затмив луну и посрамив цветы

— Смотри, смотри, какой вид! — возбуждённо затараторил Келус, как только они остались вдвоём в личной купальне, выделенной Аглаей. Дань Хэн устало вздохнул — день действительно выдался тяжёлым со всеми сражениями, перемещениями и разговорами, но послушно вышел на балкон к зовущему Келусу.   На мгновение дыхание спёрло — вид и правда завораживал, особенно небольшое озерцо по левую руку, закрытое с трёх сторон горным хребтом. Сразу захотелось окунуться — купальня купальней, но мысль о том, как вольготно, свободно можно было бы растянуться — от поблёскивающих прозрачных ветвистых рогов до влажного, чешуйчатого хвоста. Погреться в лучах заходящего солнца, зажмурившись и расслабив в тёплой воде уставшие, перенапряжённые мышцы... Дань Хэн помотал головой, отгоняя эту мысль — в конце концов, вряд ли этот барельефными стенами.   Келус уже хитро щурился, когда Дань Хэн украдкой посмотрел на него.   — Слушай, — лукаво начал первопроходец, и Дань Хэна отчего-то бросило в краску: было в его тоне что-то такое... игриво-насмешливое, что заставляло смущаться без повода. — Не хочешь искупаться?   — Нет, — тут же ответил он, — только если в нашей купальне.   — Ты не понимаешь. Искупаться вон там, — Келус кивнул в сторону прудика и улыбнулся: — Только представь, как было бы прекрасно дать своему дракону насладиться местной природой.   — Глупости.   — Вовсе нет. Я даже знаю, как нам не нажить неприятностей за несанкционированное вторжение в водоём.   — Келус...   — Да послушай! — перебил первопроходец с жаром, хватая его за запястья. — Твой хвост, твои рожки, твои клычки — шанс один на миллион!   Дань Хэн почувствовал, как усталость, подпитываемая от хаотичных, обрывочных слов Келуса, накатывает ватной, душной волной. Он мягко вывернул руки из захвата чужих рук и как можно твёрже сказал:   — Не дури. Либо говори нормально, либо ложимся спать.   Глаза Келуса подозрительно загорелись плутоватым озорством, и Дань Хэн понял — его ответ расценили как полусогласие.   — Видел химер? — кротко поинтересовался Келус тем временем. — Хвосты — есть, клычки — есть, рожек, правда, нет, да и тянут они больше на котов с крыльями, чем на драконов, однако...   — Эоны, — не выдержав, судорожно выдохнул Дань Хэн. — Только не говори...   — Ага, — счастливо согласился Келус, — перевоплощайся, я поведу тебя на повод...   Дань Хэн успел закрыть ему рот прежде, чем тот успел продолжить. Уши пылали, ладони мелко подрагивали, а сердце заходилось громогласными, гулкими ударами. Келус выглядел довольным, потираясь носом о его руку, затем, выждав несколько секунд, осторожно лизнул кончиком языка, оставляя горячую влажную метку по центру.   Дань Хэн отпрянул, правда, Келус уже удерживал его за талию, не давая отойти дальше.   — Ну же, — пробурчал он невнятно, — чего смущаться? Или, может, ты не хочешь использовать поводок без ошейни...   Дань Хэн, ахнув, треснул его по затылку свободной рукой и легко вырвался из нетвёрдой хватки дезориентированного Келуса.   — Помолчи уже, мы никуда не идём, — прошипел он сквозь зубы, впрочем, без злости и раздражения, — ни сегодня, ни завтра, ни когда-либо ещё. Соберись: наша миссия, как представителей Освоения, только началась, а нас уже трижды чуть не убили. Не время думать о всяких... отвлечённых делах.   Келус покаянно стоял, склонив голову в просительном жесте — возможно, затылок до сих пор побаливал от удара, но Дань Хэну нравилось думать, что Келус так пытается извиниться, вновь завоевав его расположение. Смягчившись, Дань Хэн потрепал его по плечу и, помявшись, осторожно коснулся губами щеки.   — Так-то, — добавил, увидев, как покрывается светлым румянцем кожа. — Хороший мальчик.   Келус возмущённо вскинулся, пытаясь что-то сказать — Дань Хэн даже догадывался, что именно, — но он ускользнул в комнату быстрее, довольный своей выходкой. Надо было отдохнуть, а с Келусом под боком это всегда было сделать не так-то просто. Единственное, пожалуй, что искренне интересовало Дань Хэна сейчас (помимо удобного лежака и восьмичасового сна): неужели тот действительно додумался взять с собой поводок?   + бонус   Келус проснулся поздно, с трудом раскрывая глаза. Дань Хэна в комнате не было, и он, зевая и покачиваясь, босыми ногами прошлёпал по холодной плитке на балкон, ожидая увидеть его там. Но и на балконе Дань Хэна Келус не нашёл. Нахмурившись, он вгляделся в пылающее яркое солнце, жмурясь и прогоняя ослепительные круги перед глазами, отвернулся, недовольно цокнув, и замер, поражённый в самое сердце.   В прудике слева, спрятанного от любопытных жителей Охемы горными вершинами, растянулся Дань Хэн, забавно помахивая хвостом над прозрачной водой. Заметив, что за ним наблюдают едва ли не моргая, Дань Хэн с достоинством повернул голову, демонстрируя точёный подбородок, и, Келус готов был поклясться, ухмыльнулся, взметнув в подёрнутый маревом полуденного солнца воздух разноцветные радужные брызги. Вот же, подумал Келус с нескрываемым восхищением. Надо было его вчера дожать. Опершись на руки, он ловко перепрыгнул через парапет, ступнями утопая в зелёной, сочной траве, и заспешил к Дань Хэну, рога которого переливались в свете солнечных лучей. На химеру он, конечно, похож не был, но Келусу, как, очевидно, и местным жителям, было плевать: Дань Хэн завораживал и так, без крыльев и шерсти.   И выглядел, определённо, в разы привлекательнее. Лучше. Желаннее. И вот зачем только сопротивлялся вчера? Глупый дракон, глупый. А, может, чересчур хитрый - в том числе за это Келус его и любил. Жаль, конечно, что поводок не понадобился, однако... однако впереди у них явно было ещё много, очень много времени на то, чтобы им воспользоваться.