Моя кокетливая звёздочка

Путь до дома Джерен прошёл, как это обычно бывало, в привычном нам с Серканом молчании — в машине лишь негромко играли песни с радио. — Приехали, — произнёс Болат, поставив автомобиль на ручник. По дороге я успела задремать, поэтому, услышав мужской голос, устало потянулась и лениво приподняла корпус с сидения. — Спасибо, что подвёз, — уже привычной фразой поблагодарила его я, взяв с передней панели две плитки молочного шоколада, — и… до завтра. Разблокировав двери, Серкан слегка покачал головой, провожая меня взглядом. — До завтра, — услышала я прежде, чем выйти из чёрного спорткара. Дойдя до дома, я открыла входную дверь ключами и неторопливо зашла в тёмный и пустой коридор — Джерен этим вечером пошла в ресторан на день рождение своей довольно близкой подруги с работы. Разувшись, я поднялась в свою спальню и, неторопливо переодевшись, пошла на кухню, чтобы сделать себе чай и попить его с подаренной Болатом шоколадкой. Спустя, кажется, десять минут я поставила кружку с горячим травяным напитком на прикроватную тумбочку, легла поверх заправленной кровати, укрылась пушистым пледом и, закинув в рот пару долек шоколадной сладости, взяла в руки смартфон. Листая ленту в TikTok, я наткнулась на короткое видео с чьей-то свадебной церемонии и невольно задумалась над тем, что до моей собственной свадьбы осталось меньше недели… Явно в шутку сказанные Болатом слова о том, чтобы я подарила ему качественный набор ручек в честь нашей свадьбы, вдруг всплыли в моей голове, не давая покоя. И я действительно задумалась над каким-то символическим презентом в честь заключения нашего брака, пусть даже и фиктивного брака. Открыв интернет, я принялась изучать, какие вообще бывают премиальные бренды ручек, и меньше чем через полчаса я уже листала каталог популярного магазина Parker. Этот бренд предлагал как более экономные варианты, цены которых варьировались от одной тысячи до полутора тысяч лир, так и элитные изделия, стоимость которых достигала шестьдесят тысяч лир. И самые дорогостоящие варианты, конечно, были мне не по карману, так как на сберегательном счету у меня было чуть больше сорока пяти тысяч лир, а наличкой — около двадцати семи тысяч, оставшихся после двух зарплат: одной из ArtLife, другой после первого месяца работы в кофейне. Листая каталог, я увидела чёрную премиальную ручку Parker Sonnet в матовом корпусе с красивой позолотой. Кликнув на этот вариант, я узнала, что конкретно эта коллекция изготавливается во Франции и идёт в комплекте с подарочной коробкой. И мне показалось, что эта ручка понравится Серкану. Однако для меня цена на ручку была высокой, ведь она стоила почти четырнадцать тысяч лир, в то время как моя ежемесячная зарплата составляла всего семнадцать тысяч, и если я сейчас закажу эту ручку со своих отложенных денег, то у меня не получиться купить ноутбук к сентябрю. Устало вздохнув и сделав несколько глотков травяного чая, я решила почитать отзывы на эту модель ручки, и, как ни странно, они были крайне положительными. Люди хвалили дизайн, качество письма и удобство в использовании. И чем больше я узнавала про эту ручку, тем сильнее в моей голове закреплялась мысль, что Серкану она точно понравится. Да и, кроме того, он часто подписывает различные договоры и контракты, поэтому эта ручка не будет лежать у него без дела, а будет приносить пользу. Не знаю, насколько эта идея была глупой, но в итоге ручку с эксклюзивной гравюрой на колпачке я заказала, решив, что немного отложу покупку ноутбука, зато порадую своего будущего муженька. Может, он и обидел меня в прошлом, но всё-таки у нас было много прекрасных моментов, за которые я его полюбила, и за которые таким образом хотела поблагодарить. Допив чай и съев ещё несколько долек шоколада, я поплелась в ванную комнату, чтобы принять душ и лечь спать, надеясь, что более долгий сон позволит мне завтра проснуться бодрой.

***

С утра, как обычно, было крайне многолюдно. С трудом зайдя в автобус, я оплатила проезд и, опершись спиной на отделанную пластмассой стенку, открыла телефон, смотря на время. К счастью, я не опаздывала. Разблокировав смартфон, я зашла в TikTok, желая хоть как-то скоротать время. Сначала мне попадались смешные видео и милые нарезки с детьми и животными, а потом на экране высветился заголовок, вынудивший меня невольно вздрогнуть. Известный архитектор Турции женится уже на этих выходных Я, чтобы случайно не потерять видео, кинула то в избранное — и, судя по количеству сохранений, сделала это не одна я — а затем чуть ли не трясущимися руками принялась доставать наушники из сумки, которые сегодня, будто специально, упали на самое дно и стали выскальзывать из пальцев при попытке вытащить дурацкий кейс. Спустя несколько мгновений, показавшихся мне бесконечностью, я наконец-то достала белую коробочку и торопливо воткнула наушники в уши, включая видео заново. Какой-то то ли журналист рассказывал, что по надёжным источникам стало известно о свадьбе Серкана Болата на грядущих выходных… и в конце короткого видео добавил, что узнать, кто же стала избранницей Болата, можно уже в следующем видео. Услышав это, я ошарашенно уставилась на экран, мгновенно перебирая в голове все ситуации, когда нас с Серканом могли бы увидеть вместе. И, чем больше я думала, тем больше понимала, что мы не были аккуратны от слова совсем и нас легко могли сфотографировать в кофейне. Чувствуя щеками жар, я жадно втянула носом душный воздух, от которого, кажется, стало только хуже… голова слегка закружилась, а в висках я почувствовала резкую боль. Свайпнув вправо, я перешла на аккаунт, сразу же видя в закрпе продолжение с «таинственной невестой», которое успело просмотреть больше миллиона человек. Кликнув на нужное видео, я принялась слушать его автора, который как специально оттягивал ответ. Через секунду пятнадцать на экране смартфона мелькнули старые снимки, на которых мы с Серканом целовались в тёмном закутке Стамбульских улиц. В конце журналист уверенно заявил, что по достоверным данным на этих фото запечатлён Болат со своей будущей женой. И, к счастью, моё имя в коротком ролике так и не прозвучало… Тяжело вздохнув, я перешла в комментарии. Кто-то обвинял автора видео в кликбейте, ведь личность невесты, то есть меня, так и не была рассекречена. Кто-то просто желал счастливой совместной жизни — таких правда было немного. Кто-то и вовсе писал, что такая спешка с браком, скорее всего, была связана с незапланированной беременностью, так как до этого Болат долго находился в отношениях, но до свадьбы дело не дошло. Кто-то писал просто оскорбительные комментарии. Закрыв комментарии, я вернулась к своей ленте, устало вздыхая. Если бы меня рассекретили, то наш план, скорее всего, пал бы крахом, а ведь именно сегодня я должна буду отправить бабушке приглашение на свадьбу, в котором не будет указано имя и фамилия моего будущего мужа. Оставшееся время поездки я листала ленту TikTok, которая, к счастью, больше не принесла мне никаких сюрпризов. Выйдя на остановке и дойдя до кофейни, я зашла в ещё закрытое для посетителей помещение, здороваясь с улыбающимся мне Ахметом.

***

Во время своего тридцатиминутного обеденного перерыва я зашла в подсобку, где у нас стояли коробки с расходниками в виде стаканчиков, крышечек и прочего, а также находился небольшой стол со стулом и старенький ноутбук, с которого обычно заказывали различное кофе и молоко у поставщиков. Открыв ноутбук, который сразу же громко загудел, я ввела незамысловатый пароль: «12345678» и, предварительно скинув по интернету файл с приглашением с телефона на компьютер, зашла в электронную почту, где прикрепила приглашение, а потом принялась печатать текст.

______________________

«Я приглашаю тебя на свадьбу, чтобы ты больше не пыталась выдать меня за удобных тебе кандидатов. И да, кто мой жених — сюрприз От твоей нелюбимой внучки»

______________________

Отправив анонимное сообщение, я заблокировала электронную почту своей бабушки, а затем почистила историю браузера и удалила с ноутбука файл с приглашением. Выключив ноутбук, я зашла в помещение, где у нас стояли ящички для одежды и где была небольшая обеденная зона. Достав из сумки ланч бокс с приготовленными утром сырными бутербродами, я сделала себе чёрный чай и принялась торопливо есть, не переставая думать о том, что будет, когда моя бабушка прочитает сообщение. И чем больше я думала, тем сильнее понимала, что ничего хорошего явно не произойдёт… и, если честно, это лишь усиливало и без того нарастающую внутри меня тревогу. Однако хотелось верить, что до совсем радикальных идей моя бабушка не дойдёт. По крайней мере мне точно уж не хотелось бы быть украденной с собственной свадьбы. Закончив с обедом, я вернулась за барную стойку, а Ахмет же, наоборот, пошёл на перерыв.

***

Вытирая деревянный столик в зале, я ненароком поглядывала в окно, надеясь увидеть там машину Болата, которая всё никак не появлялась. — Серкан тебя сегодня что ли не заберёт? Или он опаздывает? — видимо, замечая мой растерянный взгляд, голосом с заметными нотками волнения спросил Ахмет, протирая кофемашину. Серкан всегда приезжал за мной раньше, чем закрывалась кофейня, а сегодня, когда я отправила сообщение бабушке, он почему-то не появился даже после восьми часов. И, что самое странное, он даже ничего не написал… не предупредил о том, что опаздывает. — Должен забрать… — как-то неуверенно протянула я, а затем, слабо пожав плечами, с ещё большей растерянностью добавила, — не знаю… если честно, он мне ничего не писал… Я подошла к соседнему столику и, взглянув на часы, принялась вытирать деревянную поверхность. На часах было почти восемь двадцать… но за окном по-прежнему было пусто — лишь одиноко светили уличные фонари. — Наверное, он просто попал в пробку, — видимо, стараясь меня успокоить, предположил Ахмет. Я лишь неуверенно кивнула, прекрасно понимая, что в это время в городе нет настолько сильных пробок, чтобы стоять в них так долго. Закончив со столиками, я сполоснула тряпку и повесила ту сушиться. — Что-нибудь ещё нужно сделать? — негромко спросила я, непроизвольно косясь в сторону окна. На улице по-прежнему никого не было, а телефон предательски молчал — Серкан не звонил и не писал. — Нет, мы всё прибрали, можешь идти переодеваться, — заканчивая мытьё кофемашины, сказал мне Ахмет. Зайдя в комнату для персонала, я торопливо сняла фартук и принялась аккуратно складывать тот, периодически поглядывая на смартфон. И нет, ладно, я бы поняла, если бы Серкан не приехал или опоздал… но почему он не предупредил?.. это ведь на него совершенно не похоже… Да и, если вернуться немного в прошлое, то… Болат говорил мне, что если не сможет лично забрать меня, то отправит водителя… Но… неужели моя бабушка как-то узнала, что замуж я выхожу за Серкана?.. но даже если так, то… разве возможно за шесть часов организовать чьё-то похищение?.. нет, правильнее даже сказать: похищение самого известного архитектора Турции?.. да его пропажу ведь заметят моментально… Я снова проверила телефон, с досадой отмечая пустую строку уведомлений. Взяв сумку и закрыв шкафчик, я вернулась в зал. — Твой муж приехал, — буднично сказал Ахмет в то же мгновенье, в которое я перевела взгляд на окно и заметила знакомый спорткар, — правда… есть ощущение, что он немного не в духе. И это было очень мягко сказано, так как Серкан активно жестикулировал и, кажется, что-то кричал в трубку телефона. — Ну да… когда у него в компании что-то хоть на каплю отклоняется от первоначального плана, то происходит это, — глухо хмыкнув и заметно расслабившись, ответила я. Попрощавшись с Ахметом, я вышла на улицу, смотря на то, как Серкан нервно кинул телефон на пассажирское сидение и тяжело вздохнул, потирая переносицу пальцами. Поймав его рассерженный взгляд, я мягко улыбнулась ему, слабо помахав, однако Болат лишь отвёл глаза в сторону, нарушая наш секундный зрительный контакт. — Привет, — открыв дверь автомобиля и взяв смартфон Серкана в руки, аккуратно произнесла я, садясь на сидение, — всё нормально? Ничего не случилось? Болат лишь молча тронулся, вдавливая газ в пол и в момент набирая скорость, от чего меня, даже не успевшую пристегнуться, сильно качнуло в сторону, и я ударилась рукой об дверь, невольно вскрикивая. Сморщив нос, я приложила ладошку к покрасневшему месту, слегка растирая пальцами болезненно ноющую кожу. — Да что происходит?! Серкан?! — раздражённо воскликнула я, когда Болат резко ударил по тормозам. Благо он хотя бы вытянул руку, не позволяя мне удариться носом о переднюю панель. — Ты сильно ударилась? Покажи плечо, — вспыльчиво спросил Болат, смотря на меня каким-то гневно-виноватым взглядом. Я хотела было махнуть на это, безмолвно говоря, что ничего серьёзного… однако, вспомнив одержимость Серкана здоровьем, покорно повернулась боком, демонстрируя ему немного покрасневшую кожу. — Да… сегодня всё через… — недовольно проворчал он себе под носом, а затем почти невесомо дотронулся до моей руки, мягко поглаживая болезненно пощипывающее плечо, — прости… сейчас заедим за льдом… Я лишь закатила глаза, снова садясь ровно и на этот раз пристёгиваясь. — И кто тебе только права продал? — глянув на него с осуждением, я отвернулась к окну, — и, кстати, довожу до твоего сведения, что когда ты опаздываешь, об этом нужно сообщать, а то, знаешь ли, я уже обрадовалась, думала, что тебя наконец-то украли. Болат тяжело вздохнул, нервно постукивая пальцами по рулю… к слову, гораздо громе обычного… В моих руках завибрировал телефон Серкана, и, опустив взгляд на экран, я увидела контакт Селин. — Они сегодня сговорились или что?! — моментально закипая, с явным раздражением произнёс Болат, наспех паркуясь вдоль улицы. Я ничего ему не сказала, продолжая молча смотреть на вибрирующий телефон. — Пока я хожу в аптеку, — торопливо вытаскивая ключи из замка зажигания, с абсолютной серьёзностью сказал Серкан, — пошли её нахер! Потому что меня эта дура не понимает! И на этой многозначительной ноте он вышел из машины, с силой захлопнув дверь. Я удивлённо глянула сначала на по-прежнему звонящий телефон, а потом — на Серкана, идущего в сторону аптеки и нервно сжимающего кулаки. Кажется, я никогда не видела его настолько взбешённым. Я растерянно сбросила вызов Селин, не понимая, что вообще происходит. Обычно Болат не отзывался о ком-то настолько грубо… Да и в принципе, Атакан ведь была его бывшей девушкой и, насколько я знала, подругой детства, и на самом деле их близкие отношения ранее играли в пользу Селин, ведь периодически Серкан относился к ней более снисходительно и прощал какие-то мелкие косяки. И, честно говоря, этот факт лишь сильнее путал меня, ведь я ещё больше не понимала, что такого могла сделать Атакан, чтобы вызвать настолько острую реакцию со стороны Серкана. Телефон мужчины вновь завибрировал, а на экране появился прежний контакт. Глянув в сторону аптеки, за дверьми которой скрылся Болат, я поднесла смартфон ко рту, принимая вызов. — Не заставляй меня блокировать твой номер, Селин, не звони сюда больше, — серьёзно произнесла я и, не дожидаясь от неё ответа, сбросила звонок. Положив телефон Болата на переднюю панель, я устало откинулась на спинку сидения и наконец-то пристегнулась. Плечо немного неприятно покалывало, и, думаю, оно бы скоро прошло и без льда, ведь ударилась я не сильно, но спорить с Серканом в этом вопросе просто бесполезно, поэтому всё, что мне оставалось, это покорно ждать его в машине, думая, как лучше спросить про то, что сегодня случилось. Не успела я заскучать, как на небольшой лестнице, ведущей в аптеку, появился Болат с упаковкой льда и бинтом в руках. Выглядел он по-прежнему хмуро, но уже хотя бы не был так сильно заведён и рассержен. Подойдя к машине, Серкан открыл дверь с моей стороны, виновато оглядывая немного покрасневшую кожу на моём плече. — Прости, пожалуйста… — обматывая пакетик со льдом бинтом, негромко сказал Болат, начиная оправдываться, — я не увидел то, что ты не успела пристегнуться… Обмотав лёд в несколько слоёв бинта, он аккуратно приложил тот к моей покрасневшей коже. — Не увидел? А я думала, что ты по пути банк ограбил, поэтому мы так быстро стартанули, — оглядевшись по сторонам, я с ухмылкой добавила, — от погони то хоть оторвались? Болат глухо усмехнулся, свободной рукой потрепав меня по голове. Однако улыбка задержалась на его лице ненадолго, вскоре сменившись былой хмуростью и заметной усталостью. — Подержи лёд ещё минут десять, чтобы точно не появился синяк, — передавая мне завёрнутый в бинт лёд, негромко произнёс Болат. Вернувшись на водительское сидение, он посмотрел на меня и, видимо, убедившись в том, что на этот раз я пристёгнута, завёл машину, трогаясь с места, пусть и менее быстро, но хотя бы аккуратно. Серкан включил радио и в абсолютном молчании принялся вести машину, хмуро смотря на дорогу и периодически постукивая большими пальцами по рулю. Я понимала, что явно произошло что-то очень серьёзно, и ждала, что Болат в конце концов расскажет мне причину его такого негативного состояния, вот только чем дольше мы ехали, тем сильнее я понимала, что делиться произошедшем он не намерен. — Серкан… — не выдержав его молчания, всё же решила напрямую спросить я, — у тебя что-то случилось? Ты сегодня сам не свой… Он мельком глянул на меня и отрицательно покачал головой. — Всё нормально, — бесстрастно ответил Болат, уверенно маневрируя в потолке. Мы ехали быстро, опережали одну машину за другой, проскакивали на светофорах. За окном мелькали здания, детали которых я даже не успевала разглядеть. — Но… ты ведёшь себя странно, — спустя затянувшуюся паузу всё же произнесла я, не теряя надежды разговаривать Серкана. Он лишь слабо пожал плечами, как бы говоря, что не понимает, о чём я. — Почему мы так быстро едем? Ты куда-то торопишься? — убавив радио, спросила я. Болат не торопился с ответом, молча прибавляя газ и пролетая на мигающим жёлтым светофоре. — Да… есть кое-какие дела, — будто нехотя ответил он, не сводя глаз с дороги. И эта короткая фраза, честно говоря, заставила меня волноваться. Сегодня я сообщила бабушке о своём браке, и именно сегодня у Серкана очень плохое настроение и какие-то странные вечерние встречи, о которых он не хочет говорить. И всё больше и больше я думала, что это далеко не простое совпадение. — И что за дела? — не сдаваясь, продолжала я спрашивать. Болат тяжело вздохнул и закатил глаза, явно не разделяя моего любопытства. — Рабочие, — сухо ответил он. Перевернув лёд и посмотрев на свою заметно побледневшую кожу руки, я повернула голову обратно в сторону Серкана. — У тебя что, какие-то секреты от меня? — с глупой ухмылкой спросила я и, пытаясь хоть немного скрасить наш диалог, через недолгую паузу добавила, — я вообще-то твоя будущая жена, поэтому ты должен мне всё рассказывать. Болат лишь глухо хмыкнул и мельком глянул на меня. — Я, может, не хочу портить вечер любимой невесте своими проблемами, — на долю секунды перенимая моё игривое настроение, ответил он с тенью ухмылки на лице. Я лишь слабо улыбнулась ему, внимательно разглядывая его вновь помрачневший профиль: напряжённую челюсть, немного сжатые губы, схмуренные брови. — Если без шуток, то, Серкан, я ведь помогу, ну или по крайней мере попытаюсь, — делая голос абсолютно серьёзным, уверенно сказала я, — расскажи, что случилось, мы вместе обязательно что-нибудь придумаем. Однако Болат ничего не ответил, продолжая молча вести машину. И я уже подумала, что мои попытки разговорить его не увенчались успехом, как вдруг Серкан резко затормозил — шины звонко завизжали, и в нос ударил неприятный запах жжёной резины — и свернул на полупустую парковку какого-то супермаркета. — Рассказывать долго, — глуша машину, сказал Болат, — я схожу куплю тебе что-нибудь, а то ты наверняка после работы голодная, и потом уже расскажу. И что-то мне подсказывало, что дело было не в его искренней заботе обо мне, а в необходимости собраться с мыслями, поэтому я лишь кивнула и выдала простое: «хорошо, спасибо». Болат ушёл в магазин, предварительно закрыв машину, а я достала телефон, чтобы написать Джерен и предупредить её о том, что немного задержусь сегодня. Ждала я Серкана довольно долго, кажется, почти десять минут, однако, когда он вышел из магазина с полным пакетом в руках, я понял, почему он так надолго пропал. — Держи, — протягивая мне все покупки, немного усталым голосом сказал он. Взяв пакет, я сразу же решила заглянуть в него и, увидев просто десяток различных цветных упаковок, удивлённо вздохнула. Серкан скупил, кажется, все сладости в этом магазине: мармеладки, шоколадки, какие-то жевательные конфеты, сок и даже три шоколадных пончика. — А быть твоей фиктивной женой не так уж и плохо, — глухо усмехнулась я, разглядывая принесённые мне вкусняшки. — Это тебе компенсация за то, что ты сейчас будешь слушать, — садясь на своё сидение и блокируя двери, как-то совершенно невесело сказал Болат, а затем, коротко взглянув на меня, добавил, — может, всё-таки я просто отвезу тебя домой? Зачем тебе мои проблемы? Неужели тебе своих мало? Поставив пакет в ноги, я наклонилась чуть вперёд, аккуратно сжимая мужскую ладонь. — Серкан, хоть мы и поссорились тогда… но ты же мне по-прежнему дорог… несмотря на обиду я волнуюсь за тебя… и хочу, чтобы у тебя всё было хорошо… — ласково проводя большим пальцем по тыльной стороне его ладони, негромко произнесла я, — ты и сам ведь помогаешь мне и заботишься обо мне, даже не смотря на то, что я поступила в своё время очень плохо… мы с тобой оба беспокоимся друг о друге… поэтому расссказывай, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы помочь… обещаю… И стоило мне договорить, как взгляд Серкана заметно изменился… с отстранённого, холодного, пытающегося отгородиться от всего мира… на встревоженный и запутанный… Он будто пытался делать вид, что всё держит под контролем, а на деле совершенно не знал, как решать все навалившиеся проблемы. — Если честно, то… сегодня не день, а сплошная катастрофа… — непривычно растерянным голосом произнёс Болат, опустив поникший взгляд на наши руки, — началось всё с того, что ещё ночью Селин слила журналистам информацию о нашей свадьбе… твоё имя, конечно, не называлось, но… во всех статьях снова появились те фотографии с поцелуем… так ещё и с такими отвратительными подписями… Кто-то писал, что свадьба из-за незапланированной беременности… Кто-то писал, что я изменял своей будущей жене, — он тяжело вздохнул, делая короткую паузу, — и проблема даже не в том, что они про меня писали, а в том, что это специально сделал человек, которого я считал своим близким… мы с Селин дружили с детства, и, конечно, наши отношения во взрослом возрасте нельзя было назвать счастливыми, ведь я никогда её не любил также, как, например, любил тебя… но, Эда, я ведь ей доверял… я правда пытался закрывать глаза на какие-то её странности и надеялся, что однажды она будет счастлива с кем-то другим… но она просто воспользовалась моим доверием и специально устроила всё это… Он слегка сжал мою руку, тяжело вздыхая и стараясь вернуть лицу прежнюю безэмоциональность. — Я сказал ей, что либо она продаёт мне акции и уходит добровольно, либо я подам на неё в суд, — уже более отстранённо добавил Болат, поднимая глаза на лобовое стекло и пустым взглядом глядя на вечернюю улицу, — в итоге Селин акции мне продала, но на этом проблемы не закончились. Ближе к обеду один из клиентов чуть было не разорвал контракт, так как он глубоко верующий человек и для него важно, чтобы его дом создавали люди с чистой репутацией… а после всех этих статей про меня такого уже не скажешь… я несколько часов убил на то, чтобы убедить его в том, что все эти пошлые заголовки это ложь, — он нервно усмехнулся, через недолгую паузу добавляя, — и самое смешное… стоило мне закончить решать эту проблему, так мгновенно образовалась новая. Мы сейчас работаем над одним проектом, и предоставленные мне вечером чертежи мне абсолютно не понравились… и сегодня за ночь мне придётся каким-то образом сделать и часть с архитектурой, и часть с ландшафтом заднего двора, потому что завтра весь день мы будем разбираться с твоими вещами, послезавтра мы уже улетаем в Бодрум, на выходных свадьба, а в понедельник мне надо передать чертежи подрядчикам, иначе мы не уложимся в срок проекта… Он вытащил руку из моей ладошки и, устало откинувшись на сидение, потёр пальцами переносицу. — В общем… день сегодня просто отвратительный… — Серкан повернул на меня голову, виновато поджимая губы, — из-за меня ещё и ты ударилась… прости… мне очень стыдно… обычно я гораздо лучше контролирую свои эмоции… Я молча смотрела на него, даже не зная, как вообще комментировать всё произошедшее. В один день у него действительно случилось столько всего: и увольнение Селин — хотя этому я где-то в глубине души была очень и очень рада — и чуть не слетевший контракт, и сгорающий дедлайн проекта. И мне очень хотелось поддержать его, но как будто ему нужны были не пустые слова в духе: «не переживай, всё наладиться», а что-то на самом деле важное. И всё, что я смогла придумать, это слегка наклониться вперёд, мягко обнимая Серкана за плечи. — Если хочешь, я могу тебе помочь с проектом. Конечно, опыта у меня мало, но, обещаю, я буду очень стараться, а… и заодно я могу тебе кофе делать, чтобы тебе не пришлось отвлекаться от проекта… думаю, вместе мы сможем закончить раньше, и тебе хотя бы не придётся сидеть всю ночь за работой, — почти невесомо складывая голову на мужское плечо, сказала я, — а насчёт того клиента… если нужно, то я могу с ним поговорить, могу притворяться твоей любящей невестой и даже соврать, что мы сделали никах в первый же день знакомства… а Селин… её я могу только послать… она ужасно поступила с тобой… Болат аккуратно опустил руку на мою спину, то опуская, то поднимая ладонь в медленных поглаживаниях. — Какой же всё-таки хорошей ты иногда бываешь, Эда… — мягко прошептал он, оставив на моём виске робкий поцелуй, — я очень ценю твоё желание помочь мне… но, думаю, ты и так устала после работы… Я, подняв голову, отрицательно покачала головой. — Не устала, — уверенно соврала я, — честно, у меня ещё много энергии, поэтому я готова хоть целую ночь сидеть за чертежом. Болат взглянул на меня с недоверием, но, видимо, понимая, что в одиночку он не справится, всё же согласно кивнул. — Я буду тебе должен, — уже чуть более весело произнёс Серкан, выпуская меня из объятий. И совсем скоро мы ехали в сторону дома Болата. Серкан по-прежнему не скупился на скорость, продолжая ловко маневрировать между машин, а я ела шоколадный пончик, пытаясь хоть как-то восстановить силы после отработанной смены.

***

Серкан раскладывал на столе документы по проекту, готовые чертежи, наброски, канцелярию, а я стояла на кухне, терпеливо дожидаясь, когда приготовиться вторая порция кофе. Болат попросил сделать ему чёрный кофе, а для себя я выбрала обычный капучино. По привычке открыв дверцу шкафа под кофемашиной, я обнаружила карамельный сироп, который сама же и купила ещё в те времена, когда мы с Болатом встречались и когда я могла остаться у него на ночь. И Серкан то ли забыл выбросить этот сироп, то ли специально оставил его для любящих сладкое гостей, то ли в глубине души надеялся, что однажды мы всё же помиримся и в очередное утро я снова буду стоять на его кухне, щедро наливая в керамическую кружку сладкий сироп. Взяв стеклянный бутылёк с нарисованными карамельками на этике и открутив крышку, я невольно сделала глубокий вдох, чувствуя приятную сливочную сладость и нотки свежесваренного кофе. Запах был такой тёплый и обволакивающий, такой мягкий и знакомый — так всегда пахло по утрам в доме Болата. За окном мог идти дождь или снег, за окном могло быть холодно и ветрено, за окном могла быть противная слякоть и грязь — и она, к слову, часто была в феврале, в самый счастливый месяц для наших отношений — однако в стенах дома всегда было уютно. Мы с Серканом всегда начинали утро с чашечки кофе, потом готовили завтрак, смеясь и болтая, затем могли беззаботно обсуждать планы на день, могли в шутку спорить, а могли целоваться, удобно устроившись на мягком диване. Хоть в силу различных обстоятельств я и делала это не часто, но я всё равно очень любила оставаться на ночь у Серкана, любила просыпаться в его постели, любила самой невинной и искренней любовью каждое наше совместное утро. Вот только теперь от наших тёплых чувств и беззаботных деньков остался лишь карамельный сироп, не такой сладкий и не такой вкусный как когда-то прежде. И изменилась, конечно, не жжёная карамель, залитая в стеклянную баночку, нет, она осталась прежней… просто изменились мы. Кофемашина негромко пискнула, сообщая о готовности напитка, и я аккуратно взяла кружки, направляясь в сторону стола и надеясь не разлить ничего по пути. — Спасибо, — усталым голосом поблагодарил Болат, когда я поставила перед ним чашку с горячим кофе. Серкан жестом попросил меня сесть рядом и взял в руки несколько готовых чертежей. — Смотри, в ландшафтном дизайне мне не нравится этот задний двор, — тыкнув пальцев на план участка, произнёс он, — остальной ландшафт я одобрил, поэтому изучи эти чертежи, — складывая передо мной нужные бумаги, продолжал говорить он, — чтобы задний двор по стилю не выбивался из всего проекта… Дальше Болат рассказал мне предпочтения заказчика, выдал документ с информацией о почве, чтобы мне было проще подобрать подходящие растения, и даже отдал неудачный, по его мнению, чертёж. И чем дольше я смотрела на него, тем больше сомнений у меня закрадывалось… чертёж ведь был просто идеален… очень красивый дизайн, шикарная техника исполнения… разве я сделаю лучше?.. — А что тебе в нём не нравится?.. — несмело спросила я, так и не найдя ни единого изъяна, — красиво же получилось, да и все требования заказчиков учтены… Серкан посмотрел сначала на меня, затем на чертёж. — В нём души нет, — только и ответил он, озадачивая меня своими словами лишь сильнее. Я несмело взяла карандаш в руки, чувствуя предательское сомнение. А точно ли я смогу?..

***

За окном светало. На столе стояло пять пустых кружек со следами от кофе. Лежали фантики от конфет и шоколада и упаковка от пончика. На полу валялось несколько скомканных листов. Тело гудело от усталости, шея затекла, спина неприятно болела, глаза заметно покраснели от долгого напряжения. Хотелось уснуть прямо здесь, прямо на этом жёстком стуле. — Получилось хорошо, — негромко протянул Серкан, складывая наши с ним финальные версии чертежей в общую папку проекта, — спасибо тебе, Эда. Я лишь обессилено улыбнулась, чувствуя приятную гордость. Неужели я смогла? Правда получилось? — Честно, ты очень талантливая. Ты без образования встаёшь вровень с людьми, которые уже несколько лет работают в этой сфере, — с искренним восхищением глядя на меня, говорил Болат, — конечно, у тебя есть небольшие недочёты в технике, видно, что опыта у тебя маловато… но одно только умение вкладывать в чертёж частичку себя, своей души очень дорогого стоит. Да и, тем более, учишься ты быстро, даже за тот недолгий срок работы в ArtLife у тебя заметно выросла техника, поэтому, думаю, через год уже вообще проблем не будет, — положив папку с готовым проектом, Серкан добавил, — смотря на тебя, Эда, я уверен, в будущем ты далеко пойдёшь в этой сфере. Не знаю со мной или уже без меня, но ты точно многого добьёшься… главное только не зазнавайся и продолжай совершенствовать то, что уже умеешь, хорошо? Я мягко улыбнулась, чувствуя, как краснеют от смущения щёки, и тихонько кивнула. — Ладно, а теперь пойдём, я провожу тебя в гостевую комнату, — он протянул мне руку, помогая встать. На самом деле так странно было осознавать, что сегодня я снова буду ночевать в доме Серкана… а с завтрашнего дня и вовсе перевезу к нему свои вещи… — Вот твоя спальня, — указывая на приоткрытую дверь, негромко сказал Болат, — ванная комната, как видишь, у тебя тоже будет своя, поэтому завтра расставишь там всё, как тебе будет удобно, — устало зевнув, он продолжил, — я сейчас ещё просмотрю, может у меня осталось что-то из твоей одежды, если нет, то на ночь дам тебе что-нибудь своё. Я быстро оглядела просторную спальню и неуверенно прошла внутрь, присаживаясь на край постели. — Хорошо, спасибо, — только и сказала я, провожая Серкана немного растерянным взглядом. Так странно было осознавать, что когда-то мы засыпали с ним вместе, в обнимку, а сейчас мне радушно предложили гостевую спальню, находящуюся в самой дальней от комнаты Болата части дома. И, конечно, сейчас я бы и сама не согласилась спать с Серканом в одной кровати… однако всё равно стало как-то больно понимать, что, несмотря на все чувства, мы так отстранились друг от друга. Спустя несколько минут Болат принёс мою одежду: велосипедки и футболку, и, пожелав мне доброй ночи, ушёл, закрыв за собой дверь. Я же пошла в ванную комнату и, быстро приняв душ, обессилено плюхнулась на кровать, чувствуя приятный запах стирального порошка. И стоило мне только закрыть веки, как я мгновенно провалилась в сон.