Глава 4
29 апреля 2025 г., 18:56
Единственной, кто в любой момент довольствовалась жизнью, была Дейзи. Всё, что нужно ей для счастья — мягкий плед и вкусная еда. И сейчас, как всегда, она растянулась на кровати и смотрела то на Асторию, лежавшую на животе, то на Дафну, мерившую комнату шагами. Настроение обеих оставляло желать лучшего. Происходил настоящий мозговой штурм.
— И в Шотландии пробовали? — напряжённо спросила старшая.
— Да… — Астория уткнулась лицом в матрас и зарычала. С момента, как она покинула дом, прошло две недели. — Там постарался папа.
Она нисколько не жалела, что ушла из дома. Они с Драко хорошо знали друг друга, и Астория считала само собой разумеющимся, что скоро они поженятся. А вот он, оказывается, долго мучился, не зная, ответит ли она согласием, хотя они говорили о том, что хотели бы провести жизнь вместе. Так что решение не было таким уж спонтанным. Никаких сюрпризов от совместной жизни не появилось. Но кое-что, портившеее настроение, всё же происходило… Астория тосковала по семье. Она всё ещё работала на отца, но всё передавала через Кассандру, а если и пересекалась с ним, то они многозначительно молчали. Он обижался на её побег, она пыталась понять он ли перехватывал её письма.
Но самым раздражающим фактом стала новость, которую они узнали на следующий день после побега. Их родители как-то узнали о плане пожениться и теперь со свадьбой тут и там возникали сложности… Никто не хотел их женить. И Люциус, и Вальтер постарались на славу, задействовав все имеющиеся связи.
— Они что, подговорили всех в Соединённом Королевстве?.. — пробормотала Дафна и села рядом с сестрой. — По-моему, это уже простое упрямство.
— Мы всё равно найдём того, кто нас поженит. И пусть родители никогда не заговорят со мной снова, я не отступлю, — Астория подняла голову, чтобы сказать это, но сразу уронила её на подушку. — Мы никогда так не ссорились.
Дафна улыбнулась и погладила её по спине. Она всегда была спокойнее младшей сестры.
— Они переживут. Подуются немного и примут то, что не могут повлиять на твой выбор. В конце концов, они тоже когда-то пошли против своих родителей.
— И никогда больше не общались с ними…
— Не драматизируй, у нас совсем другая ситуация, — Дафна закатила глаза. Она стала в семье символом мира, общаясь и с родителями, и с Асторией. Первым она сообщала о том, что у Тори всё прекрасно, а второй — о том, насколько разочаровались родители и разочаровались ли вообще. Но Дафна так не думала. Переживали и злились — да, но разочарования не было. Мама, казалось, наблюдала за ситуацией с некоторым интересом, словно уже поняла, что Драко не так плох. — Лучше расскажи как вы тут уживаетесь.
Астория перевернулась на спину и, наконец, на её лице появилась улыбка. Никакие проблемы и препятствия не сравнятся с тем, что теперь они с Драко жили вместе. Эти две недели совместной жизни прошли так естественно, будто ничего не изменилось. Наверняка они ещё найдут то, в чём придётся искать компромиссы, но пока что Астория только радовалась.
— Я думаю, это то, что имеют в виду родители, когда говорят про любовь, — усмехнулась она. — Если бы я не была в этом уверена, не согласилась бы бежать и выходить замуж. Он очень заботится обо мне. Не просто как о девушке, которая нравится. Как о ком-то дорогом и очень важном. И я тоже очень люблю его.
— До сих пор не верю, что всё так вышло… Драко редко улыбается, кажется отстранённым, а ты просто солнышко.
Астория пожала плечами.
— Он не был груб ко мне при первой встрече, поэтому я была открытой. Но доверие появилось не сразу… Оно строилось постепенно. Для него это было непросто, так что никакой любви по щелчку пальцев, — она посмотрела на сестру каким-то зачарованным взглядом. — Я стала больше отдыхать. Драко всегда напоминает, когда я слишком глубоко ухожу в работу, и готовит мне поесть, когда я особенно занята.
Никогда ещё Дафна не видела сестру такой умиротворённой в отношениях. Влюблённой и чересчур радостной от первых впечатлений? Да. Но в те разы ей не хватало спокойствия, которое находишь, встречая своего человека. Каким бы странным явлением не были отношения Драко и Астории, оно пошло обоим на пользу.
— Если он уговорит тебя уйти из компании, я больше никогда не буду задавать вопросы о том, как вы полюбили друг друга.
— Перестань, — Астория шутливо толкнула Дафну, но внутри неприятно скрутило. — Ты знаешь, я не уйду. Особенно сейчас. Папе не нужен ещё один удар.
Дафна многозначительно посмотрела на сестру и тяжело вздохнула. В упрямстве они с отцом определённо стоили друг друга. Астория отвела взгляд и посмотрела на часы. Драко вот-вот придёт с работы.
— Ты сделала выбор в пользу Драко, потому что любишь его. А этот выбор в пользу тебя самой, потому что ты должна любить и себя.
— Посмотрите кто включил старшую сестру, — Астория отмахнулась, но знала, что Дафна права. Об этом она подумает после того, как разберётся с браком. Возможно.
Послышался звук от входной двери. Обе сестры в ожидании следили за дверью в спальню и ждали появления Драко. А он не просто шёл к ним, он бежал…
— Я знаю, кто может нам помочь! — с криком вбежал Драко, но замер в проёме, увидев на кровати двух девушек и кошку. Все трое смотрели на него. — Я прервал какое-то очень секретное женское собрание?
— Кто может помочь? — Астория резко подскочила с кровати, проигнорировав его шутку. Драко улыбнулся, видя её настрой. Такое желание невесты выйти за него вызывало желание свернуть горы.
— Не факт, что станет помогать, но у неё есть опыт. Моя тётя.
— Тётя? Та самая, с маленьким мальчиком? — удивилась она. — Но вы никогда не общались.
К тому же, Астория помнила эмоции Драко после встречи с ней. Готов ли он снова испытать это?
— Попробовать стоит, — уверенно сказал Драко, взяв её за руку. Она без раздумий переплела с ним пальцы. — Мы поженимся, с кем бы не пришлось договориться.
— Не забудьте сообщить дату свадьбы подружке невесты, — сказала Дафна, чувствуя, что парочка забывает о ней. Она еле слышно посмеялась, глядя на их уверенные лица. Да, её сестра не ошиблась.
***
Тедди гостил у крёстного. В такие дни в доме воцарялась гнетущая тишина. Когда-то давно Андромеда наслаждалась отсутствием звуков, но сейчас это напоминало об её одиночестве. О том, кто был потерян навсегда… Сегодня почему-то вспомнилась сестра. Живая и невредимая, но такая же потерянная. Кажется, Андромеда видела её мельком после Битвы за Хогвартс, но те часы, наполненные скорбью, остались в памяти туманом. Из размышлений её вывел внезапный звон колокольчика. Что-то с Тедди? Нет, тогда Гарри бы переместился бы прямо в дом. К двери Андромеда шла растерянная, не понимая, кто мог заглянуть к ней. Каково же было удивление, когда на пороге она увидела племянника… С той самой девушкой, которая помогла найти Тедди полгода назад. Они явно торопились сюда, а в их глазах горела яркая решимость, хорошо знакомая Андромеде. Она не удивилась их отчаянной просьбе, ведь ещё тогда подозревала, что случится либо расставание, либо подобное. Она скорее удивилась, что обратились за помощью они к ней. В настолько безвыходном положении находились? И с чего бы ей помогать незнакомым людям? Андромеда смотрела на Драко, который, непривычно для Блэков и Малфоев, готов был умолять. Он крепко держал за руку невесту и иногда смотрел на неё, словно старался уверить, что всё будет хорошо. Астория же улыбалась ему, хотя сама переживала так, будто сейчас решалась их судьба. Видимо, так и было. Молодые, влюблённые и отчаянные. Она покинула дом ради него, он пошёл против семьи и многовековых устоев, в которых был воспитан. Смотря на них, Андромеда не могла не вспоминать свою молодость и Теда. Они были такими же — готовыми на всё ради совместного будущего. Побег из дома и изгнание из семьи едва ли были приятными воспоминаниями, но, разделив жизнь с любимым человеком, она впервые почувствовала себя свободной. Андромеда тяжело вздохнула от того, насколько одновременно радостными и печальными были воспоминания о муже, и впустила племянника и его невесту в свой дом. Тед одобрил бы…***
Дата свадьбы была назначена. Андромеда сумела найти того, кого не запугали их отцы. Совсем скоро они станут мужем и женой. Без громкой церемонии и лишь с несколькими гостями, но зато вместе и без каких-либо препятствий. Один дом, одна фамилия, одна семья. Обручальное кольцо на пальце ощущалось непривычно, но каждый раз, когда Драко смотрел на него, внутри что-то таяло. Интересно, не стало ли Астории хуже, пока он был на работе? Она заболела и, хотя жар спал, он всё же не мог не думать о её самочувствии. Особенно потому что она наверняка не останется в постели. Кое-кто крайне скверно выполнял предписания целителей. Но не только это беспокоило Драко. Астория не выглядела счастливой невестой, и он знал почему. Она старалась скрывать грусть за улыбкой и не беспокоить его своими чувствами, но Драко за время их отношений научился отлично разбираться в её эмоциях. Он видел, когда уголки её губ приподнимались нехотя. Его любимая улыбка не светила так ярко в последние дни. Более того, Драко замечал, что иногда Астория плакала. Она скучала по семье, которой не будет на свадьбе. А не будет их из-за него… Будь он достойным человеком, всё было бы хорошо. Драко тяжело вздохнул и, поставив точку на пергаменте, отложил перо. Не успел он убрать отчёт, как дверь кабинета открылась. На пороге стояла его мама, с которой он не виделся продолжительное время. — Здравствуй, Драко. — Мама… — насторожился он. — Что привело тебя сюда? — Я думала, ты будешь рад меня видеть, — она, нахмурившись, прошла в кабинет. — Был бы, если бы не два маленьких «но». Сначала вы перехватываете письма, а потом пытаетесь помешать моей свадьбе. Нарцисса тяжело вздохнула. Её глаза выглядели измотанными, но ни осанка, ни образ не выдавали усталости. — Я говорила твоему отцу, что он поступает неправильно, используя грязные методы, и нам стоит поговорить. Драко удивлённо посмотрел на маму. Она не поддерживала отца? От предположения внутри загорелась надежда. — Ты передумала насчёт Астории? — Нет, я всё ещё считаю, что вы с ней не пара, но я пришла… Просто поговорить. Разочарованный, он с усталым вздохом откинулся на спинку кресла. И на что надеялся? — О чём ещё тогда можно говорить? — Признаю, мы слишком резко выражали своё мнение. Я понимаю, что ты уже взрослый, и нам стоило обсудить всё, как взрослые люди, — мягко сказала Нарцисса. — Ты влюблён. Это чудесно, и я не попрошу тебя расстаться с ней, но, пожалуйста, не спеши с женитьбой. Драко поднял ладонь и показал кольцо. — Невозможно. К тому же, мы вместе достаточно для того, чтобы жениться. Дольше, чем вы перед своей свадьбой. — Драко, наше время было совсем другим, и брак — это серьёзно и надолго. От него так просто не уйдёшь. Я не хочу, чтобы ты однажды пожалел. — Почему я должен пожалеть о браке с женщиной, которую люблю? — Потому что вы разные. Пройдёт время, ваши взгляды будут разниться, вы будете ссориться… А дети? Из-за их воспитания вы будете ругаться ещё больше. Она отчаянно пыталась доказать сыну, что он поступает неразумно. Драко слушал и поражался тому, насколько он отдалился от родителей. Даже мама его не знала. — А если её взгляды — мои взгляды? — Неважно, что ты думаешь сейчас. Со временем всё, чему тебя учили вернётся. Как может быть иначе, если тебя так растили? Драко с досадой покачал головой. — Видимо, может. Как ты можешь просить меня передумать о свадьбе? Или уйти? Ты любишь отца. После всего, что было, оставалась с ним. Разве ты не понимаешь меня? — Понимаю, но вы с ней не такая пара как мы с твоим отцом. Выбери любую другую чистокровную девушку, и мы слова не скажем. Только не она, Драко… Она так любит маглов. А если у вас родится сквиб? — Тогда я буду любить его также, как и остальных детей, — Нарцисса с ужасом посмотрела на него, а он был серьёзен. — Извини, я сказала глупость. У вас не родится сквиб. Хорошо, если ты не хочешь другую, просто живите в нашем поместье и подожди со свадьбой. Драко вспомнил слова отца Астории. Он был прав. Его родители не дадут спокойно жить ей или их детям… Он представил её в мрачных стенах Мэнора. Слишком противоестественная картина. Его отец будет постоянно наседать на неё, а мама — придираться, хотя и не так явно. Какой бы сильной она не была, постоянное давление может довести любого человека. И его милая Астория зачахнет. Этого боялся мистер Гринграсс и боялся не зря. Но Драко не позволит этому случиться и начнёт бороться за неё прямо сейчас. — Вы никогда не примите Асторию… А ведь она спасла меня. По-настоящему спасла. И я не оставлю её. Я сам принимаю решения, сам делаю ошибки и исправляю их. Сам добиваюсь всего. Я стал целителем, потому что сам трудился. Собрал свою жизнь заново. Полюбил. — Драко, не рушь нашу семью ещё больше. Я смирюсь, но отец… Не сможет. — Это его проблемы, — отрезал Драко. — Если ты оборвёшь связь, он не примет тебя, если пожалеешь обо всём. Нарцисса смотрела на Драко почти с отчаянием. Ему было жаль, что получалось так. Она считала, что пыталась уберечь сына и сохранить семью. Вероятно, боялась потерять его или мужа, ведь в памяти были свежи дни войны. Мама, как они все, изменилась и не стала собой прежней. Но как бы Драко не любил мать, не мог следовать каждому её слову. У него появилась своя жизнь, которую он намеревался сохранить любой ценой. — Это он оборвёт связь, мама, — как-то печально сказал Драко. — Я хотел бы быть для вас хорошим сыном, но ваше понимание этого статуса помешает мне стать хорошим мужем. — Я не смогу тебя переубедить, да? — смирившись, спросила Нарцисса. Он кивнул. — Я постараюсь уговорить отца… Но вряд ли это поможет. Драко взял перо, всем видом показывая, что продолжает работу. — Неважно с кем, я буду бороться за неё, — сказал он напоследок с небольшой улыбкой на лице. Нарцисса неуверенно промолчала. Когда она вышла, Драко тяжело вздохнул, склонив голову. Почему они не могли смириться с тем, что он мог принимать решения самостоятельно? Астория делала его счастливым. Разве не это важно? Впервые за долгое время он мог дышать. Но, кажется, его родители не видели этого, и отношения с ними так и останутся натянутыми. Однако у Астории ещё есть шанс… Её семья была немного другой. Они нуждались друг в друге. И сейчас, когда она заболела, родители нужны ей ещё больше. Драко взял чистый пергамент и начал писать первые строчки. Если бы только его мама знала, что без Астории он бы вряд ли остался в живых…***
Что произошло? Драко смотрел в раковину, но в глазах мутнело и у него не получалось сфокусироваться. Почему так много красного? Он помнил, что в больницу принесли Пожирателя, которого ранили авроры при задержании. Одного из тех Пожирателей, кто с удовольствием убивал и мучил. Он что-то сказал Драко, авроры косо посмотрели на него, а после этого туман. Как он добрался домой? Драко помнил с трудом. Ему было плохо. Так плохо, что он не мог справиться с этим чувством. Так, что эту боль надо было куда-то выплеснуть, выместить чем-то другим… И он выместил. Только это не помогло. Он снова и снова прокручивал в голове сегодняшний день и дни до этого. Его тошнило от самого себя. Драко не хотел быть тем, чем был. Из транса его вывел удивлённый вскрик. Он обернулся и увидел в коридоре Асторию. Совсем забыл, что она должна прийти… Эта девушка появилась в его жизни внезапно, и пока Драко не понимал, что с этим делать. Она стала ему… Подругой? И сейчас на её лице не было ничего кроме ужаса. От осознания этого факта Драко растерялся ещё больше. Почему она так смотрела? — Драко, что… Что случилось? — еле слышно спросила она. — Я… — только и выдавил из себя он перед тем, как почувствовал, что мир куда-то покатился. Астория, кажется, выронила всё из рук и в следующую секунду уже пыталась удержать его на себе. Он моргнул и почему-то уже сидел на полу, а она хлопала его по щекам и с отчаянием что-то говорила: — Не отключайся, пожалуйста, я сейчас позову на помощь! Она явно паниковала. — Не надо никого, — Драко тоже испугался и схватил её за руку. Он не до конца понимал что случилось, но знал, что не хотел никого. Кое-что в Астории заставило его опешить. — Ты в крови… — Это ты в крови, Драко. Её дрожащий голос привёл его в чувства, и он понял, что Астория сняла с себя кардиган и прижимала ткань к его руке, на которой находилась метка. Всё правда было в крови. Его крови. — Мне не больно… — вдруг понял он. Странно. — Драко, — она коснулась его щеки ладонью, чтобы он посмотрел на неё. В её глазах застыли слёзы. — Скажи что мне делать, или мы пойдём в больницу. Драко закачал головой. Нет, он не хотел, чтобы кто-то видел его таким… Стыдно, что она увидела. Он лучше бы истёк здесь кровью в одиночестве, чем показался кому-то таким. Но Астория выглядела слишком грозной, и он рассказал, как она может помочь. Когда она начала молча обрабатывать рану, Драко почувствовал боль и то, насколько ему, на самом деле, плохо физически. Астория шептала утешения, не спрашивая, что случилось и почему порезы исполосовали Метку. Он бы всё равно не смог ответить, потому что время от времени отключался, но её тёплые руки возвращали его в чувства. Когда Астория закончила, то отложила палочку в сторону и стала смотреть на его руку так, будто рана вот-вот снова откроется. Только сейчас Драко увидел, что её трясло. Он ещё никогда не видел её в таком состоянии. — Прости… — пробормотал он. — Что? — она подняла на него мокрые глаза. — «Прости»? Драко, ты ранен и извиняешься… За что? За то, что тебе нужна помощь? — Я не хотел пугать тебя, забыл, что ты придёшь… — Если бы я не пришла, ты бы потерял сознание и… Я даже думать не хочу, чем бы это закончилось! — Астория смахнула слёзы с щёк. — Ты можешь не рассказывать, что произошло, но если хочешь, то я выслушаю. И если потом станет плохо, тоже. Ты можешь плакать, когда больно, Драко, а я могу поддержать. Плачь, кричи, только, пожалуйста, больше не делай этого… Не знаю, случалось ли это уже, но умоляю, больше не делай себе больно. Драко посмотрел на кровь, которую они ещё не убрали. — Я впервые так. Не знаю, что на меня нашло… — он хотел было всё скрыть, но замолчал. Она сидела рядом и плакала из-за него. Драко впервые видел её слёзы. Наверное, взамен стоило быть честным. — Я никогда не убегу от прошлого. У меня давно не было срывов, но сегодня в больницу привели Пожирателя. Одного из тех, от чьего вида кровь в жилах стынет. И он сказал, что я всегда буду одним из них. Меня накрыло. Я не помню как пришёл домой, но помню, что в голове звучала одна мысль. Я хотел избавиться от Метки любым способом. И не придумал ничего лучше. Её нельзя убрать магией, и мне было так невыносимо внутри, что я решил попробовать… Вырезать её. Ладонь Астории накрыла его руку. — Драко, плакать — нормально. А он и правда настолько хотел сдержать любые эмоции, что напрягся изо всех сил. Но когда она сказала это, что-то внутри сломалось. По щекам потекли непривычные слёзы, и Драко сдался. — Я хочу, чтобы она исчезла. Я не могу жить с ней… Не хочу быть одним из них, не хочу вспоминать, не хочу бояться, смотря на собственную руку, — он рыдал, постоянно запинался и хватал ртом воздух. — Хочу вернуться в прошлое и убежать далеко-далеко ещё до того, как всё началось. Я ненавижу эту метку. Ненавижу себя. Но я так устал ненавидеть… Не знаю, что мне сделать, чтобы заслужить место в этом мире. Я чудовище. — Я знаю, какими могут быть чудовища, — как-то особенно мягко сказала Астория. — И в этой комнате их не вижу. Драко крепко зажмурился, не желая расчувствоваться ещё больше, но она вдруг аккуратно обняла его, и он сломался ещё раз. Как давно его никто не обнимал? Как давно он сам не подпускал к себе никого? Делиться с кем-то чувствами стало запретом. Да и не с кем… Драко не знал что думать. Насколько жалко он выглядел, утыкаясь лицом в плечо девушке, с которой общался не больше двух месяцев? Но её утешающие руки и слова ощущались слишком хорошо и нужно. Он цеплялся за неё, как за единственное спасение. Может, не так плохо иногда разделить с кем-то свои тяготы? Драко не знал сколько плакал, но в какой-то момент слёз не осталось, и они молча сидели рядом. Внутри него появилась приятная пустота. — Ты плакала из-за меня… Не делай так больше. — Не могу. Может, об этом рано говорить, но ты мой друг, а за друзей я готова плакать, — она устало улыбнулась. — И раз уж мы заговорили об этом, если тебе станет плохо, зови меня. Это помогло, правда? — Правда. Больше не так больно. Но взгляд невольно опустился на забинтованную руку, и Драко слегка скривился от недовольства. Метка никуда не исчезнет. С этим нужно было смириться. — Поступки определяют тебя. Не она. Астория смотрела на него так, будто знала вдоль и поперёк. Чем он заслужил её участие? — Спасибо… Ты спасла меня сегодня. — Давай переместим тебя в кровать. Ты будешь отдыхать и с места не сдвинешься, пока я не разрешу. Драко усмехнулся. Он сделает всё, что она скажет. Кажется, не так плохо было иметь рядом друга… Ему этого сильно не хватало.***
Астория ненавидела болеть. И больницы. Хорошо, что её жених был целителем. Заболело горло, поднялась температура… Вчера он взял отгул, чтобы ухаживать за ней. К вечеру стало лучше, и на утро он ушёл на работу, взяв с неё слово, что она даст знать, если снова станет плохо. Конечно, Астории снова поплохело, но она решила не волновать его и не отрывать от работы. В конце концов, и сама могла позаботиться о себе. Только даже с выпитым зельем тело неприятно ломило. Всё это добавляло меланхолии к её состоянию. Она сидела за столом и пыталась нарисовать что-то дельное, но ничего не получалось. В голове крутилась одна мысль — её родителей не будет на свадьбе. Люди, которые сильнее всего должны были радоваться в этот день, не приняли её избранника и разочаровались в ней самой. Астории было обидно за Драко, за себя и свою семью. Безвыходная ситуация. Она никогда не откажется от Драко, а они никогда его не примут. Что, если они больше не захотят видеть её в своём доме? От этой мысли по щеке пробежала слеза, а потом ещё и ещё… Она хотела обнять маму, но не могла. Вдруг в дверь позвонили. Астория стёрла слёзы и поплелась встречать неожиданного посетителя. Неожиданного, но, как оказалось, желанного. На пороге стояла мама. Пару секунд они молча смотрели друг на друга, после чего Асторию прижали к себе родные руки. Она обняла маму в ответ и крепко зажмурилась, чтобы не расплакаться. — Моя милая, как я соскучилась, — прошептала Элизабет, целуя дочь в макушку. — И я, мам… — Ты горячая, — обеспокоенно сказала она, потрогав лоб Астории. Они отстранились друг от друга. — Ещё и плакала? Тебе здесь плохо? — Вовсе нет, — Астория покачала головой, мысленно надеясь, что мама пришла сюда не для переубеждений. — Я плакала, потому что подумала, что вы с папой никогда не заговорите со мной… — Ты что?.. Как мы можем отвергнуть собственного ребёнка? — растерялась она. — Это я думала, что ты обижена на нас. — Может, только немного… Что ты здесь делаешь? Как нашла адрес? Я думала, ты разочаровалась во мне, как папа? Мама со вздохом покачала головой и подтолкнула Асторию вперёд. — Тебе надо прилечь. Там и поговорим. Её уложили на диван, не оставив места возражениям. А она, в общем, и не возражала. Что-то до боли приятное просыпалось внутри, когда мама заботливо укрывала пледом и трогала лоб. Кошка сидела на столе и с любопытством наблюдала за гостьей. Элизабет с подозрением косилась на неё, гадая, когда же проснётся аллергия. — Тебе Дафна сказала адрес? — Ну конечно она всё знает, — проворчала миссис Григрасс себе под нос и улыбнулась. — Нет, Дафна молчала, сколько бы я не спрашивала. Меня всегда радовало то, какими дружными вы росли, но иногда вы настолько дружные, что это раздражает, — Астория посмеялась, вспоминая, сколько раз они с сестрой прикрывали проделки друг друга. — Драко написал мне. Сказал, что ты заболела, и я нужна тебе. Написал, что вы поженитесь совсем скоро. Это тронуло сердце Астории. Он прекрасно видел, что она грустила и скучала по родным, и позвал её маму, когда это было так нужно. Драко всегда так заботился о ней, а ведь ему казалось, что недостаточно. — О, как же ты влюблена, — мягко сказала миссис Гринграсс, смотря на зачарованную улыбку дочери. — Ты больше не против наших отношений? — Не против, — от этих слов лицо Астории засияло ещё ярче. — Он выбрал тебя. Этого мне достаточно. Прости, что не верила. — Спасибо, мам… Я не хотела, чтобы всё дошло до побега, просто иначе вы бы не позволили нам быть вместе. — Он выбрал тебя, а ты — его. Так и должно быть, — она погладила Асторию по голове. — Я горжусь тобой. Астория поднялась и обняла маму. Хотя бы частично её внутренняя тревога улеглась. — Драко лечит тебя? — Конечно. Мне вчера стало легче, и я отправила его на работу, но вот поднялась температура. — Я сделаю нам чай. Ты ела? Она кивнула, и её мама отправилась на кухню. Тори, закутавшись в плед, подошла к окну. Ей было легче в присутствии Драко и вот стало лучше рядом с мамой. Переносить болезнь в одиночку было отвратительно. Она посмотрела на улицу, где всё снова замело снегом. Такой необычно холодной для Лондона зимы на её памяти ещё не было. — Ты ранее кое-что сказала, — миссис Гринграсс вернулась в комнату в с двумя чашками ароматного мятного чая и печеньем. — Тори, ни я, ни папа никогда не разочаруемся в тебе. — Папа точно разочаровался… Он ещё никогда так не злился на меня. Мама подошла к ней и утешающе погладила по спине. — Он боится за тебя. Боится, что ты столкнёшься с чем-то ещё худшим, чем столкнулись мы, и не знает как защитить. Он ведь очень любит тебя и Дафну, и вы для него всегда на первом месте, — её голос успокаивал Асторию. — Когда ты родилась, зима была такой же снежной, а в день твоего рождения пошла сильнейшая метель. А в день рождения Дафны шёл летний ливень с грозой. И как только мама запомнила это, когда ей явно было не до погоды за окном? Может, Астория поймёт это позже? — Это был знак, что в моей жизни всё пойдёт наперекосяк и в самый особенный день папы не будет рядом… — Будет, обязательно будет. Я всегда хотела для вас с Дафной одного — тех, кто выберет вас так, как когда-то папа выбрал нас. Он не позволит глупым разногласиям разрушить семью, уж я-то его знаю. И он любит вас больше всего на свете, так что не пропустит свадьбу дочери и обязательно примет Драко, — мягкая улыбка, с которой говорила миссис Гринграсс, отражала её нежные чувства к мужу. Астория и Дафна потому и искали любовь, что видели её своими глазами, когда росли. Мама и папа часто смотрели друг на друга так чувственно, а если и ссорились, то так, чтобы их девочки этого почти не замечали. — Я с самого начала любила вашего отца, но был момент, когда полюбила ещё сильнее, хотя думала, что это уже невозможно. Мы всегда хотели двух детей, неважно какого пола, и были очень рады, когда вы родились. Но ваши бабушки и дедушки были своеобразными людьми… Гринграссы считали важным иметь наследника именно мужского пола, хотя так было уже не во всех чистокровных семьях. Мои родители едва ли были лучше. Когда появилась Дафна, мы в своём маленьком счастливом мире не замечали, что они на самом деле не рады ей. Они навещали её, улыбались, когда она делала что-то милое… А потом кто-то со вздохом сказал мол, ничего, следующим будет мальчик. Мы ужасно разозлились, ведь думали, что они оставили эти глупости, когда Дафна родилась. Не общались с ними какое-то время, но они очень просили прощения. К тому же, шла война, и никто не знал, что случится завтра. Мы снова стали видеться, но не так часто. Астория, затаив дыхание, слушала. Она слышала эту историю, но не так подробно. Знала, что родители совсем перестали общаться с ними после её рождения, и теперь догадывалась о причине. — Что случилось, когда родилась я? — Они показали свои настоящие краски. Я тяжело восстанавливалась, мы знали, что третий ребёнок отразился бы на моём здоровье ещё хуже, целители говорили об этом. Твои бабушки и дедушки знали, что мы не хотим ещё одного ребёнка, и не были этим довольны. Папа был единственным ребёнком, и его родители не могли бы передать состояние кому-то другому. Они также знали, что не смогут повлиять на него, а потому выбрали своей целью меня.***
Дафна спала в своей комнате, а Тори только-только перестала плакать. Но в редкий момент тишины Элизабет вместо спокойствия ощущала тревогу. Плакать хотелось уже ей и от этого было только хуже. Она не могла позволить себе расклеиться с новорожденным ребёнком на руках. Ей эти эмоции точно ни к чему. Элизабет взяла себя в руки и продолжила укачивать Тори, напевая тихую колыбельную. Когда малышка уснула, она не дыша отнесла её в кроватку, и та продолжила спать. Элизабет смахнула одинокую слезу с щеки и глубоко вздохнула. Скоро придёт Вальтер, а она не могла показаться перед ним заплаканной. И так не была в состоянии сделать его счастливым… Его родители были правы. Новая волна вины затопила сердце. Она не хотела больше рожать. Её тело восстанавливалось мучительно долго. Её девочки были ничем не хуже мальчиков, но мерзкий голос в голове твердил, что нужен сын, что её муж этого хочет, но не говорит, потому что жалеет её… Это съедало изнутри. Элизабет постоянно мысленно извинялась за эти мысли перед Дафной и прежде всего перед Тори. Она должна была радоваться её рождению, а не тонуть в тревогах и страхах. — Спасибо, что пришла ко мне, — шептала она, всё также стоя у кроватки. — Обещаю, обычно я мама получше… После Элизабет отошла и села на кровать, уставившись в пустоту. В этот момент дверь открылась, вошёл Вальтер, а она выпрямилась и вернула себе спокойное выражение лица. Родители с детства учили её идеально владеть эмоциями. — Спит? — тихо спросил он, и она кивнула и подошла к нему. Вальтер поцеловал её и обеспокоенно осмотрел. — Тебе тоже надо отдохнуть. — Давай выйдем, — осторожно прошептала Элизабет. — Кое-что скажу. Они вышли из спальни. — Всё в порядке? — Да, но я много думала… Давай заведём третьего ребёнка. Может, через год… Её муж застыл. Буквально замер с удивлённым выражением лица. От этого Элизабет стало неуютно. Возникло чувство, будто она сказала лишнего. — Лиззи, ещё одни роды могут убить тебя. — Целители могут ошибаться, — она отвела взгляд в сторону, зная, что он прав. — А могут быть правы… Но знаешь, что сейчас настораживает меня сильнее? — Вальтер коснулся её щеки и мягко повернул к себе, смотря так, будто по её безжизненным глазам всё понимал. — Ты никогда за время нашего знакомства и брака не хотела больше двух детей. Никогда. Почему ты предлагаешь это спустя четыре недели после родов, когда ещё не восстановилась? Я вижу, что происходит что-то жутко неправильное, но не могу понять что. Была ли это усталость или заботливый голос мужа, она не знала, но этот миг стал последней каплей. Выдержка и скрытность сломались, и Элизабет внезапно для них обоих сползла на пол и начала плакать. Вальтер тут же опустился к ней, а она закрыла лицо ладонями, чтобы не видеть его испуганное лицо, ведь он всегда паниковал при виде её слёз. Попытки успокоить её через прикосновения вызвали только новый поток эмоций. — Что случилось, моя дорогая? Я обидел тебя? Пожалуйста, не плачь, скажи что случилось… Он пытался достучаться до неё, а она вдруг поняла какой глупой была. Вальтер ведь тоже никогда в жизни не хотел третьего ребёнка. И дочерей любил безгранично. Хотел, чтобы семейное наследние досталось им, вопреки традиции. Всё их родители… Как же она повелась на их речи? Почему позволила пробудить в себе чувство вины очевидными манипуляциями? — Я такая глупая, — призналась Элизабет, и это напугало Вальтера ещё сильнее. — Родители… Они ничуть не изменились. Вальтер, я не хочу, чтобы они видели девочек… Услышав о родителях, он тут же догадался, о чём пойдёт речь, и заметно помрачнел. — Что они тебе сказали? Элизабет понимала по его взгляду, что этот миг разделит семью Гринграссов навсегда. И рассказала всё. Как в течение трёх недель их родители пользовались её слабым состоянием, винили, давили… Рассказала о своих чувствах и о том, что себе напридумывала. С души будто убрали тяжёлый камень, дышать стало легче. Особенно когда Вальтер так надёжно держал её в своих объятиях. Возможно, единственный человек, в чьих объятиях она чувствовала себя безопасно. — Насчёт своих родителей решай сама, но моих ты больше не увидишь. Я не позволю им унижать тебя, — уверенно говорил он, вытирая слёзы с её щёк. Элизабет видела, что он едва сдерживал гнев на её обидчиков. — Детей у нас будет столько, сколько мы запланировали, никто не вправе лезть в нашу жизнь. Дафна и Астория — наше единственное будущее, и никто другой мне не нужен. Я люблю тебя и наших дочерей, никакие традиции этого не изменят. — Я люблю тебя, — выдохнула она, чувствуя невероятное облегчение. — Надо было сказать раньше… — Надо было мне понять всё раньше. Мне жаль, что тебе пришлось справляться с этим в одиночку. Элизабет быстро покачала головой, желая показать, что ни в чём его не винит. — Ты на моей стороне. Это главное. Она поцеловала его в щёку и улыбнулась. Впервые за сегодня. Не успели они подняться с пола, как услышали растерянный голос. — Мама плачет? — сонная Дафна испуганно хлопала глазами. — Я ударилась, а папа меня утешал. Всё уже прошло, — Элизабет быстро сообразила что сказать. Малышка решила поверить маме и побежала в её объятия. — Тебе больно? — Мама ударилась совсем не больно, — сказал Вальтер, погладив дочь по голове. А Дафна спросонья не сразу поняла, что папа пришёл домой, и, увидев его, расплылась в улыбке. — Я отлучусь ненадолго, но скоро вернусь, хорошо? — Да, хочу играть! — Поиграем, — пообещал он и посмотрел на жену. — Я со всем разберусь. Элизабет с улыбкой кивнула, уверенная в том, что их маленькую семью больше не побеспокоят. И со своими родителями она разберётся. Пора попрощаться с людьми, которые видели в ней лишь инструмент, а не своего ребёнка. А неделю спустя Вальтер пришёл домой до ужаса довольный и вручил ей непонятный пергамент. Вверху было написано слово «завещание», и она непонимающе посмотрела на мужа. Что такого радостного он в нём нашёл? Он лишь кивнул на бумагу, чтобы она прочитала содержимое. Оказалось, что этим документом Вальтер сделал Дафну и Асторию своими наследницами. Они наследовали всё, что у него было бы на момент его смерти. — Они заставили меня думать, что девочки не могут наследовать из-за магического запрета, но никакой магии не оказалось. Всё время всё было до ужаса просто. И теперь они унаследуют всё: состояние, собственность, титулы, если я их унаследую, фамилию. Возможно, родители уже вычеркнули меня из завещания, но я сам заработаю Тори и Дафне на жизнь. А остальные пусть подавятся, если думают, что наши дочери чем-то хуже мальчиков. Он говорил это так гордо, что Элизабет захотелось тут же его поцеловать. Это она и сделала, замечая, что чувства к этому мужчине внутри неё вспыхивали ещё сильнее. Согласиться сходить с ним в Хогсмид на шестом курсе было лучшим решением в её жизни. Кто бы ещё так таял от одного взгляда на её улыбку и боролся за их детей? Она рассмеялась и потянула его за собой на диван. Вальтер начал покрывать её лицо поцелуями, не скрывая своего обожания, а Элизабет, наконец, чувствовала себя счастливой. Их эйфорию нарушила прилетевшая сова с красным письмом на лапке. Сколько же крика оно скрывало в себе… И гнев, и угрозы, и слёзы. Родители Вальтера вели себя так, будто случился конец света. Едва ли это беспокоило молодых родителей. Они сидели в обнимку и гордо переглядывались, ведь эта кричалка означала, что всё они сделали правильно. А после того как письмо порвало себя, раздался ещё один крик, только уже радостный. — Она улыбнулась!!! — в комнату вбежала восторженная Дафна. — И больше не похожа на странную картошку! Вальтер еле сдержал смех, а Элизабет вздохнула с улыбкой, понимая, что её младшая проснулась и скоро проголодается. — Дафна, — Вальтер посадил дочь к себе на колени. — Вы с Тори достойны самого лучшего, поняла? — Да!***
— Кажется, я понимаю, почему мы с Дафной такие… — Мы хотели, чтобы вы знали себе цену, — пожала плечами Элизабет. — Вот так мы перестали общаться с Гринграссами, а я поняла, что выбрала правильного мужчину. И для вас всегда хотела кого-то, кто встал бы на вашу сторону, как было у меня. — О, мам, как тяжело тебе пришлось… — тихо пробормотала Астория. Она и не думала, что всё было так серьёзно. Теперь понимала мотивы отца ещё больше. Страшно подумать, что случилось бы с мамой, если бы он не заступился за неё. — Я рассказала это не для того, чтобы ты грустила, а для того, чтобы поняла: папа никогда тебя не бросит и не отвернётся. Он обязательно увидит то, что сделал Драко ради тебя, ведь самое тяжёлое — не выбрать семью, когда рос любимым ребёнком. Папа примет его рано или поздно и скорее рано, чем поздно, помирится с тобой. — Спасибо, — улыбнулась Тори, чувствуя, что мамина поддержка делала своё дело. Ей стало намного легче морально. Больше не казалось, что её отношения с отцом стояли под угрозой. Верно, ведь они были дружной и крепкой семьёй. Так просто их не рассорить. Миссис Гринграсс посмотрела на рабочий стол, где лежали её наброски. Пока Астория, испытывая облегчение, наблюдала за снегом, она внимательно рассматривала рисунки. — И, пожалуйста, скажи ему, что ты не хочешь работать в компании. Астория перевела шокированный взгляд на маму. В семье только Дафна знала правду. Она не скрывала любовь к шитью, но старалась не говорить о нём слишком уж восхищённо. — Ты знаешь? — Конечно, я ведь твоя мама. Но ты хорошо притворялась… Я поняла только недавно. Почему не сказала нам? Астория быстро закачала головой. — Папа с таким трудом спас нашу семью, переписал семейные законы… Он хочет, чтобы мы продолжили его дело, а я не хочу расстраивать его. Мама, я не могу ему сказать. Он разочаруется во мне. — Это неправда. Он сделал всё это, чтобы вы были счастливы. Изменил порядок наследования, чтобы у вас была возможность выбрать его дело, потому что у девушек до вас выбора не было. Он скорее разочаруется, если ты сделаешь выбор не в свою пользу. А компанией займётся Дафна. Ей это нравится, — миссис Гринграсс взяла в руки один из её набросков. — Это очень красиво… Ты выйдешь замуж за любимого человека, но не будешь счастлива без любимого дела. От этих слов защипало глаза, и Астория поспешила смахнуть слёзы. Она знала, что мама права насчёт счастья. А вот насчёт папы… Тори не была так уверена, но мамина похвала ещё больше тянула к карандашу и иголке. Она уже очень долго хотела заниматься только шитьём. Умом Астория понимала, что лучше сказать, но глубоко внутри по-прежнему переживала. Боялась как-то подвести родителей. — Я постараюсь, — вздохнула она. — Но после того как всё уляжется. Если он всё-таки расстроится, то пусть не сейчас. И так слишком многое произошло. — Хорошо, но когда все помирятся, ты обязательно ему скажешь, — миссис Гринграсс использовала умеренную материнскую строгость. — Или расскажу я. Астория надула губы, но кивнула. Мама довольно улыбнулась и вручила ей чашку с чаем. Они вернулись на диван, и она стала расспрашивать дочь о её увлечении. Астории было приятно, не скрывая что-то, рассказывать о нём. Особенно, когда мамины глаза светились гордостью. Они говорили долго. В том числе о Драко и о том, как началась их история. Ценой тайных отношений для Астории стало то, что она не могла попросить совета или поделиться чем-то важным. А порой очень хотелось и особенно с мамой. — При всех недостатках в семейной истории Малфоев, они, я слышала, выбирают себе жену на всю жизнь, — с лукавой улыбкой сказала миссис Гринграсс посреди разговора. Она посмотрела на дочь, которая ответила ей таким же довольным и загадочным взглядом, и материнское сердце стало ещё спокойнее. Астория не могла выбрать себе в спутники жизни человека, который не ценил бы её. Она переживала за неё, но теперь видела, что бояться нечего, и верила суждению дочери. Когда домой пришёл Драко, Астория почти засыпала, убаюканная болезнью и голосом мамы. Он сразу заметил уютную атмосферу между двумя женщинами и, пока никто не видел, улыбнулся. Порадовало и то, что миссис Гринграсс не смотрела на него враждебно. Значит, из её семьи остался лишь один человек, с которым предстояло найти общий язык… А это Драко собирался сделать несмотря на то, что побег Астории явно отнял у него много очков в глазах тестя. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он у невесты, которая выглядела неожиданно уставшей. — Ты пила зелье, о котором я говорил? Она многозначительно промолчала и два голоса одновременно воскликнули: — Астория! Драко и миссис Гринграсс переглянулись, а Астория хихикнула. — Что ж, кажется, дочь в надёжных руках, так что я пойду домой, — улыбнулась её мама. — Драко, надеюсь, скоро у нас будет шанс познакомиться поближе. А пока, береги Асторию и помни, что я не люблю видеть, как плачут мои девочки. — Мама… — с лёгким упрёком сказала Астория. Но Драко не растерялся и уверенно кивнул, и этого миссис Гринграсс было достаточно. Она довольно посмотрела на дочь и вышла, а Драко не мог не отметить их сходство. Астория взяла что-то от обоих родителей, но внешне пошла в маму. Такие же тёмные волосы и нос с горбинкой, а вот глаза достались от отца. Да и в характере было заметно влияние родителей. Драко прекрасно видел, от кого Дафне и Астории досталось упрямство, а от кого грациозность. Вспомнив об их отце, он чуть не закатил глаза. По крайней мере, Элизабет встала на его сторону. — Она переубедит отца рано или поздно, — с каким-то облегчением сказала Астория. Драко сел у неё за спиной и обнял так, что она облокотилась на него и расслабилась, прикрыв глаза. — Спасибо, что пригласил её. И извини, что грустила в последнее время. — Я знаю, как ты их любишь, — он улыбнулся. — Прости, что тебе пришлось пойти против родителей из-за меня. Она тут же встрепенулась и развернулась, чтобы смотреть на него. — Что ты такое говоришь? Мы вместе сделали этот выбор и пошли против семей. Раз уж на то пошло, и мне нужно извиняться. — Нет, у нас разные ситуации. Если бы я был хорошим человеком, твои родители бы не были против меня. Если честно, я бы и сам не подпустил такого к своей дочери. А вот мои… — Ты хороший человек, — упрямо сказала Астория, скрестив руки на груди. — Они увидят это так же, как увидела я. И ты выбрал меня. Это они тоже оценят. Драко тяжело вздохнул. Она всегда верила в него сильнее, чем он сам, и не понимала, что менялся он именно из-за её поддержки. Если бы её не было рядом, вряд ли его жизнь стала бы такой спокойной. В конце концов, когда они встретились, Драко делал с собой то, о чём сейчас бы и не подумал. — Ты единственная, кто увидел меня «хорошим», — сказал Драко и усмехнулся, увидев её недовольный взгляд. — А выбор… Я должен благодарить тебя. Я впервые в жизни не струсил. — Это не так, Драко, и я могу назвать много примеров. Он взял её за талию и притянул к себе так, что Астория оказалась у него на коленях. Когда её руки обвили его шею, он довольно уткнулся носом ей в плечо. За время их отношений Драко стал непривычно для себя тактильным… — Сколько бы примеров ты не назвала, я всё равно не пойму, почему ты любишь меня и согласилась стать моей женой. — Потому что ты пытаешься понять какую выгоду я получаю от отношений с тобой, но смотришь совсем не в том направлении. Ты ведь со мной не ради положения или помощи, правда? Вот и я люблю тебя не поэтому. Ты заботишься обо мне, поддерживаешь мои интересы, нам всегда есть о чём поговорить, мы смеёмся вместе… И даже если ругаемся, то учимся разговаривать друг с другом. Я думаю, у нас получится что-то прекрасное, Драко. Он улыбнулся и поцеловал её в плечо. Астория умела обращаться со словами гораздо лучше, чем он. — Я очень хочу это прекрасное с тобой, — пробормотал он. — Но знаю, что ты со мной из-за Дейзи. — Конечно, — серьёзно сказала Астория и драматично добавила: — И сбежала я, потому что больше не смогла находиться вдали от неё. Драко поднял голову. Они с улыбкой смотрели друг на друга. — Я люблю тебя. — И я тебя.***
Ни разу в жизни, думая о свадьбе, ни Астория, ни Драко не представляли её такой. Без шикарной одежды и роскошного банкета с кучей людей. Астория только нашла сшитое собственными руками платье, которое больше остальных подходило к событию из-за белого цвета. Они подумать не могли о маленькой тайной церемонии с пятью людьми в качестве гостей. Также не знали, что этого будет достаточно для счастья, ведь самое важное на этой церемонии — они сами. Они только-только пришли в кабинет, где заключат их брак. Андромеда уже ждала, разговаривая со своим знакомым. Она поприветствовала жениха и невесту улыбкой. — Напоминаете о молодости. — Мы вам благодарны, — сказал Драко и посмотрел на Асторию. Он и не подозревал, какой завораживающей она будет в белом платье. — Очень. В этот момент дверь открылась и внутрь ввалились их друзья. Дафна вручила сестре букет цветов и крепко обняла. Астория с восхищением посмотрела на белые лилии и счастливо улыбнулась ей. — Хотя бы это должно быть у тебя на свадьбе, — Дафна обняла её ещё раз, на этот раз крепче, стараясь не расчувствоваться раньше времени. — Поверить не могу, что ты выходишь замуж. — Я тоже… Кажется, ещё недавно мы приехали в Хогвартс и совсем не думали о том, что съедем от родителей. — Ты выглядела такой растерянной, когда бежала ко мне после церемонии распределения. Совсем не по-слизерински. — А ты до пятого курса терялась на движущихся лестницах, — передразнила её Астория. Они улыбнулись друг другу, прекрасно зная, что без подшучивания друг над другом прослезились бы, потому что не каждый день замуж выходит сестра. Вместе они делились друг с другом эмоциями от первых влюблённостей и разбитых сердец, вместе плакали и смеялись, а теперь каждая нашла того, кому доверила своё сердце. Андромеда смотрела на девушек и грустно думала о своём прошлом. Она определённо завидовала тому, что Дафна встала на сторону Астории. Её сестра не поддержала её свадьбу. Тогда это ранило даже сильнее, чем изгнание из семьи. Дафна сделала шаг в сторону, чтобы пропустить Энн. Ту самую, к которой постоянно «убегала» Астория, хотя на самом деле была с Драко. Они обнялись, и Энн надела на подругу фату. Невеста и этого совсем не ждала. От того, что о ней позаботились, на душе стало тепло, несмотря на то, что других близких людей не было рядом в такой важный момент… — Спасибо, девочки… — Астория растрогалась и надеялась, что все видели как искренне она благодарила друзей. — Мы забронировали столик, — отозвался Блейз, чтобы разбавить атмосферу. — А я остаюсь единственным холостяком, — в шутку мрачно сказал Теодор. Драко и Астория весело переглянулись. Эта свадьба получится хорошей. Они распишутся и пойдут отмечать с друзьями всю ночь напролёт… Астория ещё лелеяла надежду, что маме удалось поговорить с папой, и оба вот-вот появятся, но надежда ускользала с каждой секундой. Дверь и правда открылась, только вот внутрь заглянули не родители. Секретарша из приёмной. — Вам стоит поторопиться, потому что Люциус Малфой идёт сюда. Андромеда недовольно фыркнула и закатила глаза, и все поспешили к столу с документами. Драко поморщился, расстраиваясь от того, что его родители всё же не оставляли попыток ставить им палки в колёса. — Вам надо лишь поставить подписи, — сотрудник Министерства протянул им свидетельство о браке. — Я произнесу заклинание, и документ займёт место в архиве, а вы станете мужем и женой. Астория и Драко быстро переглянулись, и невеста поспешила взять заколдованное перо. Где-то глубоко внутри осталась горечь, но она знала, что поступает правильно. Родители сделали бы то же самое, а она, в конце концов, их дочь. Лишь то, как Драко смотрел на неё сейчас, стоило того, чтобы пойти против всех. Астория хотела видеть улыбку на его лице и обнимать, когда ему нужна поддержка. Она хотела сделать его счастливым. И была уверена, что её подпись сделает его таким, а потому быстро расписалась на пергаменте. Чтобы любить и быть любимой. Драко хотелось замереть и осознать то, что вот-вот она станет его женой, ведь этот факт казался невероятным. Ну неужели судьба настолько благосклонна к нему, что любимая девушка с теплом смотрела на него, когда ставила подпись? Но времени на эмоции не было, и он сразу взял у Астории перо. Не успел Драко коснуться бумаги, как дверь распахнулась, едва не слетев с петель. — Не смей делать этого, Драко! — Люциус смотрел на сына так, будто не верил, что тот ослушался его. Нарцисса шла за ним и выглядела взволнованной.-- Я тебя не прощу. Следом вошёл Вальтер, недовольный и грозный. — Тори, прекрати этот цирк немедленно! — Я не для этого рассказала тебе о свадьбе дочери, Вальтер! — его догнала возмущённая Элизабет. — Папа, перестань! — к ней присоединилась Дафна, готовая защищать сестру. — Удивительно, но я согласен с ним, — проворчал Люциус. — Мы ничего не прекратим, — сказал Драко. — Вам придётся смириться. — Если ты не выберешь семью, можешь забыть дорогу домой. Тебе не будет места на семейном древе, — удивлённо на Люциуса посмотрели все присутствующие, а ошарашеннее всех Нарцисса. Астория растерянно замерла, ведь не ожидала, что его отец настолько тронется головой, но Драко спокойно улыбнулся ей и поставил подпись. — Она — Астория Гринграсс-Малфой, моя семья, — уверенно сказал он, когда заколдованный документ исчез, и взял теперь уже жену за руку. — И я выбираю свою семью. Люциус разозлился ещё больше, а Астория крепко сжала ладонь Драко. Она с благодарностью смотрела на него, чувствуя, что глаза намокли. Хотя и знала, что он выберет её, эти его слова растрогали её до глубины души. Семья. Он выбрал её, как папа когда-то выбрал маму. Её любимый Драко. Астория посмотрела на отца и увидела, что он внимательно смотрел на её новоиспечённого мужа. Без злости, просто внимательно. — Если бы мы были из разных миров и семьи были против, разве ты бы не сбежал со мной? — шепнула Элизабет на ухо Вальтеру и тот вздохнул. Нарцисса смотрела на сестру. Обе знали, что история повторялась. Андромеда смотрела так, будто спрашивала: «Как же ты поступишь на этот раз?». А Нарцисса представила, что Люциус сейчас сделает то, что обещал, и она больше не увидит сына — самое дорогое, что у них есть. Она поверить не могла, что он способен так поступить. Внутри всё горело от воспоминаний из прошлого. Как сестра однажды поссорилась с отцом и ушла из дома, чтобы быть с тем, кого любит. Однажды Нарцисса уже потеряла дорогого человека, оборвав с ней контакт. Она не могла вынести это ещё раз, тем более с единственным сыном. Поэтому, когда Люциус вышел из кабинета, хлопнув дверью, она устремилась следом. — Ты этого не сделаешь, Люциус, — тоном, не терпящим возражений, сказала Нарцисса. — Если сделаешь, то потеряешь и меня. Я когда-то упустила сестру… Больше не допущу этого. Люциус слегка опешил от испепеляющего взгляда, которым жена смотрела на него. — Я бы не сделал этого… — пробормотал Люциус. Разве мог он вот так отказаться от сына? — Подумал, что хоть это поставит ему мозги на место. — Ты должен сказать ему, что не говорил серьёзно, — Нарцисса скрестила руки на груди. — Мне не нравится, что он женился на Астории, но это не повод отвергать сына. — Если бы не Астория, я бы рано или поздно умер и не стоял бы с вами здесь, — Драко выглянул из кабинета. — Подумайте о том, стоит ли вам и дальше так к ней относиться. Не дождавшись ответа, он вернулся внутрь, оставив родителей, которые растерянно и даже испуганно смотрели друг на друга. Что-то подсказывало, что Драко говорил серьёзно и буквально. Астория смотрела на отца, который что-то обдумывал. Когда Драко оказался рядом, она снова взяла его за руку, а Вальтер кашлянул, привлекая к себе внимание. — Готовьтесь к свадьбе, я устрою её. Не может моя дочь выйти замуж вот так. И мир тут же засиял ярче. Астория радостно подпрыгнула на месте и обняла Драко, который улыбнулся. О, об одобрении отца она мечтала все последние дни, и мечта исполнилось. Теперь никто не мог помешать им быть вместе. Но когда она обернулась, чтобы обнять папу, того уже и след простыл, и его уход отозвался болью в сердце. Элизабет, заметив замешательство дочери, подошла к ней и обняла. — Ему надо осознать то, что ты вышла замуж, и всё произошедшее. Но я обещаю, он принял Драко и будет на свадьбе, — с улыбкой сказала она. Астория с сомнением кивнула. — Я поздравляю тебя. Хорошенько отметьте сегодня, а вместе мы отпразднуем позже. — Спасибо, мама, — прошептала Астория, неожиданно чувствуя себя слишком взрослой. Элизабет ласково погладила её по щеке и обратилась к Драко. — Береги её. Драко кивнул и сильно удивился, когда тёща обняла и его. Вот так принимали в семью? Андромеда довольно хмыкнула. Это событие получилось интересным. Не ожидала она, что кто-то из родителей пойдёт на уступки. — Андромеда, приходите, пожалуйста, на свадьбу вместе с Тедди, — вдруг сказала ей Астория. — Мы вам обязаны. Драко удивлённо посмотрел на неё, но, подумав пару секунд, кивнул. Возможно, когда-нибудь они преодолеют пропасть между ними и у него появится тётя. Не сумасшедшая. — Мы будем рады вас видеть. Конечно, неловкость осталась, и Андромеда сказала, что подумает, но понимала, что её, вероятно, уговорит Тедди. После личного общения Драко оставил после себя приятное впечатление. Теперь ничто не останавливало молодожёнов от того, чтобы со спокойной душой начать совместную жизнь, о которой они так мечтали. Ничто, кроме друзей, которые ждали окончания семейной драмы для того, чтобы пойти праздновать. Уж они-то позаботятся о том, чтобы праздник продлился всю ночь…
Примечания:
Спасибо всем за прочтение <3 Эта работа должна была быть коротенькой. Каким образом очередная глава получилась на двадцать страниц? Но, надеюсь, эти двадцать страниц принесли вам удовольствие :)
Осталось немного. В следующей главе отгуляем свадьбу и вернёмся к тем, с кого эта работа началась.
