Шреддер: Маленькая история легендарного злодея

Свадьба Кейси Джонса и Эйприл О’Нил была событием месяца. Ну, если быть честными — событием часа, потому что арендовать площадку в Центральном парке дольше, чем на шестьдесят минут, оказалось дороже, чем Кейси предполагал. Вместо этого был выбран крытый дворик возле автомойки, оформленный в стиле «сделал сам, потом пожалей». Над алтарём висела табличка: «СЧАСТЬЕ ЕСТЬ, ЕСЛИ ЕСТЬ БУРГЕРЫ», а свадебный торт представлял собой три уровня пончиков, собранных на шпажки. — Кейси, ты точно хочешь идти на это в хоккейной маске? — спросила Эйприл, поправляя свою белую фату. — Конечно! Это же я! — гордо сказал он. — Кто ещё скажет «Да» в маске и шортах с Бэтменом? — Возможно, никто. Поэтому я тебя и люблю, — пробормотала она. Под прикрытием — маски, плащи, очки, рубашки гавайские на манер туристов из Индианы. — Это худший камуфляж, — прошипел Леонардо. — Это стиль, бро, — ответил Майки, держа в руках букет, завернутый газету. — И, кстати, я буду кидать этот букет. Я заслуживаю любви! — Это кидает невеста, — заметил Донателло. — А я говорю, что традиции должны развиваться, — обиделся Майки. Сплинтер в смокинге и тёмных очках. Смотрел на всё с выражением вселенского терпения. Брал морковные чипсы из фуршета и кивал, как будто это были суши из элитного храма. Дарсия выглядела, как воплощение мечты любого аниме-фаната: чёрное платье в стиле Йор Форджер, шпильки, и лёгкая ухмылка на губах: — Чёрт тебя подери, женщина, это свадьба, а не косплей фестиваль. — Ворчал Шреддер. — Это не просто косплей, — шептала она Шреддеру. — Это символ. Мы семья. Видишь? Йор, Лойд, Аня. Всё на своих местах. Шреддер, в костюме Лойда с тщательно зализанными волосами, выглядел так, будто физически страдает от человеческой одежды. Пиджак морщил душу, галстук душил разум. — Я чувствую себя идиотом, — пробурчал он. — Ты идеальный папа, — сказала Дарсия. — Я злодей, а не шпион из аниме! — А теперь улыбнись. Смотри, Вернон нас снимает. Вернон, с камерой и гелем в волосах, бегал по площадке, комментируя в прямой эфир: — Уважаемые зрители, вы не поверите, но сегодня… именно сегодня… звезда канала Channel 6, сама Эйприл О’Нил, выходит замуж за… ну, за этого человека! Он был арестован семь раз, участвовал в поджоге хот-дог-машины и один раз случайно победил в боксёром бою с бомжом. Кейси Джонс! Шион, в чёрном платье, двумя комичными заколками, как у Ани и с выражением лица «я терплю цивилизацию ради мамы», сидела в углу, как на минном поле. — Напоминаю, — сказала Дарсия. — Никаких злодеяний. Никаких взрывов. Вместо катастроф Шион ограничилась: переворачиванием тарелок с буррито, наложением пиццы в свадебный торт, подменой табличек в уборных: «М» на «Ж» и наоборот, привязыванием верёвочек с фантиками к платью Ирмы. — Она растёт, — с гордостью сказал Шреддер. — Уже не взрывает. Просто унижает. Когда все собрались, церемония началась, Эйприл шагала к алтарю под музыку скрипача - уличного музыканта, которому Кейси щедро навалил мелочи в стаканчик на кануне, Кейси приподнял фату Эйприл, и они смотрели друг на дуга так, что Ирма не выдержала и заплакала. Кейси достал лист бумаги. Развернул. Это был обрывок от коробки с хлопьями. — Эйприл, я клянусь: не брать тебя на задание, если там более трёх черепах, не есть чеснок, если мы делим кровать. Любить тебя, даже если ты с утра будешь меня бить микрофоном и никогда не целоваться с другими, кроме тебя и иногда черепах, если жизнь на кону. — Кейси! — крикнул Лео. — Это была шутка! Ха-ха! Но шутку никто не оценил. Эйприл вздохнула и достала лист с розовыми сердечками. — Кейси, я клянусь: всегда поддерживать тебя, даже если твои идеи включают фейерверки и бензопилу. Смотреть с тобой твои любимые фильмы, даже если это "Рэмбо 7: Спасение в куманике.". Быть твоей семьёй. Даже если твоя семья — это четвёрка зелёных парней и крыса. Аплодисменты, слёзы, конфетти из распотрошенной пачки чипсов. — Теперь вы можете… — начал священник, одетый в костюм Хот-Дога. Шреддер нахмурился: — Кто это? — Нашла его на Craigslist, — прошептала Дарсия. — Он ведёт и свадьбы, и детские праздники. — Теперь вы можете побить пиньяту! — торжественно объявил Хот-Дог-священник. Пиньята лопнула. Из неё высыпались кольца, маршмеллоу и… ключи от арендованного фургончика. Ирма, в платье подружки невесты, сидела одна на стуле, ела мороженое и смотрела, как Эйприл счастливо танцует с Кейси первый танец под саунтрек из Титаника. Столы уже опустели, гамбургеры — съедены, пицца — исчезла в небытии, а Вернон всё ещё пытался взять идеальный кадр "в духе сказки", где Эйприл целует Кейси, но каждый раз в объектив влетал либо Раф в очках, либо Шион, жующая кусок свадебного торта руками. И вот настал тот момент, когда Эйприл, вся сияющая и счастливая, встала спиной к толпе и, подняв букет над головой, крикнула: — ГОТОВЫ?! Майки уже разминался как на чемпионате по прыжкам в батуте: — ДА, ДЕТКА! Пора сломать гетеронормативную систему ритуалов! Ирма вцепилась в подол платья, шепча: — Сегодня. Сегодня. Сегодня я поймаю его. Пожалуйста. Хоть бы сегодня… Шион стояла среди гостей, подозрительно спокойная, с руками за спиной. У неё был план. Конечно, букет должен был быть ЕЁ. Всё, что летит, всё, что блестит, всё, что имеет значение — её по праву рождения. Она оттолкнула какого-то взрослого мужчину и вылетела вперёд с боевым кличем: — МОЁ!!! Майки — вечный нарушитель традиций, в этом случае ещё и в блестящей розовой шляпе, подпрыгнул, крутанулся в воздухе, выкрикнув: — Кто сказал, что букеты только для девушек?! Гендер — это иллюзия, а букет — реальность! Ирма... бедная Ирма. С лицом отчаянной голодной чайки, видевшей хлеб, она ринулась сквозь толпу, локтями разбрасывая конкурентов. — ЭТО МОЙ ШАНС! МОЙ!!! Три фигуры сошлись в воздухе. Взрыв лепестков, крики, пинок, кто-то ударил Майки Библией (откуда она там взялась — никто не знает), Шион залезла Ирме на голову, Майки укусил кого-то за пятку. Но судьба — жестокая женщина с чувством юмора. Шреддер, мирно спорящий с Дарсией по поводу того, что нужно ребёнку в два года изучать боевой стиль синъицюань вместо тайцзицюань, обернулся ровно в ту секунду, когда букет, как крылатая ракета кармы, впечатался ему прямо в лицо. — О, да чтоб тебя, — выдохнул он. Букет срикошетил, взвился в воздух, сделал кувырок — и мягко опустился в руки Сплинтеру. Наступила тишина. Шреддер застыл, моргая. Сплинтер посмотрел на букет, затем на черепашек, потом на Ирму, затем снова на букет, потом на небо. И ничего не сказал. Просто кивнул. Ирма всхлипнула так трагично, что один из шариков на свадьбе лопнул от жалости. — Я снова не выйду замуж… — прошептала она, падая на ближайший стул. — МОЁ! МОЁ! — взвыла Шион, швырнув плюшевую игрушку (антуражную для косплея Ани) в стену. — ЭТО БЫЛО МОЁ!!! — Э-эй, ну зато это был шикарный бросок! — подбодрил Майки, держа в руке одинокий лепесток, который успел поймать. — Я считаю, я сломал систему! Дарсия сделала селфи на фоне их коллективной трагедии. — Напоминай мне, почему мы пришли сюда? — Потому что у нашей дочки синдром Наполеона, и если мы её не социализируем, она захватит весь мир в три года, — беззаботно сказала Дарсия, разглядывая фотку с букетом. — Кстати, тебе очень идёт цветочная композиция в лоб. Шреддер глубоко вздохнул. А на заднем плане, посреди разбросанных чипсов, толчеи эмоций и свадебного безумия, стоял Сплинтер с букетом и лёгкой тенью озарения в глазах. Он никогда не говорил, но, возможно ему бы не помешала свадьба с кем-то, кто не является крысой. Но это уже совсем другая история. Свадебный переполох вокруг немного утих. Где-то на заднем плане Шион каталась на тележке, напевая зловещую мелодию, а Ирма всё ещё спорила с Майки, который уверял, что букет на свадьбе — это условность. Шреддер стоял в тени и что-то чинил в наручном коммуникаторе. Дарсия сидела на парапете, болтая ногой в туфле на шпильке, она наблюдала, как Кейси и Эйприл в очередной раз танцуют под какую-то ужасную, прилипчивую поп-песню 2004 года, которую, по словам Кейси, он выбрал потому, что "она звучала, как наш первый удар по мутантам.". — Абсурдная церемония. — Прокомментировал он. — Но весёлая, — улыбнулась Дарсия, поправляя чёрное платье. — Хм, — сказал он — …а ты хочешь пожениться? Дарсия моргнула. — Что? — Ну… — он пожал плечами, не отрываясь от дисплея. — Просто подумал. Ты, я, Шион… может, надо как-то... официально. Или не надо. Просто... мысль. Дарсия вскинула брови, а потом внезапно рассмеялась. Искренне, легко. Так, как смеются люди, у которых нет ни малейшего намерения тратить жизнь на условности. — Шредди, ты серьёзно? Мне плевать на всё это официальное дерьмо. Платье, кольца, бумажки? Пфф. Она спрыгнула с парапета и подошла ближе. Он посмотрел на неё. — Мне достаточно того, что ты всегда смотришь на меня, — мягко сказала она. — Только на меня. Это важнее всего. Он ничего не ответил. Просто наклонился и поцеловал её в висок — коротко, буднично, почти незаметно. Как будто даже этот жест был слишком громким для момента, который хотелось удержать в хрупкой тишине. В мире, где всё рушится, падает или взрывается — у них была тишина, и тот, кто смотрит только на тебя.