“Магический союз”

Хогвартс просыпался под серым небом. Сквозь витражи Большого зала пробивался слабый свет, окрашивая каменные стены в холодные оттенки. Ариана стояла у высоких окон, закутавшись в мантии, с чашкой кофе в руке. Ни один глоток не помогал избавиться от ощущения, что сегодня всё изменится. Через несколько минут начнётся Совет. Её первое официальное появление перед всем преподавательским составом. Где каждый взгляд будет острым, как скальпель. Особенно его взгляд. Снейп молчал всё утро, как и всегда. Он даже не бросил в её сторону ни одной из своих колких фраз, и это пугало её больше, чем обычная язвительность. "Сегодня решится, останусь ли я здесь… или снова стану никем", — подумала она, отставляя чашку. — …мы все понимаем, что времена нестабильные, — голос профессора Меррилла, преподавателя Древних Рун, прорезал зал, как лезвие. — Но это не повод нарушать порядок. При всём уважении, директор, мисс Эбберли ещё вчера была нашей ученицей. Сегодня — преподаватель? Это вызывает вопросы. Ариана сидела на краю длинного дубового стола, спина прямая, руки сжаты в замке. Она ждала. Любая неосторожная фраза — и всё рухнет. — Вопросы или предвзятость? — вдруг подал голос Снейп. Его тон был спокойным, но в нём слышался металлический оттенок. — Вы полагаете, возраст определяет способность к преподаванию? Меррилл прищурился. — Я полагаю, что практика и опыт важнее… симпатий. — Тогда вам стоит внимательнее изучить резюме мисс Эбберли, — сказал Снейп, повернув голову. — Её работа в Гриндбрайрском институте была признана одной из лучших по результатам выпускников. Но, конечно, вы, вероятно, не следите за профессиональными рейтингами, заняты будучи экспертом по всему. Ариана не верила своим ушам. Снейп. Защищает. Её. — Всё, что я хотел сказать, — пробормотал Меррилл, — это что это… нестандартное решение. Особенно жить в одной комнате с другим преподавателем. На этот раз Снейп приподнял бровь, но молчал. Дамблдор заговорил вновь, миролюбиво, но с твёрдостью: — Снейп и Эбберли — не просто преподаватели. В силу обстоятельств, они — союзники. И Хогвартс сейчас нуждается не в сплетнях, а в единстве. Тишина. — Есть ещё вопросы? Никто не осмелился заговорить. Собрание распалось. Преподаватели начали вставать, перешёптываться. Кто-то бросал на Ариану взгляды — любопытные, колкие, кто-то — оценивающие. Она встала, собирая мантию, но тут Снейп подошёл к ней ближе, чем обычно. — Вы неплохо держались, — тихо сказал он. Она повернулась к нему. Лицо было непроницаемо. — А вы… удивили, — выдохнула Ариана. Он на мгновение задержал взгляд на её лице. Потом кивнул — почти незаметно — и ушёл первым. Она смотрела ему вслед и не могла понять: защищал ли он её… или защищал Хогвартс. Впрочем, может быть, это было одно и то же. Они вошли в комнату почти одновременно, как будто ни один не хотел остаться в коридоре дольше, чем другой. Снейп открыл дверь, Ариана — первой вошла внутрь. Их общее пространство было всё ещё чужим, как гостиничный номер после бурной ночи. С одной стороны — полки, заполненные книгами, стеклянные колбы, свитки и пергаменты, аккуратно сложенные до идеала. Всё его. С другой — несколько фотографий в рамках, чайник, пара винтажных подушек на кресле. Она пыталась сделать комнату теплее. Но между ними тянулась незримая граница, разделяющая её мир и его. — Думаете, они успокоятся? — спросила она, стягивая мантию и бросая взгляд в сторону камина. — Некоторые — никогда, — спокойно ответил Снейп, проходя к своему столу. — Люди, привыкшие к правилам, боятся тех, кто эти правила обходит. — Приятно знать, что вы теперь меня к ним не причисляете, — заметила она, не удержавшись. Он не ответил. Только взглянул. Долго, выжидающе. А потом его внимание переключилось — на маленький конверт, лежащий на краю стола, как будто его подбросили тайком. Он взял его в руку. Конверт был без имени. Лишь сургучная печать — старая, стертая, но с символом, который Ариана узнала не сразу. — Это тебе? — тихо спросила она. Снейп медленно разорвал сургуч. Внутри — тонкий лист пергамента. Всего две строчки. "Они уже внутри. Не доверяй никому. Даже ей." Ариана сделала шаг ближе. — Что там? Он сжал письмо в кулаке, не глядя на неё. — Ничего. Просто старая угроза. Он медленно подошёл к камину, бросил бумагу в огонь. Пламя вспыхнуло, и несколько мгновений тени играли на его лице, делая его ещё более непроницаемым. Ариана смотрела на него, и впервые за всё время почувствовала не гнев, не раздражение… а тревогу. Что-то приближалось. И каким бы он ни был — холодным, закрытым, резким — ей не хотелось, чтобы это что-то настигло его одного.