Rosebud

Базин возвращается домой на следующий день в необычайно приподнятом настроении. Она разговорчива. Весела. Рей понимает, что её настроение невозможно предсказать, ведь оно весьма переменчиво. — Значит, ты довольна работой? — спрашивает Базин. Она сидит на кухонном стуле и пьёт вино. Сейчас только одиннадцать, но Рей не осмеливается заикнуться об этом. — Кес дружелюбен? — Не то слово. — Рей ополаскивает вымытую тарелку и откладывает в сторону, чтобы та обсохла. — Как и его сын. — В самом деле? — Он часто заглядывает к нам. Просто желая убедиться, что мы не забыли сделать перерыв на обед. — Хм… — Базин задумчиво сводит брови, потягивая вино из бокала. В остальном — неделя проходит без особых потрясений. В четверг утром Рей отправляет письмо маме, а в пятницу днём совершает долгую прогулку, чтобы пообедать с Роуз и её семьёй. Всё так обыденно, но она не возражает. Они живут на прекрасном голубом ранчо в окружении роз. Миссис Тико выходит поприветствовать Рей сразу после того, как это делает Роуз, и её ведут по вымощенной плиткой дорожке к задней части дома, где раскинулся большой сад. — Мама, Рей, наверное, устала с прогулки, — пытается спасти подругу Роуз. — Так принеси ей стакан воды. — Миссис Тико обнимает Рей за плечи и неумолимо начинает экскурсию. — Это мои циннии, а вот здесь у меня… Рей понятия не имеет, что это за растения, но всё это очень впечатляет. Дорожка вьётся через задний двор, есть несколько небольших скамеек и даже пруд с рыбками. Мистер Тико как раз наводит порядок в пруду. Он машет Рей рукой. На его шее висит полотенце. На обед подают маленькие сэндвичи и пирожные, и Рей отдаёт предпочтение выпечке. Сладкое в большом дефиците, да и она редко тратит свои сбережения или талоны на подобные прихоти. Миссис Тико расспрашивает Рей о семье, потом рассказывает ей о своей собственной, пока Роуз не вмешивается под благовидным предлогом, заметив, как Рей грустнеет от воспоминаний о матери. К спальне Роуз ведёт коридор, увешанный картинами. Она прикрывает за ними дверь и вздыхает. — Прости, — говорит Роуз. — Мама у всех любит выпытывать родословную. Рей пожимает плечами, словно не придав этому особого значения, и с интересом осматривается. Здесь так мило. Голубое постельное бельё и белая мебель, деревянная ёлочка для украшений на туалетном столике и плюшевые зверята на кровати. Своих она давно отдала, потому с тоской смотрит на игрушки Роуз. — Ты должна пойти с нами в церковь в воскресенье, — говорит Роуз. Она запрыгивает на кровать и приподнимается на локтях. — Без компании там так скучно, и мама говорит, что Базин… не может… — Мне бы очень хотелось. — Рей занимает кресло-качалку, с нежностью обнимая плюшевого мишку. — Я так рада вернуться к работе. Это так… — Серьёзно? Давай поговорим о чём-то, кроме работы. Может, сходим в кино? Покатаемся на роликах? — Роуз подаётся вперёд с заговорщической улыбкой. — Познакомимся с парнями? Парни? Рей улыбается. На самом деле, она давно не задумывалась о подобных вещах. Приятно было снова иметь подругу и болтать о чём-то глупом и таком простом. Перед уходом Рей они строят неопределённые планы на следующие выходные. По дороге домой она обдумывает предложения Роуз: двойное свидание, кафе-мороженое и танцы. Но она так занята. Скорее всего, их планы так и останутся несбыточными желаниями. Рей умывается и переодевается в клетчатую юбку и лёгкий вязаный свитер, прежде чем отправиться в дом мистера Соло. Эмилин упросила Рей подменить её в этот вечер, наказав не бояться входить в дом без стука. И всё же Рей требуется вся её храбрость. Она долго мнётся на крыльце в нерешительности, прежде чем войти, как ей было велено. Она не боится мистера Соло. Что за вздор? Но она с облегчением обнаруживает, что дом пуст. Эмилин оставила на кухонной плите записку, попросив Рей приготовить курицу с овощами и «проведать мистера Соло». Она сама вернётся чуть позже. К записке прилагается хрустящая десятидолларовая купюра. Рей моет руки и сразу же приступает к делу. На разделку и чистку курицы уходит не так много времени, она вынимает несколько ценных органов, чтобы приготовить отдельно, если вдруг мистер Соло захочет. Она моет овощи и нарезает их кубиками, затем перекладывает всё это в большую форму для запекания и ставит в духовку. Ничего сложного. На какое-то время Рей забывает о мистере Соло. Но Эмилин просила проверить его. Рей в замешательстве постукивает кончиками пальцев друг о друга. Почти стемнело. Сначала она идёт в библиотеку, потом в его кабинет, но не решается заглянуть в спальню. Примыкающий к дому гараж тоже пустует, и Рей почти прекращает поиски, но тут замечает флигель на окраине двора. Внутри горит свет. За десять долларов будет лучше проверить. В кустах стрекочут сверчки, тёплый влажный ветерок играет её волосами, когда она пересекает двор. Вскоре Рей улавливает сбивчивый шум радиопередачи, а когда осторожно подходит к приоткрытой двери, слышит, как диктор говорит о войне. Она сглатывает, глядя на свои влажные от росы мокасины. Рей толкает дверь. Внутри пахнет сигаретами и алкоголем, причём последнее вызывает в ней острое желание поскорее сбежать. Она проскальзывает внутрь и идёт на шум радио, а потом за первым же углом видит его. Мистер Соло стоит перед большим рабочим столом с установленным на нём двигателем, освещённым несколькими подвесными лампами. Он курит, а возле пепельницы стоит почти пустой графин с тёмным алкоголем. Рей вжимается в стену, надеясь, что не обличила своё присутствие. Его волосы влажные, зачёсанные назад в лёгком беспорядке. Он что, снова плавал? Он глубоко затягивается сигаретой, и Рей замечает широкие бинты на его спине, которые виднеются сквозь рубашку. Эмилин не обрадовалась бы увиденным. — Вам что-то нужно, мисс Ниима? Рей леденеет, когда тёмные глаза мистера Соло устремляются на неё. Кольца дыма слетают с его губ и уносятся к потолку. Оба молчат, лишь радио звучит на заднем плане. Рей знает, что ей следовало бы ответить, но язык не слушается. Ей стыдно быть пойманной за подглядыванием. Он выпил, а она прекрасно знает, что алкоголь делает даже с самыми разумными из мужчин. Он снова затягивается, продолжая наблюдать за ней. Когда он выдыхает, его взгляд возвращается к двигателю. — Расскажешь о моём преступлении мисс Холдо? — спрашивает он. Рей непонимающе хмурится, запоздало догадываясь, о чём он. Плавание. — Н-нет, сэр. — Она запинается, смущённая тем, как робко звучит её голос. — Нет, я не стану. Мистер Соло грубо отрывает от двигателя крупную деталь, демонстрируя недюжинную силу. Рей глядит на него, рассеянно теребя свитер. Он откладывает деталь в сторону, сигарета свисает с его губ. Он зажимает её меж пальцев, и кончик вспыхивает красным, когда он затягивается вновь, а затем выпускает закручивающиеся струйки дыма. — Хорошая девочка, — говорит он. Он берёт отвёртку и тише добавляет: — Беги. Рей спешит унести ноги и с облегчением обнаруживает, что Эмилин вернулась. Она распаковывает на кухне продукты и радуется при виде Рей. — Спасибо тебе за помощь, дорогая, — говорит она. Эмилин достаёт из пакета куриную тушку и идёт к холодильнику. — Я не знала, приходилось ли тебе раньше разделывать курицу, но предположила, что да. Есть одна ферма за чертой города, где я могу очень дёшево купить их. — Нет проблем, мэм. Органы я тоже оставила, если вдруг они вам нужны. — О, чудесно! Бен любит сердечки. — Ничего, если я пойду домой? — спрашивает Рей, заламывая руки. — Я проведала мистера Соло, и он… — Мы как раз собираемся ужинать, и Бен с радостью проводит тебя домой после. Присоединяйся! Мне бы не хотелось вот так отпускать тебя. — Всё в порядке, мэм. У нас дома шаром покати, так что мне будет лучше позаботиться о том, чтобы и Базин не осталась голодной. Эмилин неохотно соглашается. Рей настаивает на том, чтобы накрыть на стол перед уходом, и спешит домой до наступления темноты. Она старается идти побыстрее, взволнованное сердце не унимается в груди. Ей нужно придумать, как избегать общества мистера Соло во время своих визитов. Он слишком беспокоит её, а мама всегда говорила, что стоит доверять собственному чутью. Оно не обманет. Мама была права. В том, что война не окончится скоро, и отец не вернётся домой. Рей возвращается в тёмный, пустой дом. Она останавливается в дверях, охваченная собственными мыслями. Едва волоча ноги от накатившей усталости, Рей поднимается к себе и тяжело опускается на кровать. Мучительные мысли не покидают её. Было бы здорово вновь услышать мамин голос. Обнять её. Почувствовать аромат духов. Глаза слезятся, и она тут же утирает их, часто моргая. Рей снимает мокасины и откашливается. Ещё столько дел предстоит: готовка, уборка… Пора повзрослеть. Нет смысла жалеть себя, предаваясь несбыточным мечтам.