точно назвала себя в честь своей способности удерживать кого угодно на одном месте с помощью своих печально известных корней. Время от времени она использовала их на себе, и Икару всегда нравилось наблюдать за этими схватками. Свирл постукивал ногой, явно раздражённый, хотя и не сдвинулся с места. С предельной точностью он поднял камень, лежавший у его ног, и бросил его на расстоянии шага от себя. Мгновенно из земли вырвались корни деревьев и попытались схватить противника, которого там не было. Встретив лишь пустоту, они сморщились и умерли. Баблгам заблокировала выход из банка, но Свирл не был глупцом. Медленно, почти незаметно, его руки начали менять форму. Он сделал глубокий вдох и прыгнул, но не упал на землю. Его руки превратились в разноцветные крылья, как и его костюм. Баблгам выругалась, и Икар начал волноваться: нет лучшего развлечения, чем наблюдать за дракой других людей. Корни под ногами женщины сморщились, и она упала. Прямо перед тем, как она должна была удариться о землю, она бросила что-то маленькое, и из тротуара выросло ещё больше корней, чтобы поймать её. Свирл затормозил, чтобы не врезаться в стену, и было ясно, что из-за крыльев ему трудно менять направление. Очевидно, он не так привык к ним, как некоторые другие крылатые люди, которых знал Икар. Кстати говоря, он бросил взгляд на своего отца. Миднайт пристально смотрел на тех, кто сейчас сражался, но по тому, как он расправил плечи и согнул колени, Икар понял, что тот не собирается сидеть сложа руки. Фортресс переглянулся с ним, и они неохотно приготовились. Баблгам была им не чужая, хотя и не союзница. Они понимали друг друга без слов. Если Миднайт собирался сражаться в этой битве, то либо на её стороне, либо на своей. Злодеи должны были заботиться друг о друге, особенно если у них был общий источник. Технически Свирл был их источником, но они не считали его надёжным союзником. Большинство влиятельных людей попадали в категорию либо героев, либо злодеев, либо линчевателей. Даже линчеватели, как правило, действовали на стороне более нравственных героев. Однако Свирл отрицал все эти роли. Он не был героем, по крайней мере, не на публике, но он спас немало мирных жителей от злодеев. Он также не был злодеем, но то тут, то там он воровал. Из-за своего странного дара он не мог считаться линчевателем, так что он был где-то посередине. СМИ так запутались, пытаясь дать ему определение, что приняли коллективное решение просто исключать его из всех репортажей. Если вы не дрались с ним, он был довольно милым. У Свирла был такой позитивный настрой, что вы чувствовали себя виноватыми, когда били его по разноцветному животу. Хотя находиться рядом с ним тоже было очень неловко, потому что этому парню было плевать, полностью ли его лицо закрыто капюшоном. Можно было предположить, что это не его настоящее лицо, потому что его внешность менялась каждый раз, когда он появлялся на публике, но его сила всё равно поражала. Икар слегка расслабился, когда понял, что Баблгам неплохо справляется. Поскольку его крыльями было трудно управлять, Свирлу было трудно не отставать от неё, не касаясь земли. Он быстро попытался оттолкнуться от стены, чтобы двигаться быстрее, но корни обхватили его лодыжку, и ему пришлось сменить крылья на когти. Как только он коснулся земли, его схватили ещё больше корней, и он закричал от досады. Баблгам хихикнула, стоя на крыше здания. Свиро рубил корни, но они, казалось, не кончались. Он явно застрял там надолго, и вдалеке послышался шум полицейских машин. Миднайт расслабился, а это означало, что они, скорее всего, не будут вмешиваться, как думали. Баблгам перекинула рюкзак через плечо и весело помахала сопернице. Полиция завернула за угол, и она исчезла в извилистых переулках. Свирл ещё яростнее рвался из пут. Первый полицейский притормозил, подняв пистолет, но было уже слишком поздно. Последний корень засох, и Свирл снова смог взмыть в небо. Фортресс положил руку на плечо Икара, и трое зрителей тихо ушли.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Ночная смена - полный отстой. В гриль-баре «После работы» царила приятная атмосфера, где люди любого происхождения могли наслаждаться жизнью с полудня до ночи, но он принадлежал семье. Изначально Фил купил его, чтобы скрыть их гражданский образ жизни. Банк не стал бы задавать вопросов о том, откуда взялись деньги, если бы они оказались в каком-нибудь престижном месте. К сожалению, он приобрёл популярность после того, как несколько известных линчевателей стали его завсегдатаями во время своих ночных патрулей. Выходя из бара, они рассказывали о нём другим линчевателям. — Загляните в этот бар, — говорили они, — там отличная еда, и они не моргнут глазом, если вы войдёте в него, покрытый засохшей кровью! Линчиватели превратились в злодеев, и теперь они были хорошо известны как место, где заключались многие сомнительные сделки. Фил следил за тем, чтобы они никогда не попадали в неприятности, которые могли бы привлечь внимание властей, и бизнес продолжал процветать. В конце концов, завсегдатаи поняли, что Фил, Техно и Уилбур тоже не были обычными гражданами. Однако они так и не преодолели этот барьер. Троица хорошо скрывала свою личность от посторонних глаз. Ходили слухи, что они определённо не были невиновны, но после этого они прекратились. Отсутствие доказательств означало отсутствие слухов, а старые слухи были скучными. С ростом популярности их бара у Фила появилось несколько новых увлечений, и, честно говоря, было страшно от того, как много он знал. Он собирал имена, описания телосложения, рост, общую информацию всё, пока наконец не смог использовать это в своих целях. Короче говоря, очень немногие из их посетителей имели тайную личность, о которой Фил не знал. Отец Уилбура был совершенно не похож на этих злодеев среднего звена. Возможно, хуже всего было работать в ночную смену. Мало того, что нужно было полностью прибраться перед закрытием, так ещё и приходилось иметь дело с пьяными посетителями и людьми, которые думали, что это забавное место для тайной встречи. Скажем так, их зловеще освещённые угловые кабинки быстро заполнялись. — Добро пожаловать в «После работы». Могу я предложить вам что-нибудь выпить? — монотонно произнёс Уилбур, не сводя невозмутимого взгляда с мужчины, стоявшего перед ним. Было очевидно, что парень пришёл сюда, чтобы заключить какую-то странную сделку, но Уил не мог меньше работать. — Я буду мартини со льдом, — заказал парень, и Уил быстро начал его готовить. Напиток был готов довольно быстро, но когда клиент попытался расплатиться наличными, Уилбур заметил, что у него что-то не так. Он мило улыбнулся и отложил деньги в сторону. Без предупреждения он схватил парня за руку, прежде чем тот успел её отдёрнуть. — Должно быть, вы впервые у нас обедаете, — заметил Уилбур. Он начал трясти парня за руку. — Я Уилбур, один из барменов и официантов. Надеюсь, мы скоро увидимся снова. Мужчина выглядел сильно потрясённым этим неуместным физическим контактом, но ничего не сказал. Он крепче сжал бокал с мартини и сел за столик на двоих у дальней стены. Через минуту к нему присоединилась женщина. Судя по тому, что видел Уил, разговор был напряжённым, когда мужчина внезапно засунул руку себе под рукав. Его лицо побледнело, как только он понял, что его карманы пусты. Он лихорадочно оглядел стол, и женщина по праву удивилась. Уилбур усмехнулся, стоя за прилавком. Позже он незаметно добавит нож этого мужчины в свою коллекцию конфискованного оружия. Карманные кражи были навыком, которому он никогда не жалел, что научился, особенно учитывая его потрясающую учительницу. Она была, пожалуй, единственным членом семьи, которому Фил был предан на сто процентов. Именно по этой причине Уилбур не был с ней знаком лично. Фил оберегал её тайну даже больше, чем свою собственную. Он даже не поделился ею с Уилбуром или Техно. Техно предположил, что они, вероятно, работали вместе задолго до того, как Фил стал их отцом. Они знали её как Свотчбаклер. Она была похожа на Свирла, когда дело касалось её положения в обществе, но обычно она склонялась к злодейской стороне спектра. Но даже тогда она придерживалась строгого морального кодекса. Во время всех уроков Уила по карманным кражам она была непреклонна в том, что он никогда не должен использовать свои навыки, если только это не поможет предотвратить причинение вреда другому человеку. Хотя в бою за свою жизнь не всегда удавалось помнить о её принципах, он старался ради неё. Она объяснила ему, что рукопожатие было придумано для того, чтобы проверять, нет ли у людей ножей в рукавах, и это был один из его любимых приёмов. Он был простым и неподвластным времени. Свотчбаклер была очень горда тем, что освоил навыки. Помимо её твёрдых моральных принципов, он знал о ней лишь кое-что. Во время их уроков Уилбур выяснил, что её даром от рождения была способность взламывать замки. Она могла открыть практически любой замок и в настоящее время изучала код, чтобы это можно было сделать и с цифровыми замками. Уилбур был уверен, что если бы Свотчбаклер захотела стать злодейкой на полную ставку, она была бы грозным противником. Уилбур понял, что никогда не видел её в новостях, совсем недавно. По словам Фила, она совершила очень мало преступлений. В один из тех редких случаев, когда он попросил рассказать о ней побольше, отец проговорился, что у неё была мотивация для тех немногих преступлений, которые она совершила. Очевидно, она потеряла кого-то дорогого ей человека и была готова сделать для него всё, что угодно. Уилбур понятия не имел, кто это. Скорее всего, он никогда этого не узнает. Пока что он мог только принимать заказы и протирать стаканы. Однако его монотонная работа продлилась недолго, потому что в бар кто-то вошёл. Скажи о дьяволе, и она появится. В костюме пирата в зал вошла Свотчбаклер. Посетители останавливались, чтобы посмотреть на неё, хотя большинство из них тоже были мелкими злодеями. Как обычно, она выглядела так, будто шагнула из машины времени. Уилбур поверил бы ей, если бы она сказала, что она настоящая пиратка. — Бармен, — позвала Свотчбаклер с одного из барных стульев. Уилбур отставил стакан, который полировал, чтобы посмотреть, что ей нужно. В тот вечер на её лице не было улыбки. — Когда Фил вернётся, скажи ему, чтобы он встретился со мной на нашем обычном месте. Это важно. Несмотря на то, что её глаза были скрыты чёрной маской, Уилбур чувствовал, как её взгляд давит на него. Он осторожно кивнул, и она ушла, не сказав ни слова. Он глубоко вздохнул и отправил отцу сообщение. Что бы ни натворил Фил, Свотчбаклер была недовольна.