Вэй Ин пал, или Джедай Темного пути

— Странное, конечно, название для космопорта — Юньшэн. “Глубины”. Типа один раз сядете и больше не взлетите? — Сюэ Ян разлил оставшееся пиво по стаканам, перевернул бутылку, потряс, но оттуда не вылилось ни капли. — Закончилось, — глубокомысленно заключил он и вручил бутылку Вэнь Нину. Тот аккуратно поставил ее на пол, к пяти таким же пустым. — Старое название резиденции ордена Гусу Лань, — пояснил Вэй Ин и, сделав большой глоток, чуть не застонал от удовольствия. Пиво на борт прислала Слепышка, сошедшая с корабля вместе с двумя даосами. По легенде, она была наследницей корпорации, располагающейся где-то на окраине Внешнего Кольца. Много гонору, много денег и желание доказать всем, что она особенная, и для этого напроситься на учебу в прославленный орден Гусу Лань. А-Цин приодели в соответствии с ее представлениями о богатом и прекрасном. Сюэ Ян посмотрел, хихикнул и вынес вердикт, что сойдет. — На Корусанте тебя бы, конечно, подняли на смех за глубокий провинциализм. Но тут будет к месту. В благодарность “наследница” прислала им на борт упаковку пива, хотя намекали ей и даосам на “Улыбку Палпатина”. Сюэ Ян глянул на него сквозь золотистую влагу. — Ну и как это, быть Павшим? Расскажи! В глазах у него горело фанатичное любопытство. Вэй Ин качнул головой. — Ну, пожалуйста-а-а-а, — совершенно по-детски заныл Чэнмэй. — Всегда считал, что ситхи — самые клевые ребята в Галактике. Конечно, их обычай убивать собственных учителей — лютая жесть, но в остальном… — Он потянулся и задумчиво прищурился. — Хотя знаешь, прибить такого, как Лань Цижэнь, например, вполне благое деяние. — С чего… Почему? — Вэй Ин выпрямился, напряженно глядя на собеседника. Только сейчас до него дошло, что, будучи наемником без принципов (не то что эти два даоса), Сюэ Ян знает многое. Судя по тому, как они со Слепышкой почти мгновенно вычислили цель его путешествия… Он прищурился. — Так что там с учителем Ланем? — У меня только сплетни, — облизнул губы Сюэ Ян. — Знаешь, там слушок, здесь разговорчики. Говорят, что Лань Цижэнь отходит от дел и собирается покинуть Гусу. Вэй Ин поперхнулся последним глотком пива. — С чего вдруг?! — О-о-о-о! — улыбка Чэнмэя была такой острой, что ей можно было хлеб нарезать. — А вот тут интересно. Вроде как он разругался со своим Советом Старейшин, пока глава ордена Лань Сичэнь, тоже по слухам, благостно медитирует вдали от внешнего мира. И Второго Нефрита тоже не видно… — Сюэ Ян сделал паузу и уставился на Вэй Ина. Тот усилием воли выдавил улыбку. — Девица из тебя куда лучше сплетника. И, кстати, два найма одновременно… Конфликт интересов? — Ну, если ты не имеешь отношения к инфокристаллам Дарта Хуоджин, то в данный момент никакого конфликта, — выдохнул Чэнмэй, не дождавшись от него отклика на сплетни о Ланях. — Только в данный? Сюэ Ян кивнул. — Не то чтобы мне сильно нравился заказчик, но платит он хорошо. Хотя после Джаббы Хатта мы скорее всего больше с ним работать не будем. Тянет тухлятиной… — И кто он, не просветишь? — Напрямую нет, чисто мой прикол, Павший, ничего личного, — Сюэ Ян допил пиво одним глотком. — Я бы тебе и этого не сказал, но он, сука, нас подставил. А ты взял и спас Слепышку, хотя она просто человек без всякой там силы. И мою шкуру тоже. Просто девку пожалел. Темный ситх, повелитель мертвых. Умора! — Ну-у-у, да, — растерянно пожал плечами Вэй Ин. — А как иначе? — Иначе, Павший, легко! Слушай, а можно твоего металлического болвана… — Вэй Ин стукнул кулаком по столу, и Чэнмэй поднял руки/ — Ладно-ладно, твоего дроида отправить за пивом? Кредиты выдадим, говорить умеет. Не может быть, чтобы на космодроме пиво не продавали. Вэй Ин нахмурился. Идея была богатая, хорошая была идея. Пиво, возможно, поможет утишить яростный костер внутри него. Темная сторона Силы звала за собой, горела жаждой мести. — Эк тебя перекосило, — уважительно заметил Сюэ Ян. — Ну что, гоним за пивом? — Я быстро, — Цюнлинь двинулся к выходу. — Скажу, чтобы вписали в счет за стоянку. — Лучше оплатить сразу, — посоветовал Сяо Ян, — вдруг придется делать ноги по-быстрому. Будут за тобой потом бегать охотники за головами… — Из-за нескольких кредитов? — не поверил Вэй Ин. — Ты недооцениваешь степень жадности торговцев пивом, — туманно, но явно со знанием дела заметил его собеседник и крикнул вслед Вэнь Нину: — Бери две упаковки! И синтетические орешки со вкусом пресноводных креветок с Дагобы! Гадость редкостная, но говорят, что их любил сам магистр Йода. Так, на чем я остановился? — На Гусу Лань… — Да, собственно, это все, что я знаю. И в свете твоих вчерашних слов, похоже, что в ордене Гусу что-то пованивает По мнению Вэй Ина, это место вообще стоило бы выжечь и сверху солью засыпать, чтобы ничего не выросло. Но Лань Чжань, наверное, огорчится… и падаванов с юнлингами было бы жалко. Он слегка всхлипнул. — Эй, ты чего? — Дети… — снова всхлипнул Вэй Ин. У него сейчас была именно та стадия опьянения, когда он был готов плакать или смеяться по любому поводу. Сейчас явно настало время плакать. Он шмыгнул носом и постарался взять себя в руки. — А что дети… дети — это… это… цветы… — наконец выдал Чэнмэй, — невыносимые засранцы, но цветы… Вырастет вот такой цветочек и будет водить тебя за нос, а ты, большой и сильный, будешь трусить за ним и в рот заглядывать. И сабля не поможет. — Ты про наследника Не? — настроение Вэй Ина качнулось в другую сторону. — Это же про него? — Он прищурился и погрозил Сюэ Яну пальцем. — Мало кто понимает, что он такой… умный. — Умный, — согласился наемник, — и хитрожопый. Хотя до Полторашки не дотягивает. — Полторашка? — Ну этот… Мэн Яо… Или какое ему там имя дал папаша Цзинь… — они переглянулись и начали ржать. — Полтора-а-а-ашка, — рыдал от хохота Вэй Ин. — Ну а как еще, — Сюэ Ян пожал плечами. — Ему все повыше хочется, туда… — он ткнул пальцем в потолок. — На голову залезть готов и отцу, и сводному брату. Потому что… Он внезапно посерьезнел и совершенно трезвым взглядом посмотрел на Вэй Ина. — Его побаивается мой наниматель. А он такая самовлюбленная задница, что считает себя просто императором галактики. А этого мелкого он боится. Я сам видел, как они разговаривают. Охренеть просто. — Я, кажется, понял, кто твой второй наниматель. — Первый, — поправил его Чэнмэй, — второй ты. Раз понял, то и молчи. Некоторые имена не стоит произносить вслух даже на своем корабле. Особенно тут, на Гусу. Тоже ведь Орде-е-ен. Он покачал пальцем. — Мэн Яо, скажу тебе по секрету, сам ищет голокристалл, который может поднимать мертвецов. Но если кристалл не найдется, то всегда можно взять за жабры того, кто умеет это делать без помощи всяких приблуд. Например, Павшего… Наследничек-то там все еще валяется после ранения, а эти два волкокота делят власть. — Я понял, — перебил его Вэй Ин. — Прекрасно. — Чэнмэй потянулся и гаркнул: — Ну и где там наше пиво? Твоего золотого божка только за смертью посылать! И, кстати, — обернулся он к Вэй Ину, — последний слушок: у главы Не искажение Силы. Знаешь, когда Сила Светлая, а почему-то не слушается. И помогает, говорят, только музыка ордена Гусу Лань. Интересный расклад получается, да? — И, не дожидаясь ответа Вэй Ина, он вскочил навстречу входящему Цюнлиню. *** Пива больше не хотелось. Головидео надоело. Вэй Ин попробовал медитировать, но в голове билось лишь “скорее! скорее! скорее!”. Он попытался тренироваться, но Сюэ Ян наотрез отказался от спаррингов, а отрабатывать одни и те же стойки в одиночку было просто скучно. Чэнмэй же не скучал от слова совсем. В город он не выходил, почти все время сидел на корабле, но и тут находил себе массу развлечений: громко комментировал гонки на спидерах, дразнил ФоЭрЛиу красной светящейся точкой, что выпускал какой-то древний стилус, найденный в одной из кают. Мелкий дроид гонял за ней, как тука-кот за нуной, зависая на поворотах и роняя все, что не приколочено. Однажды он чуть не уронил самого Вэй Ина, запутавшись в его ногах, после чего тот запретил подобные развлечения. Сюэ Яна это не остановило, и уже через пару часов он, расчертив палубу на игровые квадраты, устроил турнир по известной настолке “Стань магнатом Торговой Федерации”. В качестве игроков были привлечены оба дроида. Звал он и Вэй Ина, но тот отказался, продолжая наворачивать круги по кают-компании. Даосы со Слепышкой не присылали пока никаких известий, и Вэй Ин бесился. Ему хотелось действовать, а приходилось торчать на “Тысячелетнем фениксе” и ждать известий. — Чем больше ты психуешь, тем дольше тянется время, — сказал Сюэ Ян, с интересом (как энтомолог за очередной букашкой) наблюдая за его метаниями. — Расслабься! И станет легче. Сам он приноровился ловить ртом те самые синтетические орешки с Дагобы. Поймать получалось не все, так что пол вокруг него был усеян светло-зелеными кляксами. В ответ на бешеный взгляд Вэй Ина он лишь пожал плечами и клятвенно пообещал все убрать. Потом… когда эти хаттовы орехи наконец закончатся. Цюнлинь откопал в одном из скрытых тайников парочку рукописей и вручил их Вэй Ину, очевидно, питая надежду, что те его отвлекут. Рукописи (одна на мандалорском, другая на чеун) оказались вовсе не какими-то умными трактатами, а сборником порно-историй. Причем та, которая на манадалорском, еще была и богато иллюстрирована. В любое другое время Вэй Ин с удовольствием бы с ними ознакомился, но сейчас… Рукописи были безжалостно заброшены куда-то в угол, откуда их выудил Чэнмэй, и, неожиданно проявив способность к языкам, принялся за чтение, периодически зачитывая вслух самые смешные, по его мнению, места: — …и тут он приподнял прекрасного Ториана, чтобы потом насадить того на свой… хм… интересно… ну пусть будет жезл… аметистовые глаза вспыхнули… — Сюэ Ян нахмурился и пролистнул несколько страниц назад. — Так… я не понял, у кого там были аметистовые глаза?.. у жезла, что ли?.. — Репродуктивный мужский орган мандалорцев не имеет таких особенностей, как глаза, — раздался голос Цюнлиня. — Ой, да ладно тебе, — легкомысленно отозвался Сюэ Ян, — с глазами же прикольней… хочешь его засунуть в кого-нибудь, а он луп-луп глазами. — Смешно, — мрачным тоном сказал Вэй Ин. — Будет еще смешнее, если мы прочтем это по ролям, — жизнерадостно выдал Сюэ Ян. — Чур я тот, кто насаживает! — Я тебя сейчас сам насажу на что-нибудь острое, — пообещал Вэй Ин. — Это звучит слишком двусмысленно! Не забывай, ты на планете Гусу Лань. Тут живут исключительно целомудренные и высокоморальные люди. Вот спасешь ты своего… драгоценного и чем порадуешь?.. У тебя же аметистовых глаз нет на самом интересном месте… От бросившегося на него Вэй Ина Чэнмэй отскочить успел, помчался по кают-компании, опрокидывая то оставшееся, что еще не было уронено мелким дроидом. — Не вмешивайся! — крикнул Вэй Ин Цюнлиню. — Это только между мной и им! Он не зря провел долгие месяцы, тренируясь под зоркими взглядами призраков. Довольно быстро загнав Чэнмэя в угол, Вэй Ин двинул ему от души. Тот в долгу не остался. Острый кулак уроженца Куйчжоу врезался в скулу Вэй Ина, опрокидывая того навзничь. Сюэ Ян запрыгнул сверху и принялся бить его всерьез, но лишь один удар из десяти достигал своей цели.. — Вот же скользкая зараза, — ругался Чэнмэй. — Теперь понятно, как ты ранкора завалил… у того просто голова закружилась от твоей вертлявости… Вэй Ин сжал колени покрепче и перевернулся. Теперь он был сверху. Пара ударов по ребрам. Не в полную силу, конечно, — тех, кого нанял сам, не калечат — но достаточную для того, чтобы Сюэ Ян осознал всю глубину своих заблуждений. Тот в долгу не остался, и они клубком прокатились по гостиной, громя то, что еще оставалось целым. — Может, нам не стоило так торопиться? — раздался голос Сун Ланя. Они с Сяо Синчэнем стояли в дверях, сжимая в руках оружие, а за их спинами подпрыгивала разнаряженная Слепышка, с любопытством вытягивая шею, чтобы рассмотреть разгромленную кают-компанию. — Обычный спарринг, — тут же отозвался тяжело дышащий Сюэ Ян, не отрывая взгляда от Вэй Ина. — Хочешь сказать, что они у вас проходят по другому? Он змеей выскользнул из-под Вэй Ина, вскочил на ноги и протянул тому руку, чтобы помочь подняться. — Не так бурно, — Сяо Синчэнь убрал Шуанхуа и осторожно скользнул внутрь кают-компании. — Много уборки, — заметил он прохладным тоном. — Даочжа-а-а-ан, — расплылся в улыбке Чэнмэй, — я соскучился, — и продолжил лучеметной очередью: — Вы нашли? Или нет? Ты не пострадал? Все хорошо? Конфеты принес? — Принес, — вдруг неожиданно ответил белый даос и слегка покраснел. — Вот. Откуда-то из складок плаща он вытащил кулек с конфетами и вручил его онемевшему от неожиданности Сюэ Яну. Слепышка, наконец-то прорвавшаяся внутрь, закатила глаза. — Слушайте, — сказала она, — может, уже хватит этих брачных игр и перейдем к делу, а? — Рассказывайте, — потребовал Вэй Ин. *** — Значит, Холодные пещеры. — Да, — кивнул Сун Лань, — криокомплекс исследовательского центра Гусу. Только я не очень понимаю, при чем тут наказание. Вэй Ин зажмурился, медленно и глубоко вдохнул, потом выдохнул, мысленно досчитал до пяти и открыл глаза. Сюэ Ян присвистнул: — Ни хрена себе… Павший, а ты в курсе, что у тебя такая фигня с глазами? — он обвел пальцем свое лицо и скорчил зверскую рожу. — Красиво, но пугает… Вэй Ин усмехнулся. Внутри него клубилась и звала Темная сторона Силы. И в этот раз он не собирался ее унимать. — Он не в криокомплексе, — выдавил он. — Центр был построен на месте так называемого Холодного источника. Вернее, вокруг него. Вода там настолько ледяная, что странно даже, что в ней нет настоящего льда. Считалось, что Источник дарует адептам Гусу ясность ума и безупречное здоровье. А вот под источником, в самой горе, есть пещеры. Вход в них скрыт. По легендам, это было место укрытия или наказания. По крайней мере, последние несколько веков оно использовалось именно в качестве тюрьмы. Непослушные адепты, нарушители правил, шпионы, приверженцы темной стороны. Орден Гусу Лань, конечно, не проливал кровь тех, кто ему вредил, но был способен заморозить их до смерти. Сун Лань открыл было рот, но, не сказав ничего, крепко сжал губы. — Что, — усмехнулся Вэй Ин, — не слишком по-светлому? Зато без ситхов и Темного пути. Сяо Синчэнь откашлялся. — Мы не можем утверждать, что все, кто попали, туда были невиновны. — Конечно, нет, — широко улыбнулся Вэй Ин. — Больше скажу, вина каждого из них, скорее всего, была доказана. Но сообразна ли она была проступку? Нынешний глава ордена хотел замуровать Холодные пещеры. Похоже, у него это не получилось. Если только… если только… — горло у него перехватило так, что он не мог выдавить из себя ни слова. Вэй Ин вскочил, чувствуя как клубится Тьма вокруг него. Если они замуровали там Лань Чжаня — он снесет этот хаттов орден до основания! — Прекрати! — крик А-Цин, пронзительный и звонкий, ударил по ушам. Он замотал головой, возвращая себе ясность мысли. Огляделся вокруг — побледневшие даосы еле держались, у Чэнмэя пошла кровь носом, а черты лица Слепышки так заострились, что она выглядела карандашным рисунком на смятом листке бумаги. — Простите, — он покаянно опустил голову. — Знаешь что, Павший, — прогундосил Сюэ Ян, затыкая себе нос салфетками, — ты это… в следующий раз предупреждай… мол, если глаза желтеют, так сразу в укрытие. Влюбленный ситх, не думал, что такое увижу. Вэй Ин не ответил. Он сидел, прикрыв глаза, считал вдохи и выдохи, пытаясь успокоиться. Невозможно было идти на выручку Лань Чжаню в таком состоянии, его не выпустят даже за пределы космопорта. — Вы фоните, как черная дыра, — прозвучал спокойный голос Сяо Синчэня. — Поглощаете Силу. Это очень чувствуется. Нужно быть осторожнее. Мы пойдем с вами. Дернув завязки цянкуня, Вэй Ин высыпал на стол жемчуг. — Ваша работа окончена. Вы выполнили заказ — дальше я сам. — Не-не-не, — Сюэ Ян с торчащими из ноздрей салфетками выглядел бы забавно, если бы не его серьезный взгляд. — Без нас никуда. Во-первых, — он загнул палец, — я хочу увидеть развязку этой любовной драмы, тут никакого головидео не нужно… Слепышка треснула его по затылку, и он обиженно взвыл: — За что-о-о? — Глупости говоришь! — Нет! Во-вторых, тебе будет нужен кто-то, кто остановит тебя, если ты начнешь косплеить Лорда Ситхов. В-третьих… — он замялся на мгновение, — вот как ты мертвецов поднимаешь, а? Павший, ты мне потихоньку потом скажи, а я никому… Клянусь! Бац! на этот раз подзатыльник прилетел от белого даоса. — За что, даочжа-а-а-ан? — Темная сторона Силы ведет к падению, — вместо Сяо Синчэня ответил черный. — Да?! — ненатурально изумился Чэнмэй. — Посмотрите-ка на этого Павшего. Зайчик ведь, а не всегалактическое Зло. Вэй Ин примерно знал, где находится проход в Холодные пещеры. Наверняка можно было пройти и через научный комплекс, но вряд ли тот проход часто использовался, все-таки там болталось слишком много посторонних. А вот неприметная дорожка, вьющаяся от Стены Правил (не той изначальной, а монумента в ее честь), возле которой несли караул крепкие адепты, вела именно туда, куда нужно. Во время его стажировки в Облачных Глубинах Лань Чжань рассказал ему о Холодных пещерах. — …чтобы Вэй Ин туда не полез. Теперь знаешь, что там, и уже не так интересно… — И что, — спросил юный дурак, — прям настоящие преступники? — Сейчас никого. — А посмотреть можно? Ну, Лань Чжа-а-ань! У того в глазах мелькнуло сомнение, и Вэй Ин, заметив это, сразу вцепился в Лань Чжаня, как нек в жертву. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — Мгм. — Обещаю, что больше не буду спускаться в Цайи за “Улыбкой Палпатина”. — Вино запрещено. — Пожалуйста! Лань Чжань вздохнул. Это был едва заметный, крошечный вздох. Но Вэй Ин возликовал: — Спасибо-спасибо-спасибо! — Через два дня, в пять утра. Будут неопытные адепты. — Пять утра! — ужаснулся Вэй Ин. — Лань Чжань, ты безжалостен! — Только так. И Вэй Ин согласился. Вот только на следующий день ему пришлось покинуть Облачные Глубины. Драка с одним из приглашенных адептов разозлила Лань Цижэня, и тот выкинул его с Гусу Лань в мгновение ока. Не помогло даже заступничество Лань Хуаня. Так что куда идти, он знал. Он был готов всю эту гору разобрать по камешку, но добраться до Лань Чжаня. Тем более, что никаких падаванов там быть не могло. А всех остальных ему было не жалко. Мысль от тридцати ударах дисциплинарного кнута подогревала его гнев. — Тихо-тихо-тихо, — Сюэ Ян, избавившийся от салфеток в носу, аккуратно похлопал по его ладони. — Не заводись. Давай лучше обсудим план. — Да, — Вэй Ин с силой растер ладонями лицо. — Конечно. Ему было немного неловко из-за собственной несдержанности. Линь Чэнь, увидев такое прискорбное отсутствие контроля, замучил бы его насмешками; Мэй Чансу, скорее всего, выразительно (даже слишком выразительно) промолчал бы; а Его призрачное Величество увеличил бы нагрузку на тренировках раза в два, а то и в три. Но, к несчастью, никого из них тут не было, поэтому надо было справляться самому. Он рассказал о тропинке, о караульных, о том, что внутрь можно попасть по цифровому коду, который меняется два раза в сутки. — Код мы не знаем, — Сюэ Ян не спрашивал, а утверждал. — И что будем делать на месте? Войти — не проблема, но это будет громко. Слишком громко. Поднимем на ноги половину ордена Гусу Лань. Не то чтобы я был против хорошей драки, но нам нужно будет вытащить твою спящую красавицу, а если поднимем шум, это станет проблемой. — Орбитальные станции Гусу — это не Татуин. Не будет разрешения на взлет от диспетчера космопорта — нас размажут по орбите, и Темная Сила не спасет, — заметил Сун Лань. Он был на удивление спокоен — не язвил, не намекал на то, что Вэй Ин пал. Словом, не был похож сам на себя. — Обычно… — Вэй Ин наморщил лоб, вспоминая, — цифровой код — это одно из правил Гусу. Караульные знают, какое правило сегодня назначено паролем, ты говоришь отзыв — номер правила в кодексе Гусу. Потом тебе тоже зачитывают одно из правил, как свой отзыв. И ты получаешь нужный код. — То есть как? — А-Цин нетерпеливо подпрыгнула на стуле. — Не понимаю… — Код — это номер правила на Стене Послушания, — еще раз объяснил Вэй Ин. — Ты должен знать их все наизусть. Перебрасываетесь правилами, держа в уме их порядковые номера. Воцарилось молчание. — Если я когда-нибудь захочу учиться в Гусу Лань, пристрели меня, — наконец прервала его Слепышка, обратившись к Чэнмэю. — Извращенцы. — Тут я согласен, но делать-то что мы будем? — Сюэ Ян запихал в рот очередную конфету. — Спросим у караула, — Сяо Синчэнь пожал плечами. — Нужно просто уметь разговаривать с людьми. — Даочжа-а-а-ан! — восхищенно протянул Сюэ Ян. — Ну ты жжешь! Сун Лань показательно закатил глаза, А-Цин пробурчала что-то нелестное, а Вэй Ин… он вдруг осознал, что ничего не понимает. — Так! — хлопнул он ладонью по столу. — Что происходит?! Вы! — он ткнул пальцем по очереди в Сун Ланя и Сяо Синчэня, — идейные наемники! За все хорошее, против всего плохого. А я — Павший! Так какого хатта вы собираетесь сделать… то, что собираетесь?! Даосы переглянулись. Все-таки их манера общаться почти на телепатическом уровне неприкрыто бесила. Вэй Ин даже зубами скрипнул. — Мы сегодня сплетни собирали, — сказала вдруг А-Цин. — В школу их сначала пришли. Сидят там… рыбы сушеные. Нам и головидео показали, и по классам провели, и этим… ну, спальням. Все такое белое… А потом спустились в Цайи. — Она отвернулась и всхлипнула. — Были на двух постоялых дворах, на рынке потолкались. Там каждый знает о том… о том… — она низко опустила голову, — что Второй Нефрит ордена Гусу получил наказание дисциплинарным кнутом. Только число разное называют. Кто говорит о сотне, кто о десятке. — Тридцать три удара, — прошептал Вэй Ин. — Я видел тви’лека, который получил семь, — Сун Ланя передернуло. — Он был практически мертв. И вся кожа слезла, как чулок с ноги. Если вина твоего Нефрита только в том, что он защищал тебя, это… несправедливо. — Никто не умер из-за действий господина Лань, — добавил белый даос. — Как ты и говорил — наказание в Гусу не всегда соразмерно вине. *** Все прошло на удивление легко. Они затаились около монумента, прикрытые талисманами для отвода глаз, дождались смены часовых. В прозрачных сумерках даже негромкие голоса звучали удивительно ясно и четко, а потому расслышать слова пароля и отзыва не составляло труда. Для верности они выждали еще. Часовые, к которым из ночного тумана вышла фигура в белом, даже не дернулись. Издали Сяо Синчэнь мог спокойно сойти за одного из адептов Гусу, а отсутствие у него под надвинутым капюшоном налобной ленты было замечено слишком поздно. Доброжелательная улыбка, пара молниеносных ударов, и два юных адепта прилегли отдохнуть. Около них оставили Слепышку, которая должна была поднять тревогу, если бы их обнаружили. Но в два часа ночи весь орден дисциплинированно спал, а потому можно было надеяться на благополучный исход. Вообще, пока им удивительно везло, но Вэй Ин в везение не верил, а потому каждую секунду ждал подвоха. Сяо Синчэнь, не скрываясь, шел по дорожке вперед, а рядом с ним скользили неясными темными тенями трое: Сун Лань, Сюэ Ян и сам Вэй Ин. Они добрались до приземистого одноэтажного строения, с виду ничем не примечательного. Окон не было, только массивная дверь и сбоку сенсорный экран для ввода цифрового пароля. — Ну, — Сюэ Ян черной кляксой замаячил на крыльце, под вспыхнувшим тусклым светильником, — давай цифры, а то стою тут дурак дураком. Вэй Ин прикрыл глаза, вспоминая: — Воспринимай наказания как благо: они очищают твой дух и являются ступенями к самосовершенствованию. Сто сорок первое правило. — Вот ведь суки, — почти восхищенно пропел Сюэ Ян. — Но тут нужны четыре цифры. — Преобразуйте в строку с лидирующими нулями, — раздался чужой звучный голос. — Отрадно, что вы запомнили хотя бы две сотни правил, ученик Вэй. Значит, не зря я вдалбливал их в вашу ветреную голову. Вэй Ин резко обернулся, в трех шагах от них на дорожке стоял Лань Цижэнь. Он выглядел… как обычно, как учитель Лань в классе приглашенных адептов — прямая спина, руки, заложенные за спину, внимательный взгляд. Вот только около губ притаились две горестные складки и под глазами залегли глубокие тени. — Наставник Лань… — Вы же понимаете, что я могу поднять тревогу. — Не успеете, — ясный голос Чэнмэя слишком громко прозвучал в ночной тишине. Он выступил вперед, крутя между пальцами два коротких ножа-бишоу, и было видно, что он не приминет ими воспользоваться при любом, самом незначительном поводе. — Погоди, — Вэй Ин сжал локоть Чэнмэя, — не стоит торопиться. Губы наставника Лань изогнулись в слабом намеке на улыбку. — Если падение на Темную сторону Силы сделало вас сдержаннее, то, может, мне тоже стоит пасть? Вэй Ин облизал вдруг пересохшие губы. Лань Цижэнь умеет шутить?! Да скорее эта планета сойдет с орбиты, чем один из ведущих наставников ордена Гусу Лань скажет что-нибудь смешное! Но, однако, планета мирно вращалась вокруг собственной оси, и ночь по-прежнему была тихой. — Вам там не понравится, — выдавил он. — Что вы хотите, наставник Лань? — Да что ты его спрашиваешь, — вмешался Сюэ Ян, — дадим по голове и вперед. — За этой дверью еще одна. Там нужен бинарный код. Число, не связанное с уже озвученными правилами. Если допустите хоть одну ошибку, то поднимется тревога. — Вы скажете нам код, — Сяо Синчэнь не спрашивал, а утверждал. — Вы же здесь именно за этим. Лань Цижэнь подошел ближе, поймал взгляд Вэй Ина. — Вы пришли, чтобы помочь им? Возможно, я не всегда понимал мотивы ваших поступков, господин Вэй, но я точно знаю, что вы никогда не причините вреда Ванцзи. — Им? — переспросил Вэй Ин, слегка оглушенный таким доверием со стороны бывшего наставника. — Они там вдвоем, — Лань Цижэнь ткнул пальцем в массивную дверь. — И Ванцзи, и Сичэнь. Хмыканье Сюэ Яна прозвучало громом в ночи. Сун Лань отвесил тому подзатыльник. — Тиш-ш-ше ты, — прошипел он. — Что значит “вдвоем”? — усилием воли Вэй Ин заставил себя говорить тихо. — Что вообще происходит в вашем светлом ордене? Почему Лань Чжань получил такое наказание? А Лань Сичэнь — он у вас глава, или так, погулять вышел? Это же ваши два Нефрита — гордость ордена Гусу Лань! А вы? Почему вы не вмешались? — Он уже орал, хоть и шепотом, наступая на своего бывшего учителя и сжимая кулаки от бессильной ярости. — Ты! — таким же страшным шепотом закричал в ответ Лань Цижэнь. — Это все ты, несносный мальчишка! Захотелось тебе поднять мертвецов — поднял, захотел выступить против совета джедаев — пожалуйста! Голову не пробовал включать? Что тебя понесло на Темную сторону! А за тебя… — Нет Темной стороны, — проскрипел зубами Вэй Ин, с трудом удерживая гнев внутри, — и Светлой тоже нет. Есть Сила, и она зависит только от намерений. Если они чисты… — Ересь! — Истина! Они схлестнулись взглядами, точно световыми мечами, и в каждом пламенело осознание собственной правоты. — Только намерения имеют значение, наставник Лань, — уже мягче повторил Вэй Ин. — Разве я первым напал на тех, кто преследовал меня? Разве я хоть раз повернул поднятых мертвецов против джедаев? Так почему меня решили убить, точно бешеного пса, кусающего хозяйскую руку? Лань Цижэнь ссутулился, отвел взгляд. — Ты прав, Вэй Ин. Мне нечего тебе ответить. — Это все, конечно, безумно трогательно, — Чэнмэй увернулся от очередного подзатыльника, — но давайте уже поторопимся. Еще пара часов, и светать начнет. И ранние пташки Гусу потянутся на медитацию, или куда они у вас тянутся с утра пораньше. Короче, родственник, как попасть внутрь? Наставник Лань даже не одернул нахала, вместо этого он сжал крепкими пальцами плечо Вэй Ина. — Забери Ванцзи. Увези его отсюда. Ему нужна помощь. Духовная сила Сичэня не справится с его ранами. Он сам ослаблен постом и медитацией. Как глава ордена он возражал против столь жестокого наказания брата, но Совет Старейшин решил, что им движет привязанность, а не чувство справедливости. Ни мне, ни ему и в голову не пришло, что на Совете нам может угрожать опасность. Нас с ним заперли, а Ванцзи увели… — Почему он не сопротивлялся? — Он считал себя виновным… — В том, что помог мне? — В том, что не спас тебя, Вэй Ин! Повисла тишина, которую нарушал лишь стрекот цикад. — Вам не нужно просить меня, наставник Лань. Я никогда его не оставлю. — Как и он тебя, — печально усмехнулся Лань Цижэнь. — Не такой судьбы я хотел для своего мальчика. Но он выбрал тебя, и этого уже не изменить. — Короче!!! — взвыл Чэнмэй, и на его вопль из ночной темноты вылетела Слепышка. — Вы так орете, — начала она, — вас на орбите слышно! Здрасьте, наставник Лань, простите, но учиться у вас я не буду. Теперь мы можем наконец-то зайти? Лань Цижэнь огладил бородку. — Я так и думал, что с вами что-то не так, барышня, — и повернулся к Сюэ Яну. — Как я уже сказал: лидирующий ноль и порядковый номер правила. — Наставник навсегда, — пробормотал Сун Лань и ввел код, отодвинув Чэнмэя. Дверь бесшумно отъехала в сторону. За ней обнаружился небольшой вестибюль. По бокам располагались стойки с силовыми наручниками, ферулами и прочим. Вэй Ин скрипнул зубами, но вслух ничего не сказал. Слишком мало времени у них оставалось. Наставник Лань, ни разу не сбившись, набрал длинный двоичный код. Вторая дверь отъехала в сторону. Узкий проход уводил в темноту. Лань Цижэнь шагнул в него первым, с негромким треском зажглись автоматические лампы под потолком. — Хуань должен быть в одной из камер на первом уровне, но где А-Чжань — я не знаю. Предполагаю, что в ледяном лабиринте. Здесь его точно нет. Крошечный огонек над дверью одной из камер мигал зеленым. — Здесь, — сказал Сяо Синчэнь и тихонько стукнул в дверь рукоятью Шуанхуа. После недолгой паузы пара глухих ударов донеслась изнутри. — Если нет других узников, то ваш старший племянник здесь, — мягко сказал белый даос. — Расступитесь, пожалуйста. Серебряная молния вспыхнула ровно три раза, и на месте электронного запора образовалась дыра. — Хуань! — Дядя! — Трогательная встреча родственников, — картинно всхлипнул Чэнмэй и смахнул несуществующую слезу. — А второй где? Лань Сичэнь стоял в проеме своей камеры: изможденный с виду, но по-прежнему красивый. Истинный первый Нефрит. — Ванцзи в лабиринте, — сказал он. — Я видел его в первый день и смог передать ему немного духовной силы. Но потом нас разлучили. Увы, я не мог выбраться отсюда. — И кто бы мог подумать, что глава ордена настолько слаб, — ехидства в голосе Сюэ Яна было столько, что его хватило бы еще на пару человек. Он тронул пальцами заметные вмятины на внутренней стороне пласталевой двери и хмыкнул. На скулы Лань Хуаня наполз пунцовый румянец смущения. — Ваш упрек справедлив, господин… — Сюэ, — вмешалась Слепышка, не отводящая завороженного взгляда от красивого лица главы ордена. — А я А-Цин. Чэнмэй закатил глаза. — Я пошел, — сказал Вэй Ин. — Господин Вэй… — с облегчением воскликнул Лань Сичэнь, но больше он не успел ничего сказать. — Ты просил предупреждать, — перебил его Вэй Ин, бросая взгляд на Чэнмэя. — Я предупреждаю. Мир моментально изменился: темнота липла к его сапогам, обнимала бедра, прижималась к груди. Вэй Ин ощутил, как глаза заливает жидкое золото. — Лань Чжань, — еле слышно прошептал он ластящейся Тьме, и та послушно заклубилась тонкой стрелой, показывая направление. Он бежал по извилистым коридорам, сопровождаемый моргающим мертвенным светом ламп под потолком. Световой меч он даже не доставал. В конце концов, что ему могло угрожать здесь, в этой ледяной бесконечности? “Там… Там… Там…” — шептала Тьма, и он следовал за ней. “Еще немного, Лань Чжань, — думал он, глотая холодный воздух лабиринта, — продержись еще чуть-чуть. Я скоро”. Очередной извив коридора вывел его к прямой дорожке, упирающейся в скальную породу. Где-то посредине нее угадывались очертания изломанного тела, едва прикрытого тонким нательным платьем. — Лань Чжань, — крикнул Вэй Ин, и громкое эхо заметалось под высокими сводами лабиринта. — Лань Чжань! Ему показалось, что он бежит к своему Ланю бесконечно долго, но на самом деле через пару вдохов он уже упал на колени перед застывшим телом. Темные, почти черные пятна крови на белом шелке, спутанные волосы, ком какого-то тряпья под головой. — Лань Чжань… Ванцзи… Пожалуйста… — звал Вэй Ин, не замечая слез, бегущих из глаз. Он тронул воздух над плечом, боясь прикоснуться, боясь причинить еще больше боли. Наклонился как можно ниже, пытаясь услышать дыхание, но в ушах грохотало барабанным боем колотящееся в панике сердце. — Ванцзи… — снова позвал он. — Я в Гусу… Пришел за тобой, — его дыхание шевелило волосы на виске Лань Чжаня. Наверное, это и привело того в чувство. Он дернулся, простонал что-то коротко и бессвязно. — Ванцзи, скажи еще раз… Тот с трудом повернул голову, открыл глаза, ища взглядом Вэй Ина. Глаза были страшные: черный зрачок на красном полотне лопнувших от боли сосудов. — Вэй Ин, — шевельнулись запекшиеся губы, — Вэй Ин… — Я здесь… — У-хо-ди, — вдруг с неожиданной силой сказал Лань Чжань, — уходи. Тебе нет места в Гусу. — И тебе нет, — почти ласково ответил Вэй Ин. — Мы уйдем вместе. Он распростер руки, потом свел их вместе, собирая подвластную ему Тьму в мягчайшую колыбель. “Пухом расстелись, чтобы ни дуновением, ни касанием не навредить” — приказал он, и Тьма послушно исполнила. Первый Нефрит не мог сдержать горестного вздоха, увидев брата в подобном состоянии, а Лань Цижэнь выпрямился еще сильнее (хотя, казалось, что и некуда) и сжал губы, точно боялся сказать вслух все, что думает. — Мы уходим, — вытолкнул из себя Вэй Ин. Он не отходил ни на шаг от импровизированных носилок, боялся отвести глаза даже на мгновение. Казалось, что если он перестанет смотреть, то Лань Чжань исчезнет, развеется туманным облаком. Пф-ф-ф-ф и нету! И можно только проклинать самого себя, что не удержал. — Господин Вэй, — надтреснутый голос Лань Хуаня прорезал ошеломленную тишину, — пожалуйста, позаботьтесь о Ванцзи. — Вы-ы-ы! — протянул Вэй Ин, внезапно вспыхивая злостью. — Вы, Цзэу-цзюнь, сначала позволили этому случиться, а теперь просите позаботиться?! Да я бы камня на камне не оставил от вашего сраного ордена, но Лань Чжань расстроится. — Он приблизил свое лицо к лицу Лань Хуаня. — Только это и еще дети спасают ваших Старейшин. — Вэй Ин! — попытался одернуть его Лань Цижэнь. — В происходящем… — Есть и моя вина?! Да! Но за него, — он легко-легко прикоснулся к руке Лань Чжаня, просто чтобы ощутить тепло, но не потревожить, — я бы уничтожил Вселенную. Зачем кому-то жить, если не будет Ванцзи?! Вэй Ин перевел дыхание, закрыл глаза, чтобы успокоиться. Его гнев не поможет делу. — В вас говорит ненависть, — прохладные пальцы Цзэу-цзюня коснулись его руки. Вэй Ин поднял взгляд и увидел, как тот, волнуясь, ищет слова. — Во мне тоже ее достаточно. — Он задумался на секунду и уточнил: — Поверьте, я усвоил урок. Старейшинам придется столкнуться с последствиями… — Погрозите пальцем? — не сдержался Вэй Ин. — Уничтожу, — от улыбки Лань Хуаня веяло морозной яростью. Сун Лань, стоящий поодаль, закашлялся, и только сейчас Вэй Ин вспомнил о том, что у их почти семейных разборок есть зрители. — Кхм, — Лань Цижэнь посчитал, что настала пора вмешаться и ему. — Я не одобряю бессмысленного применения силы, Хуань. — Поверь, дядя, оно будет вполне осмысленным. — Лань Сичэнь снова перевел взгляд на Вэй Ина. — Могу я попросить вас, господин Вэй, забрать дядю с собой? Мне бы хотелось, чтобы он был в безопасности. — Нет, — решительно прервал его Лань Цижэнь, — если уж ты замыслил переворот и диктатуру, я должен быть рядом! — Дядя! Но Лань Цижэнь отмахнулся от всех возражений. — Вам пора, — отрезал он и наклонился к Лань Чжаню. — Ванцзи, — тихонько позвал он, и в его голосе было столько волнения и нежности, что у Вэй Ина перехватило горло. Кто бы мог подумать, что сдержанный наставник Лань настолько любит своих племянников. — Пожалуйста, будь хорошим мальчиком и выздоравливай поскорее. — Дя-дя… — шелест голоса Лань Чжаня был еле слышен из колыбели Тьмы. — Тш-ш-ш, побереги силы, — Цижэнь ласково прижался губами ко лбу племянника. — Мы с Сичэнем позаботимся обо всем здесь, а о тебе позаботится твой… — он дернул губами, пытаясь что-то сказать, и после нескольких неудачных попыток у него наконец получилось: — возлюбленный. Длинный присвист Сюэ Яна заставил всех зашевелиться: — Ну, раз благословение родных получено, то можем двигать!