Tommy's Ultra-Important Keychain

Томми было одиноко. Он скорее умер бы, чем признался в этом вслух, но это была правда. Технически он не был одинок: Уилбур возил его по делам, Таббо разговаривал с ним в перерывах между занятиями, а иногда Ранбу даже отвечал ему в сообщениях. Но что-то было не так. Вокруг него были люди, но он всё равно чувствовал себя одиноким. Таббо всегда был занят своими гаджетами. Ранбу был завален работой на новой должности. Этих двоих можно было понять. Томми не понаслышке знал, какими они были непостоянными. Его лучшие друзья обладали врождённой способностью исчезать на какое-то время, а потом возвращаться к нему, как будто они никуда и не уходили. На самом деле его это не особо беспокоило. Просто он так же работал. Уилбур был особняком. Его наставник был отстранённым примерно неделю. Это началось на следующий день после их драки со Спидраннером. Уил отключался, пока Томми говорил, забывал отвечать и давал уклончивые ответы. Он говорил загадками, когда Томми пытался его разговорить. — Я только сейчас понял, как мало я знаю о мире, — это была одна из самых глубоких вещей, которые он сказал после последней попытки Томми. — Хотел бы я уберечь тебя от этого. Итак, на данный момент он был не самым лучшим собеседником. В школе он испытывал совсем другое чувство тревоги. В середине августа красная толстовка привлекала столько же внимания, сколько и в начале лета. Люди, проходившие мимо по коридорам, бросали на него взгляды, в которых читалось что-то среднее между беспокойством и отвращением. Он по-прежнему радовался этим взглядам, но в его душе зародился новый страх, которого раньше не было. Его бой со Спидраннером стал вирусным, почти сравнявшись по просмотрам с его дебютом на Ютьюбе. Это была странная слава, которой он мог гордиться лишь изредка. Хайперион был им, но в то же время не им. Видеть своё лицо в СМИ, как на телевидении, так и в других местах, было тревожно. Перестать быть кем-то, кто был почти не известным, и стать печально известным это было довольно страшно. Были эксперты, которые рассуждали о его способностях, его слабостях, его личности. Уилбур, конечно, предупреждал его об этом несколько месяцев назад, но на деле всё оказалось гораздо серьёзнее, чем он себе представлял. Его наставник был популярным злодеем по многим причинам, и именно по этим причинам он не заходил в социальные сети. Томми, вероятно, тоже придётся это делать. Благодаря своей новообретённой тайной популярности он чувствовал, что незнакомцы смотрят на него не просто как на объект. Любой из них мог взглянуть на него повнимательнее. Они могли заметить его причёску, или то, как он сутулился, или его рост, и сложить всё воедино. Ему нужно было сосредоточиться на дыхании, сохранять спокойствие и помнить о своей анонимности. Никто не знал. Он был в безопасности. Излишне говорить, что в школе он не находил лекарства от своего одиночества. Томми приходилось мыслить нестандартно, радоваться мелочам. Каждые несколько дней он проводил тренировку с Ники, где она использовала мучительные методы, чтобы занять его разум. Его новый КОМПЬЮТЕР работал как по маслу. В свое редкое свободное время он потратил несколько часов на игровую игру. В Эндер-Лёд у него появился новый коллега, Эймси. Это была невысокая девушка с тёмными волосами. Томми изо всех сил старался не испытывать к ней неприязни. Она заменила Ранбу, а Рэабу был для Томми как брат. Само собой разумеется, что эта новая угроза станет его врагом. Вот только она не представляла угрозы. Честно говоря, она даже немного освежала рабочий пост. Трудно было не полюбить её, когда она превращала в игру раздражение более эгоцентричных клиентов. Томми наблюдал издалека, как она нарочно добавляла слишком много посыпки в чашку женщины или подкладывала Скиттлс в порцию с M&M’s. В Эндер-Лёд даже не предлагали Скиттлс в качестве начинки. Она приносила их с собой в отдельной упаковке. Довольно скоро у Томми в телефоне появился список всех случаев, когда кто-то угрожал уволить Эймси. Он разговаривал с ними в перерывах между клиентами. Она работала неполный рабочий день, пока не смогла найти стабильную работу репортера или журналиста. Эймси рассказала ему, что во время стажировки ей разрешили подняться на одном из вертолётов, которые снимали сражения. Томми подумал, что это чертовски круто. Он был рад считать её потенциальной новой подругой наряду с Пурплом. Если говорить о Пурпле, то этот парень был таким же загадочным, как и всегда. Насколько Томми мог судить, он не выходил на смены. Если и выходил, то без телекамер. Томми продолжал отправлять ему ежедневные сообщения, чтобы узнать, как дела. Но в ответ получал лишь смайл с поднятым вверх большим пальцем. Томми надеялся, что сегодня всё будет по-другому, не так, как на прошлой неделе. Уилбур загадочно сказал ему, что на тренировке его ждёт что-то важное, так что у него была веская причина для волнения. Он гадал, не собирается ли Фил наконец-то научить его пользоваться ключом. Это казалось маловероятным, но шанс был. Он вернулся домой из школы, но Таббо там не было. Томми не знал, связано ли это с делами Мехи или с работой в гараже. Его сосед по комнате был странным. То он грустит из-за потерянного напарника линчевателя, то тайком пробирается на свой склад под покровом ночи. Томми ещё не видел его склад, хотя Таббо обещал показать его как-нибудь. Там он хранил все свои изобретения. Было одновременно и приятно, и страшно узнать, что вещи, захламлявшие их кухонные шкафы, были лишь малой частью. Ему было любопытно узнать, где именно находится этот гараж. Большинство складов в городе располагалось в восточной части города. Была небольшая вероятность, что оно находится неподалёку от того места, где его обучала Корпорация. Ирония этого была бы неописуемой. Томми оставил свой рюкзак у двери. Он положил его туда, чтобы не забыть утром, хотя уже давно не беспокоился об этом. В последнее время его память стала намного лучше. Он быстро запоминал информацию, отлично справлялся с тестами и никогда не забывал, куда положил свои вещи. В его квартире было блаженно холодно по сравнению с жарой снаружи. Сегодня ему пришлось идти домой пешком. Его обычные сопровождающие, по-видимому, встречались с кем-то по работе и не смогли прийти. Томми не особо возражал. Задиры не беспокоили его уже очень давно, и он был уверен, что сможет с ними справиться, если они появятся. Он не был уверен, было ли дело в его маленьком представлении в коридоре или в последовавшей за этим встрече, но что-то их отпугнуло. Больше всего его раздражало, когда какой-нибудь студент спрашивал, откуда он знает Фила Крафта. В таких случаях Томми был рад, что у него есть отговорка в виде стажировки. Томми достал учебники и приступил к домашнему заданию. Ему нужно было проявлять инициативу в будние дни, как бы ужасно это ни звучало. Его дядя и гипотетический родитель гордились бы им. До их тренировки оставалось время, в основном из-за дел, которыми в тот момент занимались его наставники. Ему нужно было многое сделать. В тот вечер на каждом занятии задавали домашнее задание, но даже с учётом дополнительной нагрузки он быстро справился. Он помнил лекции, так что ему было легче. Томми отмахнулся от этого, сказав, что это хорошая тренировка, и пошёл дальше. Ему нужно было чем-то себя занять. Уил вернётся только через несколько часов. Томми сел за компьютер, но его пальцы дрожали. Он играл только поздно вечером. В остальное время он чувствовал себя непродуктивным. Теперь, чтобы расслабиться, он должен был устать после тренировки, сделать домашнее задание и всё остальное. Его взгляд рассеянно скользил по комнате. Он остановился на стопке белья, которое нужно было постирать. Он давно не видел Паффи. Таббо должен был стирать, но его редко можно было застать дома. Томми не хотелось идти по жаре, но ещё нескольких минут тишины было достаточно, чтобы он сдался. На всякий случай он отправил своему наставнику сообщение, в котором говорилось, что если его не будет на месте, когда приедет Уилбур, то он в прачечной Паффи. Возможно, он не увидит это сообщение ещё какое-то время, но это не так страшно. Томми собрал белье и отправился в путь. Паффи была именно тем человеком, которого ему нужно было увидеть в этот день. Она всегда точно знала, что ему нужно услышать. Она улыбалась, когда ему было плохо. Она уделяла ему все внимание, в котором, как он себе представлял, он нуждался от родительской фигуры. Втайне он надеялся, что и ей тоже помог. Томми знал, что может раздражать или доставлять неудобства. Чёрт, он бы даже сказал, что она заслуживает лучшего друга, чем он. Он был злодеем. Может, он и не собирался сжигать какие-то здания, но ему нравилось иметь власть над кем-то другим. Ощущение, что он больше не находится в самом низу пищевой цепочки, приводило его в восторг. Герои так не думали. По крайней мере, хорошие герои. Хороший герой никогда бы не опустился до уровня своего обидчика. Допустим, например, что лучшего друга героя нашли лежащим на полу и истекающим кровью. Этот герой не стал бы искать того, кто это сделал, и ломать ему как можно больше костей, пока не приехала подмога. Это было бы не очень правильно с моральной точки зрения. Нет, в этой совершенно гипотетической ситуации хороший человек поклялся бы никогда больше не допускать такого, и сюжет развивался бы дальше. Томми не был героем. Он был злодеем. Паффи заслуживала хорошего друга. Того, кто защитил бы её, не совершив при этом несколько преступлений. Она была честной и доброй. Паффи была образцовой гражданкой, даже если у неё случались срывы. Не зря она была одной из его любимых людей. Томми улыбнулся, когда увидел здание. Он слишком поспешно толкнул дверь, чуть не уронив бельё. Кондиционер был как нельзя кстати. Раздался звонок, возвещающий о его приходе, и он стал ждать её заученного приветствия. Он ждал. И ждал. Томми нахмурился. — Паффи? Она не стояла за прилавком, что не было чем-то необычным. Иногда она уходила в подсобку, чтобы отдохнуть. В таких случаях дверной колокольчик должен был предупреждать её о приходе клиента. Она должна была высунуть голову и гордо объявить: «Добро пожаловать в прачечную «У капитана»!» Но ничего не произошло. Машины жужжали. В воздухе стоял густой запах моющего средства. Он положил бельё рядом с пустой стиральной машиной, но не стал его выгружать. Его взгляд был прикован к задней двери. Она была плотно закрыта, но он всё равно подкрался к ней. — Паффи, — позвал он. Ответа не последовало. Возможно, её там не было. Она часто отходила от прилавка, чтобы пригласить его на обед или ужин. Хотя он никогда раньше не приходил и не обнаруживал, что она пропала, это не означало, что такого не могло случиться. Прачечная самообслуживания может работать сама по себе, так почему она должна быть прикована к этому месту? И все же что-то его беспокоило. Томми остановился у одной из работающих машин. Он наклонился, чтобы заглянуть в стеклянное окошко, не совсем понимая, что хочет увидеть, но уж точно не ожидая того, что увидел. Несмотря на жужжание и грохот сушильной машины, она была пуста. Ни клочка ткани не было видно. Он нечасто заходил в заднюю комнату, разве что оставлял там свою корзинку, пока Паффи выносила его поесть, потому что это была единственная дверь, которая запиралась. Он знал, что она никого туда не пускала, если её не было рядом. Томми насторожился, услышав шорох, доносившийся оттуда. Он забыл свою корзину для белья и то, зачем он туда пришёл. Паффи ответила бы, если бы он позвал её, где бы она ни была в магазине. Там была не она. Томми схватил метлу, стоявшую в углу. Она была деревянной и лёгкой, но сойдёт. В кармане у него завибрировал телефон. Уилбур, он был почти уверен, прочитает его сообщение примерно в это время. Он остановился у двери и оглядел себя. Томми не мог рассчитывать на то, что его силы и чистящих средств будет достаточно против вооружённого грабителя. Он молча отправил Уилу своё местоположение и выключил телефон. Грохот за дверью был яростным. Поспешным. Торопливым. Кто бы это ни был, ему было всё равно, услышат ли его входящие посетители. Он хотел войти и выйти. Томми не собирался этого допускать. Он взялся за ручку и повернул её. Металл почти оторвался от его руки, полностью отделившись от двери. Томми не мог дышать, он нервничал сильнее, чем во время своего дебюта, но всё равно продолжал. Воспоминания исказили его представления о том, кто может его ждать. Он слишком хорошо помнил, как пуля вошла в его плечо от другого грабителя, напавшего на такое же маленькое предприятие. Шрам остался на этом ужасном месте. Даже после того, как Ханна и Бумер совместными усилиями попытались его уменьшить, он никуда не делся. Томми потянулся, пытаясь избавиться от фантомной боли, которая всё ещё отдавалась в его костях. Теперь он был обучен и силён, и уверен в себе. Он мог защитить своих близких, но ему нужно было взять себя в руки. Томми пинком распахнул дверь. Она с грохотом ударилась о стену. Он крепко сжал метлу. В некогда аккуратной комнате царил беспорядок. Пол был завален бумагами, а целая книжная полка была перевернута. Виновник уже ждал его, спокойно глядя на него посреди хаоса. Томми выронил метлу. — Пурпул? — Томми, — подтвердил Пурпл. Во всём его существе чувствовалось неестественное спокойствие. С первой встречи Томми понял, что Пурпл не из тех, кто часто расслабляется. Он теребил в руках что-то, что было у него в руках, и постукивал ногой по полу, когда в разговоре наступала тишина. Это напомнило Томми о беспокойных привычках Таббо. И все же он был там. Совершенно безмолвный. Неподвижный. Красный, стоящий в задней комнате прачечной Паффи. Улыбающийся. Он сделал шаг ближе к Томми. — Что ты здесь делаешь, приятель? — Томми сжал кулаки, желая схватить брошенную им метлу. — Я не знал, что ты знаком с Паффи. — Паффи, — повторил Пурпл, как сломанные часы. — Паффи… Нет, я её не знаю. — О, — Томми замолчал. — Тогда что ты делаешь? Улыбка Пурпла стала шире. На нем это выглядело неправильно. — Ты в порядке, чувак? — Томми медленно двинулся вперёд. Его нога наступила на скомканный клочок бумаги, и тот хрустнул. Он опустил взгляд, ненадолго отвлёкшись. Это была новостная статья. Заголовок привлёк его внимание, и он раскрыл рот от удивления. Банк Погтопии рушится, убивая сотни людей. — Что? — пробормотал он себе под нос. Забыв о Пурпле, он опустился на колени и взял газету в руки. Она была поразительно похожа на статью, которую он нашёл в интернете несколько недель назад, когда изучал Гиганта. В ней было так мало информации, что Томми решил, что она не попала в печатную версию. Он еще немного полистал страницу и, наконец, нашел картинку. На горизонте восточной части города виднелось высокое здание. Для Томми, который не помнил такого места, оно не выглядело реальным. Рядом с ним стояла статуя человека в костюме, почти в два раза меньше самого здания. — Полагаю, ты поклонник Гиганта. — Пурпл напугал его, внезапно оказавшись слишком близко. Томми нахмурился, услышав его слова, но потом до него дошло. Это была вовсе не статуя. Это был человек. Чертовски огромный человек. — Гигант? — его голос прозвучал как шёпот. Что-то вроде вопроса. К счастью, в онлайн-статьях не было ни этой фотографии, ни упоминания о Гиганте. Томми знал его имя только потому, что читал журналы Эрета о злодеях. Его золотой костюм с вкраплениями изумрудного цвета запомнился Томми с первого взгляда. Ни один другой злодей не использовал такую цветовую гамму, и Томми не смог найти о нём никакой информации. Злодей и трагическое событие, оба стёртые с лица земли. Томми мог сделать лишь несколько выводов, прежде чем всё встало на свои места. Эта головоломка была так близка к завершению, что это его беспокоило. Ему всё ещё чего-то не хватало. Почему у Паффи появились эти новостные статьи? Оглядевшись, он увидел, что все разбросанные по земле бумаги были примерно о том же. Это было навязчивое увлечение. Страница за страницей с фотографиями разрушающихся зданий, заголовками и Гигантом. Из некролога, который он нашёл много лет назад, он знал, что её сын, скорее всего, погиб в результате несчастного случая, но разве это повод для такой коллекции? Он остановился, чтобы подумать. Это была Паффи. Она была матерью, потерявшей сына в результате ужасного нападения. Нападения, которое агентство героев так явно пыталось скрыть. Томми не мог представить себя в такой ситуации. Это все еще не объясняло, что делал Пурпл. — Зачем ты здесь? — снова спросил Томми, на этот раз настойчивее. Он вслепую потянулся назад и нащупал ручку метлы. Пурпл уставился на него. — Я просто осматривался, — ответил юный герой, выглядевший слишком невинным, чтобы говорить правду. — Ты мне не доверяешь? — Я никогда не говорил, что доверяю тебе, — Томми крепче сжал своё самодельное оружие. — Мы друзья, Пурпл. Впервые улыбка Пурпла дрогнула, на мгновение сменившись выражением крайнего отвращения. — Верно. Лучшие друзья, Томми. Томми быстро встал, голова у него закружилась от резкого движения. Он не знал, почему решил, что ему нужно встать именно в этот момент, но всё его тело кричало о том, что нужно приготовиться. Что-то было не так с глазами Пурпла. Они остекленели. Это напомнило ему кого-то. — Да, — промычал Томми, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. — Мы лучшие друзья. Это значит, что ты можешь рассказать мне всё, не так ли? Пурпл неловко поерзал. — Я полагаю... Поведение не в духе, странная речь, уклонение от важных вопросов со всем этим Томми столкнулся, когда в последний раз видел Минкс. Бумер и Ханна сочли бы это тревожным сигналом, если бы Пурпл был злодеем. — Именно! — Томми изо всех сил старался сохранять спокойствие и самообладание. — Так что ты можешь рассказать своему лучшему другу, что ты здесь делаешь. — Нет, — тут же ответил Пурпл. Было очевидно, что он пытается подражать Томми, но он был дёрганым и раздражительным. Что-то в словах Томми его беспокоило. Томми не собирался останавливаться. Пока не разберётся. — Что ты здесь делаешь? — настаивал Томми. — Я действительно не думаю, что могу ответить на этот вопрос, — прошипел Пурпл, и в его голосе прозвучала удивительная злоба. — Повернись и уходи, пока я тебя не заставил. Угроза. Пурпл никогда раньше не угрожал ему. — Ты причинишь мне боль? — Я бы так и сделал. — Не угроза. Скорее предупреждение. Пурпл самодовольно посоветовал ему. — Отойди, пожалуйста. Минкс была неуправляемой, когда находилась в таком состоянии, но в доме Бумера и Ханны его постоянно ждала подмога за дверью. Если бы здесь что-то случилось, он мог бы серьёзно пострадать. Уже было рискованно связывать такое поведение с Минкс. Он ни в коем случае не должен был терять бдительность. Томми решил не реагировать. У Пурпла, или у того, кто воспользовался его лицом, закончилось терпение. Он поднял руку, двигаясь слишком быстро, чтобы обычный гражданский успел заметить его движение. Томми был чрезвычайно благодарен за свою подготовку к рукопашному бою. Он встретил удар ладонью и успешно поймал его. Пурпл явно не ожидал этого, потому что его плечи опустились. Томми воспользовался возможностью, чтобы оттолкнуть его, поднять метлу и ударить самозванца ручкой метлы по голове. Если честно, это было немного разочаровывающе. Очевидно, тонкая деревянная палка не была подходящим оружием против кого-то такого калибра. Пурпл был скорее озадачен, чем ранен. — Что за странный у меня друг, — пробормотал герой. Это прозвучало бы ласково, если бы не злобный взгляд. Томми уронил метлу и попятился. Он ударился пяткой о дверь и нахмурился. Когда она закрылась? — Успокойся, чувак, — попытался вразумить его Томми. Он поднял руки в защитном жесте. — Думаю, нам обоим нужно успокоиться. — Ты был почти интересен, Томми. Я не думал, что обычный человек может стать для меня настоящим испытанием, — тихо рассмеялся Пурпл. Он подошёл к Томми вплотную. — Ну что ж, ты меня знаешь, — выдавил из себя Томми. — Мистер Обычный. Такой нормальный. Всё хорошее, что я делаю, просто глупая удача. Пурпл снова сжал кулаки. Томми знал, что его изобьют до полусмерти, если он не начнёт действовать прямо сейчас. Он оглядел комнату в поисках чего-то получше, чем дурацкая метла. Что может навредить этому самозванцу? Ему никогда не приходилось драться с Минкс. Она снова стала нормальной после… Томми нужно было сделать что-нибудь действительно глупое. Он сосредоточился на чём-то за плечом Пурпл. — Эй, что это такое? Пурпл приподнял бровь, но всё равно проследил за его взглядом. Томми быстро расстегнул ожерелье и позволил ему упасть сквозь рубашку в подставленные руки. Герой обернулся. — Там ничего нет. — Я знаю. Мне правда жаль, дружище, — вздохнул Томми. — За что- Он прижал ключ Туза к груди Пурпла. Последовавшая за этим ударная волна была похожа на выстрел. Электрические разряды прошли сквозь его кожу, преодолев болевой порог и устремившись прямо к горлу. Он не мог дышать. Он не мог видеть. Он не мог слышать. Если бы он всё ещё стоял, это было бы чудом. Это был полный отказ от одного из самых могущественных магических предметов из существующих. Пощады не было. Томми не чувствовал этого благодаря своим способностям, но остальным повезло меньше. В том числе и Пурпл. Несмотря на то, что он утверждал, что является помощником Туза, он не был обучен обращению с ключом. Где-то вдалеке раздался крик, ударивший по его черепу так же сильно, как и остальные причиняемые им самому себе мучения. Он не был уверен, кто издавал эти звуки Пурпл или он сам, но всё равно чувствовал это. Когда он упал на землю, то едва не потерял сознание. От удара ключ выпал у него из рук. Хотя его мышцы болели, а адреналин зашкаливал, ему нужно было убедиться, что Пурпл в порядке. Он мог только приподнять голову, зрение было размытым и почти бесполезным. Там, всего в четырёх футах от него, лежал без сознания герой. Его пальцы подрагивали, а грудь вздымалась при каждом прерывистом вздохе. Живой. Томми, чьи глаза уже ничего не видели, уловил какое-то движение. Он не мог различить форму, но что-то извивалось рядом с головой Пурпла. Томми не успел ничего понять, прежде чем отголоски боли в его конечностях окончательно погрузили его в темноту.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Уилбур был взбешен. — В первый раз это была не твоя вина, — закричал он. — Но чтобы это случилось во второй раз? Это неприемлемо! — Я в порядке, — огрызнулся Томми. Писк кардиомонитора наполнял комнату постоянным шумом. Он бы скрестил руки на груди, если бы не капельница, опасно закреплённая рядом с ним, и не тот факт, что он всё ещё не мог по-настоящему двигаться. — Не понимаю, в чём проблема. — Ты не понимаешь, насколько это важно, — Уилбур разинул рот от удивления. — Ты мог умереть. — Но я не умер. — Благодаря Бумеру! — Уилбур раздражённо всплеснул руками. — Томми, ты должен понимать, что твой организм не может выдерживать такой стресс. Инцидент с Минкс произошёл всего неделю назад, а ты уже снова в больнице. — Ему нужна была помощь, — возразил Томми. — Не от тебя, — Томми сделал паузу и нахмурился, глядя на Уилбура. Его наставник медленно объяснил. — Ты злодей, Томми. Я сказал, что ты должен подружиться с этим парнем, потому что мне его жаль. Но это не значит, что ты должен ввязываться в это дерьмо с промыванием мозгов ради него. Что, если тот, кто за этим стоит, нацелится на тебя? Уилбур прибыл на место происшествия всего через тридцать минут после того, как Томми загадочным образом сообщил о своём местонахождении. Оказалось, что найти своего ученика без сознания в подсобке прачечной самообслуживания тревожное зрелище. Он немедленно отвёз его к Бумеру, отсюда и их нынешнее положение. Когда Томми спросил о Пурпле, Уилбур не понял, о чём он говорит. Томми подробно рассказал о произошедших событиях и о том, что Пурпл был без сознания рядом с ним, но Уилбур всё равно настаивал, что нашёл его одного в задней комнате Паффи. Это беспокоило его по множеству причин, о которых он не хотел думать. — Ладно, — смягчился Томми. — Прости. Я больше так не буду. — Обещай мне. Томми закатил глаза. — Я обещаю, Уил. — Хорошо, — выдохнул Уилбур. Он встал со стула у кровати Томми и направился к двери. — Я спрошу у Бумера, когда тебе можно будет уйти. Постарайся немного отдохнуть. Вот только он не мог. Долгое время после ухода наставника Томми ничего не оставалось, кроме как смотреть в потолок. Фантомная боль в плече вернулась, напоминая ему обо всём, что он пережил. Она была слишком тяжёлой для его костей. Как бремя, которое он не знал, как нести. Ему вспомнилось то странное видение, которое он увидел перед тем, как потерял сознание. Какая-то часть его мозга подсказывала ему, что он хватается за соломинку. Это было серьёзнее, чем другие проблемы, с которыми он сталкивался. Он не знал, справится ли с этим. Именно в такие моменты, когда тишина была достаточно пронзительной, он вспоминал, каким молодым был. Дети его возраста должны были бы курить травку, напиваться и проваливать тесты по математике. Больше всего они должны были бы переживать из-за того, что родители увидят их табели успеваемости. Если бы у него были родители, возможно, он бы разделял их чувства. Возможно, они с Таббо были бы такими же беспечными и глупыми, как их одноклассники. Возможно, у него был бы шанс на нормальное детство. Вместо этого его родители умерли. У него был дядя, который жил в нескольких часах езды, лучший друг линчиватель, школьные хулиганы и ужасная привычка подбирать ключи незнакомцев, которые роняли их на улице. Уилбур предупреждал его много месяцев назад, что это рискованно для человека его возраста. Ему следовало понять намёк и отступить. Что он вообще получил от злодейства? Ложную уверенность? Чего она стоила в реальном мире? Он был слишком молод, чтобы у него были глубокие шрамы, постоянные синяки и фантомные боли. Лежа на этой душной больничной койке, он чувствовал себя не ребёнком, а оружием. Томми остановился. Он сделал глубокий вдох. Вдох. Выдох. Хорошо. Ему приходилось напоминать себе о положительных моментах, прежде чем его поглощали негативные мысли. Ему нравилось быть злодеем. Он преуспевал в центре внимания, сбивая с толку этих заносчивых героев и старых бизнесменов, которые практически владели ими. Никто другой не мог сделать то, что сделал он. Впервые с тех пор, как он родился, он был по-настоящему полезен. Что он получил от злодейства? Легко: контроль над собственной жизнью, заслуженное чувство уверенности, способность дать отпор, несколько лучших друзей, о которых он мог мечтать, и семья. Она была неровной и неуверенной, как стеганое одеяло, сшитое нервными руками, но она принадлежала ему. Вот так, улыбаясь собственным мыслям, он заснул.

─┉┈◈◉◈┈┉─

Бумер продержал его у себя всю ночь. Фил позвонил в школу и сообщил о отсутствии, чуть не вызвав у персонала панический приступ. Утром Уил отвёз его домой и посоветовал побольше спать. К тому времени, как он вернулся домой, Таббо уже ушёл в школу. Вполне возможно, что его лучший друг едва ли заметил его отсутствие. Учитывая, что он проводил время на работе, в школе и на складе, Таббо не в первый раз его не замечал. Но в этот раз всё было по-другому. Это ранило сильнее. На этот раз он действительно был в опасности. Ему было больно. Если бы этот самозванец действительно что-то с ним сделал, Таббо не узнал бы об этом. Он узнал бы об этом из вторых рук или, что ещё хуже, герой мог бы хорошо замести следы. Томми стал бы ещё одним именем в новостях, пропавшим без вести или мёртвым. Таббо больше никогда его не увидел бы. Он накрутил себя, погрузившись в собственные мысли. Томми понимал, что глупо переживать из-за того, чего не случилось, но не мог остановиться. Ему нужно было выйти. В его квартире было душно. Он не мог с этим справиться и уж точно не мог отдохнуть. Тротуар перед его домом не был таким успокаивающим, как бескрайний луг с травой в сельской местности, но он вполне подходил. Его нервы успокаивались с каждым резким вдохом городского воздуха, пропитанного выхлопными газами. Его плечи расслабились, и он впервые подумал о том, что так и не забрал ключ Туза с пола в комнате Паффи. Странно, что Уил не привёл его прямо туда, чтобы забрать его. Никто, кроме него и владельца, не мог его забрать, так что он всё ещё там. Томми должен был пойти за ним. Герои могли узнать, где он. Они могли вернуть его. Или Паффи могла его увидеть. Она могла попытаться поднять его, а потом… Томми должен был пойти. Он повернулся на каблуках. Помолчал. — Не делай мне такое лицо. Томми сделал шаг назад. — Я бы написал, но не думаю, что это когда-либо было безопасно. Томми наклонил голову и приподнял бровь. — Что ты здесь делаешь? — Я не могу навестить друга? — усмехнулся Пурпл. В голове Томми пронеслись воспоминания о предыдущих часах. Сейчас они были туманными, более неясными, чем когда-либо за последние недели, но он нутром чувствовал, что это было что-то другое. — Ты напал на меня, — подсказал Томми, удивленный собственным голосом. — Э-э, наверное, — слегка рассмеялся Пурпл — Но я не думаю, что представлял угрозу для тебя. — Что? — озадаченно спросил Томми, на мгновение забыв о шоке и благоговении перед происходящим. Пурпл встал с того места, где он прислонялся к внешней стене здания. Невооружённым глазом было бы незаметно, что его колени слегка дрожат. Он хорошо это скрывал, вкладывая больше уверенности в свою улыбку, чем в ноги, чтобы отвлечься. Он всё ещё был слаб по тем же причинам, что и Томми. — Не скромничай, — фыркнул Пурпл. — Я не дурак, Томми. — Я в таком замешательстве, — выдавил из себя Томми. — Ты что, был одержим или что-то в этом роде? — О, хорошо, — вздохнул Пурпл. — Ты достаточно умён, чтобы уже понять это. Я боялся, что ты можешь затаить на меня обиду. — Это действительно не отвечает ни на один из моих вопросов. — Может, это поможет. — Пурпл наклонился ближе. Он протянул Томми руку, сжатую в кулак. Томми не решался протянуть свою ладонь, но ему и не нужно было этого делать. Пурпл выпустил спрятанный предмет, и тот повис на цепочке. Ключ Туза раскачивался взад-вперед в воздухе. Глаза Томми расширились. — Как ты это держишь? Пурпл отпрянул, подбросил предмет вверх, а затем снова поймал его повторяющееся движение. Это было странно. Искажённо. И всё же он держал его с такой уверенностью, что оно подходило. Как будто так и должно было быть. — Когда-то я был любимым помощником Туза, как бы давно это ни было, — задумчиво произнёс Пурпл. — Я прошёл ту же подготовку, что и остальные. Мы все можем подержать его вещь, хотя бы немного. Томми моргнул. Подумал об этом. Снова моргнул. Как бы он ни размышлял, ничего не имело смысла. Пурплед мог держать ключ. Он делал это прямо сейчас. Если так, то как это могло навредить ему раньше? — Как- — То, что я могу держать его в руках, не значит, что нет других требований. С ключами, особенно с этим, очень важен разум, — ответил Пурпл. — Это значит, что если бы мой разум был скомпрометирован, я бы не смог его держать. Томми не мог говорить. Он не мог подобрать слов. Его губы определённо не могли произнести те слова, которые он нашёл. Почему Пурпл так на него смотрит? — Я должен постоянно напоминать себе, что достоен владеть этим предметом, — с тоской сказал Пурпл. — У меня есть подготовка, так что я могу это сделать. Что-то в этом роде, понимаешь? Полагаю, у тебя то же самое, не так ли? — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — прошептал Томми. Пурпл бросил ему ключ. Инстинктивно он поймал его и поморщился, когда понял, что произошло. — Твой сосед по комнате научил тебя боевым искусствам, да? — улыбка Пурпла стала грустной. — Я и правда подумал, что странно, что я так легко доверил тебе свою информацию. Теперь я понимаю, что это было просто влияние ключа. — Влияние? — Не прикидывайся дурачком, — фыркнул Пурпл. Прошла секунда, и его осенило. — Вот это да. Ты даже не знаешь, как им пользоваться. — Он издал безрадостный смешок. Томми крепче сжал ключ. Его воспоминания стали яснее, стоило ему прикоснуться к нему. — Не могу поверить, что я раскрыл своё сердце какому-то любителю ключей. Я думал, это потому, что ты был моим другом. Я такой глупый Сердце Томми бешено колотилось в груди. — Я не хотел. — Я знаю, — парировал Пурпл. Он закрыл глаза ладонями. — Ты потрясающий, Хайперион. Я думал, что разгадал тебя, но даже будучи гражданским, ты на шаг впереди меня. Ему показалось, что город рушится вокруг него. Вес тысячи зданий раздавил его, когда его самый большой страх слился с реальностью. Его личность была кому-то известна. Одному Герою. Пурпл раскроет это миру, и его жизнь оборвется. Томми не так представлял себе своё первое появление перед кем-то. Он думал, что это будет на его условиях. Однако злодеи редко добиваются своего. Он был живым доказательством этого, не так ли? В конце концов, их счастливый конец должен был исчезнуть, чтобы освободить место для героев. Для хороших парней. И всё же, несмотря ни на что, он не мог даже порадоваться собственному уничтожению. Все его чувства были сосредоточены на слезе, которая сейчас скатывалась по щеке Пурпла Чужой, стоический и молчаливый герой, плакал. И это была его вина. — Пурпл? — Что, — выдохнул другой мальчик. — Ты собираешься злорадствовать? Издеваться? Я тот идиот, который пытался подружиться с суперзлодеем. — Нет, Пурпл, пожалуйста, — мягко сказал Томми. Он подошёл ближе, спрятав ключ Туза в карман, чтобы освободить руки. Он положил их на предплечья Пурпла. Он мягко побуждал его двигаться. Герой был странно податлив. Без преград его красные глаза и заплаканные щёки были на виду у злодея. — Что тогда? Ты собираешься убить меня? — Я бы так не поступил, — заверил Томми. — Ты прав. Во всём. Я воспользовался тобой из эгоистичных побуждений, а ты этого не заслуживал. Прости. Пурпл вытер лицо. — Какого хрена ты имеешь в виду? — Именно это я и говорю, — настаивал Томми. — Я действительно хочу быть твоим другом, Пурпл. На этот раз по-настоящему. Ты сможешь меня простить? Пурпл рассматривал его, сканируя взглядом, словно в его глазах могло быть что-то, чего не было в его извинениях. Как будто Томми не вырезал его сердце и не показал ему. — Может быть, — был ответ, и этого было достаточно. Пурпл отстранился от его прикосновения. — Я имею в виду, что кто-то должен научить тебя пользоваться новым ключом. — Правда? — прокричал Томми. Его пульс участился от адреналина. — Ты сделаешь это для меня? — Конечно, почему бы и нет? — Пурпл рассмеялся, и хотя его смех был похож на всхлип, он казался искренним. — Я всё равно не могу вернуться к героям. Могу помочь злодеям. Томми снова оказался в темноте, в замешательстве. — А? Что-то случилось? — Там для меня небезопасно, — запнувшись, пробормотал Пурпл. — Я не знаю всего, иначе я бы мог рассказать тебе больше, но что-то не так. — Куда ты собираешься идти? — Томми беспокоился за него. Этот мальчик был молод, когда стал героем, и сейчас он не выглядел как взрослый. Сможет ли он справиться с реальным миром? — Вдали от сети, но не за городом, — прерывисто выдохнул Пурпл. Он встретился взглядом с Томми, немного придя в себя. — Я знаю одно место. Он попятился ещё дальше, приняв позу, которую Томми узнал. Он выпалил. — Подожди! Как мы будем проводить занятия, если ты отключён от сети? Пурпл улыбнулся. — Когда я тебе понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти. Он подпрыгнул в воздух и приземлился на балкон на высоте трёх этажей. Томми пришлось вытянуть шею, чтобы увидеть его. Бывший герой помахал дружелюбному злодею. — До новой встречи, Хайперион! Он ушел, и Томми снова остался один. На этот раз все было не так уж и плохо.