Оккупация Кейто-Неймодии войсками Панторы смотреть онлайн бесплатно

      Вся эта история началась с того, что Лотт Дод похотливо посмотрел на Райо Чучи. Это случилось, пока обсуждалась оккупация Панторы – с глазу на глаз, в кабинете неймодианского сенатора; он предложил помощь коллеге, но не за просто так. И оценивающе осмотрел её с головы до ног. Особенно его красные глаза с ломанной линией посередине задержались на декольте, на её коленях. Чучи промолчала, но поёжилась, словно её уже насиловали. Выйдя от Дода, она глубоко вздохнула, и огонёк ненависти загорелся в душе гордой панторанки. - Если эта похотливая сволочь желает моё тело, она его получит. Ради моего народа это не самая ужасная цена, - Чучи, уже у себя в кабинете, посмотрела в зеркало. – Но Дод пожалеет об этом. Он может меня обмануть, потому мне бы приобрести гарантии. Компромат. Хах, его похоть выйдет ему боком. Стоит ему потерять голову, и кто знает, что будет на головидео, и как я смогу им помыкать…. - Красивой и сексуальной женщине манипулировать мужчинами в постели ничего не стоит, - продолжила Чучи, уже перед Асокой, после происшествия на орбите своей родины, когда стало ясно: Торговую Федерацию уничтожит одно слово юной панторанской сенаторши. – они все теряют головы. Он и не заметит, как попал под мой каблук, лишь бы получить удовольствие. Для этого нужно быть умелой любовницей, но некоторые вещества в этом плане упрощают жизнь. - Сенатор Чучи, - невинно говорила падаван, ещё более юная. – о чем вы? Разве нужно… - Нужно: я не позволю уйти ему безнаказанным за такие грязные намёки, за оккупацию Панторы, - Чучи сжала кулаки. – Я всего лишь играю по их правилам. И ничего противозаконного не будет: мы встретимся, как на свидании, выпьем, а я подсыплю ему афродизиак, после чего он будет полностью в моей власти. Он будет готов на всё, лишь бы я удовлетворила его, его сексуальное желание будет доведено до фрустрации, он обезумеет. А голорегистратор всё запишет. Это будет небольшой компромат, который я пущу в голонет, если он заартачится и продолжит гнуть линию, что Федерация всего лишь требует выплату долгов! Всего лишь гарантия, что всё пройдёт успешно. - Но вы… понимаете, что всё может закончится ужасно? Это очень рискованно: если он обезумеет, всё может закончится… изнасилованием, - стеснительно, от того сдавленно сказала Асока. – И к тому же, вам всё равно придётся лечь в постель с ним. С этим неймодианцем! Он же старый и противный!       Чучи тяжело вздохнула: пусть она не была девственницей уже четыре года, а её первый панторанец сейчас с другой, мысль о том, что с ней сорвёт плоды любви, даже ради компромата, Лотт Дод, ей была противна. Но всего лишь одна ночь. Всего лишь месть. Ради народа стоило чем-то пожертвовать, и это была меньшая жертва. - Да и на головидео будете и вы, - продолжала Асока. – если об этом кто-то узнает, будет уничтожена и ваша репутация! - Есть немало способов вымарать и меня, и мой голос, - спокойно ответила Чучи – она могла это сделать. – но оставить его во всей красе его извращений. Асока, мне нужна твоя помощь: нужно достать афродизиак. У меня есть средства, но я не могу появиться… - Хорошо, сенатор, хоть мне это и не нравится, но я помогу вам, - нехотя ответила падаван. – надеюсь, это будет того стоить. - Спасибо, Асока, - тепло улыбнулась Чучи. – тогда помоги мне также установить голорегистратор, чтобы всё записать.       По лицу тогруты было видно, что она бы отказалась, но её совместная миссия расположила к Чучи и не оттолкнула даже такая авантюра. А может, это просто чисто джедайское подчинение Сенату, со всеми его странностям и косностям?

***

      Лотту Доду общение с Райо Чучи нравилось только, когда она молчала и сидела. Эта панторанка обладала на редкость развитыми молочными железами, даже несмотря на её юный возраст. Эти мясистые шары можно было встретить у любой инопланетянки. Чаще это были органы сексуального удовольствия, и только у кормящих своих детёнышей молоком из своей крови имели ещё какое-то значение. Было в них что-то эстетичное. Разных размеров, неизменно они определяли тело, на котором возникли, как женское. Иногда даже вперёд гормонов. Доду запах Чучи не нравился: она пахла почти как изнеженный ребёнок, то есть слащаво и пряно, как ароматизированное мыло. Сплошное удовлетворение жизнью, беззаботность и легкомыслие. Так казалось раньше. А потом это изнеженное дитя пролезло, куда не просили, и разрушило немало планов, как Дода, так и его руководства. Пришлось заключить с ней сделку, де-факто, подчиниться ей; легче было бы, дай она ему взятку с самого начала. На эту провокацию Чучи не поддалась. А это был звоночек, что не проста панторанская сенаторша. И вот она появилась, в своём костюме, под которым с трудом различимы рельефы её тела. Синекожая, как сама смерть, юная Чучи уже трясла свободно висящими шарами, её фигура была вылеплена в форме двух чаш, соединенных не самой идеальной талией. Светло-лиловая шерсть, свисающая с головы несколькими колосьями, большие белые глаза с янтарной радужкой, окаймлённые длинными ресницами в тон шерсти – это шло экзотичным дополнением к этой фигуре. Дод, встретив её, пожалел, что Чучи не может повернуться к нему спиной – какова она сзади? Попадаясь в коридоре, панторанка не заинтересовывала его прежде, чем заботы о народе поставили её в подчинённое положение. Прежде чем она явилась просить, если не умолять, уязвимая, хотя ей ничего не грозило. - Я пришла обсудить с вами текущую ситуацию, - туманно сказала Чучи, без приглашения присев. - Меня поставили в известность о том, что в похищении дочерей барона замешаны… - И что, ваше предложение в нашу прошлую встречу сгорело? – неожиданно спросила Чучи. Дод позволил себе лишь широко раскрыть глаза, подняв лобные бугры. Что она задумала? - Что именно вы имеете в виду? – осторожно поинтересовался он, отодвинув в сторону планшет с графиком встреч. - Ну что вы, - кокетливо улыбнулась Чучи. – можете не говорить вслух, о чём оно было. Возможно, нас подслушивают.       Она огляделась, при этом невзначай потряхивая своей грудью. Шары колыхались под одеждой, не сдерживаемые бельём. Её руки покоились на скрещённых ногах, на бёдрах, словно прикрывали треугольник внизу живота: она сидела чуть подальше от его стола, виднелась вся. В их последнюю личную встречу он также мог осмотреть её тело. - Тогда я повела себя высокомерно, даже надменно, но, - Чучи поддалась вперёд, и от неё венул шлейф дорогих цветочных духов. – клянусь богами, я думала о вас после этого долго. - И что же вы думали? – откинулся в кресле Дод, полностью раскрывшись, как бы ему этого не хотелось.       Его рассуждения, промчавшиеся в сознании за всю ту паузу, что выдержала панторанка, лукаво стреляя глазками, свелись к одному: Чучи сошла с ума. Её поведение было нелогичным. Имея на руках такие доказательства, что Федерацию лишат лицензии, навесив кучу штрафов, она возвращалась к старому разговору о взятке, что могла навредить ей, ещё и таким тоном, будто это самое лучшее, что с ней могло быть! Какой-то политический мазохизм, что-то было неладное. - Мне кажется, мы… - она фальшиво воздела взгляд к потолку, пальцем проведя от подбородка, вниз по шее. – ах, что-то у вас жарко.       Дод не успел ответить – Чучи расстегнула пуговицы на своём мундире, и показала свои синие ключицы. Эта линия от подбородка словно продолжилась между них, ныряя глубоко в декольте, а по бокам был отличный от остальной кожи рисунок: сетка сосудов, окутывающая вверх каждой груди. - … мы могли бы переместиться в более уединенную обстановку, - отодвинула от левой груди ткань, и Дод вцепился руками в подлокотники: ему открылся верх мясистого шара – от декольте до её подмышки. – Сенат давит своими условностями, вы это знаете не хуже меня. А эти условности рушат любую инициативу, любое доверие, любые отношения… - Я вас слушаю и не могу понять, о чём вы говорите, - сглотнул Дод. – вернее… как ваши мысли соотносятся с… - О, я же говорила, не надо вслух, - потянулась к нему Чучи, казалось, чтобы закрыть рот, но Дод поймал её руку – она сжала в ответ. – Мои мысли всего лишь о том, что мы могли бы узнать друг друга получше. В конце концов, и оккупация Панторы… - Что вы задумали? – Дод встал, продолжая держать за руку Чучи. – К чему эти намёки? Мы уже обо всём договорились… - Этого вы хотите как сенатор от Торговой Федерации, - склонилась над ним, почти перевалившись через стол, Чучи. – А что вы хотите, как обычный неймодианец? - Ну… мне бы хотелось сначала поесть, - Чучи добродушно рассмеялась, и Дод невольно отшатнулся: ему показалось это унизительной снисходительностью. – а также услышать прямой ответ, какая цель вашего прихода. Истинная. - Я всего лишь предлагаю вам встретиться вне казенных стен, скажем, какое-нибудь заведение… ресторан при гостинице? – предложила Чучи. – Место, где нас никто не узнает, и мы сможем побыть собой, а не сенаторами. - И зачем же вам это? – теплая и сильная рука Чучи сжала его крепче. - Это ответ на ваше предложение, - удивилась она приторно. – И смею надеяться, это удовлетворит ваше тайное желание, случайно просочившееся тогда. Поверьте, оно взаимное. Я хочу, чтобы это сделали вы.       И она ушла. Ан нет, вернулась. - Я бы многое хотела сделать и сказать, но это так нетипично, - Чучи обошла стол, без спроса, одним бедром усевшись перед Додом на край столешницы. – подошло бы другое слово, но нас могут подслушать…       Её слова шелестели как листья на ветру, её ноги были чуть раздвинуты, она вся была на виду, не скрывалась – Доду показалось, что он видит сон. - Вы сказали, что наши желания взаимны, - произнёс он наконец-то. – Почему именно я? Вам мало панторанцев? - Панторанцев много, я их сенатор, - просто ответила Чучи, немного поведя плечами, из-за чего грудь опять пошевелилась. – а моё сердце решило ответить взаимностью вам.       Дод умилился с последней фразы – юная девчонка романтична, невинна. Она была словно нетронутая целина снега, словно первый урожай, словно скрытое сокровище, зарытая много лет назад гробница, девственная земля, не тронутая цивилизацией и ногой разумного существа. Дод осторожно, словно к видению из дыма – ну не мог он поверить! – протянул руку к лицу Чучи. Звонок. - Как всегда вовремя, - пробурчал он, и она звонко рассмеялась. - Вы прекрасно знаете, где меня найти, - Чучи направилась к выходу, напоследок сверкнув улыбкой. – Надеюсь, мы сможем перейти на «ты». - А существенна ли разница? – рассеянно пробормотал Дод – ему было жаль, что она уходила.       Хуже, чем неймодианцам, на ксенофилию не везло только различным инсектоидам, которые даже не интересовались женщинами помимо своей матки и то, не все имели либидо. И это странно, ведь неймодианцев путают с дуросами в обычных вещах, а только инородке надо выбирать, так они тут же безошибочно определяют, где кто. Не в пользу неймодианцев. Дод много пользовался услугами жён на час – ради чаевых они готовы были многое перетерпеть, но не за деньги на него не смотрела ни одна. Это не задевало. Неймодианки находили его привлекательным – их мнение было приоритетнее, но когда панторанка вдруг увидела в нём мужчину и не скривилась, за бесплатно, то наклёвывалось что-то интересное. Только было тревожно от чего-то.

***

      Чучи отмахивалась от своей роли долго – усилием воли она подняла в своей душе какое-то тепло, внушила себе, что Дод мил и очарователен, хотя этот морщинистый старый фрукт с вечным выражением лица, будто сейчас разрыдается, с дурным мускусным запашком в обычное время внушал ей отвращение. Чучи не влюбилась бы так: она бы не согласилась целовать его недоразвитые губы, прижиматься к тщедушному телу в дорогих шелках, пока он будет дрожать от старческой немощи и ощупывать загребущими руками с длинными пальцами её спину, просыпаться по утрам с ним в одной постели, если бы не оккупация. Она просто хочет отомстить. Не нужен ей Лотт Дод ни в каком виде! Но как они держались за руки – это был ничуть не похотливый жест, а от ладони в её сердце шло жгучее тепло. Чтобы не терять его, Чучи ещё долго держала сжатой в кулак ладонь. Казалось, если разожмёт, оно уйдёт, и какая-то пустота образуется в душе. - О, Асока, это такая глупость! Я почти открыла ему свою грудь, - застёгивалась Чучи. – А мне запомнилось, как мы держались за руки. Причём так… нет, я не могла влюбиться в него! Фу! - Может, это реакция на феромоны? – предположила Асока – она уже приобрела афродизиак и ждала приказаний насчет голорегистратора. – Если вы так… соблазняли его, то он мог начать… производить… - Возможно, - опустила голову Чучи. – Он у меня на крючке. - Сенатор, точно ли это хорошая идея? – снова спросила Асока. – Если он поймёт, что происходит, то… - Это беспроигрышная для меня ситуация: Дод ни в чем меня не обвинит, ведь мы будем тогда обычными разумными, а не сенаторами. - Но он может попытаться отомстить, - возразила Асока. – Неймодианцы злопамятные и мстительные существа. - Поэтому важно, чтобы всё прошло по плану, - Чучи взяла небольшой пакетик с порошком. – Я отомщу. - А правильно ли это? – вдруг подняла вопрос Асока. – Ведь вы обманете, опоите его и воспользуетесь. А потом будете шантажировать. И эта месть… - То, что он сделал и десять лет назад, и сейчас – то зло, за которое наша система не наказывает, - тяжело вздохнула Чучи. – Для восстановления справедливости не нужно думать. Нужно делать. И чем быстрее, тем лучше. - Что-то нехорошее у меня предчувствие, - заметила Асока. – Обязательно ли вам быть этой справедливостью? - Кто-то должен, - ответила Чучи и улыбнулась. – Иногда необходим хоть один разумный, который восстановит справедливость.