Numb

Питер зашел на кухню. Осмотревшись, он не нашел ничего нового, что мог бы оставить убийца. Хоть и сомнения пожирали его, как моль шубу, он понимал, что беспокоиться, особенно перед тетей Мэй, будет лишним. Он вздохнул, глядя на пустые полки. — Ты как на иголках! — сказала тетя, заметив его бегающий взгляд. — Я должен сказать тебе… — начал Паркер. Признаваться до жути не хотелось. Парень желал оставить все, как есть и не тревожить ее, не заставлять волноваться. Но это зависит не от него, да и к тому же — напыщенная жертвенность явно принесет больше проблем, чем правда. — Я нашел новую работу. — Удивил! — Мэй помешивала рис. — Ты когда-нибудь слышала о поговорке “лучше родиться удачливым, чем богатым”? Тетя Мэй опустила ложку и пристально посмотрела на Питера. — Выкладывай. — Я работаю на Тони Старка. Женщина лет пятидесяти изменилась в лице: оно наполнилось не простым удивлением, а недоумением и страхом. — Я бы не назвала это удачей, — Мэй всегда отличалась упрямством. Она мало что знала о мстителях, но все равно желала, чтобы Питер поступил иначе. — Кучка пустозвонов. Дорогой, я не считаю, что они зарабатывают честным путем. Ладно, похоже, что-то она знала. Пожилые люди в принципе не были полны доверия к супергероям, потому что в начале своего пути они сделали немало ошибок, от которых сейчас остались лишь мемы в твиттере. Питер судорожно схватил ее за руки, продолжая глядеть то-ли с некой страстью, то-ли с безумием. — Это вовсе не означает, что я стану таким! Питер никогда не держал больших денег в руках. Даже угрозы показались ему лишь простым препятствием. Несмотря на отношение самих мстителей к своей работе, Паркер верил, что сможет изменить положение. Тетя Мэй сщурилась, будто пытаясь найти что-то в нем. — Я не помню тебя таким, Питер… Мне нет дела до кровавых денег, ты уже позаботился, чтобы мы доходили до среднего класса… Я хочу, чтобы ты был в безопасности, чтобы тебя не испортила власть, да и дядя Бен… — Плевать мне на дядю Бена! — крикнул Питер. Его отросшие кудрявые волосы шелохнулись, как и вся хиленькая кухонная утварь. — Извини, — тут же произнес он, пряча красное от былой ярости лицо руками. Тетя Мэй склонилась перед юношей. — А как же твоя работа в фонде? Ты бы не хотел помочь им? — Это тебе нужна помощь, я не могу вечно работать за спасибо, — повторял Питер, говоря о всех своих работах. Он вытирал глаза, перед которыми проносилась та жизнь, которой он так сильно боялся, — ты так говоришь об этом, как-будто я собираюсь устраивается в публичный дом, — он улыбнулся, — нет, ты хоть понимаешь, что я могу получить? — Пойми, я боюсь за тебя, да и знаешь, чем больше власти, тем больше ответственность за нее, не так ли? Паркер оглянулся. На столе все еще стояла пустая копилка, потому что деньги уходили слишком быстро. Спустя миг, Питер двинулся в свою комнату, минуя поломанные половицы. Вернувшись, парень начал избавляться от развешанных фото. Скидывая их на пол, Паркер заметил те, которые повесил сам. На них был он и Мэри Джейн перед какой-то поездкой. Они улыбались и обнимались. Питер вспомнил — это была поездка в Уоткинс-Глен парк*. Он продолжал рассматривать фото, сделанные на старую камеру и, поймав себя на улыбке, продолжил убирать беспорядок.

***

Мэри Джейн достала из копилки пару купюр. Окно из тонкого стекла пропускало достаточно света, чтобы осмотреть стол из темного дерева с грубо отполированной поверхностью и горлышко виски. Простой стол был окружен двумя деревянными стульями с удобными темно-красными тафтинговыми подушками, которые были немного старомодны, но все равно уютны. — У нас даже денег на молоко нет, а она каким-то образом купила виски… — Паркер осматривал марку с предельной внимательностью. Его короткие волосы освещал мягкий солнечный свет. Мэри неловко положила купюры в кошелек. — Надо же отпраздновать вашу годовщину, — сказала тетя Мэй и вернулась к плите, — все хорошо, милая, — обратилась она к Мэри. — Я все-таки думаю, что это излишне…— стоял на своем Питер. Девушка не говорила ни слова, лишь кротко переглядывалась в ожидании новой темы. Взглянув на Мэри, Паркер чуть улыбнулся. — Спасибо, Мэй, — сказал он тете и взглянул на Джейн. — Мэри, я тут расписал все места, которые мы посетим. Представляешь, я тут узнал, что вода стоит два раза дороже, когда находится на прилавке прямо перед достопримечательностью, — он засмеялся, — я, конечно, знал, что так оно и работает, но в два раза, два раза… Девушка смущенно засмеялась в ответ. Питер раньше отличался чрезмерной педантичностью и придирчивостью. — Здорово, Питер, — она чуть призадумалась, а когда делала это, тут же поднимала глаза, — подожди, мы можем сфоткаться на мой новенький фотик перед тем, как поедем… — Мне осталось только захватить пакет для продуктов, — он сразу замешкался, — ты знала, что на на нашей экскурсии после прохождения тропы будет фуршет с бесплатными фруктами и пакетиками чая? — Только если тебе так это важно… — ответила Мэри, заправив за ухо кудрявый локон.

***

Под башней мстителей находилась база. Если спуститься на цокольный этаж, имея пропуск, можно попасть в другой мир, наполненный людьми за компьютерами и порой пугающей тишиной. Это было похоже на большой муравейник, где каждый был занят своим делом. — Значит, бомбы он делает с кобальтом? — спросила черная вдова. — Хорошо, что не переборщил, ведь в противном случае погиб бы не только Тор, но и весь Нью-Йорк, — произнес Ник Фьюри, продолжая вести мстителей через кучу работников, — после того, как мы презентуем человека-паука, нам стоит желательно через его лицо проговорить об обстановке и связи этих убийств. Но, это, конечно, только после того, как он совершит что-то, как вы говорите, геройское, для доверия общественности. Тони Старк аккуратно похлопал Питера по спине, как бы прося ответить. Мужчина выглядел очень бодро, даже слишком: его глаза были широко открыты, хотя под ними были яркие мешки. — Большая честь, мистер Фьюри, — ответил наконец Паркер, — у вас даже один глаз светится, будто бы… — сказал он неловко. — Он искусственный, — перебил Фьюри. — Мы пришли. Мстители уселись за круглый стол. — Так значит, Тор и Мальком погибли не из-за огня? — спросил капитан Америка. — Давай Питер тебе все объяснит. Ему, кажется, стыдно за предыдущее, — Фьюри достал флягу из плаща. — Кобальт просто является переходным металлом, но при взрыве оболочка бомбардируется сильным поток нейтронов, из-за чего стабильное ядро кобальта превращается в радиоактивные изотоп кобальт, что делает эту бомбу настоящим радиоактивным оружием… — ответил Питер, — ни у одной страны нет таких бомб, но эти, кажется, настроены на маленькую область поражения, а также на мощный взрыв и поток радиации на небольшом радиусе. — Как вообще можно хотеть участвовать в военных проектах, если супергерои не могут выдержать радиации? — спросил Тони Старк. — А чьей была эта идея? — Фьюри сделал пару глотков и положил флягу на место. — Точно не мстителей, — начал соколиный глаз, — у нас есть и другая проблема, большая и, к сожалению, нерешаемая, — Клинтон глубоко вздохнул, — уверен, что Локи проведает своего братца на похоронах. — Неужто? Разве он не живет на другом материке? — удивился Тони. — Тор рассказывал, что его родственников давно нет живых, поэтому, выходит, Локи остался совсем один, — сказала черная вдова. — Не думал, что вы были близки, — поразился Клинтон. — Не то чтобы, хотя с его братцем-подонком я встречалась лично. Вредный паренек, — Наташа опустила взгляд. — Дело в том, что я то знаком… — начал Клинтон. — Ах, эта история, — произнес с нежеланием Фьюри. — Он решил пригласить меня в какой-то стартап и я, понятное дело, хотел отказаться, — сказал он, вздохнув. — Но этот гад был настолько настойчив, что я пошел с ним в его “офис”, дав денег и все такое, я был настолько удивлен его идеей… — Это ты про службу уборки за собаками в парках? — спросил Фьюри. — Он так об этом говорил… — сказал еще раз Клинтон, показав либо себя на настоящим дураком, либо Локи — магом. — А ему не передались способности от брата? — спросил Питер. — Он не был ему родным, — ответил соколиный глаз. Питер замолк, глядя на каменные стены. В теории, он должен был рассказать мстителям о подарке, но Паркер даже не знал, собирается ли он делать этого вообще. Он думал о Мэри. Думал о том, что то послание было скорее угрозой, а на угрозы опасно отвечать так. — Что же, похоже, кто-то не хочет видеть вас в армии, — заключил Фьюри, — Тони, у тебя случайно нет врагов? — Представить сложно…— начал саркастично Старк. — Лучше я напишу на бумаге, у кого-то есть с собой ватман и ручка? — Мы уже знаем, кто является убийцей, не так-ли? — поинтересовалась вдова. — Да, у нас есть главный подозреваемый — Патрик Дин, но хоть мы и влиятельны, мы не можем просто вызвать его на допрос или еще куда-то, нам просто не дадут это сделать. Удивительно, что после того, как его ребята напали на офицера Харди, он не улетел в Венесуэлу, — Фьюри вздохнул. — Хотя все, что у нас есть — косвенные улики, и поэтому позвать пару частных детективов является единственной опцией. — Очевидно, что у Патрика нет денег на кобальтовые бомбы. Мы будем просто тратить время на этого простака, пока настоящий убийца ходит где-то рядом… — сказал капитан Америка шепотом. — У нас нет другого варианта, — ответил Ник Фьюри. — В общем, постарайтесь не уйти в запой и не пить около бензоколонок, за вами будут следить, дабы избежать смертей. — Черт, — резко сказала вдова, глядя в телефон. — Что там? — спросил соколиный глаз. — Похоже, убийца снова что-то выложил, — Тони улыбнулся, — и что же еще может скрывать такой простак, как Тор?

***

— Какой еще ребенок от Сиф?! — Старк раздраженно взял кружку виски, разговаривая с самим собой. Он оглянулся. На барном деревянном столике, помимо коктейльных рюмок, испачканных помадой, стояла кружка пива. Повсюду звучала приглушенная музыка, будто проникающая под кожу в своей шепотливой манере, но не пытающиеся скрыться или спрятаться, будто знающая, что не должна кричать, чтобы ее чувствовали. Питер тоже заметил знакомого. Увидев его немного злой взгляд, Паркер на миг решил не трогать мужчину, но вскоре юноша переменился и словно по инерции сказал: — Тоже удивлены? — Питер наклонился, чтобы разглядеть его лицо. Между ними было пару девушек. — Не то слово, — Тони тоже наклонился, хоть и перед этим скорчив лицо. — Можно сесть поближе? — В рекламной кампании не было сказано, что мы должны напоминать фанатам о том, что у них нет любящей родительской фигуры, которые они будут искать в нашей дружбе, — Старк снова улыбнулся, — нас не должны видеть вместе слишком часто. — Хотя идея хорошая… — Я могу предложить ее своему менеджеру. — Подождите, вы хотите раскрыть мою личность? — Не я и не скоро. Но элита уже знает, хотя и не должна говорить этого. Людям нравится смотреть на раскрытие личностей. Это загадочное снятие маски, восторг, удивление… — Мужчина окончательно опустил голову на стойку. — Людям бы не понравился настоящий я, — сказал Питер. — Мне, признаться, не интересно слушать эти сопли, — произнес Тони Старк твердо. — Тогда почему вы все еще лежите на барной стойке? Пауза. — Сиф была старой знакомой Тора еще до его встречи с Джейн Фостер, и, как я знаю, ребенка он скинул на Локи, — разъяснил Тони, проигнорировав слова Питера. — Говорят, Тор не дружил с Локи, тогда как он мог подкинуть ему ребенка? — Значит, ребенка он не любил и не хотел. Паркер задумался. — Каково это, жить с мыслью, что ты не должен был появиться на свет? В пабе для супергероев и прочей элиты затихла музыка. — Паршиво, — Тони поднял голову и глотнул виски. — Мои родители хотели меня. Мама пережила три выкидыша перед тем, как забеременеть мной. Но им было суждено погибнуть, — проговорив это, Питер тоже глотнул пива. — Мистер Старк, — обратился он к мужчине, — я хочу работать на вас, хочу делать то, что должен — помогать людям. И даже зная, что все это показуха, я хочу участвовать. Но в глубине души я желаю снова прожить жизнь в гонке за деньгами, — Питер на миг закрыл глаза, — мне страшно. Это странное чувство, будто что-то заставляет меня стоять на месте, когда я не должен стоять, не должен ждать, меня… Будто парализует. — Паркер задумался, — разве не удобнее сделать это сразу? — Сделать что? — Перестать стараться и двигаться, — Питер улыбнулся, — я знаю то, что вам стоило бы знать, но я не хочу говорить. Я хочу, чтобы все оставалось так, как сейчас. Пока у меня нет денег, пока я живу в Бронксе, мне так хорошо, зная, что я могу опустить руки. — Мне это знакомо, — ответил Старк лживо, — Питер, если ты не хочешь говорить — не говори, мне все равно нет дела. Это обычный комплекс бедности, всякий с таким сталкивался. — Но не вы, — и Тони на это не ответил, поэтому Паркер продолжил, — я не маленький ребенок. Я знаю, зачем все это нужно, и постараюсь к вам не привязаться, зная, что вы можете быть следующим. — Тонко подмечено, — Старк вздохнул и встал со стола, — не забудь, завтра в пять часов у нас похороны.

***

Питер наконец проснулся, стоя у раковины. Из крана текла вода. Его охватила паника, несравнимая ни с чем, произошедшим на неделе. Сердце заколотилось, а воспаленные веки продолжали дрожать, пытаясь сомкнутся. Место, на котором он стоит — неправильное. Раковина не выглядит так, как должна, весь мусор под ногами кажется незнакомым, чужим, тем, что он не может проконтролировать. Он открыл полку, скрытую за зеркальной дверцей. Вновь эта игрушка. Сидит также, не моргая, не улыбаясь, не стараясь дать оценки, просто наблюдая. Из-за нее на мгновение он почувствовал себя лучше. Жизнь никогда не была настолько интересной, но это не самое главное ее качество, она должна быть стабильной, взрослой, стоить чего-то, чтобы ты не был похоронен, как трус и лжец. Почему он не смог спасти Тора от смерти? Из всех мстителей он был самым безобидным. Паркер потрогал руками лицо. Было что-то романтичное в том, что только убийца понимал его эмоций, знал, что он чувствует. Если бы убийца увидел Питера, он был точно раскрыл себя. Все его игры — просто спектакль, но когда спектакль заканчивается, актеры, зачастую, выходят из роли. Ему нужно увидеться с Патриком. — Питер, ты там надолго? Я не слышала, как ты пришел домой, — сказала тетя Мэй настороженно, — ты пробыл в ванной всю ночь?… — Извини, я сейчас выхожу! — крикнул Питер тут же, чтобы она не продолжала свою мысль. Паркер стал быстро убирать бардак в мусорку. — Не забудь, сегодня хоронят того болвана. — В пять, я помню! — сказал Питер, положив игрушку в карман. — Успеешь к ужину? — сказала тетя Мэй прямо перед носом Питера, выходящего из ванной. — Да, и в магазин тоже успею.

***

Внутри кабинета царил порядок и уют. Здесь чувствовалось какое-то обволакивающее ощущение спокойствия, которое, на деле, уже наскучило Фелиции. В воздухе витал тонкий аромат металла, который напоминал, что они находятся в участке. Девушка продолжала сжимать цепочку, теребить в руках, воротить по шее, пытаясь отвлечься от тишины. — Мой отец — единственный, кому я могу доверить все, что есть внутри меня, и ничего, что я делаю снаружи, — она глотнула чаю из большой кружки, — пожалуйста, хоть бы он вышел живым… — Фелиция, я освободил тебя от допросов, но я не могу гарантировать, что к тебе не будут прикованы взгляды папарацци, — начал крепкий мужчина в форме, напоминавший доброго медвежонка, — хотя, в любом случае, я обещал Харди заботиться и оберегать тебя. — Юджин, дело в том, — она опять начала теребить цепочку, — я не понимаю, почему ему было настолько было важно это дело… — Многим полицейским очень важно раскрыть преступление, — сказал четко Юджин. — Боже, я столько не успела ему сказать… Еще и начало подготовки к проекту, и Питер со своими идиотскими замашками, и мамы никогда нет дома… — Она взялась за голову, и ее мягкие локоны склонились к полу, — Юджин, ты должен что-то знать. И он остепенился. Мужчина обвел комнату мягким взглядом и остановился на Фелиции, которая начала тихонько плакать. Поправив свой жилет, он начал говорить почти шепотом, настолько нежно, как только мог: — Я знаю, что у него был свой кабинет в Флэтайрон-билдинг. На знаю, дорогая, почему именно он скрывал его… — он резко замолчал, услышав, что она перестала плакать, — у меня есть ключи, и я дам их тебе. — Юджин, ты очень добр! Я не представляю, чтобы делала без тебя… Мне просто нужно знать что-то о нем, я просто слишком люблю его… — Фелиция, — он протянул ей ключи, — я все готов сделать для вашей семьи. И, я прошу тебя, не стоит курить, когда ты переживаешь. Я знаю, что твой папа даже понятия об этом не имеет, но рано или поздно он узнает, и тебе стоит либо перестать курить вовсе, либо рассказать ему. — Я больше не курю, — сказала Фелиция, вновь теребя цепочку, — спасибо тебе. Они попрощались. Когда Фелиция вышла из здания, она положила ключ в карман и закурила. Осталось еще немного времени до заката.

***

Надгробные плиты освещали уже не греющие лучи солнца, а воздух наполнялся сыростью приближающейся грозы. Выкопанная могила ожидала гроба. Казалось, кладбище стелется по холмам на много миль, не кончаясь даже за горизонтом. Толпа в черном стояла у закрытой дверцы и ямы. Немногие дошли до кладбища; дороги перекрыли, и тысячи людей проводили Тора по улицам Нью-Йорка, хотя на этом месте стоят, по крайней мере, пятьдесят человек. Питер посмотрел на гостей; многие из них имели совершенно разные выражения лица; некоторые рыдали, некоторые держались и склоняли головы вниз, единицы держались вдалеке и весело шептались. Юноша решил поступить себя воспитанно и изобразил скорбь. Он ничего не знал о настоящем Торе, как, видимо, не знали все они. — Не видел главного персонажа этого дня? — начала вдова, поправляя черное платье. — Гроб решили не открывать, поэтому — нет, не видел, — ответил Тони. — Да я не о нем. Не видел Локи? — Может, не хотел светиться перед папарацци. Я думаю, он скоро придет, — подключился капитан Америка. И он пришел. Высокий мужчина виднелся у входа, и его темный силуэт с каждым шагом приобретал более четкие очертания. Не таким Питер представлял Локи: он был с черными зализанными волосами, сконфуженным взглядом, за которым, все-таки, скрывалось что-то саркастичное. Он вез коляску с ребенком, спокойно спящим в практически закрытом местечке, и только его маленькие ножки были видны из переноски. Он встал у гроба, поздоровавшись, разве что, со священником. Облокотившись на постамент, служивший трибуной, он начал: — Первое захоронение на кладбище произошло еще в девятнадцатом веке, а похоронена была некая Эстер Эннис. Говорят, она умерла от «разбитого сердца», — опустив взгляд зеленоватых глаз, он продолжил, — интересно, почему все мы до сих пор не захоронены в Голгофе, — он чуть улыбнулся, и Питер еще четче увидел его странно-злобные черты, которые были спрятаны за глубокой пеленой скорби. — При рождении я был оставлен собственным отцом в церкви, где меня вскоре приютили прихожане, то есть — родители Тора. Наверное, поэтому я пропустил ваш поход в храм, просто не фанат таких мест… — после небольшой паузы, он продолжил, — наверное, вам интересно, почему в футе от меня стоит коляска с его сыном, и меня тоже всегда это интересовало. Могу вам поведать хотя-бы то, что знаю — Джейн Фостер не будет в поле информационного пространства еще долгое время, а Сиф умерла при родах, поэтому, да, он оставил ребенка своему единственному родственнику, видимо желая, чтобы он не повторил мою судьбу, — он улыбнулся еще сильнее, — это же как надо ненавидеть своего ребенка… Так вот, о чем это я… — он как будто начал волноваться, отчего на миг толпа прислушивалась только к пению птиц. — Так вот, я хотел спросить его, почему его агент дал мне младенца в простынке, и я писал Тору, приезжал к нему, но так и не получил ответа, а сейчас он мертв, причем правда… Правда мертв, и никакая божественная сила не может воскресить его, — он глубоко вздохнул. — Я всю жизнь прожил в тени брата, имея работу в банке Австрии, что, впрочем, не мешало мне растить его ребенка, а сейчас вот, стою тут, скрываясь от журналистов, которых все равно снимают со своих вертолетов, — он снова остановился, — конкретно Тор не дал мне ничего, кроме младенца, скинутого груза, и, будучи человеком, я искренне сочувствую вашей потере, — закончив речь, он спокойно взять коляску, попрощался со священником и ушел. — Не такой уж он и подонок, — сказал Питер шепотом. — На фоне нынешнего Тора, да, — капитан Америка чуть улыбнулся. Гроб начали обсыпать землей. Тут, какая-то толпа людей за забором кладбище стали кричать: — Лжецы! Лжецы! Лжецы! Паркер обернулся — их были сотни. Выкрикивали имена, кричали: — Ответьте за Марлу! Ответьте за Прескотта! Под ярким солнцем переливались их плакаты, значки, а голоса превращались в один, суровый, грозный. Хотя Питер и не понял, о ком идет речь, он почувствовал, как на его горло что-то давит, а по лбу катится пот. — Теперь я хочу прикончить Патрика еще сильнее, — сказала вдова, скрестив руки, — не могу тут сидеть и ждать, — женщина резко встала со пластикового стула. — И что, вы пойдете за ней? — сказал капитан Америка, глядя на вставших супергероев. — В последний раз его видели в каком-то отеле, — сказал соколиный глаз. — Да вы серьезно… — произнес Стив. — Стой, Питер, я запрещаю тебе идти. У твоего костюма не готовы некоторые программы, и я не хочу, чтобы тебя видели непроплаченные нами СМИ. Паркер остановился. Все нутро кричало: “Это важно, вы должны пустить меня, только благодаря мне мы сразу сможем определить, убийца ли он!”, но он не мог сказать ни слова. Его руки дрожали, он весь переменился, покраснел, не мог понять, что делать дальше. Тревога длилась лишь мгновение, и вскоре он оказался на стуле в его компании, глядя на уходящую фигуру Старка и других мстителей. — Молодец, — сказал капитан. — И куда вы собираетесь идти после похорон? — спросил Питер, хотя все это, о чем он думал, было о побеге. — Тебе очень идет этот костюм. Конечно, немного затертый, да и отлично подчеркивает чуть отросшую бороду, — он остановился, — тебе надо побриться, чисто мужской совет, или отрастить бороду покрасивее, хотя, тогда маску ты носить не сможешь. Уже второй раз Питер чувствует, что разговаривает со стенкой. — Ладно, я и сам пойду, — начал Питер, — точно домой. Если я этого не сделаю, вас все равно оповестят. — Быстро схватываешь! — сказал Роджерс. Паркер в последний раз взглянул на могилу. На ней было много цветов, игрушек, стояли декоративные свечи. Вдруг, парень почувствовал неладное. В ярде от могилы Тора была еще одна, свежая. На ней было написано: “СИДНИ СЕДАРИС, ДОЧЬ, ЖЕНА, МАТЬ.” Питер наконец осознал, что когда эвакуировал людей из здания, где взорвалась бомба с радиоактивным излучением, каждая секунда была на счету. Вероятно, она погибла от радиации, которую только потом обнаружили в бомбе, как и Марла, Прескотт. И не ради того, чтобы оповестить работников, а с попыткой узнать, что могло убить героя Америки. Паркер встал со стула и посмотрел назад; везде, не только здесь, стояли кучки людей и кого-то хоронили. Дрожь пробежала по телу. Он должен достать Патрика.

***

Девушка зашла в старое здание, снаружи напоминающее большой утюг. Внутри оно выглядело довольно угрюмо и старомодно, а свет, еле проходящий к коридорам, наполнял помещение красным отблеском. Найдя на ключах номер кабинета, она тихонько засунула ключ в замок, будто совершая что-то совершенно секретное, провернула его и, потратив секунду на глубокий вздох, медленно открыла дверь. Комната оказалась темнее, а все окна были закрыты жалюзями. Обычный кабинет, разве что, немного неприбранный. Девушка сделала шаг рабочему столу, наполненный кучей бумаг. В чашках было много недопитого кофе, которое выглядело свежее, чем голые стены, пестрящие плесенью по углам. Фелиция начала разбирать бумаги, лежавшие в разнобой. Квитанции, счета за квартиру… Приглядевшись к документам, она поняла, что у него была задолженность. Она вновь вздохнула. Увидев на столе единственную ровно стоящую фотографию с маленькой ей, играющей с папой в футбол, Фелиция почувствовала себя еще более неуютно. Продолжив искать причину, почему Харди пришлось арендовать тайный офис, она нашла дело о Малькольме. Открыв документ, она увидела те же пугающие фотографии и, поморщившись, продолжила листать. Фелиция нашла заметку, написанную его почерком. “КТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ?”, а внизу — прикрепленные фотографии мстителей и Тор, обведенный в кружок. Он знал, кто будет следующим еще до смерти Тора. Зачем ему самостоятельно расследовать это, и почему он не сообщил мстителям во избежании смертей? Не успел? В любом случае, зачем ему делать это одному в офисе на другом конце города? Среди прочих фото она нашла незнакомца. “Похоже, в мстителях будет пополнение” — подумала она, глядя на маску, — “Но откуда папа знает об этом?” Вдруг, из коридора послышались шаги. Конечно, здание было не заброшенным, но Фелиция, почувствовав опасность, быстро положила документ на место.

***

Капитан Америка не должен заметить, что Питер пошел за мстителями, поэтому парень решил действовать быстро. В здании было безлюдно, быстро устранить радиацию даже с применением новых технологий невозможно, хотя на верхних этажах техника все так же функционировала. Еще раз удивившись тому, как быстро отстроили башню мстителей, он вбежал в главный кабинет. К каждому из мстителей прикреплен чип, который позволяет найти супергероя и в кафе, и в притоне. Главная задача Паркера — отключить его, или аппарат, который показывает местоположение, взять почти готовый костюм и удрать за Патриком. Среди кучи экранов, Питер, наконец, нашел нужный. По точкам на карте, он понял — мстители уже были в отеле на Манхеттене. Потянувшись к панели управления, он вдруг заметил, что Стив Роджерс находился в каком-то офисном здании Флэтайрон-билдинг и, в небольшом недоумении, он снова вернулся к делу. Через пару минут разборок и нажимания клавиш, Питер, наконец, отключил машину. Осталось найти костюм. Он знал, что его проектировали этажом ниже, помнил, что заносил старый, который сделал сам, в тот кабинет. Добежав по лестнице, Паркер увидел его: красивого, металлического, мощного и величественного. Потратив еще больше сил на попытку разобраться, как эта штуковина вообще одевается на тело, он, наконец, взглянул на отражение в окне. Похоже, это важный момент, но Питеру пока не до этого. Наконец, он воспользовался паутиной. Почувствовать невесомость совсем не впервые в принципе, но в первый раз в этом костюме, и делая что-то по-настоящему важное, он ощутил прилив сил. Он не знал, с чем это можно сравнить: все его нутро кричало об опасности, но это давало еще больше мотивации продолжать. Он вышел на ресепшн, стряхивая с костюма пылинки. Секретарша сразу поняла, что четвертый человек в трико хочет туда же, куда и остальные и, пока к Питеру было приковано всеобщее внимание, девушка объяснила парню, куда идти. Добежав до мстителей, Паркеру нужно было отдышаться, но они продолжали двигаться. — Какого черта ты тут делаешь? — спросил соколиный глаз. — Боже, это катастрофа… — Мы еще не успели эвакуировать людей, а он уже тут как тут, успевший посветить новым костюмчиком, не так-ли? — Тони Старк похлопал ему по плечу. — Хотя, тебе идет, скрывает твой паршивый вид. — А разве не стоило сначала аккуратно эвакуировать людей, а потом заниматься поисками? — спросил Питер. — Ты сам пришел без приглашения, а теперь упрекаешь нас? — произнесла черная вдова, взглянув в его сторону. — Расслабься, Питер, — сказал Старк и ушел вперед, — его комната должна дать на этом этаже. — Та на ресепшене сказала, что Патрик взял комнату двести три, — сказал Клинт. Найдя ее, они встали перед дверью. — Так, Паркер, только не мешайся. Я пойду вперед. — А почему ты вперед? — спросила Наташа недоуменно. — Потому что после капитана Америки, я являюсь главным, — ответил Старк шепотом, — ладно, заходим. Они открыли дверь и вбежали в номер. Патрик стоял прямо перед ними, но не один. Он и какой-то молодой человек в халате быстро повернули головы. Мужчина средних лет, в легкой майке и штанах, быстро поднял руки. — Это не то, о чем можно подумать, — начал он дрожащим голосом и, увидев, что Наташа направила на него пистолет, он продолжил, — Боже, Боже! — он склонил голову. — Я не виновен, ни в чем не виновен… Он встал на колени, а парень, стоящий рядом с ним, сделал тоже самое. — Еще не поздно одуматься… У меня жена и ребенок… — По его круглому лицу начал капать пот. Мстители ничего не ответили, стоя неподвижно. Патрик начал дрожать еще сильнее, отчего руки, спрятанные за голову, не могли скреститься в замок. Он продолжал молить о Боге, но его слова было трудно назвать понятными, потому что они граничили с истеричным криком. — Мерзость… — тихо произнесла Наташа. Оправившись от бесконечных вопросов к происходящему, Паркер, наконец, вышел вперед. — Эй, вернись! — крикнул Клинтон раздраженно. Питер пошел дальше. Дойдя до Патрика, он опустился на корточки. Сняв маску, человек-паук продолжал смотреть в его глаза, которые пытались спрятаться от взора парня. Он продолжал смотреть на Патрика, пытаясь увидеть в нем того, кто готов подложить разрисованного солдатика в комнату, кто способен убить Тора. И тут юноша понял — Патрик точно не убийца. Вдруг, мужчина безжизненно упал на Питера. Парень в халате повернулся на Патрика, покрывшись холодным потом, и начал быстро дышать. Паркер быстро встал в полный рост, рефлекторно пытаясь избавится от мокрой из-за испарины головы на собственных коленях. Труп окончателтно упал на мраморной пол. Неожиданно и резко у парня зазвенело в ушах. Скоро что-то взорвется. Паркер подбежал к Старку. Совсем недалеко послышался громкий оглушающий взрыв. — Роджерс! — прикрикнул Паркер. — Человек-паук, выведи парня из отеля. Раз так любишь это, займешься и дальнейшей эвакуацией,— начал быстро Тони, — а мы пойдем за капитаном Америкой. Питер взял парня под руку. Быстро уходя из здания, Паркер еще давно не чувствовал себя так странно — сердце бешено колотилось, а живот крутило с такой силой, что, казалось, эти ощущения перекрывали все мысли. Он взглянул на юношу; его глаза были все также заполнены страхом, но он шел с свойственной молодым людям бодростью. Питер вышел на улицу, и запах дыма и сырости заполнил ноздри. Человек-паук вновь вернулся в чувства и обратился к парню: — Я думаю, мне надо торопиться, — протараторил он, — но, кажется, гулять в халате босиком — плохая идея. — Мои вещи в номере, на белом диване, — сказал он мягким голосом. Питер почувствовал себя неловко. — О Боже, ты прости, я замешкался, сейчас приду! — он развернулся. — Эй, — снова сказал парень, — спасибо. — Да не за что, — ответил Паркер, тяжело дыша. Питер вернулся с вещами и протянул их парню. — В здании никого не осталось. Надо вызвать полицию. — Мне? — спросил юноша немного настороженно. — Мы все уладим, ты ведь не сам отравил его? — Нет. — Вот и хорошо. Ты ведь понимаешь, что даже если я вызову копов, тебя все равно будут опрашивать? — А если… — он замешкался, — а если меня там и не было? Человек-паук вздохнул. — Как тебя зовут? — Оливер, — машинально ответил юноша, хотя после этого явно пожалев. — Оливер, у меня нет на это времени. Ты должен был оставить там свои отпечатки пальцев и ДНК. — За кого ты меня принимаешь? — Вскрикнул он резко, — ДНК? Я просто подручный, просто, просто заглушаю тишину… Питер оглянулся по сторонам, оставаясь в напряжении. Он посмотрел на его глаза — испуганные, резвые, желающие, чтобы это побыстрее закончилось. Парень наконец понял — он был его возраста, в той же ситуации психологически, в который и сам Питер был недавно. Взяв юношу за плечи, как когда-то Харди взял Питера, он сказал: — Я попытаюсь сделать так, чтобы никто не понял, что ты был здесь. Питер зацепился за многоэтажку и оставил парня. Человек-паук парил в воздухе, его паутина крепко удерживала его в воздухе. Он пролетел над городом, перепрыгивая с одного здания на другое, с невероятной скоростью, оставляя за собой след из свисающих нитей. Пролетев через разбитое окно, он увидел мстителей, стоявших в конце коридора и пытавшихся привести капитана Америку в чувства. Он и вправду выглядел лучше Тора, по крайней мере, был похож на себя. Паркер огляделся: пара комнат были забаррикадированы обломками, но из них были слышны крики о помощи. Паркер проворно обошел преграду. Выбив дверь, он не глядя взял человека и, прыгнув из окна, полетел вниз. — Мэм, все худшее позади. Вам нужно знать, что вы подверглись облучению радиацией. Пожалуйста, примите душ, смените одежду и обратитесь к врачу! — сказал он, как мантру, чтобы смерти гражданских больше не продолжались. Фелиция с удивлением взглянула на человека-паука, не сказав ни слова. Но Питер знал это выражение лица. Похоже, из-за того, что костюм был недоработан, в нем еще не было функции автоматического изменения. В таких ситуациях можно оставить правду безмолвной, поэтому, Парке сразу перешел к делу: — Что ты тут делала? Девушка взглянула на спасителя еще раз, узнав его предельно точно. — Долгая история, — ноги девушки коснулись земли, — и что ты еще от меня скрываешь? — сказала она скорее с неловкой улыбкой, пытаясь скрыть ужас от того, что она узнала об отце. В ее голове проносились предупреждающие мысли, вопросы “Почему папа не доверяет мстителям?”, “Значит, он не доверяет и Паркеру, который спас мне жизнь?” — Ну, кажется, больше ничего, — тут Паркер до конца осознал происходящее, — так, что же я делаю?… — Стоишь на месте, пока другим нужна помощь, — сказала Фелиция с твердостью, на время отбросив сомнения, — ну же, потом поговорим! Паркер в последний раз взглянул на девушку и побежал спасать остальных. Похоже, на ужин он все-таки опоздает.

***

Парень стоял в костюме за сценой в приятном предвкушении. Скоро его презентуют как нового героя, мстителя, и скоро вся его жизнь изменится еще больше. Он не был уверен в правильности своего решения, не был уверен, что хочет этого, но все равно знал, что назад пути нет. Может, он был не прав, и ему надоело просыпаться на конечных станциях в разных концах города только ради того, чтобы получить пятнадцать долларов за смену, надоело жить, обдумывая и вспоминая свои ошибки снова и снова, испытывая вину. Если он не сделает что-то стоящее, это значит, что все те годы, которые он провел в этом чувстве — просто годы, которые не вернешь, а все плохое — просто плохое, которое нельзя ни продать, ни пережить. Оглянувшись, он заметил Локи, ярко что-то обсуждающего с уже знакомыми Паркеру менеджерами. — Нет, я не буду показывать Тома прессе, — он вздохнул. — Интервью? Что за бред! — он отвернулся от назойливых людей и встретился с Питером взглядами, — Ой, Питер, привет. — Здравствуйте, — сказал Паркер, не зная как обращаться к нему, хотя и времени обдумать это не было, потому что Локи быстро подошел к юноше и начал: — Что, посвящают в герои? — Все начнется через пять минут. — Я должен сказать тебе одну важную вещь, Питер, это не займет много времени, — произнес он немного суетливо. Питер согласился. — Раз ты тут, вероятно, ты уже хорошо обдумал свое решение. Тебе следует знать… Твои молодые годы пройдут очень быстро, и после того, как ты перестанешь быть «продажного» возраста, про тебя все забудут. — Начал он, говоря спокойно, — ты будешь еще больше винить себя за то, какие поступки совершил под влиянием власти, у тебя появятся закадычные подружки легкого поведения, которые помогут тебе хоть как-то заглушить боль, — он начал повышать тон, — но каждый раз, когда ты будешь трезветь и смотреть в зеркало, в этом седом человеке ты перестанешь узнавать себя. Ты умрешь как полный подонок и если проживешь до старости, и если умрешь следующим, и, пожалуй, близкие могут не прийти к тебе на похороны. — Но вы же пришли на похороны Тора. — Это только потому что свои лучшие годы он потратил на то, чтобы заботится о семье. Но даже так он обосрался, ты знаешь, — он улыбнулся, — в общем, пожалуй, это все. — Очень позитивно и искренне, мистер, — сказал Паркер настороженно, — я рад, что мы познакомились. Все-таки, для лживого подонка он слишком честен и искренен. — Последняя минута, Питер! — крикнул какой-то мужчина. — Что же, иди. Шоу начинается, — закончил Локи. Яркие софиты заставили Питера на миг ослепнуть. Среди толпы зрителей, смотрящих на него с удивлением и радостью, он увидел одно лицо, отличающееся от остальных. Мэри Джейн сильно изменилась с момента, как они расстались. Она знает, почему Питер захотел отпустить руки, знает, почему парень чувствует это. Все эти сомнения и разговоры по душам начались только после того, как он вспомнил о ней и о Глен-парке. Хорошо, что Мэри в прошлом, и сейчас все иначе.