Сбежать, чтобы не вернуться

***

Вэнс понимал, что за рулём должен быть человек с ясной головой. Он потерпит, сможет вздремнуть во время поездки. Сейчас дело было в другом. Мысли грызли его, как стая голодных псов. Последние дни вообще превратились в какое-то непрекращающееся внутреннее землетрясение: стоило только вспомнить, как всё началось — с издевательств Бакса, с насилия, с тех мерзавцев, которым он был нужен для удовлетворения своей похоти. После такого нормальный человек должен бы возненавидеть прикосновения любого мужика. А он? Он вместо этого угораздился… влюбиться, что-ли? Да ещё в кого — в человека, который просто был добр, отзывчив и умел улыбаться так, что земля под ногами делалась мягче. Сидя у окна, глядя в темноту, наблюдая за машиной и листая хронологию последних дней, он закатил глаза и тяжело выдохнул. Балда. Придурок. Зачем он полез целоваться? Пусть даже в действиях Макса было что-то провокационное. Он же ясно показал, что однополые отношения — не его территория. Вначале всё выглядело совсем иначе: и улыбки, и касания, и то, что он приехал, забрал, предложил уехать, жить, работать вместе. Его заботливость казалась почти… интимной. Но нет. Это было самое обычное дружеское, братское отношение — доброе, щедрое. Видимо таким Макс был по жизни, а не потому что хотел ухаживать за кем-то вроде Вэнса. Он корил себя за то, что не спросил прямо — как Макс относится ко всему этому. Хотя сам Вэнс до недавних пор к «этому всему» вообще никак не относился. Если не считать принуждения. Какая ориентация? Какое влечение? Это же просто благодарность… уважение… тёплое чувство к тому, кто вытащил его из дерьма. — Не ври себе! — пронеслось в голове так резко, что он чуть не вздрогнул. Нет, всё куда хуже. И куда честнее: он хотел этого парня. Хотел рядом. Хотел сильно — настолько, что уже делал глупости, такие как тот несчастный поцелуй, после которого теперь невозможно выкинуть дурные мысли из головы. И от этой правды хотелось одновременно зарыться в кресло и выть — тихо, чтобы не разбудить того, кто сейчас дышал ровно и спокойно в паре шагов от него. Поглядывая на спящего Макса, Вэнс сжал зубы и дал себе суровое, почти военное обещание: хватит! Притормозить свои хотелки, сократить до минимума тактильные касания, держаться на расстоянии, как будто между ними теперь проходит невидимая разметка. Ни намёков, ни попыток разговоров на эту тему, ни этих дурацких, беспомощных взглядов. Хотя бы до конца рейса. Хотя бы до того, как они сдадут машину и закончат этот промежуток времени, где он успел потерять голову. А потом… потом всё равно придётся говорить. Без выкрутасов, без шуток, без бегства от правды. Сесть напротив и честно расставить все точки над «и». Возможно, придётся вывернуть произошедшее в свете шутки или эксперимента, и, скорее всего, это будет их последний разговор. Он глубоко втянул воздух, будто готовился к прыжку в холодную воду. Да, придётся. Вэнс взял на колени ноутбук и принялся просматривать соцсети. В интернате начались летние каникулы, поэтому никаких новостей на их сайте уже не было. Собственную почту он так до сих пор и не открыл, боясь увидеть там десятки сообщений. А ещё не хотел себя обнаружить, почему — сам не знал.

***

Макс, не отрывая взгляда от трассы, чуть наклонился вперёд, будто пытаясь рассмотреть отражение фар в зеркале. — Глянь, это машина тех отморозков? — бросил он негромко, уловив движение на заднем сиденье, поняв, что Вэнс проснулся. Макс вёл аккуратно, подчеркнуто законопослушно: скорость в пределах, дистанция соблюдена, ни одного лишнего рывка. Дяля предупредил, чтобы без самодеятельности. Зная, на каких скоростях любит ездить племянник, постоянно напоминал, что скорость любит дураков. Они специально выехали поздним вечером — пустая дорога, минимум машин, максимум шансов спокойно добраться к утру. Вэнс потёр глаза, перегнулся к окну, стараясь прорезать взглядом ночную темноту. Позади, хвостом вцепившись в их след, шла та самая машина — или очень на нее похожая. В свете фар всё выглядело тревожнее, чем хотелось. — Кажется… они, — выдохнул он, чувствуя, как в животе холодеет. — Но, чёрт, я не уверен. Они держатся слишком близко. Странно, не правда ли? Давно ты их засек? Макс мельком глянул в зеркало, снова проверяя расстояние до чужих фар. Он коротко, сухо хмыкнул — как будто эта погоня была для него чем-то вроде раздражающего комара, а не проблемой уровня «нам могут пробить головы». — Минут тридцать. Они даже не скрываются. Я скорость сбрасывал — они тоже. Ни обгона, ни попытки отстать. Висят на хвосте, как клещи. Вэнс метнул взгляд на приборную панель. — Бензина… чуть меньше половины. Хватит часа на два-три, если не жечь. — Вэн, — Макс чуть повысил голос, передавая назад свой телефон, — глянь по карте, где тут ближайший город. Парень тут же разблокировал телефон, пальцы бегали по экрану быстрее, чем мысли. — Есть маленький, километров через восемьдесят. — Маленький нам не подойдёт. — Макс покачал головой. — Нам нужен крупный, с камерами, и чтобы копы были не один участковый на десять улиц. Вэнс пролистал карту дальше. — Крупный — через сто десять. Это примерно час с хвостиком… если ехать ровно. — Отлично. — В голосе Макса скользнула твёрдость. — Тогда так: набери дядю, скинь координаты этого города. Напиши, что подъедем к полицейскому участку. Пусть найдёт кого-нибудь из местных дорожных, если есть… а если нет, — Макс усмехнулся мрачно, — он знает, как людей находить. Нам главное — доставить нашу девочку целой. Мало ли, что этим ублюдкам стукнет в голову. Вэнс кивнул, и хотя пытался выглядеть спокойным, пальцы у него всё же дрогнули, когда он набирал сообщение. Отправив координаты, он перекинулся на переднее сиденье, пристегнулся, установил телефон с навигатором перед Максом. Тот прибавил газ — аккуратно, сантиметр за сантиметром, чтобы стрелка не взлетела слишком заметно. Машина послушно ускорилась. Позади, в темноте, пара фар продолжала идти следом — упрямо, настойчиво, как будто знала, что теперь начинается самое интересное. Заметив, что «добыча» уходит, водитель внедорожника зло вдавил ногу в педаль газа. Машина рванула вперёд, а компания внутри тут же подняла вой, подзадоривая его: мол, жми да тарань эту «старую калошу». Водитель, в отличие от своих орущих придурков, мозг всё же имел — и прекрасно понимал, чем ему обойдётся хоть одна царапина на такой технике. Тем более помнил о всех прибамбасах, типа видеорегистраторов, внутри «калоши». На разбой он не подписывался, а вот двух смелых и бессмертных проучить желание имел. Поэтому вместо того, чтобы играть в шашки бамперами, он выжал педаль до пола и попытался сравниться с машиной Макса, когда трасса наконец опустела. Пассажиры, почувствовав простор, моментально полезли в окна, как шакалы на сафари, и начали орать полную мешанину — оскорбления, угрозы, приказы остановиться. Шум стоял такой, что казалось, воздух дрожит от их тупости. — Макс, что будем делать? — Вэнс вцепился в колени руками, пытаясь умерить дрожь. — Пока тянем время и держим курс туда, где есть люди, — отозвался Макс. Он выглядел не менее напряжённым, но держался уверенно, как человек, который боится, но знает: паника не лучший спутник. — Что у нас поблизости? Вэнс взял телефон и снова уткнулся в карты. — Полтора километра — поворот направо, там маленькое село. Если ехать дальше, через четыре километра по трассе — заправка и Макдональдс. Ночью там пусто… — он вспомнил Ганса с его «отдыхающим» ночным работником и нервно глотнул. — Значит, жмём до города, — ухмыльнулся Макс, и в этой ухмылке было больше злости, чем веселья. Он поддал газу. Сколько этот раритет мог выжать — одному богу известно. Но, похоже, машину перебрали и нафаршировали таким мотором, что колёса понесли её вперёд, как гепард несётся за добычей: стремительно, с яростным рыком, от которого спина сама выгибается в ожидании прыжка. — Ого… Макс, ну ты даёшь! — Вэнс почти перекричал рёв двигателя. Восторг в голосе перебивал страх, и по тому, как широко у него блеснули глаза, было понятно: адреналин сделал своё дело. — Мы реально уходим от них! Он оглянулся в заднее стекло — фары преследователей заметно отодвинулись, будто им кто-то подрезал крылья. — Не подкачай, малышка! — Макс хлопнул по рулю, будто по шее боевого коня. — Только бы никто не мешался под колёсами… И почему этим придуркам не спится? — Он ловко взял левее и обошёл фуру, которая объективно ехала быстро, но рядом с их безумной гонкой казалась черепахой. Они мчали, не давая ни себе, ни мотору ни секунды отдыха. Асфальт мелькал под колёсами, как чёрная лента, и в какой-то момент Макс позволил себе сбавить скорость — ровно настолько, чтобы машина не взвыла обиженно. Вэнс уже почти успел облегчённо выдохнуть, когда зеркала поймали знакомый свет фар. Ещё через пару километров те снова вынырнули из темноты — несущиеся, как обезьяны с гранатой, уверенные, что бессмертие входит в стандартную комплектацию их внедорожника. — Вот же суки… не угомонятся, — выдохнул Макс, и по его тону стало понятно: терпение у парня заканчивается быстрее, чем бензин. — Нам нужно съехать с дороги, — спокойно, почти буднично сказал Макс, будто объяснял, где выключатель в гараже. — В багажнике монтировка. Её надо будет успеть вытащить. Умеешь пользоваться? — Он на секунду повернул голову, поймал взгляд Вэнса и будто передал ему часть своей уверенности: мол, не дрейфь, мы это вытащим. — И с ней, и без неё. Будем отбиваться? — Вэнс улыбнулся так, будто его сейчас приглашали не на возможную драку, а на аттракцион. Макс криво ухмыльнулся в ответ. Да, чёрт возьми, ему реально повезло с этим мальчишкой. На телефоне пискнуло сразу несколько сообщений. — Дядя говорит, что всё под контролем, — удивился Вэнс, прочитав вслух написанное. — Он что, выслал за нами бригаду помощи на вертолёте? — и сам улыбнулся своей шутке. — Всё может быть. Он такой. — Макс не отрываясь от дороги нервно облизывал губы. — Я думаю, нам нужно ехать, пока есть возможность. Не стоит подставляться — кто знает, что это за типы и нет ли у них стволов? Макс, ты сам говорил: за эту машину мы будем расплачиваться до пенсии. А вот они… они скорее всего, рисковать не станут. Вэнс смотрел на друга почти умоляюще. Против пятерых, даже с монтировкой, они — так себе бойцы. Зато если дотянуть до города, там есть шанс. Ну как шанс… Если полиция сегодня в настроении и не спит стоя, можно будет хотя бы заплатить за сопровождение. Да и дядя-супермен что-то там обещал. Эта бодрящая мысль прожила ровно до того мига, когда чёрный внедорожник, взвыв мотором, выстрелил вперёд, обогнал их и, словно демонстративно плюнув под колёса, резко ушёл в торможение. Машину парней нагло подрезали, оставляя им полсекунды на решение и ноль — на иллюзии безопасности. Макс вжал тормоз до пола и крутанул руль так резко, что кузов жалобно взвыл, а машина едва не легла на бок. Каким-то чудом «девочка» устояла. Едва они замерли, Вэнс вылетел наружу, будто его катапультировало. Боль от шишки на лбу он почувствовал только краем мысли. Добежав до багажника, он нащупал монтировку и, выдернув её, рванул к Максу. Металл в руке казался смешно лёгким, почти игрушечным, особенно когда он увидел, что их встречают уже пятеро. Однако пятеро стояли, будто их корнями в асфальт вбило. На лицах — не просто испуг, а та самая смесь ужаса и сожаления о всех ошибках, допущенных в жизни. И взгляды у них метались не между Вэнсом и монтировкой, как он ожидал, а между Вэнсом и Максом. — Ну что, парни, чего зависли? — Вэнс попытался ухватить монтировку одной рукой и красиво постучать ею по ладони, как в кино. Итог получился скромнее: железяка едва не выскользнула, и ему чудом удалось не уронить её себе же на ногу. — Настроение у меня, между прочим, отличное. Задавайте вопросы — отвечу всем и по очереди. Он сделал шаг вперёд, инстинктивно прикрывая собой Макса, чувствуя, как внутри всё дрожит, но стараясь выглядеть хотя бы наполовину уверенным. И только шагнув, заметил боковым зрением, почему у тех такие лица. В руке Макса он заметил чёрный матовый пистолет. Без лишних блестяшек, без понтов. Тот самый тип оружия, который не носят для красоты и не достают ради угрозы. Его держат, чтобы использовать. Вэнс сглотнул. Похоже, монтировка сегодня — просто симпатичный аксессуар. — Ребят, стопэ, мы же просто пошутили! — вскинул руки один, судя по всему старший. Ладони вытянуты вперёд, голос дрожит. — Не надо нервничать, мы уже уезжаем. Не правы были. Обознались. — Стоять! — рявкнул Макс, когда вся пятёрка почти синхронно начала пятиться к внедорожнику. — В сторону. — Он кивнул в сторону посадки метрах в десяти от дороги. — Быстро, я сказал. Трое развернулись и рванули туда сразу, оглядываясь, едва не спотыкаясь друг о друга. Четвёртый метнулся следом. Лишь старший замешкался, сделал пару осторожных шагов и вновь посмотрел на Макса: — Послушай… не делай того, о чём потом пожалеешь. Макс коротко дёрнул головой в сторону деревьев, не опуская пистолета. В этот момент вдали вспыхнули фары встречной машины, и он инстинктивно прикрыл оружие ладонью, спрятав его в тени своего корпуса. Лишь когда все пятеро растворились в темноте посадки и дорога снова оказалась пустой, Макс бросил взгляд на Вэнса. Тот всё ещё размахивал монтировкой, подгоняя отморозков. — В машину, — приказал Макс коротко. Два чётких, холодных выстрела прорезали ночь. Внедорожник их «гостей» жалобно завыл, оседая на пробитые колёса. И в ту же минуту их собственная раритетная красавица сорвалась с места, ревом двигателя стирая остатки адреналина из воздуха.

***

- Чёрт… чёрт… дьявол… Макс склонился над открытым капотом, ковыряясь в нутре двигателя так, будто пытался нащупать там кнопку «отмена». Не успели проехать и пары километров, как машина решила, что работать дальше ― не её стиль. Хозяева пусть нервничают, а она постоит, остынет и подумает о жизни. Перегретый двигатель нужно было привести в чувство. Макс плеснул воды туда, куда нужно, и пару раз шлёпнул по корпусу ― чисто воспитательный момент. — Минут пятнадцать подождём, — сказал он, разворачиваясь к Вэнсу, который, словно верный оруженосец, уже минут пять подпирал воздух рядом. — И поедем тихой сапой. Испугался? — Да ну тебя, — Вэнс продолжал обиженно надувать губы с того самого момента, как они отъехали от отморозков. — Хоть бы предупредил заранее. Макс только коротко усмехнулся, устало, но уверенно: — Я вообще всегда надеюсь, что оружие не пригодится. Но сейчас был тот редкий случай, когда пришлось. Хотя, знаешь… монтировка в твоих руках была не хуже этого, — он кивнул на пистолет, который снова мирно лежал под сиденьем, будто ни при чём. Вэнс дёрнулся, будто хотел возразить, но в итоге лишь хмыкнул — коротко, почти примирительно. — Окей, согласен. — И понеслось: — Что за модель? Разрешение есть? Давно он у тебя? Дай посмотреть! — Он заговорил слишком быстро, с таким блеском в глазах, будто Макс достал не оружие, а новый айфон. Макс невольно рассмеялся, качнул головой. — Обычный Walther P99, — он произнёс это достаточно спокойно, — Года два уже как дядя купил, оформил всё как положено. Документы есть, разрешение тоже. — Макс медленно достал пистолет, поставил на предохранитель и передал рукояткой вперёд, аккуратно удерживая за ствол. — И палец на спуск не ставь. Это я так… чтоб потом не говорили, что не предупреждал. На востоке уже светлело, первые блеклые полосы рассвета лениво стягивали с неба темноту. Утренняя прохлада пробирала сквозь одежду, напоминая, что ночь обещала быть долгой, но всё-таки не вечной. Вэнс взял пистолет с осторожностью и одновременно восторгом, выглядя при этом очень трогательно. Повертел, покрутил, как ребёнок новую игрушку, потом развернулся лицом к лесу, прицелился и… — Бах, — прошептал, чуть выгнув локоть, будто почувствовал отдачу от настоящего выстрела. Макс наблюдал за этой картиной и вспоминал себя - точно такая же реакция. — Макс, а чем занимаются твои родители? — внезапно спросил Вэнс, не отрываясь от «игрушки». Макс отвел взглядв сторону: — Не знаю. Лет десять их не видел. Мать, скорее всего, где-нибудь очередного продюсера охмуряет ради роли всей своей жизни. Отец… хрен знает. Служит по контракту где-то. У них своя жизнь — отдельно друг от друга и уж точно отдельно от меня. Дядя — вот это моя семья. Вэнс вернул пистолет так же, как получил: рукояткой вперёд, аккуратно, как-то уважительно. И внимательно посмотрел на Макса. Ни тени сожаления. Ни обиды. Ни злости. Вообще ничего. Будто говорил не о родителях, а о погоде на следующую неделю. — У тебя нет желания с ними увидеться? — осторожно уточнил он. — Абсолютно никакого. Они вычеркнули меня из своей жизни, я с этим смирился. Вэнс сжал губы и опустил взгляд. — А я бы хотел увидеть своих, — сказал тихо. — Просто… даже издалека. Узнать, как там мама. Что с отцом. Макс спрятал за пояс оружие и на секунду задержал на напарнике взгляд. Не осуждая. Не сочувствуя. Просто отметил: внутри этого парня живёт тоска, с которой он давно привык ходить, как с шрамом под одеждой. — Если хочешь, то нужно это сделать, — сказал Макс, — мы это сделаем. Ты не против? Вэнс усмехнулся краем губ. Вдали послышался неприятно-металлический вой сирен. Вскоре показались машины с мигалками — две патрульные и мотоцикл, и уверенно, без суеты, остановились рядом. Люди в форме вышли, представились, и в воздухе сразу повис тот самый официальный запах порядка и ответственности. Вэнс с интересом наблюдал, как Макс совершенно спокойно, будто со старыми знакомыми, разговаривает с полицейскими. Никаких зажатых жестов, никакого страха — лёгкая ухмылка, расслабленные плечи. Казалось, что один из офицеров, даже рад был его видеть: хлопнул по плечу, что-то сказал, кивнув на свой патрульник. Мотоциклист и вторя машина поехали к месту, где остался подбитый внедорожник. — Ну вот, теперь полный порядок. У нас есть сопровождение, — Макс улыбнулся. « Главное бесплатно», — усмехнулся про себя Вэнс, чувствуя, как напряжение в груди наконец отпускает. — Макс, твой дядя волшебник! Есть вообще хоть что-то, чего он не может? Патрульная машина впереди держала ровный темп, мигалки были выключены, но ощущение сопровождения всё равно тянулось за ними, как защитный кокон. Вэнс смотрел на дорогу и косился на профиль Макса, раздумывая, стоит ли сейчас… начать тот самый разговор. Но внутри всё скукожилось: нет, не сейчас. И если честно — не хотел. Что-то ему внутри подсказывало, что лучше вообще не поднимать эту тему. — Всё может быть, — Макс легко хмыкнул, будто речь шла о человеке, способном поднять на ноги полгорода за пятнадцать минут. — Он просто знаешь… может выстраивать связи. Быть щедрым, делать добро, умеет быть благодарным. И вести себя так, чтобы о нём потом вспоминали с улыбкой. — А я? Я такой же, а? — ухмыльнулся, постукивая пальцами по рулю. Макс задрал нос и красиво, демонстративно повернул головой — «лови момент, оценивай масштаб личности».— Сдадим эту красотку и заедем сюда, как и планировали - сначала в казино, а потом в клуб, - подмигнул, делая музыку погромче. Вот усиленная версия, без сглаживаний и с упором на внутреннюю правду Вэнса: --- Огромный город просыпался, расправлял плечи и начинал жужжать своей отдельной, ни от кого не зависящей жизнью. Огоньки домов мигали вдали, будто подмигивали им — добро пожаловать в хаос. Вэнс смотрел туда, но мысли уносили его далеко от вида. Он в очередной раз чувствовал, что рядом с Максом ему становится неуютно. Слишком много в этом парне — жизни, свободы, напора, планов, уверенности, такой естественной для человека, который привычно шагает по миру, не оглядываясь. Рядом с ним было трудно дышать. Нет, не так. Хотелось дышать одним воздухом, на одном вдохе, растворяться в каждом слове. Он сам себе тихо признавался: дело не в том, что он хочет физической близости. Нет, не секса. Ему хватало этих случайных касаний, дружеских обнимашек, от которых каждый раз будто искра пряталась под кожей. Этого — хватало. Но одновременно и нет. Поцелуев. Он хотел поцелуев — и не мог объяснить почему. Разве для этого не надо любить человека? Или он снова всё усложняет? Так что же тогда так тянуло его к Максу? Что заставляло сердце биться чуть быстрее, когда тот лишь поворачивал голову? Он не находил ответа. Но правда в том, что его тянуло — и тянуло отчаянно, почти до боли. И это пугало.

***

Место, куда они приехали, ошеломляло своим размахом и богатством. Огромная усадьба с двухэтажным домом выглядела так, будто её только что вытащили из журнала о роскошной жизни. От кованых ворот тянулась идеально ровная дорожка, и, проехав по ней, они остановились у парадного крыльца, где их встретил самый настоящий лакей в белоснежных перчатках — словно вышедший из старого английского фильма. Полицейская машина, сопроводившая их, уехала почти сразу. Макс и Вэнс подписали документы, отдали ключи и начали привычный ритуал проверок: Макс снял все камеры, отключил сигнализацию, вынул свои вещи из багажника и вместе с хозяином по сантиметру осмотрел машину на наличие царапин и вмятин. Мужчина средних лет буквально светился — новый раритет прибыл в целости, и теперь его коллекция стала ещё весомее. Он пригласил их взглянуть на своё «скромное собрание», и парни последовали за ним в огромный гараж, который по площади мог соперничать с небольшим спортзалом. Внутри, как на выставке, стояли больше десятка машин: Porsche, Bugatti, Bentley, Rolls-Royce, Mercedes-Benz, Ferrari, Cadillac, Lincoln, Lexus, Infiniti — каждая блестела так, будто её только что вылизал отряд педантичных роботов. Коллекционер, восхищённый и, кажется, слегка шокированный их юностью, всё поглядывал на них с новым интересом. И когда парни уже собирались распрощаться, он вдруг позвал их, не скрывая радостной улыбки: — Господа, останьтесь. Составьте мне компанию за обедом. Мне будет крайне интересно узнать, как такие молодые люди катают такие машины. Макс обменялся со Вэнсом быстрым взглядом — из серии «не ждали» — но, по виду, оба уже морально сидели за длинным столом.

***

После изысканного обеда в кругу семьи коллекционера — а семья у того оказалась почти мини-кланом: юная жена, двое детей от первого брака, пара братьев, сестра, хрупкие, но твёрдые как дубы престарелые родители, россыпь племянников и несколько близких друзей — парни начали подозревать, что всё это «торжество» было устроено ради одного-единственного события: пополнения коллекции ещё одной редчайшей машины. Никаких юбилеев, свадеб и крестин — просто повод покрасоваться дорогим приобретением. Богатые люди живут иначе, и Макс с Вэнсом уже почти перестали удивляться. — Вы братья? Это семейный бизнес? — поинтересовался высокий мужчина с бокалом вина, когда вся компания переместилась на задний двор. За домом на идеально подстриженной лужайке располагались уютные зоны отдыха: шезлонги, подвесные кресла, вечерние фонарики. Макс, расслабленный и уверенный, как будто чувствовал себя здесь своим, усмехнулся и бросил короткий взгляд на Вэнса. Тот стоял рядом, руки в карманах, и в этот момент смотрелся не просто напарником, а кем-то вроде товарища по приключениям. — Можно и так сказать, — легко ответил Макс. — Мы просто друзья. Оба любим машины, дорогу, скорость. Он говорил свободно, почти играючи, поглядывая на Вэнса, который от выпитого вина слегка "поплыл". Щёки у парня предательски разрумянились, взгляд стал мягче обычного, а в плечах появилась нехарактерная расслабленность. — Видимо, фирма у вас супер-надёжная, раз доверяет такой дорогой товар таким молодым кадрам. Я поражён. Браво! — хозяин буквально рассыпался в комплиментах, даже ладонями всплеснул. — Кстати, вечером будет фейерверк. Если есть желание — оставайтесь с ночёвкой. Макс уже втянул воздух, готовясь выдать своё фирменное «почему бы и нет», но Вэнс его опередил — удивительно чётко для человека, у которого щеки всё ещё полыхали винными оттенками. — Нет, спасибо, — произнёс он, почти не запнувшись, и сделал это достаточно громко, чтобы заглушить зарождающийся энтузиазм напарника. — Нам нужно возвращаться, — подчеркнул он последнее слово и посмотрел на Макса так, что тому поневоле пришлось сыграть в унисон. — Да, спасибо за гостеприимство, но мы, пожалуй, откажемся, — подтвердил Макс, при этом будто бы мысленно выдохнув: ладно, ладно, едем. Коллекционер искренне расстроился — даже брови упали. Было видно, что он из тех, кто получает удовольствие от того, чтобы осыпать людей вниманием, подарками и маленькими праздниками. Такие любят устраивать пиры просто потому, что могут, и искренне удивляются, когда кто-то выбирает дорогу вместо комфорта. — Если вы в город, мой человек вас отвезёт куда скажете, — услужливо предложил хозяин, с тем самым тоном, в котором уже заранее не предусматривалось возражений. Он был из тех, кто, предложив помощь, считает её уже свершившимся фактом. Парни обменялись быстрым взглядом, и в этот раз синхронность сработала без слов — видимо, алкоголь у Вэнса и усталость у Макса совпали по фазе. Они одновременно кивнули. — Спасибо, — произнёс Макс. — Очень выручите, — добавил Вэнс, стараясь держать голос ровным, хотя по глазам видно было, что мир вокруг по-прежнему слегка покачивался. Хозяин довольно улыбнулся, будто сделал ещё одно доброе дело в копилку собственной кармы, и хлопнул в ладоши — сразу появился водитель, аккуратный, собранный, будто материализовался из воздуха. Забросив сумки с вещами и оборудованием, парни коротко распрощались со всеми и почти бегом юркнули в мягкое заднее сиденье машины. Двери хлопнули, мир за окном сменился дорогой и деревьями. Макс, всё это время косившийся на чересчур весёлого Вэнса, наконец не выдержал: — Ты что, всегда такой, когда выпьешь? И без того румяный Вэнс покраснел до угрозы самовозгорания. — Да я… вроде и не пил раньше. Так, глоток за компанию. А что, прям заметно? — улыбнулся он так широко, что стало понятно: да, заметно. — Есть слегка. — Макс чуть подвёл к нему плечо, и Вэнс с благодарным вздохом тут же уложил на него голову. — Братья? Или друзья? — подал голос водитель, едва машина вырулила за ворота усадьбы. — Непохожие какие-то. — Друзья, — подтвердил Макс. Смит кивнул, уже полуспящий. — Молодые вы, а такие дорогие машины перегоняете. Сейчас времена-то неспокойные. — А они вообще когда-нибудь были спокойными? — Макс лениво приподнял бровь. — Если бы нам было по сорок, бандиты на трассе вежливо поклонились бы и уехали, да? — Мужчины в возрасте… опытнее, — неуверенно возразил водитель. Макс тихо усмехнулся и на секунду прикрыл глаза. Оружие теперь лежало в сумке — подальше от соблазна, не как раньше под сиденьем. И мысль об этом почему-то успокаивала. — Мужчины в любом возрасте могут как справиться, так и облажаться, — бросил он, глядя в окно. — Вот скажите, у вас какие меры защиты есть, если пассажир вдруг решит накинуть вам на шею леску? Водитель дёрнул взглядом в зеркало, испуганно задержав его на лице Макса. — Вот. Никто ни от чего не застрахован, — пожал плечами Макс, будто рассуждал о погоде. Повисла тишина. — Вас где высадить? — проскрипел водитель, явно решив, что беседы с молодёжью — дело крайне опасное. — Где-нибудь в центре, рядом с отелем. Вэнс тихо посапывал, будто плывя в приятном тумане, а Макс уже просчитывал, как они проведут вечер в чужом городе. Мысль посетить казино и ночной клуб заиграла новыми красками.