Выбор сердца

      — Это правда, что ты встречаешься с Драко Малфоем? — она редко слышала голос отца таким серьёзным.       В гостиной их уютного дома царила напряжённая атмосфера. Мистер Гринграсс сидел в кресле и строго смотрел на Асторию, которая стояла и нервно сжимала юбку пальцами. Миссис Гринграсс ходила кругами около камина, её глаза были полны беспокойства. Оба ещё даже не переодели парадную одежду. Дафна смотрела на всё это и не знала куда себя деть.       — Правда.       — О, Мерлин… — пробормотала Элизабет и поспешила налить себе воды.       — Как долго?       — Тебе не понравится ответ, — тихо сказала Астория.       — А мне и предыдущий ответ не нравится, — он скрестил руки на груди. — Пожиратель Смерти, Астория.       Отец крайне редко использовал её полное имя. Это больно задело.       — Бывший, папа. Драко очень изменился. Он работает целителем, ты знаешь.       — Чтобы восстановить репутацию, — Вальтер со вздохом покачал головой. — Люди не меняются. Его семья с радостью присоединилась к нему во время обеих войн. Не говори мне, что он вдруг не такой.       — Если бы они победили, мы бы тоже были на их стороне, — мрачно заметила Астория. Её мама нахмурилась. Поднимать эту тему в их семье было не принято. Сразу стало стыдно, потому что папа стал ещё мрачнее. Она ведь знала, что он сделал то, что сделал, ради них…       — Это был вопрос выживания, и я не горжусь этим. Я бы вывез вас из страны, как только появилась возможность.       Но желание защитить возлюбленного сместило стыд.       — У Драко в шестнадцать лет едва ли было больше выбора, — она выпрямилась и уверенно посмотрела на отца. — И даже если в чём-то сначала была его воля, он глубоко пожалел об этом. Вы не представляете, как глубоко. Он раскаялся и стал хорошим человеком. Меня удивляет, что вы думаете, будто бы я встречалась с плохим…       Элизабет подошла к дочке и взяла её за руки. Астории не нравилось видеть материнское лицо таким взволнованным.       — Милая, мы так не думаем. Просто когда человек влюблён, он может не видеть некоторые вещи. Мы волнуемся за тебя и не хотим, чтобы ты осталась с разбитым сердцем.       — Почему я должна остаться с разбитым сердцем?       — Ты из богатой семьи, чья репутация в обществе сейчас на высоте. Люди знают о твоих взглядах и о том, что вы с Дафной помогали в приютах и больницах после войны. Ты — отличный шанс для того, чтобы восстановить репутацию.       Астория возмущённо ахнула и сделала шаг назад.       — Даже не думайте об этом! Никто даже не знает о наших отношениях. И Драко бы так не поступил.       — Мама, папа, Драко правда гораздо лучше, чем вы думаете, — вмешалась Дафна, подойдя к сестре. — Я тоже сомневалась сначала, но он не плохой человек.       Родители удивлённо посмотрели на старшую дочь.       — Конечно, ты знала, — устало вздохнул Вальтер. — Но ты в любом случае будешь защищать сестру.       — Не тогда, когда ей что-то угрожает.       Это могло привести к ещё большей ссоре. Они будут спорить бесконечно, и каждый останется при своём… Астория ненавидела перепалки в семье. Они всегда казались противоестественными и больно ранили.       — Мне стыдно за то, что я лгала. Этого я совсем не хотела. И я понимаю, что вы волнуетесь за меня, но, пожалуйста, дайте Драко шанс… Поговорите с ним, узнайте. Он по-настоящему любит меня, а я люблю его. Пожалуйста, папа. Даже если это ошибка, пусть это будет моя ошибка.       Лицо её отца скривилось так, будто она сказала, что хочет бросить семью. Он встал с места и стал ходить по комнате, обдумывая что-то. Астория понадеялась, что это хороший знак… Но каждое следующее слово роняло сердце куда-то глубоко вниз, на острые камни.       — Мы с мамой почти никогда вам ни в чём не отказывали, но в этот раз придётся. Астория, я запрещаю тебе встречаться с Малфоем. Если узнаю, что видишься с ним, будут последствия.       Даже Элизабет удивилась словам мужа и растерянно прикрыла рот ладонью. Астория с болью смотрела на отца, сжимая ладонь Дафны. Он никогда ещё не звучал так строго, никогда не ставил такие категоричные ультиматумы. Она не хотела, чтобы дошло до такого. Было больно оттого, что она разочаровала родителей. Оттого, что они хотели разлучить её с Драко. Астория всех их любила… Почему они не хотели даже поговорить с ним?       — Ты учил бороться за то, что важно для меня. Драко важен, — на её глазах выступили слёзы. — И я не откажусь от него.       — А я не отступлюсь от своих слов. Малфой — плохой выбор для тебя, дочка, и я не позволю тебе разрушить свою жизнь.       Астория не успела возразить. Элизабет подошла к дочерям и сказала:       — Нам стоит поговорить, когда все успокоятся, так что идите спать, девочки. Уже поздно. Мы все устали и только наговорим друг другу гадостей…       Дафна кивнула и потянула за собой Асторию, которую резко покинули силы и для сопротивления, и для слов. Сестра гладила её по спине, и Тори знала, что как только они дойдут до спальни, она расплачется. Кто же ожидал, что будет так больно?

***

      День Драко не задался с самого утра. Сначала кошка разбудила в пять утра, пройдясь по его голове, потом его подняли в семь. В редкий выходной. Он открыл глаза от непонятного шума и понял, что в дверь настойчиво стучат. Драко застонал и закрыл уши руками, надеясь, что незваный гость уйдёт, но звук продолжался с большей силой. Тогда ничего не осталось, кроме как подняться и, проклиная весь мир, пойти к двери.       — Кто-то умер? — мрачно спросил он, когда за дверью увидел своих родителей, лица которых не выражали ничего кроме глубокой скорби.       — Хуже, Драко! — резко сказал его отец и сунул ему в руки газету. — Это правда?       Драко опешил так, что едва не выронил прессу. Родители быстро просочились внутрь квартиры, а он не успел ничего сделать. С тяжёлым вздохом посмотрел на газету и понял, что спокойная жизнь подошла к концу. На первой же странице красовался заголовок о том, что у него и Астории роман. Драко мысленно выругался. Значит, весь свет уже знал об этом. И её родители тоже.       — Правда, — спокойно сказал он, посмотрев на родителей, которые даже не надели мантии для выхода. Примчались сюда как только получили утренний выпуск.       — Драко… Это ведь несерьёзно, правда? — осторожно спросила Нарцисса. — Мы понимаем, что в молодости хочется повеселиться. Ты ведь не рассматриваешь брак с ней? Это просто развлечение?       Если бы они только знали, что кольцо, с которым он будет делать предложение, спрятано в комоде позади… Но от такой новости их точно хватит удар. Драко провёл их в гостиную.       — Это серьёзно, мама. Что не так с Асторией? Она ведь даже чистокровная.       Нарцисса охнула и села на диван, а Люциус недовольно нахмурился.       — Уизли тоже чистокровные, но ты прекрасно знаешь, что есть другие чистокровные. И вообще, говоришь так, будто связал бы жизнь с… Нечистокровной.       — Не связал бы, ведь у меня есть Астория, — усмехнулся Драко.       — Пожалей нервы матери. Прекрати нести чушь и этот роман немедленно.       Драко на секунду прикрыл глаза, сдерживая себя от резкого ответа. Когда его будили раньше положенного времени, настроение оставалось скверным на весь день. Вчера он провёл чудесный вечер с Асторией. Почему именно сегодня нужно было выйти этой статье?       — Нет.       — Она тебе не пара. Гринграссы — не та семья, с которой стоит связываться. Они никогда не поддерживали наши ценности.       — Может, поэтому я и влюбился в неё, — пожал плечами Драко. Его слова вызвали у родителей ещё больший шок.       — Ты лжёшь… — Люциус покачал головой. — Ты бы не сказал этого на полном серьёзе. Она заморочила тебе голову.       — Давайте признаем, последние несколько лет… Вы не знаете, что я могу сказать, а что нет.       Вот что раздражало его сильнее всего. После всего отец считал, что они должны жить так, как раньше. Словно эти взгляды и образ жизни не погубили семью… Он всё ещё считал их правильными, а ведь Ордену ничего не стоило оставить их в Азкабане до конца жизни.       Драко не сразу начал так думать и уж тем более не стал святым. Первое время он ненавидел все стороны и, конечно, себя. Он не поменял отношение к статусам крови, даже не думал ничего менять. Однако в нём проснулись чувство вины и жалость, и он чуть не сошёл с ума от этого. Постоянно думал о тех, кто погиб и остался жив. Благодаря им Драко не гнил в Азкабане. Да, его ненавидели, но… У них были для этого все причины. Медленно Драко понял, что всё, чему его учили, состояло лишь из неприязни и предубеждений. Пошёл учиться туда, где смог наглядно увидеть, что кровь у всех одинаковая. А потом пришла Астория и перевернула его мир полностью.       — Я знаю, что ты злишься на нас, — сказал Люциус. — Знаю, что мы совершили ошибку, но это не повод отказываться от наших традиций и связывать жизнь с любительницей маглов. Она ведь их любит, так? Неужели ты с этим согласен?       — Она в них заинтересована.       — И не только это… — вмешалась Нарцисса. — Такие взгляды сейчас в моде. Но ведь она ужасно груба и прямолинейна. Я слышала, что в прошлом месяце…       — Мистер Паркинсон говорил крайне неуважительно, а Астория не стесняется отстаивать своё мнение.       — Но такое поведение не подходит будущей миссис Малфой.       — Оно подходит мне, и это главное, — Драко твёрдо посмотрел на родителей. — Я люблю её.       Возможно, самая откровенная вещь, которую он сказал им за последние годы. Драко вдруг усмехнулся, подумав о том, что Астория была бы горда, узнав, что говорили о ней его родители.       — Ещё и улыбается… — вздохнул Люциус так, словно разговаривал с несмышлёным ребенком. — Нет, так не пойдёт. Ты не можешь встречаться с этой девушкой. Есть куда более подходящие нашему миру.       — А как насчёт подходящего мне? Разве моё счастье не важнее всех этих традиций и правил?       — Мы твои родители, Драко, и хотим тебе только счастья. Ты ошибаешься, если думаешь, что эта девушка принесёт его тебе. Мы лучше знаем, что нужно тебе и нашей семье. Ты сам не свой, а потому делаешь неправильные выводы. Покинул родовое поместье, отказался от карьеры в Министерстве, не интересуешься семейными делами, работаешь непонятно кем… Завёл кошку! А теперь и это. Мы сохранили род Малфоев не для этого.       — Я не хочу с вами ссориться, поэтому прошу передумать. Астория — прекрасная девушка, которая делает меня счастливым.       — Я слишком многое позволил тебе, и это зашло слишком далеко. Если не закончишь эти отношения, я не буду просить так любезно.       — Люциус, помягче… — нахмурилась Нарцисса.       — Ты же не хочешь, чтобы он женился на предательнице крови, правда? — повернулся к ней муж, и она поморщилась. — Мы слишком мягко относились к нему эти годы.       Драко закатил глаза. Во-первых, он не верил, что отец далеко зайдёт. Он не сделает ничего, что бы навредило ему, только если не будет думать, что это к лучшему… Во-вторых, не было ничего, на что он бы мог повлиять в жизни Драко.       — Значит, каждый останется при своём мнении.

***

      А дальше последовало много писем. Бесконечные письма от родителей, которые продолжали просить и давить. Письма от Астории. Она попросила Драко не приходить к её отцу и дать возможность самой переубедить родителей, когда их эмоции немного улягутся. Драко согласился. Её семья ассоциировалась у неё только с тёплыми чувствами, и она очень их любила. Наверняка Астория найдёт с ними общий язык или они сдадутся перед дочкой. Так думал Драко, пока её письма не стали звучать грустно. Как будто надежда медленно угасала.       Они не виделись уже неделю и от того, что разлука была вынужденной, она ощущалась ещё тоскливее. Он мечтал обнять Асторию, услышать голос. Обычно они встречались после работы и каждые выходные, но эта неделя… Она писала, что этот февраль казался ей самым холодным за всю жизнь. Драко испытывал то же самое. Она каждый день пыталась убедить родителей, родители Драко — его. Он читал грустные строчки возлюбленной и еле сдерживал себя от того, чтобы наведаться к ней домой. Астория не должна была грустить…       Наконец, ему надоело сидеть сложа руки. Его родители не принимали Асторию из-за её мировоззрения. Ей не нужно было доказывать им что-то. А вот её родители не принимали Драко из-за прошлого. Считали его плохим человеком, и все поводы так думать были весомыми. Он не мог позволить Астории и дальше его оправдывать.       И вот ранним утром Драко отправился в Министерство, желая показать мистеру Гринграссу, что он изменился и позаботится о его дочери. Он бывал здесь редко и исключительно по неприятным поводам. Кто же знал, что самым пугающим станет визит к отцу Астории? Он не мог уснуть всю ночь, репетируя в голове слова, которые скажет, и всё равно они не звучали достаточно хорошо. Мистер Гринграсс был любящим отцом. Драко знал, что будет сложно.       В приёмной на него посмотрели странно. Наверняка уже знали слухи и теперь предвкушали драму… Что ж, главное, чтобы мистер Гринграсс не развернул его ещё на пороге. Драко даже удивился, когда он согласился принять его.       Отец Астории сидел в кресле за столом, скрестив руки на груди. Он был деловым человеком и выглядел соответствующе. Идеально сидящий костюм, порядок на рабочем месте. В углу стояла рамка с колдографией его семьи. Мистер Гринграсс совсем не скрывал раздражения, с которым смотрел на только что вошедшего Драко. Последний чувствовал себя добычей.       — Кого я вижу… И зачем ты пришёл?       — Здравствуйте, мистер Гринграсс. Нам надо поговорить. Об Астории, — уверенно сказал Драко. — Я понимаю, почему вы не одобряете наши отношения, но прошу передумать. Я люблю её.       Вальтер хмыкнул.       — Если бы тебя волновало моё одобрение, ты бы пришёл ко мне сразу. Кажется, ты совсем о ней не думаешь.       — Астория попросила подождать, только поэтому я…       — О, теперь ты прикрываешься моей дочерью.       Драко опешил от этого обвинения. Мистер Гринграсс выворачивал слова наизнанку и что-то подсказывало, что так пройдёт весь разговор. И как его угораздило влюбиться в папину дочку?       — Ни в коем случае. Вы думаете, что я плохой человек, и у меня действительно не так много поводов для гордости, но я искренне люблю Асторию и всё сделаю для неё. Дайте мне шанс.       Её отец пристально смотрел на него, словно пытался поймать на лжи. Драко не отводил взгляда, стараясь выглядеть как можно увереннее, хотя жутко нервничал.       — Судя по тому, что твоя семья против Астории, ты не используешь её, чтобы пытаться восстановить репутацию. А, может, вы хотите, чтобы все так думали… В любом случае, я всё узнаю, — Драко хотел возмутиться, но мистер Гринграсс остановил его жестом. — Если хочешь получить шанс, ответь на мои вопросы.       Ему так и не предложили сесть. То, что он согласился на разговор, не было компромиссом. Но Драко кивнул и приготовился отвечать.       — В том, как тебя воспитали и что вложили в голову, твоей вины нет. Что не оправдывает многих твоих поступков… Астория уверяла меня, что ты изменился, но даже если это правда, это не умаляет и половины моих беспокойств. Твоя семья против вашего союза.       — То, с кем я встречаюсь — моё дело, и их мнение не играет роли.       — Пока не играет, — поправил его Вальтер. Драко нахмурился. — Твой отец ещё не препятствовал никак кроме слов, правда? Он может принять другие меры. Что если он заставит тебя выбирать?       — Мои родители — сложные люди, но не настолько. А если так случится, я выберу Асторию.       — Твой отец всегда использовал все методы, чтобы добиться цели. Если он отрежет тебе путь к деньгам, как ты обеспечишь мою дочь?       — Я работаю.       — Твоя зарплата никогда не приблизится к тому, сколько зарабатывает Астория. Смирится ли с этим твоё эго?       — Мне всё равно.       Единственное, что волновало Драко в заработке Астории — то, что она не хотела зарабатывать так. Его раздражали вопросы её отца, и он внезапно почувствовал торжество от того, что знал о ней что-то неизвестное мистеру Гринграссу. Конечно, он волновался за дочь, но как не мог увидеть, что Драко готов на всё ради Астории? Она была его лучшим другом, поддержкой и женщиной, которую он боготворил. Решение о том, кого он выберет в случае, если его поставят перед выбором, было принято давно, ещё после первого разговора с Дафной. И его отец, всю жизнь любивший одну женщину, должен будет понять, в кого пошёл сын.       — Хорошо, — кивнул мистер Гринграсс, но Драко показалось, что ему совсем не поверили. — Предположим, что твои родители уступят. Но они никогда не полюбят Асторию. Из-за этого будут ссоры, давление, упрёки. Они будут давить на неё. Ты сможешь защитить её? Постоянно идти против родителей? Прекратить с ними контакт, если того потребует ситуация?       — Смогу.       Мистер Гринграсс посмеялся и покачал головой.       — На словах это просто, а на деле… Многим не хватает или духу, или любви. Ты этого не сделаешь. Так что советую покинуть мой кабинет и не приближаться к Астории.       — Мистер Гринграсс, вы не можете вот так делать выводы обо мне, — почти с отчаянием сказал Драко, но его собеседника это никак не проняло.       — Я её отец и вижу, что ты недостоин её.       Как добиться благословения, когда его не примут, что бы он не сказал? Драко не знал от чего разочаровался больше: от тона собеседника или от самого себя. Он допустил ошибку или шанса не было с самого начала? Мистер Гринграсс твёрдо смотрел на него. Неужели ожидал, что Драко отступит?       — Я искренне люблю вашу дочь, а она меня. Мы не сдадимся. И даже если я не смогу получить ваше благословение, женюсь на ней и сделаю счастливой.       Мистер Гринграсс поражённо ахнул и встал из-за стола. Теперь он выглядел разъярённым…       — Вдруг заговорил о свадьбе! Нет, этому точно не бывать. У меня всего две дочки, и я не выдам их замуж за мальчишек, которые думали, что можно убивать людей ради своих убеждений. Как на Асторию будут смотреть, когда она представится твоей фамилией? Как будут относиться к вашим детям? Как я могу отпустить её в семью, где есть не одумавшийся Пожиратель Смерти, который до сих пор желает смерти таким, как Астория?! Я не уверен даже в том, что ты защитишь её от простых слов, не говоря уже о чём-то более серьёзном!       Пока он говорил, подходил к Драко всё ближе, а тот пятился назад, пока не уткнулся спиной в дверь. Но несмотря на то, что мистер Гринграсс уже вышел из себя, Драко не хотел сдаваться.       — Клянусь, я не дам её в обиду.       — Не испытывай моё терпение и проваливай, — мистер Гринграсс схватил его за ворот и, открыв дверь, вытолкнул Драко из кабинета.       Как только дверь захлопнулась у него перед носом, он начал стучать. Он не заботился о том, что люди видели как его вышвырнули. Драко стучал и старался докричаться до будущего тестя.       — Я приду снова! И буду приходить, пока вы не одобрите наш союз!       Он с досадой ударил по двери ещё раз, после чего резко выдохнул и развернулся.       Его не так просто спугнуть.

***

      Астория устала. Она и раньше без особого удовольствия занималась отцовскими делами, а теперь это давалось ещё труднее. Переживания и плохой сон делали своё дело. Только утро, а она уже еле переставляла ноги. Стопка документов казалась тяжёлой. Каждый день Астория шла к папе в надежде, что тот поменяет мнение, но он был таким же упрямым как она. Дафна поддерживала её и тоже пыталась поговорить с ним, но его это только больше злило. Мама старалась держать нейтралитет, но девочки знали, что она соглашалась с мужем. Последний раз в их доме такая неприятная атмосфера царила лишь во время войны, но тогда они хотя бы держались сплочённо.       И почему её отец так сильно не хотел верить в то, что она влюбилась в хорошего человека? Асторию ранило то, что он не воспринимал её мнение всерьёз. После мысли об этом каблуки застучали ещё громче. Она почти попала в отдел, где часть недели работал отец, как вдруг услышала официальное обращение к себе. За ней шёл никто иной как Люциус Малфой. Астория остановилась, удивлённая и заинтригованная. Очевидно, что то, что он скажет, её не обрадует, да и говорить с ним желания не было, но раз уж это отец Драко…       — Мистер Малфой, добрый день. Не ожидала встретить вас здесь.       — Поверьте, мисс Гринграсс, если бы не необходимость, меня бы здесь не было. Мой сын игнорирует письма, и вы тому виной.       Астория приподняла брови, удивившись его заявлению.       — Я не распоряжаюсь его корреспонденцией. Как же я могу быть виноватой?       Он усмехнулся так, будто она не понимала очевидного.       — Вы плохо на него влияете.       — Драко так не считает, — Астория приторно сладко улыбнулась.       — Конечно, ведь вы охмурили его! Я прошу вас оставить моего сына в покое. Вы не пара друг другу. Он женится на более… подходящей девушке.       Улыбка пропала с её лица, и она скрестила руки на груди.       — Вы правда надеетесь, что я вот так по вашей просьбе брошу человека, которого люблю?       Люциус посмеялся, что разозлило Асторию ещё больше.       — Вы думаете, что это любовь? Это чувство строится и проверяется годами. То, что между вами — мимолётное увлечение. Вам интересен Драко, потому что он другой, и ему интересны вы, потому что с таким он ещё не сталкивался. Поверьте, ваши убеждения скоро начнут отталкивать его.       Она понимала, почему отношения Драко с родителями ухудшились после войны… Они совсем не понимали, что сын изменился. Или не хотели этого признавать, надеясь, что он станет тем, кого они растили. Но Драко не мог стать прежним. Слишком многое он увидел и осознал за войну и годы после неё. Разочаровался в себе и своей семье. Страдал. Астория своими глазами видела, что ненависть к себе заставила его сделать. Сейчас он чуть больше считал, что заслуживал счастья, и она намеревалась доказывать ему это и дальше.       — Вы совсем не знаете Драко, мистер Малфой, — грустно сказала она. — Он давно не тот, кем вы хотите его видеть. И то, что вы от него ждёте, не принесёт никому счастья.       — Традиции существуют не просто так, и я не позволю кому-то нарушить то, чего наша семья придерживалась веками, — упрямо продолжал Люциус. — Мисс Гринграсс, выполните мою просьбу по-хорошему.       — Иначе?..       — Иначе ваш отец узнает, где вы находитесь по вторникам и пятницам.       Его слова вызвали у Астории лишь смех. В эти дни она ходила в ателье, где училась шить. Досада на лице мистера Малфоя порадовала её ещё больше.       — Вы правда решили угрожать мне отцом, которого я не боюсь? Есть причины, по которым он не знает о моём хобби, но они не заставят меня расстаться с Драко.       — Что ж, мы могли бы решить вопрос иначе. Сколько или что вы хотите?       — Я хочу руку и сердце вашего сына, — с лёгкой улыбкой сказала Астория, и это вывело Люциуса из себя.       — Несносная девчонка…       — Я люблю Драко, мистер Малфой, и ничто не изменит этого. Все претензии по поводу наших отношений высказывайте ему, а меня не трогайте. Но боюсь, ответ Драко вам тоже не понравится.       Не попрощавшись, она развернулась и пошла прочь от неприятного собеседника. Вероятно, в прошлом его манипуляции были бы искуснее, а угрозы, по крайней мере, испугали бы её, однако сейчас почти вся сила Люциуса Малфоя иссякла. Его слова больше не имели прежнего веса.       Он ещё кричал ей что-то вслед, но Астория уже скрылась за поворотом. И, кажется, жизнь решила наградить её за встречу со свёкром, потому что навстречу шёл Драко. Раздражённый и злой. Эти эмоции исчезли как только он увидел её. Он улыбнулся и встретил её крепкими объятиями. Астория едва не выронила бумаги, потому что хотела обхватить его за шею, но вовремя вспомнила, что руки заняты.       — Что ты здесь делаешь? — спросила она, а Драко молча поцеловал её. Астория с радостью ответила, ведь мечтала об этом всю неделю.       — Я приходил к твоему отцу.       — О, Мерлин, правда? И как прошло?       — Что ж… — медленно протянул Драко, отведя взгляд в сторону. — Я жив, так что неплохо. Но своего мнения он не поменял.       Астория вздохнула и обняла его одной рукой. Она оценила его инициативу не только потому, что он защитил их отношения. Она прекрасно знала каким мог быть её папа в гневе, особенно когда он думал, что кто-то угрожает его семье. Отчасти поэтому ей хотелось разобраться со всем самой. На семью он никогда не злился.       — Спасибо, что попытался. А твой отец только что пытался меня подкупить.       И пусть Астория сказала это с улыбкой, Драко удивился и, разорвав объятия, серьёзно посмотрел на неё.       — Он делал что?       — Не волнуйся, это просто глупые попытки нас разлучить, — она взяла его за руку. — Лучше сбежим куда-нибудь на пару часов. У меня уже нет сил быть вдали от тебя.       — Разве тебе не надо к отцу?       Она на секунду задумалась и осмотрелась. Мимо них как раз пробегала запыхавшаяся девушка.       — Кассандра! — позвала её Астория. Девушка остановилась и, когда увидела того, кто стоял рядом с Тори, выпучила глаза от удивления. — Не передашь бумаги моему отцу?       — Конечно, — она забрала стопку документов и хитро посмотрела на Асторию, которая усмехнулась в ответ. — Всё правда, значит?       — Ты, кажется, опаздывала?       Кассандра закатила глаза и убежала. Астория посмеялась и потянула Драко в коридор, который вёл к каминам.       — Но сбегаем мы ко мне в квартиру, — Драко поёжился, вспомнив о том, какой мороз стоял на улице.       — Кто-то испугался небольшого снега? — коварно спросила Астория.       На самом деле, «небольшой снег» был метелью, и какой бы смелой она не была, сказала это только чтобы подшутить на Драко. Поэтому через полчаса Астория, завернувшись в плед, довольно расположилась на его диване. Дейзи лежала у неё на коленях и мурчала, подставляя лоб под нежные пальцы. В камине трещал огонь, а на кухне кипел чайник. Уже давно Астория чувствовала себя здесь как дома, а уходить становилось всё сложнее. Как-то незаметно для них её вещи заняли приличную часть пространства. Она купила этот плед, ту вазу и скатерть… Раньше Драко было не до уюта, но теперь они старались облагородить его жильё.       Драко пришёл с двумя чашками ароматного чая и печеньем. Дейзи приоткрыла один глаз и довольно посмотрела на хозяина. Астория смотрела ровно также. От этого сходства он улыбнулся.       — Она скучала по тебе.       — Я тоже, по вам обоим.       Драко сел рядом и приобнял её. Они откинулись на спинку дивана, и Астория положила голову ему на плечо. За прошедшую неделю он понял, что не предметы делали его дом уютным, а её присутствие. То, как она обнимала его по ночам, напевала что-то под нос, когда думала, что никто не видел, часами шила что-то, сидя за его столом. Без неё было пусто.       — И как мы будем выбираться из этой ситуации?.. — со вздохом спросила она.       — О моих родителях не думай. Я не позволю им беспокоить тебя, — тихо сказал Драко, гладя её по руке. — А твоих я уговорю.       — Как-то странно получается. Я люблю своих родителей, и мы пытаемся переубедить их. И ты любишь своих, но им мы не пытаемся что-то объяснить.       — Твои против меня, потому что переживают за твою безопасность. Мои же… Ты знаешь. И да, я люблю их, но не так слепо, как в детстве. Теперь я вижу, что они во многом не правы, и не позволю диктовать, как мне жить. Особенно, когда я нашёл самое важное.       Он поцеловал Асторию в лоб, сказав это, а она чуть не запищала от умиления. Иногда Драко умел быть исключительным романтиком и говорить такие слова, от которых у неё подкашивались ноги. И этот человек говорил когда-то, что не знает, как вести себя в отношениях!       — Если ты скажешь что-нибудь такое перед моим отцом, он будет более благосклонен.       — Боюсь, для него понадобятся не слова, а время… — он покачал головой. — Если мои родители скажут тебе что-то или как-то побеспокоят, сразу говори мне.       — Почему ты так волнуешься? — Астория прекрасно слышала эту обеспокоенную интонацию. — Я могу заступиться за себя, да и гадости я слышу не впервые. Они не побеспокоят меня.       — Я не сомневаюсь в тебе, но они умеют надавить, и я не хочу, чтобы ты сталкивалась с этим.       — Спасибо, — мягко прошептала она, прижавшись к Драко покрепче. Её не заботило то, что могли сделать его родители. Того, что он готов защищать её, было достаточно.       А Драко думал о том, что его отец уже пытался вмешаться в их отношения через Асторию, и от этого становилось не по себе. Он вспоминал слова мистера Гринграсса и начинал сомневаться в себе. Не в намерениях, но в способностях. Сможет ли он защитить её? Как бы не хотелось думать о своём отце лучшее, в голову лезли плохие мысли. Он не был хорошим человеком и совершал ужасные поступки. Мог ли Драко быть уверен, что он не опустится до угроз и манипуляций? Остановит ли его любовь сына?       Он смотрел на Асторию, которая умилённым голосом разговаривала с кошкой и тискала её, и эта картина возвращала ему спокойствие. Сейчас он подарит ей ткань, которую купил вчера, увидит её светящиеся радостью глаза и следующий час они проведут, кутаясь в плед. Драко обязательно защитит её и свет, который она принесла в его жизнь.       За окном свистел ветер, снег налипал на стекло, но вдвоём Астории и Драко было тепло.

***

      Неделю назад она расставалась с Драко, думая, что всё будет хорошо. Папа, конечно, ругался, когда она вернулась домой, но Астория не чувствовала ничего, кроме нежности и уверенности, что скоро проблемы останутся в прошлом. Но сегодня сердце затопила бесконечная тоска. И так продолжалось уже пару дней. Он не отвечал на её письма. Сначала она подумала, что Драко заработался. Такое случалось после тяжёлых и ночных смен, когда всё, на что у него хватало сил — дойти до кровати и уснуть. Но он отвечал, когда просыпался, а в этот раз… Третий день тишины.       С ним ничего не случилось. Дафна рассказывала, что вчера он виделся с Блейзом. Почему же Драко не отвечал ей? Могло ли ему надоесть бороться с их родителями? Вдруг он передумал? Она старалась убеждать себя, что это стечение обстоятельств и скоро он напишет, но тревога, которая усугублялась конфликтами с родителями, делала своё дело. За ужином Астория едва прикоснулась к еде. Ей не хотелось показывать эмоции родителям, но они знали её лучше, чем кто-либо. Она просто надеялась, что они не заговорят об этом. Им о причине её грусти стоит знать в последнюю очередь.       Она сидела на подоконнике и хмуро смотрела в холодную темноту за окном. Вдруг раздался стук. Астория вяло ответила «войдите» и даже не обернулась, чтобы посмотреть, кто вошёл.       — Тори, — раздался тихий голос её отца. — Ты быстро ушла из-за стола.       Он держал в руках тарелку с куском её любимого пирога.       — Я не голодна.       — Я был слишком строг с тобой последние две недели… Прости. Мне стоило мягче донести своё мнение.       Он подошёл ближе. Астория грустно посмотрела на него.       — Почему Дафне можно встречаться с Блейзом, а мне с Драко нет? Он такой же чистокровный слизеринец и не отличался идеальным поведением в школе.       — Его мать никогда не поддерживала Сама-Знаешь-Кого. Было ли это потому что она не разделяла его взглядов или потому что она ненавидит мужчин, которые ей приказывают, я не знаю… В любом случае, миссис Забини всегда больше интересовалась искусством и похоронами своих мужей, чем убийством маглов. И Блейза она научила уважать женщин.       — Удивительная женщина, — пробормотала Астория. — Драко уважает меня. Мне хорошо с ним.       Мистер Гринграсс вздохнул.       — Ну, если ты так хочешь сомнительного аристократа, почему не выбрать Теодора Нотта? У вас когда-то была любовь и у него на руке нет метки.       — Папа, — с упрёком сказала она. — Эта любовь закончилась с первым выпавшим молочным зубом.       Её отец тихо посмеялся, потом снова вздохнул и погладил её по голове, как часто делал, когда она была маленькой.       — Я не хочу, чтобы ты потом страдала.       — Прими Драко, папа, пожалуйста, — Астория умоляюще посмотрела на отца, а по её щеке покатилась слеза. Сдавленным голосом она сказала: — Я люблю его.       — Я понимаю, доченька, — с сочувствием сказал Вальтер, который тяжело переносил женские слёзы. — Но его семья опасна… Тори, это очень тяжело — постоянно видеться с теми, кто будет ненавидеть тебя и упрекать. А они будут.       — Драко этого не допустит.       — Даже если он говорит так, это сложно. У нас были сложные отношения с твоими бабушками и дедушками. Вы с Дафной их совсем не знали. После твоего рождения мы прекратили всякое общение. Они доводили маму. И я, бесконечно её любя и зная, на что способны наши родители, чуть не упустил момент, когда могло стать слишком поздно. Я не заметил сразу.       — Я не буду молчать, если подобное произойдёт.       — Не сомневаюсь, но здесь главное то, как поведёт себя Драко. Он должен быть готов выбрать тебя, а я сомневаюсь, что он готов. Его родители скоро поставят ультиматум — ты или они. Тори, ты уверена, что любовь Драко достаточно сильна, чтобы выбрать тебя? — Астория опустила взгляд, не зная, что ответить. — Выбери кого-нибудь с семьёй попроще. Не загоняй себя в мир, из которого мы с твоей мамой выбрались. Я не хочу, чтобы через десять или двадцать лет ты поняла, что погубила свою жизнь. Пожалуйста, Тори.       — Спокойной ночи, папа, — просто сказала она, чувствуя, что этот разговор начал нестерпимо давить на неё. — Ты не знаешь его так, как я…       — Обижаешься. Я понимаю, но всё это для твоего блага, — Вальтер поцеловал дочь в макушку. — Не сиди допоздна.       Астория ничего не ответила. Она обижалась, но не злилась на него. Знала, что все его слова и упрямство исходили лишь из переживаний за неё. Он стоял на своём не потому что её непослушание задевало его гордость. Когда отец вышел из комнаты, Тори уткнулась лицом в колени и заплакала. Она устала от разногласий с родителями и разлукой с Драко. Ещё больнее было от того, что она выберет Драко, и отношения с мамой и папой испортятся окончательно. Как она могла не выбрать его? Астория любила. Её чувства не были чем-то мимолётным… Она была уверена, что хотела провести с ним жизнь. Людям не часто давался шанс на любовь. И сами родители учили её следовать за своим сердцем и держаться за такие чувства, если они появятся.       Астория была уверена в себе и, несмотря на то, что не ответила на вопрос папы, в Драко тоже. Просто до этого момента она не думала о таких серьёзных вещах как ультиматум… Она не хотела, чтобы Драко выбирал между ней и родителями. Если она выберет Драко, её родители не вычеркнут её из их жизни. Может, перестанут разговаривать ненадолго, но не более… Но его семья была другой. Если он откажется от них, это будет навсегда. И как бы Драко не уверял её, что готов к этому, ему будет больно. Готовы ли они к такому? Готовы ли оставить всё друг ради друга? Не пожалеет ли он потом? Что, если их любовь всё-таки не такая сильная?       Он не писал ей, хотя не был занят. Почему? Именно сейчас, когда его письмо было бы так кстати… Астория всхлипнула и потёрла красные глаза. Она навестит его завтра и всё узнает. Делать выводы было рано. Так ей хотелось думать.       Как уважающая себя девушка, Астория поплакала ещё, обругала всех окружающих, решив, что они не стоят её переживаний, поплакала снова и съела пирог, который принёс папа. Полегчало.

***

      Этот день был худшим. Драко перелистывал страницы с явной агрессией, хотя Шекспир не был виновником его бед. Каждый день на протяжении недели он ходил к отцу Астории. Конечно, это выводило его из себя, и Драко замечал это, но не мог отступить. Сегодня ему запретили вход в отдел, где работал мистер Гринграсс. Драко чувствовал себя проигравшим.       Помимо этого, что-то странное творилось с Асторией. Вчера она прислала ему письмо, где спрашивала всё ли у него хорошо. Строчки были полны беспокойства. Драко не понимал в чём дело, ведь утром же отправил письмо, где рассказывал о своих делах. В ответ на беспокойные вопросы он написал послание, где предложил встретиться, назвал место и время. Только вот Астория не пришла. Драко ждал два часа на морозе, но она так и не появилась. Это было совсем не в её характере. Она злилась на него за что-то? Он отправил ещё одно письмо и теперь ждал ответа, в то же время думая о том, что стоило навестить её. Но если он заявится на порог Гринграссов, её отец скорее всего не оставит на нём живого места…       Отец перестал писать и приходить, зато за дело взялась мама. Сегодня они поссорились. Драко устал от всех родителей, ожидания и разлуки с Асторией. Хотел бы он, чтобы она сейчас сидела рядом и рисовала новые дизайны. Они бы легли спать вместе и уснули под звук ветра за окном… Ничего большего Драко не нужно было. Просто находиться рядом с ней.       Драко вздохнул, вспомнив, какой милой она была в домашнем, и вернулся к Ромео и Джульетте. Подумать только, читает магловские книги… Это тоже её проделки. Каким-то образом заманила его в их сюжеты. Он усмехнулся. Его предки сейчас переворачиваются в гробах. Драко осталось не так много до конца. История отдалённо напоминала их ситуацию и от этого завлекала ещё больше.       Когда Джульетта выпила снадобье, раздражённый Драко ещё надеялся на менее плохой конец, но когда Ромео выпил яд… Он захлопнул книгу и отбросил её в сторону.       — Какой бред! — возмущённо воскликнул он так, что спавшая Дейзи подпрыгнула на месте. — Нет, у нас до такого не дойдёт…       Драко резко поднялся с места и поспешил к комоду, где лежало то самое кольцо. Может, яд в их истории и не появится, но не исключено, что случится что-то ещё! Зачем они вообще пытались что-то кому-то доказывать и теряли время?       — И почему я медлил?.. — спросил он сам себя, смотря на коробочку, а потом надел пиджак и сложил её в карман, расположенный ближе к сердцу.       Уже через несколько минут Драко пытался залезть на балкон Астории. Её спальня располагалась на втором этаже особняка и добраться туда было не так просто, как казалось на первый взгляд. Мысль о том, что он собирался сделать, заставляла забыть об инстинкте самосохранения и подгоняла. Он преодолел половину пути, когда дверь открылась и на балкон вышла ошарашенная Астория в ночном платье и с палочкой в руке. Подбежав к перилам, она увидела Драко и ахнула.       — Что ты делаешь?! Ты же упадёшь!       — Я почти залез!       Ещё несколько минут мучений Драко и волнений Астории, протянутая рука, и он, наконец, добрался. Он тут же повёл её внутрь.       — Заболеешь ведь раздетая…       — Я не успела одеться! Думала, ко мне лезет вор. Кто же ожидал, что это ты? — она, смешно нахмурившись, принялась смахивать снег с его волос и мантии. — Что случилось?       — Я читал «Ромео и Джульетту», — невозмутимо сказал он, на что получил шокированный взгляд.       — И решил повторить сцену с балконом? Надеюсь, моментом, где оба умирают, ты не вдохновился?       — Она тоже умрёт?!       — О, ты ещё не дочитал? Прости… — Астория прикусила губу. — В любом случае, почему не взял метлу? И почему ты здесь?       — Во-первых, у меня дома метлы нет, а родители знать о моём визите не должны. А во-вторых… — он сбросил холодную мантию и прижал её к себе, запустив пальцы в шелковистые волосы. — Я до ужаса соскучился.       Она закрыла глаза и улыбнулась, позволяя себе раствориться в нём ненадолго.       — Но это не главное, — вдруг сказал Драко, отстранив её от себя. Он всем своим видом старался не выдавать волнение, но не мог сдерживать резкие движения. Астория ждала продолжения, а он ненадолго замер, рассматривая её. Кружевное платье молочного цвета красиво облегало её фигуру, и Драко не мог не думать о том, как бы ей пошёл свадебный наряд. Даже готовящаяся ко сну она выглядела прекрасно. — Если честно, я уже больше месяца думал об этом и искал подходящий момент, а сегодня понял, что теряю драгоценное время.       — Драко?.. — неверяще пробормотала Астория и прикрыла рот ладонями, когда он достал из кармана коробочку и опустился на одно колено.       — Я бываю идиотом, и твой отец прав: я не завидный жених. Моя семья — не лучшие люди, и мы до сих пор разгребаем то, что натворили. У меня всё ещё есть кошмары, плохие дни и люди, которые хотели бы мне навредить. Но я люблю тебя. Мне кажется, моё сердце никогда не любило так, как сейчас. Ты оживила меня и показала свет, до которого я никак не мог дотянуться. Я хочу быть рядом, поддерживать тебя и делать счастливой. И я хочу этого навсегда, потому что уверен, что ты та самая единственная. Ты согласишься стать моей женой?       — Соглашусь, — растроганно сказала Астория и упала на колени перед ним. Она обняла его за шею и поцеловала.       Когда они отстранились друг от друга, Драко зачарованно посмотрел в её довольные глаза и обнял ещё раз.       — Ты согласилась выйти за меня, — прижимая её к себе, прошептал он, словно только что осознал этот факт. Хотелось надолго вот так замереть. — Мы поженимся.       — Да… Я тоже бесконечно люблю тебя. И, кажется, ты должен надеть это кольцо мне на палец.       Драко спохватился и поспешил выполнить должное. Астория смотрела то на кольцо, то на него, и улыбалась ярче, чем когда-либо. Но он заметил кое-что странное…       — Ты плакала?       — О, я разговаривала с папой, и ты не писал… Почему ты, кстати, не отвечал? Я вся извелась.       — Что? — его глаза округлились от удивления. — Это ты перестала мне отвечать и не пришла на место, где я попросил встретиться…       — Какое место? В смысле «перестала отвечать»? Я писала тебе, но не получала ответа…       — А я писал тебе и тоже ничего не получал.       Астория нахмурилась и возмущённо воскликнула:       — Это родители! Кто-то из них перехватывал наши письма.       Драко тяжело вздохнул и разочарованно покачал головой.       — Конечно, кто ещё…       — Я убегу с тобой сегодня же, — вдруг сказала Астория.       — Сегодня?       — Они ни за что не позволят нам пожениться. Если мы скажем, нам точно помешают, раз уж они опустились до того, чтобы забирать письма. Лучше втайне и поскорее… На этой неделе?       Драко кивнул и поцеловал её руку, на которой было надето кольцо. Идея ему нравилась.       — Я обещаю быть хорошим и верным мужем.       — А я обещаю быть хорошей и верной женой, — ласково прошептала Астория, чувствуя, что её сердце впервые за несколько дней стучало совершенно спокойно.